[b]Не стало Виталия Александровича Сырокомского. Старшему поколению журналистов это имя известно очень хорошо. И вообще таких редакторов, как он, в последнем столетии Государства Российского было очень немного – по пальцам можно пересчитать. Сырокомский редактировал «Вечернюю Москву» и «Неделю», был первым замом в «Литературной газете». К слову, наивысший расцвет «Литературки» пришелся как раз на пору, когда он работал в ней, – на «ЛГ» восьмидесятых годов просто невозможно было ни подписаться, ни купить в киоске[/b].У Виталия Александровича была редкая способность – он умел чувствовать тему и защищать свою точку зрения, умел и не страшился брать на себя ответственность, умел прикрывать людей, находящихся на журналистской передовой, что было, как известно, небезопасно. И тридцать пять лет назад было небезопасно, и сейчас. Уж чего-чего, а гнева «сильных мира сего» Сырокомский никогда не боялся. Умел ценить умное острое слово, умел подбирать себе сотрудников. Придя в «Вечерку», он первым делом постарался, чтобы в газете появились острые перья, обеспечил газете профессиональный скачок вверх, то же самое он сделал и в «Литературке». Он умел неинтересные газеты превращать в интересные, наполняя их неким магнетизмом. Редкостный это дар… Писал книги, которые обязательно отмечали критики, получал ордена и высокие премии, все время был на виду, и другой бы на его месте давно бы сменил ритм жизни, но он не мог себе этого позволить. До самого последнего дня. В этом был весь Виталий Александрович Сырокомский, которого подопечные звали про себя Сыром. Была в этом прозвище особая нежность, любовь к нему, профессиональное уважение, если хотите.И вот Сыра не стало. И будто в мире образовалась дырка. Сделалось холодно и пусто. И исчезли некие очень важные ориентиры. Потери таких людей, как Виталий Александрович Сырокомский, ощущаются долго-долго, нам очень не будет хватать его. Пожалуй, до конца дней своих.