Наше военное кино превращается в аттракцион

Кино
Грядет 75-летие Победы. И, конечно, этот великий день наши кинематографисты обойти своим вниманием не могут.

А значит, уже сегодня, за полгода, в России снимаются фильмы о Великой Отечественной — игровые и документальные.

Алексей Герман-младший, например, снимает игровую картину «Воздух» о наших летчицах из некого условного полка, а Леонид Якубович — документальный фильм про героических летчиц из так называемого полка тети Дуси. В работе фильмы о партизанах, танкистах, пехоте…Какими они будут? Думаю, не погрешу против истины, если скажу — разными. Вопрос в том, какие именно дойдут до нас?

Последнее десятилетие самой острой критике подвергалось, как ни странно, именно высокобюджетное военное кино, блокбастеры, имеющие мощную финансовую составляющую и определенный кассовый успех. Картины «Сталинград», «Спасти Ленинград», «Т-34», «28 панфиловцев» и другие были широко разрекламированы, что обеспечило приток зрителей в кинотеатры, но каждая из них в той или иной степени подверглась позже серьезной критике.

И ведь нельзя сказать, что наши зрители не любят военное кино. В перечне любимых всегда назывались «В бой идут одни старики», «Семнадцать мгновений весны», «Они сражались за Родину», «А зори здесь тихие».

Так в чем же дело?

На Руси испокон веков русские люди воевали за свою свободу, и кинематограф с первых лет существования производил фильмы о войне. Государственные мужи сразу поняли, какое влияние на массовую аудиторию оказывает изобретение братьев Люмьер. Неслучайно первая игровая лента дореволюционной России «Оборона Севастополя» была снята Александром Ханжонковым по высочайшему повелению Его Императорского Величества Николая II, поскольку имела колоссальное нравственно-воспитательное значение для граждан страны. Это понимание не утрачено и сегодня: на военные фильмы государством выделяются огромные (для российского кино) деньги. Поэтому, когда говорят, что в нынешнем кино нет никакой идеологии и пропаганды, слышать это странно и смешно.

Наше военное кино превращается в аттракционКадр из фильма «Двадцать дней без войны» (1976) режиссера Алексея Германа / Фото: kinopoisk.ru

Не смешно другое. Если проанализировать военные блокбастеры последних лет, то легко заметить, что многие сделаны по типовому голливудскому шаблону с неизменными атрибутами: закрученный сюжет, сцены насилия, убийства или откровенного секса и развязка — либо хэппи-энд, либо минорный финал. Ярчайшим примером подобного кино стал «Спасти Ленинград», в котором только ленивый не усмотрел бы конструкцию, нахально содранную из «Титаника». Но и это ведь не самое страшное. Самое страшное, что российское военное кино постепенно превращается в масштабный аттракцион. В котором за участившимися любовными историями, разворачивающимися на фоне военных действий, нередко теряется сама война. А когда этих историй нет и присутствуют только батальные сцены, то они почему-то оборачиваются «фальшаком» — компьютерной игрушкой, в которой мы не верим ни единому кадру. Просто замкнутый круг какой-то.

В свое время Эльдар Рязанов сказал, что нет ничего более простого, чем вызвать у зрителя животный ужас, показывая на экране, как у жертвы отрубают руку по частям. Только вот к искусству кино это никакого отношения не имеет. Как не имеет отношения к искусству (это уже — от себя) и медленно вползающий в квадрат окна огромный фюзеляж самолета, готовый пробить стену жилого дома. Это имеет отношение к освоению нами компьютерных технологий, с которым мы так носимся сегодня и которые стали путать с понятием «кинематограф». А ведь те поколения молодых людей, которые выросли уже после развала СССР, теперь вот именно по этим фильмам получают представление о войне. Для молодежи до 24 лет историческая достоверность, драматизм событий как-то вдруг перестали быть определяющими критериями качества. Для них важнее стали динамичный сюжет, эмоциональность, насыщенность спецэффектами. А полуправда — она ведь хуже откровенной лжи. Потому что ложь распознаваема, а полуправда — нет.

Но, к счастью, у нас в стране снимаются не только блокбастеры. Я сейчас говорю о малобюджетном военном кино, которое показывается на фестивалях, о картинах, которые искренне нас изумляют, про которые счастливчики, их видевшие, могут воскликнуть: оказывается, вот какое у нас интересное кино существует!

Сюда можно причесть и пронзительную военную мелодраму «Холодное танго» Павла Чухрая. Я вообще очень люблю фильмы Павла Чухрая. У него очень хорошая семейная история, он знает много о войне от своего отца-фронтовика! В этот же список попала и накаленная драма «Война Анны», в которой война воспринимается глазами ребенка, прячущегося в камине, как воспринималась она глазами подростков в культовых советских фильмах «Иваново детство» и «Иди и смотри». Или удивительный фильм «Дорога на Берлин», спродюсированный Кареном Шахназаровым, снятый по военным дневникам Константина Симонова, где история взаимоотношений двух солдат восходит по своей силе к истории взаимоотношений в фильме «Служили два товарища». Или трогательный дебютный фильм «Солдатик» Виктории Фанасютиной, рассказывающий о шестилетнем герое Великой Отечественной, дошедшем до Берлина. Удивительно, но любой из этих фильмов, не имея в себе батальных сцен с погонями на танках, в первую очередь рассказывает о чувствах людей, о том, как они ломаются или, напротив, выстаивают в этом безумии, и о том, насколько война ужасна и абсурдна. И что самое интересное — фактически все эти хорошие военные фильмы глубоко антивоенны.

Только вот широкий зритель, не являющийся завсегдатаем фестивалей, даже и не подозревает, какая полная надежд кинематографическая жизнь кипит там, внизу, под поверхностью океана холодноватого и пластмассового блокбастерного кино.

К чему это я? Один известный западный политик в свое время, когда его спросили, начнется ли Вторая мировая война, ответил: «Начнется лет через 20, после того, как забудут ужасы Первой мировой». Не люблю пустых пророчеств, но порой думаю о том, что все эти компьютерные аттракционы, обрубающие подлинную историческую память, вполне могут стать шагом в том же направлении.

Мнение автора колонки может не совпадать с точкой зрения редакции «Вечерней Москвы»

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции

Google newsYandex newsYandex dzen