И звук, и ветер

И звук, и ветер

Общество

[b]Вот уже год каждые десять минут над Метеорологической обсерваторией МГУ раздается звуковой сигнал. Тональность его словами не передать, но в этом коротком гуле есть что-то фантастическое. Что из «Войны миров». Однако источник странных звуков имеет сугубо мирное происхождение. Это сделанный в Германии содар, полученный обсерваторией в связи с 250-летием Московского государственного университета, и единственный на сегодня в России серийный акустический локатор, имеющий международный сертификат.[/b]– Обычно метеорологические наблюдения за ветром производятся либо на уровне 10 метров, либо в слое до 25 километров, – пояснил ведущий научный сотрудник МГУ, доцент Михаил Локощенко. – В первом случае используется обычный флюгер, во втором – радиозонд. Что происходит с ветром на небольших высотах, в пределах нижнего километра? Ответ на этот вопрос и дает содар.Содар – это акустический локатор, в основе измерений которого лежит доплеровский эффект изменения частоты колебания звуковой волны.Само название придумали американцы, а первый современный содар в 60-х годах прошлого века создали австралийцы. В СССР работы над созданием содаров начал в Томске в начале 70-х годов ведущий российский специалист по акустическому зондированию профессор Николай Красненко. А едва ли не единственным на всю страну местом, где сегодня изготавливают содары, остается Академгородок СО РАН в Томске.Кстати, у нас содары только-только получают широкое распространение, а вот в Европе спрос на них резко подскочил после 26 апреля 1986 года. Теперь содары есть в окрестностях всех атомных электростанций: уж если случится что, так чтоб точно знать, куда и как понесется шлейф с радиоактивными выбросами.Признаюсь честно: отправляясь на Воробьевы горы, ожидал более фантастического зрелища (наверное, сродни услышанным в тот день звукам). А увидел лишь три гигантских раструба, отдаленно напоминающих тубы – это самые большие трубы в симфоническом оркестре. Правда, содарные раструбы побольше. Раз, эдак, в пятьдесят. Как уже было сказано выше, каждые десять секунд раздается звуковой сигнал. И это – все. Но только на первый взгляд.Михаил Локощенко пригласил меня пройти в лабораторию: там, в компьютерной памяти, хранятся «погодные картинки» и профили ветра за каждые 10 минут каждого из дней минувшего года. Вот, шаг за шагом, вырастает кривая арктического холода из Сибири 16–18 января. Ветер, его сила и направление указаны стрелками (направление стрелки – направление ветра, ее длина – сила ветра). Причем порой ветер начинает дуть сразу с нескольких сторон.Еще более интересная картинка от 4–5 июня – дней, когда на город обрушилась гроза. Я понимаю, о чем вы подумали: «Если есть такой прибор, так почему же он о бедствии не предупредил»? А не предупредил, потому что у содара другая обязанность. Впрочем, данные о скорости и направлении ветра столичные синоптики получают регулярно. А вместе с ними – строители-высотники и… артиллеристы: им нужно знать все о ветре потому, что он него зависят изменения в траектории полета снаряда.Еще одна задача содара – слежение за инверсиями. Инверсия – это слой атмосферы, в котором температура воздуха с высотой растет. Этот слой препятствует тому, чтобы в более высокие слои ушло все то, что извергают заводские трубы и миллионы автомобилей.Предметно, что такое «инверсия», москвичи смогли узнать в 2002 году, когда долгие дни город и практически все Подмосковье закрывала удушливая мгла. Горели торфяники, и дым, при почти полном безветрии, скапливался в нижних слоях атмосферы: уходить выше ему не давала инверсия.Вот уже год как содар на Воробьевых горах следит за направлением и силой ветра над городом. Почему именно здесь? Из-за звучания. В жилом районе содар не поставишь даже на крыше – спать не даст. А у МГУ территория огромная, и жилые дома далеко.– Мы можем давать рекомендации промышленным предприятиям, когда стоит «попридержать» свои выбросы в атмосферу. Это если складывается неблагополучная обстановка, совпадение инверсии и штиля, – объяснил Михаил Локощенко. – А когда поднимется ветер, пусть дадут «залповый» выброс – все быстро развеется.Но при всей своей полезности содар всего один на всю Москву. А как бы полезны они были, например, в аэропортах! Содары способны отследить возможное образование зон турбулентности над взлетно-посадочными полосами. Ведь именно взлет и посадка – самые опасные элементы полета.Да, дорого. Содар стоит 100 тысяч евро. Однако содары делаются и в Томске, и стоимость их значительно ниже. Но если и тут не хватает денег, можно и нужно пользоваться содарными данными лаборатории в МГУ, тем более что они доступны всем.

Google newsYandex newsYandex dzen
Вопрос дня
Кому поставить памятник на Лубянской площади в Москве?