Главное
Карта событий
Смотреть карту

Издатель Капьев — о классике и семейных ценностях: Сюжеты можно истолковывать неоднозначно

Сюжет: 

Эксклюзивы ВМ
Общество
Издатель Капьев — о классике и семейных ценностях: Сюжеты можно истолковывать неоднозначно
Фото: Антон Кардашов / АГН Москва

В классической литературе действительно встречаются сюжеты, спорные с точки зрения семейных ценностей. Такое мнение в беседе с «Вечерней Москвой» высказал генеральный директор издательства «Эксмо» Евгений Капьев, комментируя соответствующее обращение Российского книжного союза (РКС) к председателю комитета Госдумы по информационной политике Александру Хинштейну.

РКС 17 октября направил обращение с просьбой пояснить, являются ли некоторые сюжеты в произведениях из перечня классической литературы и списка школьной программы пропагандой отрицания семейных ценностей.

Острый вопрос

По словам собеседника «ВМ», обсуждаемый в Госдуме запрет распространения информации, пропагандирующей нетрадиционные отношения, может затронуть книжные издательства.

— Российский книжный союз сформулировал запрос: как соотносится классическая литература с новым законопроектом, является ли это пропагандой. Есть очень много острых важных вопросов, которые нужно учесть в законе. Если придется все книги отдавать на экспертизу, это приведет к росту цен. Тот же «Малыш и Карлсон»: нельзя сказать, что тут воспеваются классические семейные ценности. Взрослый дядя водит мальчика по крышам без разрешения родителей. Это точно не традиционные семейные ценности, — пояснил эксперт.

Капьев подчеркнул, что разные сюжеты можно истолковывать неоднозначно. Из-за анонсированных больших штрафов издатели могут начать бояться издавать ряд книг, находящихся на грани, в результате чего часть произведений уйдет в пиратский сегмент.

Могут возникнуть разногласия даже в тех сюжетах, которые не подразумевают какой-то пропаганды, уточнил собеседник «ВМ».

— Например, мы издаем много православной литературы. В книгах про монашество — человек уходит без детей, отрекается от всего земного. С точки зрения традиционных семейных ценностей это, наверное, тоже неправильно. Или правильно? В реальности ведь непонятно, — заметил специалист.

Классика сейчас является самым популярным жанром, подчеркнул эксперт. Если ее вывести из-под действия закона, это будет сложно соотнести с запретом пропаганды нетрадиционных ценностей. В данный момент формируется экспертная группа, которая должна вынести какое-то решение, подчеркнул специалист.

По словам Капьева, классику можно было бы оставить в покое и вводить ограничения для современной литературы. Однако здесь тоже есть ряд вопросов, которые необходимо оговорить.

— Может быть, стоит ввести ограничения для современной литературы, но, опять же, вопрос: а что такое классика? Довлатов — классика или нет? А Пелевин? Это все еще предстоит обсудить. Самое главное, на что я хотел бы обратить внимание: книжное потребление занимает всего четыре процента от медиапотребления. Из часа времени всего две с половиной минуты приходится на книжное потребление, из которого тьма — пиратское. Конечно, очень хорошо, что мы занялись традиционными ценностями. Этим надо заниматься. Но хотелось бы, чтобы 57 остальных минут тоже потреблялся контент, правильный с точки зрения семейных ценностей, — заключил эксперт.

Какие книги запрещали раньше

Во времена СССР ряд книжек в стране находился под запретом, причем по причинам, которые далеко не всегда были связаны с нетрадиционными ценностями. Например, «Архипелаг ГУЛАГ» Александра Солженицына был основан на письмах и личном опыте автора. Солженицын понимал, что в СССР его книгу никогда не опубликуют, и роман был впервые напечатан во Франции в начале 1970-х. Тогда в СССР началась кампания против диссидентов, в том числе против писателя.

Роман Солженицына «Раковый корпус» в конце 1960-х все-таки был принят для печати в журнале «Новый мир», однако уже после подписания договора власти потребовали отменить публикацию. В результате роман начал распространяться в самиздате. Примечательно, что в итоге впервые «Раковый корпус» в СССР был издан в том же «Новом мире» в 1990 году.

Книгу Бориса Пастернака «Доктор Живаго» запрещали, так как было решено, что роман недостаточно патриотичен. Пастернак принципиально отказывался от темы соцреализма, которая в то время должна была присутствовать буквально везде. Впервые книга была опубликована в Италии, что крайне не понравилось советским чиновникам.

«Лолита» Владимира Набокова — одна из самых скандальных историй любви в мировой литературе — была под запретом не только в СССР, но и в ряде других стран. Набоков не верил, что ее когда-нибудь опубликуют в СССР (к слову, изначально книга даже была написана на английском языке). Однако ее все же опубликовали в 1989 году.

В СССР запрещались не только книги советских писателей. Формально под запретом находился «Робинзон Крузо» Даниэля Дефо. В советском обществе активно прививалось мнение, что один человек не может совершать героические поступки, а только совместный труд принесет счастье. Чтобы этот роман стало возможным опубликовать в Советском Союзе, его очень сильно видоизменили.

Подкасты