Боятся или ненавидят: политолог назвал страны, которые может захлестнуть русофобия
Фото: Официальная страница Института региональных проблем на Facebook

Боятся или ненавидят: политолог назвал страны, которые может захлестнуть русофобия

Внешняя политика

Польша, поддержав Майдан в Киеве, который закончился государственным переворотом, стала врагом Москвы. Об этом заявила профессор Ягеллонского университета Анна Разьны в статье польского издания Myśl Polska. Разьны отмечает, что польские «атлантисты» в ущерб интересам собственной страны решили претворять в жизнь глобальные интересы трансатлантических игроков, а одним из признаком польского патриотизма стала русофобия. «Вечерняя Москва» поговорила с директором Института региональных проблем, политологом Дмитрием Журавлевым о том, какие еще страны могут подхватить вектор русофобии и что лежит в основе природы этого процесса.

— Каковы причины ненависти к нашей стране, которая слышна в высказываниях некоторых западных политиков?

— Корни русофобии во всем мире различны. В Норвежской военной доктрине, например, открыто написано, что «главная опасность для Норвегии — восточный сосед». Этого даже американцы себе не позволяют.

— Периодически мы слышим беспочвенные претензии со стороны Прибалтики…

— Я пытался в Эстонии выяснить, почему прибалтийцы нас ненавидят. И понял, что на самом деле они боятся Россию. Ненависть — это страх. То же самое я слышал от польских экспертов. Их страх перед русскими иррационален. Они все считают, что «Россия скоро придет и все завоюет». Они не понимают, что они нам не нужны. «Польша живет богато, русские — бедно. Поэтому они придут и все отнимут». Латвия живет совсем плохо. Таких трущоб, как в Риге, я в нашей огромной стране не видел, хотя люди в России живут по-разному. Но латыши думают, что русские придут их грабить, «ведь мы им завидуем». Их страх не связан с логикой, он иррационален.

— А кто конкретно «вломится», по их представлениям, к ним домой?

— Кто именно «придет грабить» — государство, армия или народ, они сказать не могут, так как об этом не думают. Основы русофобии малых стран — в этом. Все негативное, что приписывается нам в целом, — последствия страха. Мы их «оккупируем». Одновременно со всем этим все видят, во что превратилась экономика Литвы и Латвии после распада СССР: промышленность, торговля и сельское хозяйство деградировали. Они закрыли и разрушили все советское, потому что «оно не соответствовало европейским стандартам», а нового им никто не построил. Немножко лучше дела в Эстонии, у которой тесный контакт со Швецией, частью которой эта страна когда-то была.

— Какой тип стран, проводящих политику русофобии, вы можете назвать еще?

— Вторая группа — «ненавистники в СНГ». У них есть еще одно обстоятельство. Это новые государства. У жителей Украины и Казахстана есть ценность «единогосударственного» суверенитета, который называют «национальным». Чем ближе в недавнем прошлом был народ к нам, тем больше страх, что произойдет сближение с Россией и суверенитет исчезнет. В Казахстане не будет националистического Майдана, никто не станет кричать: «Москалей на ножи!», потому что мы не похожи с казахами даже внешне. Им не надо «доказывать, что они отличаются».

— А как же события девяностых в Таджикистане?

— То, что происходило в Таджикистане, когда русские семьями вынуждены были бежать оттуда в Россию, по сути, являлось войной между местными кланами. «Чужих» грабили попутно, ведь они не входили в группировки тех, кто их мог защитить. У русских отнимали все, что можно, и изгоняли под тем соусом, что «они пришлые». Национализм часто используется как связующее звено в новом государстве.

— В соседних республиках подобного не было…

— В Киргизии подобного не произошло. Я разговаривал со вторым президентом Киргизии. Он опасался, что русские могут уехать, потому что работа всех электростанций в стране обеспечивалась русскими. Если бы это произошло, там могла случиться гуманитарная катастрофа.

— Самые трудные отношения из бывших «братьев» между Москвой и…

— Самые сложные, запутанные и тяжелые отношения на территории бывшего СССР у России с Украиной. Это происходит потому, что мы ближе всех. Термин «украинец» появился в 1898 году при первой переписи населения. Самое жестокое безземелье в XIX веке было на Украине. Помещики не хотели отдавать плодородные наделы крестьянам, те работали на барщине. Поэтому огромное количество нищих крестьян поехали в Сибирь, им помогла Российская империя. Украинизация происходила на Украине в разные этапы, и ее осуществляли заинтересованные люди и силы исходя из разных интересов.

— Какой прок правительству Украины в русофобии сегодня?

— Сегодня на Украине русофобия — маркер, с помощью которого отличают «своих» и «чужих». Они ненавидят русских для того, чтобы объяснить себе, кто такие украинцы. Потому что иначе это объяснить невозможно. Украинская русофобия — это попытка возвеличить самих себя.

— А что же с другими странами?

— Теперь о русофобии великих держав. В ней прежде всего есть политика. Им необходима «империя зла» как инструмент определения своего места по отношению к другой державе. Главный русофоб из сильных государств — Соединенные Штаты. Они пугают сами себя, и процесс идет. После окончания Второй мировой войны правительству США надо было создать психологию военного лагеря внутри государства. Ведь США создавались как «государство частных лиц» — американцы разобщены. Для Вашингтона было необходимо создать врага, чтобы объединить граждан и заставить выполнять то, что нужно правительству. Но, пугая свой народ, американское правительство испугалось само.

— Как это выглядело?

— Как пример — уже в 1949 году министр военно-морских сил США и первый министр обороны Джеймс Форрестол выбросился из окна с высоты 16-го этажа с криком: «Русские идут!». Когда в 1957 году СССР вывел на околоземную орбиту спутник, из Нью-Йорка побежали жители, потому что американцы серьезно полагали, что «русский спутник сбросит на них атомные бомбы».

— Помимо Соединенных Штатов, какие страны «не понимают русских»?

— Русофобией также заражена провинциальная Канада. Помимо сильного влияния США и большой украинской диаспоры, канадцы, как «ребята из глубинки», опасаются всего, что на них не похоже. Пример: после убийства канадца в преступлении была обвинена его жена на основании того, что она — русская. «Порядочные канадцы сделать такое не могли». Скандал был большой.

— А что же Лондон?

— Разумеется! Русофобией страдает Великобритания. Это происходит давно, Британия — исторический «конкурент» России. До Второй мировой войны англичане занимали место «мирового гегемона», как позже — Америка. Отношения Англии с Россией обострились при Александре II, потому что мы вышли к Бухаре. Англичане испугались, что русские отнимут у Великобритании ее индийские колонии.

— Какой выход из этой ситуации?

Позиции Запада по «русскому вопросу» всего две: «Россия — страна недоразвитая, пусть русские делают, что мы велим, и они станут такими, как мы», «Россия — страна плохая, русских невозможно изменить. Россию надо уничтожить».

Приблизительно так же считает межправительственная организация, представляющая собой политический, экономический и таможенный союз в Западной Европе, Бенилюкс. Они просто оторваны от реальной жизни.

— А как обстоят дела в Азиатско-Тихоокеанском регионе?

— Что касается Востока… Японцы испытывают страх перед русскими чуть ли не на генетическом уровне. Но они несамостоятельны. И их страх перед Россией частично перебивает страх перед давним противником — огромным и богатым соседом Китаем.

Читайте также: Отказ Польши пригласить Путина в Освенцим связали с желанием отомстить

Google newsGoogle newsGoogle news