Произнося его имя, как-то не хочется приставлять рядом «легендарный», «выдающийся»… Все будет выглядеть хотя и правильно, но банально. А вот приклеившееся ему определение «народный» как раз впору. Его действительно любили не только болельщики «Спартака», но и непримиримые соперники из ЦСКА, «Динамо», «Зенита»…

В 10 утра у входа в спартаковский манеж на Оленьем валу собралась многотысячная толпа. Причем, тех бестолковых фанатов пэтэушного возраста, что жгут на трибунах файеры и скандируют скабрезности, не было и в помине. В основном мужики среднего возраста и старше. Но были и женщины. Потом информагентства сообщали, что с Федором попрощалось более 15 тысяч болельщиков.

Народ по указке полиции выстроился в километровую очередь, причем ширина этой очереди была метров семь. Поскольку вход в футбольный манеж, где стоял гроб, не позволял организовать непрерывное движение, запускали партиями человек по 50. Но никто не роптал. Люди знакомились друг с другом, вспоминали голы Федора, поминали хоккейный «Спартак», недавно прекративший свое существование, ругали действующих футболистов, «у которых в одном глазу - доллар, в другом - евро».

Досталось и спортивным журналистам, которые о матчах пишут так, что непонятно, почему одна команда выиграла, а другая проиграла. Кто-то запоздало предложил здравую идею о том, что прощаться надо было на новом спартаковском стадионе: «Выставили бы гроб на поле, мы бы попрощались, сели бы на трибуны и слушали речи ветеранов о Федоре, а не толкались бы тут в этой толпе. А чтоб поле не вытоптать, можно было бы настилы постелить». Странно, что эта идея не пришла в голову спартаковскому руководству.

Когда к манежу подъехал скромный «Рено-Логан», люди безропотно расступились, разглядев на пассажирском сиденье 82-летнего олимпийского чемпиона Мельбурна, спартаковца Анатолия Исаева.

Прощение было запланировано до 12.00, и стало понятно, что всем не успеть. Слава богу, продлили.

В манеж мы зашли в 12.48. Тонкой змейкой через все футбольное поле тянулся народ к постаменту, где в море цветов и венков лежал Федор. Был он без бороды, в которой его видели в июле на 55-летии. Рядом сидели родные. Народ кланялся Черенкову, клал букеты, прикасался ко гробу, что-то шептал под нос и уже сбившейся змейкой тянулся к выходу.

- Не пойду больше на футбол, - вдруг сказал мужик с сединой, выходя на воздух. – Смотреть там больше не на кого!

Сразу несколько человек вскинулось:

- А может нам наоборот, так болеть за «Спартак», чтоб он наконец чемпионом стал. В честь Федора! А то уже 12 лет без титулов, стыдно...

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Федор Черенков ушел с поля. Навсегда

Колонка обозревателя Сергея Емельянова

Как же несправедлива порой бывает жизнь. Почему хорошего – понемножку? Почему добрейший человек Федор Черенков прожил всего 55 лет? Почему искуснейший футболист Федор Черенков (по таланту, отпущенному природой, самый одаренный в отечестве) не обрел славу Пеле и Марадоны? Когда говоришь о Черенкове, совсем неинтересны цифры: сколько сыграл за «Спартак»? сколько за сборную? Сколько забил? Важно не сколько, а как. И в советское время, и в российское народ валил на стадионы – посмотреть на Черенкова, а после игры недоумевал, как это у него получается: отдавать пас не глядя, как это он бьет в одну сторону, а мяч летит в другую. Фокусник! Волшебник! (далее)

Футбол