Автор

ЕкатеринаБаяндина

Рецепт от горя и одиночества

На презентации книг, в онкологические центры для детей, детские дома, интернаты, школы и библиотеки с ней обязательно ездит черно-белый плюшевый котенок. Его зовут Гришуня. И когда-то давно он ее спас. Ева Златогорова сегодня известна как детская писательница, автор так называемой женской лирики и автобиографической прозы. В молодости Ева работала в троллейбусном парке и никак не думала о том, что когда-то начнет писать, и уж тем более не подразумевала, что для некоторых ребят ее книги станут первыми после букваря. [b]Приговор окончательный[/b] В 26 лет случилось страшное. Точнее, сначала чудесное и только потом ужасное. Когда Ева Александровна узнала о том, что ждет вторую дочку, она уже работала с лупой, зрение падало с каждым днем, а увеличительное стекло почти не помогало. Медицина вынесла приговор: «Рождение ребенка приведет к абсолютной потере зрения». Но это не остановило, еще и потому, что в тот момент рядом с ней был замечательный муж, которого получение столь непростой формы инвалидности у супруги не испугало. И правильно! Ева достаточно быстро научилась жить в новых для себя условиях. На праздники в доме собиралось по 25–30 человек, на столе – фаршированная рыба, пироги, множество редких, изысканных рецептов, до которых у нас, занятых и здоровых, часто не доходят руки. При всем этом уже полностью потерявшая зрение Ева продолжала работать. По ее словам, тогда надомную работу на предприятиях Всероссийского общества слепых незрячему человеку было найти легко. Она делала заколки для волос. Допоздна, уложив спать детей, они с мужем выполняли эту монотонную работу. Ее пенсии и зарплаты мужа не хватало. В небольшой, но очень уютной квартире, даже совсем лишившись возможности видеть, Ева убиралась сама, сегодня ее дом полон огромных, ухоженных и очень красивых цветов. На стенках висят пестрые, веселые куклы, рыжая и жизнерадостная спаниэлька Долли приветствует меня вилянием короткого хвостика. [b]Путь к свету[/b] Но жизнь не превратилась в бытовуху. Прогулки, поездки, походы в театры. Некоторые (особо тактичные) в лоб задавали вопрос: «Ева, ну ты же все равно не видишь? Зачем тебе на спектакли ходить?!» На это был готов ответ: «Да, я не вижу, но именно поэтому мое внимание не рассредоточивается. Оно акцентируется на самом важном, и я часто быстрее зрячих понимаю, чем закончится фильм или спектакль». Она старается не обращать внимание на негатив. «Наступил кто-то в трамвае на ногу – молчу. Я же понимаю, что вряд ли кому-то хочется специально наступить мне на ногу. Я кому-то наступила на ногу, на меня ругаются – я молчу. Ну, может, человеку надо плохое настроение выплеснуть. Пусть. Нельзя на хамство хамством отвечать. И на зло злом – тоже». Но до того момента, как в этом доме установилась такая теплая, светлая атмосфера, он пережил немало бед. Самая большая и непоправимая – смерть мужа. Ева Александровна рассказывает, что через месяц после несчастья у нее еле-еле хватило сил дойти до районной поликлиники и записаться на прием к психотерапевту. С этого визита, в общем-то, и начался путь к свету... Неожиданно из нее полились стихи, а потом – рассказы про доброго котенка Гришуню, его необыкновенные приключения, и появилась первая детская книжка. Стихов набралось на целый сборник. За сборником последовала автобиография. Все герои, строчки, названия появлялись в голове случайно, из ниоткуда, так же интуитивно, по наитию, они переносились на бумагу. Не было четких замыслов и планов: «Сегодня надо написать об этом, а завтра о том». Врач и радовался, и пожимал плечами. С одной стороны, его пациентка была занята неплохим делом, хотя бы в какой-то мере – отвлекало ее от чудовищных мыслей. С другой – и стихи, и тем более воспоминания возвращали ее в прошлое. Из которого надо было выбираться. [b]Яркое поле добра[/b] Мы с Евой Александровной пьем чай, я слушаю ее рассказ и задаюсь вопросом: а что же делать тем, у кого в такой ситуации не откроется этих творческих чакр и боль не переродится в стихи и позитивные рассказы для детей? – Этим людям, – отвечает мне Ева Александровна, – надо обязательно кому-то помочь. Помощь другому отвлекает от своей беды, дает ощущение собственной нужности, причастности к жизни. Это она не понаслышке советует. Конечно, книги Златогоровой продаются, но добрую половину тиражей, выпущенных на свои средства, она развозит по приютам и больницам. «Мы привозим много-много книжек, и детки всегда очень радуются. И я радуюсь». Ева Александровна утверждает, что всегда хорошо чувствует детскую ауру, и, с какими бы тяжелобольными детьми она ни встречалась, их энергетическое поле всегда очень доброе и яркое. А еще Ева Александровна крайне требовательна к своему внешнему виду. Как женщину меня восхищает эта черта в человеке, который, к сожалению, лишен возможности оценить своими глазами собственный внешний вид. Ее не назовешь модницей, как, впрочем, практически всех, кто прожил свои лучшие годы в период тотального дефицита и стоял в очереди за ботинками по восемь часов. Но она никогда не выйдет из дома в той одежде, которая ей не по душе. – Ева Александровна, а как вы отличаете хорошую одежду от плохой? – У меня есть любимые цвета – малиновый, вишневый, вообще люблю оттенки красного. Цвет морской волны, насыщенный зеленый, только ни в коем случае не темный и не салатовый. Если не нравится на ощупь ткань, я вещь не куплю, даже если она мне очень к лицу. А еще есть известный принцип, по которому надо подбирать себе гардероб. Если надеваешь кофточку и не очень комфортно себя в ней ощущаешь – не бери. Свою одежду чувствуешь сразу, как только надеваешь. У Евы нет болезни вещизма. Долгие годы, пока росли дети, семья жила более чем скромно. В специальную баночку откладывалась мелочь, чтобы в последние дни перед зарплатой можно было купить молоко и хлеб, о создании каких-то специальных условий для незрячего члена семьи тогда и речи не было. Но она не плакалась. «Нет денег на кино? А мы просто гулять пойдем. Нет денег на новую вещь? Ну и что? Обойдусь пока!» Неудобно, но надо задать вопрос, каким же образом ей удается создавать свои тексты? В этот момент в соседней комнате включается компьютер. Говорящий. Оказывается, благодаря специальной программе этот агрегат озвучивает Еве Александровне абсолютно все. С его помощью ей стали доступны сотни книг, которые раньше приходилось слушать на неудобных и недолговечных аудиокассетах. Но главное – при помощи звука можно не просто набирать, но и править написанное. Поэтому Ева сама себе и редактор, и корректор, и вообще хозяйка. «Хорошего редактора найти трудно, – рассказывает она, – даже очень опытные все равно читают материалы через свое сознание». Кстати, скорость речи компьютера превышает человеческую раз в шесть. Только после 10–15 минут вслушивания я начинаю понимать отдельные слова. А Ева понимает все с первого раза. Получается, что скорость мышления и восприятия в целом у незрячих людей на порядок выше. [b]«Не хочу, чтоб вы меня жалели!»[/b] Мне по-прежнему с трудом верится в то, что сидящий передо мной человек вообще не видит. Ева знает, где стоят все чашки, где лежит каждая ложка, на каком месте спит собака, она со скоростью света открывает компьютерные папки и знает, в какой из них лежит нужная фотография. То и дело звонит телефон, и я интересуюсь, много ли у нее друзей с такой же проблемой или круг общения в основном составляют зрячие люди? – Дружить с теми, кто плохо видит или не видит вообще, я начала совсем недавно. В ВОС я получала работу, но ни на какие праздники не ходила, приглашениями не пользовалась. А сейчас стала замечать грустную тенденцию – за праздничным столом часто только и делают, что обсуждают приготовленную еду. Мне тоже интересно рассказать новый рецепт, конечно, но нельзя же обсуждать это весь вечер! А недавно вот познакомилась с очаровательной парой, так душевно мы побеседовали, теперь ездим в гости друг к другу. И хотя виделись пару раз, нашлась масса общих тем. Не о еде. В конце нашего разговора Ева Александровна говорит серьезно: «Катя, у меня только одна просьба. Не хочу, чтобы вы в интервью меня жалели». Я чуть не проливаю на себя чашку с горячим чаем. Мне бы хотелось посмотреть на того, кто мог бы испытать чувство жалости к женщине, которая сумела превратить свою боль в творчество, будучи незрячей, вырастить двух дочерей, пятерых внуков и заняться воспитанием правнука. Жалеть женщину, которая только на ощупь может приготовить карпа со свеклой, писать книжки и бывать на их презентациях по пять раз в неделю. Может быть, Ева Александровна и потеряла зрение, но уж совершенно точно не потеряла взгляд. И взгляд этот – оптимистичный и добрый. …Сама наблюдала, как на встречах с читателями к ней подходили люди и говорили: «Ну, я по сравнению с вами симулянт. А вы молодец», «Спасибо вам, я думала, у меня плохо, а вы такое пережили и такая умница». Жалеть нужно тех, к кому не пришло вдохновение, тех, кто, потеряв зрение, не получил другого видения или, что, наверное, еще хуже, придумав своего Гришуню, не смог о нем рассказать. Из-за отсутствия говорящего компьютера, семьи и просто поддержки. Ведь, как ни печально: самые талантливые вещи часто создаются людьми, попавшими в экстремальные ситуации. Благодаря своим защитным силам, к счастью, они выбирались оттуда, обращаясь к творчеству. И если уж нельзя сделать всех счастливыми, хорошо бы сделать хотя бы некоторых из них устроенными. Чтобы добрые котята жили в комнатах наших детей, а такие, как Ева, меняли боль на творчество. К радости для всех.

Про Вику и Настеньку

13-ЛЕТНЯЯ Настя и ее мама Вика живут в Отрадном. Почти всю свою жизнь девочка вместе с мамой провела в больницах... Пока Настюше не исполнилось шесть, врачи утешали Викторию: «Перерастет, выправится, выдержит». Переросла, но не выправилась. И диагнозы, которых хватило бы на десять человек, никто не снял. Главный из них – миелодисплазия, иными словами, аномалия спинного мозга и позвоночника, затрагивающая все основные органы, в основном тазовые. Отсюда судорожный синдром, незаращение дужек всего позвоночника, полупаралич правой ноги… И, к сожалению, это не все...Несмотря на болезнь, у Насти полно увлечений. Она любит плавать, занимается фитодизайном, обожает читать книжки, хотя мама никогда не заставляла ее читать, не приучала к этому занятию, как это часто приходится делать с другими детьми.А еще у Насти есть цель. После окончания школы она хочет поступить в ветеринарное училище и лечить животных.Когда ее спрашивают: «Почему хочешь лечить именно животных?» Настя говорит: «Они понимают…»Кстати, девочка училась и в обычной школе, где ее не приняли и постоянно обижали, ей пришлось перейти в школу для ребят с похожими заболеваниями. Там появились и первые настоящие друзья, и хорошие оценки по биологии, литературе, русскому языку. И это несмотря на постоянные, иногда очень долгие пропуски из-за лечения, операции и просто трудности при передвижении.Виктория говорит не только про свою дочь, но и про всех детей с подобными проблемами. В отличие от своей девочки, у которой нет мечты, а есть только цель, Вика мечтает о том, чтобы в России появился единый центр обследования и диагностики для таких больных. Вместе с грудой справок, медицинских карт она выкладывает передо мной восемь направлений к восьми разным врачам. Представьте, каково даже абсолютно здоровому человеку найти время и силы, чтобы пройти такое обследование. А что говорить про одинокую мать с ребенком, который и ходит-то с трудом.Вика рассказывает: «В России нет детского проктолога, надо долго искать и надо найти, гастроэнтерологи возьмут с язвой, гастритом, а с более серьезным еще подумают, не отправить ли к следующему специалисту, а тот – к следующему, и так до бесконечности. Лекарства постоянно необходимы и стоят очень дорого… Да и банальная проблема добраться до места обследования, своей машины в семье нет, знакомые, естественно, не могут подвозить их каждый раз, а социальное такси стоит дорого, талоны – 210 рублей».Чтобы справляться с затратами, Вика неустанно пытается найти работу, предъявляя к ней минимальные требования. Но с ребенком-инвалидом это совсем не просто. На работу, узнав о диагнозах Насти, Вику не берут… Вика уже устала просить и унижаться. Предъявлять розовый билет, подтверждающий право Насти на прохождение бесплатного лечения, и слышать: «Понарожают инвалидов и требуют льгот!» Хотя спинно-мозговые проблемы не зависят от образа жизни и здоровья родителей, дети с такими заболеваниями могут родиться в любой семье. Сама Настя предпочитает не ходить в театры и цирки, в места, куда стремятся все дети. Только бы не слышать обидных слов и не огорчать маму.Да, Вика добивается льгот, последняя операция была сделана бесплатно в клинике известного замечательного Леонида Рошаля. Вместе с тем проблем и нужд у этой семьи очень много. И деньги на реабилитацию девочки требуются постоянно. Когда я спросила маму о том, чем можно им помочь, Вика только пожала плечами, ответила: не стоит. Но возможно, вам, как мне, как нескольким волонтерам, захочется помочь этой семье.Чем мы, обычные люди, можем помочь? Из общения с Викой я вынесла вот что: Настя мечтает научиться выжигать, но для этого нужен выжигательный аппарат и отшлифованные дощечки, не помешают советы опытных людей. Девочка любит читать и обожает книги, особенно Чарльза Диккенса. Ей все равно, новые они или нет, ведь смысл книги не в суперобложке, а в содержании. Насте очень бы пригодились всевозможные наборы для творчества, даже для рисования, все это здорово разнообразит досуг девочки.Насте и Вике очень нужен ноутбук, ведь совместно с выходом в Интернет им будет проще искать врачей. Настю, скорее всего, в следующем учебном году переведут на интерактивное обучение, через Интернет, так как у нее есть трудности с ежедневным посещением школы. Ноут также незаменим для коротания часов, проводимых девочкой в больнице. Кроме того, Настя сможет получить полезные навыки и найти друзей, ведь ей очень хочется общаться! В семье сейчас есть компьютер, не новый, когдато давно подаренный добрыми людьми, но сейчас он уже очень плохо работает и буквально разваливается.Квартира, в которой живут мама с дочерью, нуждается в ремонте, особенно остро стоит сейчас вопрос с окнами, которые необходимо заменить, и хорошо бы эту проблему решить сейчас, пока тепло.И, конечно, Вика будет рада предложениям о работе, требований совсем не много: возможность выходить в ночное время (ведь днем Вика постоянно сопровождает Настю на лечение) и человеческое отношение со стороны работодателя.Есть люди, которые сопереживают семье и помогают по мере сил, но по-настоящему помогать надо всем миром. Может быть, у вас появились свои идеи, чем помочь маме с дочкой? По этическим соображениям мы не публикуем здесь прямой телефон Вики, но на все вопросы может ответить волонтер Диана, которая уже давно близко общается с семьей, оказывает ей посильную помощь и поддержку.[b]Тел.[/b] [i]8(926) 214-77-30[/i].