Молодой командир с разбитой головой пришел на фронт из шахты, где гонял вагонетки

Это экранизация одноименной повести Виктора Курочкина (1965) про экипаж самоходной артиллерийской установки СУ-85. Фильм обессмертил народную песню «По полю танки грохотали».

Песня — переделка старой шахтерской баллады «Гибель коногона». В ней пелось про то, как рабочий в «штольне узкой и сырой» слишком сильно разогнал запряженную в вагонетку лошадь. Коногона со всего маху придавило к деревянным креплениям — и вот теперь его «несут с разбитой головой», «все зарыдают, как узнают, каков шахтера был конец».

Баллада известна в шахтерской среде как минимум с начала ХХ века. Говорят, ее очень любил Алексей Стаханов. Песню поет один из героев фильма «Большая жизнь» (1939), который был лидером проката накануне Великой Отечественной.

Когда именно была создана фронтовая переделка, точно сказать нельзя. Привычная нам версия — со строками «И будет карточка пылиться/ на полке пожелтевших книг./ В военной форме, при погонах,/ и ей он больше не жених.» — сочинена после января 1943 года. Именно тогда в Красной армии были восстановлены погоны. Очевидно, существовал и более ранний вариант, где танкист красовался на карточке «при петлицах» — тогда и рифма с «пылиться» получалась точная.

У песни масса вариантов — «авиационный», «десантный», «матросский», «партизанский», даже мирный «железнодорожный». Но самым популярным стал «танкистский». Варианты различаются не только по содержанию, но и по числу и порядку строф.

Константин Симонов в книге «Незадолго до тишины» (1974) приводит запись из своего дневника, сделанную 16 марта 1945 года. В тот день он узнал эту песню («танкистский» вариант, где герой «при погонах»): военный цензор увидел текст в одном письме с фронта и переписал его себе на память.

После Победы грустную балладу о танкистах подхватили и штатские. Самое раннее упоминание в качестве народной песни зафиксировано в 1960 году.

— Тогда ленинградские фольклористы записали ее в деревне Коношнино Костромской области, услышав от двух женщин 50 и 42 лет, — говорит специалист по крылатым словам Константин Душенко. — По словам одной из них, песню в деревню завез ее брат-фронтовик.

В конце ХХ века популярности балладе прибавили Сергей Чиграков, записавший ее для диска «Митьковские песни» (1996), и передача «Старые песни о главном» (показана в ночь на 1 января 1996 года), где ее пели хором Николай Фоменко, Сергей Мазаев и Виктор Рыбин.