Главное
Карта городских событий
Смотреть карту

Мэр Донецка Алексей Кулемзин: Украинских карателей ждет новый Нюрнбергский процесс

Мэр Донецка Алексей Кулемзин: Украинских карателей ждет новый Нюрнбергский процесс
Фото: Алексей Зернаков / Вечерняя Москва

1 марта глава Донецкой Народной Республики Денис Пушилин заявил, что темпы проведения военной операции на Украине идут с опережением графика. Но мобилизация на Донбассе еще не завершена, а Донецк находится под прерывающимися лишь на короткое время яростными обстрелами украинских военных. Спецкор «Вечерней Москвы» Алексей Зернаков поговорил с мэром Донецка Алексеем Кулемзиным о том, как в таких условиях живет город.

Кабинет главы администрации Донецка Алексея Кулемзина похож на сотни и даже тысячи таких же помещений в самых разных, как говорили на Руси в старину, присутственных местах. И одновременно не похож. За его спиной — герб Донецкой Народной Республики. На стене напротив — портреты главы ДНР Дениса Пушилина и президента России Владимира Путина. Казалось бы, замени символику и лица — и вот он, типичный кабинет любого среднестатистического чиновника. Однако взгляд сразу приковывает лежащий на столе автомат и подсумки с патронами. И пистолет в тактической кобуре на поясе градоначальника. Да и сам Алексей Валерьевич в камуфляжной футболке не очень напоминает хрестоматийного госслужащего. Сразу видно — город, который он возглавляет, воюет. Уже восемь лет Донецк истекает кровью, огрызается, но не сдается. На виду у всего мира, который предпочитает это стыдливо не замечать. А город живет вопреки всему и всем. И надеется на то, что эта война скоро закончится.

— Расскажите оперативную ситуацию, как сейчас в целом обстоят дела в Донецке в связи с обстрелами?

— Обстрелы города участились. Под ударом находятся Киевский и Кировский районы и центральная часть Донецка. Прицельный огонь ведется по жилым объектам. А кое-где наблюдается и повторение былых обстрелов 2015 года. Видимо, бьют по тем же координатам.

Очень сильно пострадал жилой фонд, в первую очередь в Киевском районе — и частные дома, и многоквартирные. Там высокая плотность застройки, и при ударах тяжелой артиллерии урон жилью наносится очень серьезный. Также сильные повреждения получила электроподстанция, и наши энергетики сейчас задействуют резервные системы, чтобы у людей в домах снова появился свет. Были повреждены и газовые магистрали. Под огонь попала бригада газовщиков, выехавших на место. Один человек погиб, двое получили ранения. А ведь это были не солдаты — обычные мирные люди без оружия! И ничего плохого они не делали. Перебои есть также с водой, поскольку повреждены важные узлы водоснабжения. Обстрелы идут массированные и тяжелые, но все городские службы работают и будут работать.

— Когда я ехал в Донецк, ожидал увидеть иное. А перед моими глазами предстал чистый аккуратный город, по которому ездят трамваи, где убираются улицы, работают (пусть не все) магазины и кафе. Как вам удалось добиться этого в условиях постоянных обстрелов?

— Секрет прост: это наши люди, которые любят и берегут свой город. Понятно, что все вокруг не идеально — война еще никому не приносила благополучия и процветания. Но за прошедшие годы мы привыкли, что все городские службы работают единой командой. Есть военный фронт, а есть трудовой. Да, многое делается не в том объеме, в каком нам хотелось бы. Но делается. Конечно, с поправкой на военное время. Например, мы практически мгновенно во время обстрелов корректируем движение транспорта. Потому что неоднократно наши водители попадали и под артиллерийский огонь, и под пули снайперов, и под выстрелы из стрелкового оружия. Мы научились жить и работать во время войны. И у нас мощная команда.

Есть глава Донецкой Народной Республики Денис Владимирович Пушилин. Он ставит четкие и понятные задачи и всегда слышит и понимает всех нас, наши чаяния. А когда есть четкая вертикаль и уверенность в том, что ты делаешь, все получается, ведь вся наша работа направлена на благо наших жителей и развитие территорий, как бы это ни было тяжело в военное время. Еще не стихла канонада, а люди в оранжевых жилетах уже убирают осколки стекол с улиц, начинает ходить общественный транспорт. Да, бывают такие трагические ситуации, когда под повторными обстрелами эти люди гибнут: и сотрудники МЧС, и врачи скорой помощи, и энергетики, и учителя, и водители.. Это тактика украинских карателей — террористическая, подленькая, из-за угла. И она срабатывает.

Теоретически мы могли бы сказать: «Это война» и перестать что-либо делать, дескать, как все закончится, тогда и будем ремонтировать. И многие из тех, кто не понаслышке знает, что такое, когда день за днем за окном раздаются взрывы, нас бы даже поняли. Но мы так поступить не можем! Мы даже подумать о таком не можем! Ведь в городе продолжают жить люди. И мы должны о них заботиться. Поймите, в тот момент, когда Донецк начали обстреливать украинские боевики, в нем находилось около миллиона жителей. И у меня в голове не укладывается, как в принципе можно было отдать приказ о массовых бомбардировках города-миллионника! Но я уверен, что суд, который обязательно рано или поздно состоится, сделает свои выводы. А украинских карателей ждет новый Нюрнбергский процесс.

Мэр Донецка Алексей Кулемзин: Украинских карателей ждет новый Нюрнбергский процесс Результат утреннего обстрела Донецка украинскими военными. Снарядами разрушена крыша городского кафе / Фото: Алексей Зернаков / Вечерняя Москва

— Сегодня большая часть мужчин Донбасса защищает свою землю с оружием в руках. И основная нагрузка по поддержанию жизнеобеспечения Донецка ложится на хрупкие женские плечи. Справляются?

— Всегда говорили, что женщины — это наш тыл. И сегодня они в прямом смысле этого слова являются тылом нашей республики. Десятки тысяч мужчин находятся на фронте и несут свою службу. Поэтому женщины встали к станкам и делают другую традиционно мужскую работу. И то, что нам сегодня удается сохранять — и общественный транспорт, и уборка города, и регулировка движения, и жилищно-коммунальное хозяйство, и вывоз мусора, — во многом заслуга именно наших женщин.

— Как сегодня обстоят дела с продовольственной безопасностью Донецка?

— Тут мы чувствуем себя спокойно. У нас есть «дорога жизни» из России. Есть безопасные пункты пересечения границы. И я от всей души благодарю весь российский народ, все регионы, которые нам помогают. За то, что у нас не повторяется трагическая ситуация, как в 2015 году. Тогда Украина объявила нам одностороннюю блокаду, и прекратились вообще все поставки. Было непросто. Но Россия протянула нам руку помощи, пошли гуманитарные конвои. А следом и бизнес подтянулся. В итоге наши производства наполнили необходимым сырьем, полки магазинов — товарами, сбалансировали цены. Сегодня с продуктами питания серьезных проблем у нас нет.

— А как дела с водой? Это ведь даже в мирное время был непростой для Донецка вопрос.

— В связи с массированными обстрелами Донецка, которые идут уже вторую неделю, появились сложности с водоснабжением. И очень серьезные. Потому что вода в Донецк идет по территории ДНР, временно занятой украинскими войсками. Я думаю и верю, что это «временно» скоро закончится. Действительно, там очень сложное инженерное сооружение. Помимо военных, есть и объективные причины: оно построено давно, насосное оборудование устарело, да еще и сложный рельеф местности накладывает свой отпечаток. Я там был много раз, поэтому знаю, о чем говорю.

Сейчас вода по трубам не поступает, и мы пока не можем сказать достоверно, на каком этапе и по какой причине водоснабжение прервалось. Но, даст бог, скоро информация появится, и мы все наладим. Так что сейчас город находится на резервном водоснабжении. Ситуация сложная, потому что объем потребления большой. Так что уже есть планы по временному переходу на почасовую подачу воды.

Хотя для Донецка это событие по уникальности можно сравнить, например, с падением метеорита. Система всегда работала как часы, а резервный источник водоснабжения использовался максимум несколько дней для замены какого-то сложного узла или агрегата на основном. А тут еще накладываются разбитые обстрелами водоузлы на территории города. И то, что большая часть мужского населения мобилизована, и мы имеющимися силами поддерживаем городское хозяйство. Поймите, в Донецке перепады высоты в рельефе — более ста метров. Соответственно, в городе более сотни подкачивающих станций. В общем, проблема серьезная. Но мы ее решаем. Ведь моя цель — чтобы вода была дома у каждого конечного потребителя.

— Промышленные предприятия в городе сейчас работают?

— В целом работают. В профильном министерстве об этом расскажут лучше. Есть и свои сложности — та же мобилизация. В целом обстановка в городе стабильно тяжелая. Но, несмотря ни на что, мы держимся.

— Да, непростая у вас работа...

— Как говорится: «Все для фронта, все для Победы!» Я все это сложное время нахожусь в Донецке, никуда из него не уезжал и уезжать не собираюсь. Я тут родился и вырос — это моя земля. И я испытываю те же самые проблемы, что и остальные жители. Вот здесь, в администрации, свет дали только минут пятнадцать назад. Обстрел был очень жесткий — да вы и сами все прекрасно слышали. Снаряды падали буквально рядом со зданием. Опять побиты жилые дома, сгорели машины. Но это все мы можем отстроить и починить. Нам не впервой. Главное, что опять погибли люди, простые мирные жители. А их не вернешь...

Мы всегда поддерживали Минский процесс, переговоры. И с надеждой смотрели на Россию, которая даже не десятки — сотни раз была инициатором прекращения огня и отвода тяжелого оружия. Того самого, из которого по нам бьют сегодня и которого, если смотреть на Минские соглашения, тут не должно быть.

Мэр Донецка Алексей Кулемзин: Украинских карателей ждет новый Нюрнбергский процесс Фото: Алексей Зернаков / Вечерняя Москва

— Позвольте личный вопрос: как вы пережили эти восемь лет? Тем более что украинские диверсанты объявили настоящую охоту на командиров и чиновников ДНР. Не страшно было?

— Все мы под Богом ходим. И прекрасно понимаем: войне уже восемь лет, и враг сейчас бьет по старым координатам — по тем же, что в 2014– 2015 годах. Безусловно, ему хорошо известны координаты здания, в котором мы с вами сейчас находимся. Как и любого другого в городе. Поэтому в любую секунду любая точка Донецка может стать прифронтовой. Даже та, куда раньше не били.

— Сегодня вся мировая общественность, восемь лет «не замечавшая» истекающий кровью Донбасс, на разные голоса рассказывает о страданиях украинцев. Что бы вы сказали западным лидерам, например Джо Байдену или Олафу Шольцу, окажись они в Донецке?

— Я бы ничего не сказал. Просто предложил бы пройти от нашего завода ДМЗ (Донецкий металлургический завод. — «ВМ») до аэропорта вместе с нашими жителями. Они бы все им сами рассказали...

ДОСЬЕ

Алексей Валерьевич Кулемзин родился 13 июня 1974 года в Донецке. В 1997 году окончил Донецкий государственный университет, специальность — «Экономика и управление производством». Спустя три года окончил Донецкий государственный технический университет по специальности «Государственная служба». В ноябре 2014 года вступил в должность директора донецкого коммунального предприятия «Донэлектроавтотранс». В сентябре 2015 года избран депутатом Народного совета Донецкой Народной Республики.

17 октября 2016 года экс-глава ДНР Александр Захарченко назначил Алексея Кулемзина исполняющим обязанности главы администрации Донецка. В мае 2019 года его назначили на этот пост на постоянной основе. Награжден почетным знаком Народного совета ДНР. Кандидат экономических наук.

Подкасты