Евросоюз считает чужие деньги

Плюс вопрос стоит и об упущенной выгоде. ЦБ рассматривает сложившуюся ситуацию как прямое нарушение норм международного права и своих суверенных прав. Понятно, что действия нашего ЦБ были ускорены перед лицом угрозы использования активов без нашего согласия. А проще говоря, прямой кражи, которой не может быть никаких юридических обоснований.

Такой иск — это первый ответный залп. Да, руководство Еврокомиссии как бы подстраховалось, заранее договорившись о принятии решения о судьбе наших активов не на основе консенсуса всех членов ЕС, а путем квалифицированного большинства, также заодно и о неисполнении вердиктов судов третьих стран по этой проблеме. Но, во-первых, это показывает отсутствие единства в рядах Евросоюза по отношению к готовящейся пиратской акции. И решение нашего арбитража, свидетельствующее о том, что Москва переходит к ответным действиям, может в психологическом плане только усилить такое «брожение».

Фото: Shutterstock

Признавался же бельгийский премьер, что в Москве обещали преследовать в случае конфискации и его, и его страну «вечно». А это первый шаг на таком пути. Во-вторых, вердикт нашего арбитража становится основанием для апелляции к различным международным инстанциям. И речь может идти об обращении в бельгийские суды или о намерении России обратиться с иском против Бельгии в Международный суд ООН. Можно апеллировать и к статье 263 «Договора о функционировании ЕС».

К тому же решение арбитражного суда станет основанием для начала ответного взыскания активов европейского бизнеса в России. Только немцы могут потерять порядка 100 миллиардов евро. Тот же Еuroclear управляет у нас активами своих клиентов в объеме 16 миллиардов евро. Будет поставлен вопрос о порядке взыскания убытков за счет активов Еuroclear в дружественных нам юрисдикциях. Кстати, только что во Франции суд арестовал активы Google International в качестве обеспечения решения нашего арбитража.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции