Главное
Гид по Москве
Приметы и советы

Автор

Наталия Черкашина
От партера до налерки – все читатели «Вечерки»
[b]Концертный зал «Россия» вчера был забит битком. Две с половиной тысячи человек пришли поздравить нашу газету с днем рождения. Огромный зал взрывался волнами аплодисментов и светился сотнями улыбок, но создавалось впечатление, будто мы сидим дома и общаемся с друзьями.[/b]«Вечерка» — газета, неотделимая от понятия «дом».Артисты — от 16-летней Пелагеи до всенародного Иосифа Кобзона — дарили нам лучшие свои песни. Кобзон, кстати, был един в двух лицах. Как советник мэра по культуре он выполнил приятное поручение — поздравил газету от имени Юрия Михайловича Лужкова. Как певец — вспомнил несколько старых песен. В том числе — специально для журналистов — «Песенку фронтового корреспондента».Изысканная леди Нани Брегвадзе. Мудрый и ироничный Ефим Шифрин, грустный клоун с улыбкой Чарли Чаплина.— Знаете историю про то, как новый русский себе особняк отгрохал?— Да он, негодяй, уже три штуки их отгрохал! — откликнулся зал.Когда Пелагея Ханова выходит на сцену, зрители забывают о звонках на мобильный и текущих делах. В крохотных ночных клубах, в больших ли залах, где выступает юная певица, — реакция публики предсказуема. Шок! «Любо, братцы, любо», — спела звонкоголосая казачка и поздравила всех «атаманов прессы» с днем рождения. А бессменный есаул эстрады — Олег Газманов — в который раз признался, что самые красивые девушки работают в «Вечерней Москве». Пример мужской верности! Александр Буйнов — вечно молодой перпетуум мобиле с моторчиком за спиной. «Сейчас я вам спою песню на иностранном языке», — сказал артист и зарычал: «Let My People Go». Зал хором подпевал.«Куколки мои», — это к нам, журналистам «Вечерки», обращался всегда импозантный Сергей Пенкин. Тамара Гвердцители надела самое красивое свое платье. Шура «творил добро», чего и нам желал. Елена Степаненко рассказала, как НЕ надо водить машину и как НАДО знакомиться по объявлению в газете: «Месяц в разводе? Ну и что, что тебе сорок стукнуло! Ты же практически девушка!» Еще вчера мы узнали, что «Шао? Бао!» — это из китайского. «Нормально? Молодцы!» И познакомились с замечательным трио степистов «Кирсанови Ко», подарившим нам зажигательную музыку ботинок и каблучков.Юлиан, как всегда, стройный и привлекательный, спел две совершенно новые песни. Он сейчас очень волнуется — 26 и 27 февраля у него премьера нового шоу. Здесь же, в «России».И наконец — финал. Валерий Леонтьев ослепил улыбкой вечерний город, спел две песни и, прижимая подбородком огромную желто-красную охапку цветов, раскланялся… Не тут-то было! Шквал аплодисментов, артист осторожно выглядывает из-за кулисы, выходит на сцену, робко обращается к кому-то сверху: «Эй, есть еще хоть что-нибудь? Я к звукорежиссеру обращаюсь! Давай, Андрей, что есть!» Верхи дают «Мишель» — и зал торжествует.Кто любит, тот любим — незыблемое правило настоящей звезды, у которой есть имя: Валерий Леонтьев.А сегодня мы, журналисты, вновь встали рано — кто в шесть, кто в восемь утра — чтобы вечером, когда вы едете домой, сделать вам традиционный подарок.Самые свежие новости, точные обзоры и интересные интервью.[b]Сергей ПЕНКИН[/b]. Я познакомился с «Вечеркой» лет 15-17 назад, когда приехал в Москву. Сразу поразил ее необычайно высокий уровень. Желаю, чтобы газета была популярной и справедливой.[b]ШУРА[/b]. Недавно я стал подписчиком «Вечерки». Получилась домашняя вечеринка… Желаю счастья![b]Анита ЦОЙ[/b]. У меня в школе были политинформации. Нас заставляли выбирать интересные новости о нашей стране, о трудовых подвигах, о происках империалистов, и я чаще всего черпала информацию из «Вечерней Москвы». Она до сих пор выдерживает свою стилистику: хорошо проверенная информация, никакой желтизны, все написано доступным человеческим языком. Очень вас люблю и никогда вам не изменяю.[b]Тамара ГВЕРДЦИТЕЛИ[/b]. Очень интеллигентная газета. Желаю сохранить свое лицо и свое достоинство.[b]Олег ГАЗМАНОВ[/b]. У меня такое ощущение, будто мы всю жизнь вместе. Самые искренние и сердечные пожелания![b]Александр БУЙНОВ[/b]. Это было, кажется, в конце 60-х. Я учился в музыкальной школе и по вечерам, когда ехал домой, всегда читал «Вечернюю Москву», потому что она продавалась в метро. А сейчас не знаю — в метро давно не был.[b]Нани БРЕГВАДЗЕ[/b]. Хочу честно сказать: я мало читаю газеты, но «Вечернюю Москву» очень люблю.[b]Ефим ШИФРИН[/b]. Это случилось на первом Московском конкурсе артистов эстрады в 1979 году. Я там победил. И первое в своей жизни интервью дал «Вечерней Москве».[b]РЕДАКЦИЯ БЛАГОДАРИТ[/b]:художественного руководителя ГЦКЗ «Россия»[b] Вячеслава КАРПОВА [/b]за прекрасную организацию и проведение концерта;режиссера-постановщика [b]Галину СИМАНОВИЧ[/b],художника-постановщика [b]Владимира МИХАЙЛОВА [/b]и редактора [b]Игоря КОЗЫРИЦКОГО[/b];съемочную группу телеканала ТВЦ;радиостанции «Авторадио — народная марка», «Радио Шансон», «Эхо Москвы», «Говорит Москва»[i]Заголовок этой полосы придумал редакционный водитель Сергей ЧВАНОВ[/i]
Общество
Молодой СТОлетник
[b]Всегда самый главный на новогодних огоньках и праздничных концертах к Дню советского металлурга, сельского учителя или медицинского работника. Всегда элегантный и моложавый. Лещенко не вписывается в рамки люблю — не люблю. Он просто поет, и мы слушаем его песни.Намедни мне рассказали о грядущем столетии Льва Валерьяновича Лещенко. Как, неужели сто?! 1 февраля Лещенко отпразднует 60 лет со дня рождения и (подумать только!) сорок лет творческой деятельности. Вместе — сто.— Лев Валерьянович, я тут подумала, что вы для нас, как Ленин. Были, есть и будете.[/b]— ([i]смеется[/i]) Да ну?[b]— Вас называют «песенным символом эпохи», «соловьем российской эстрады» и «мэтром советской песни». Вас не раздражают такие штампы?[/b]— К этим штампам человек стремится всю жизнь.[b]— А точнее?[/b]— Сейчас мы уже не помним тех, кто пел двадцать лет назад. Молодые ребята не знают даже Утесова и Марка Бернеса. Любой начинающий исполнитель хотел бы войти в историю.[b]— Вы могли бы назвать себя человеком столетия?[/b]— Я считаю, что мне удалось зафиксировать настроение прошлой эпохи. Когда звучит песня «День Победы», всем ясно, что это песня о войне. «Притяжение земли» — чтото связанное с космосом.«Родительский дом» — любимая песня наших бабушек и дедушек. «И с полей доносится: налей… тьфу, печаль», — застольная. Эти песни стали образцами массовой культуры высшего пилотажа.[b]— А попса — это низший пилотаж?[/b]— Наша эстрада — как обеденный стол. Вот супчик и мясцо. А вот скоропортящийся продукт, который надо быстрее съесть.[b]— Вы как-то сказали, что скучно нынче на эстраде, и поэтому стали бизнесменом.[/b]— Скучновато. Мне хотелось бы говорить о чем-то очень серьезном со сцены… Но нет, всем Шуру подавай.[b]— Ваш бизнес — это…[/b]— Мебельная фабрика во Владимирской области и строительный бизнес. Хочу еще сделать спортивный клуб с баром и рестораном.[b]— А как же шоу-бизнес?[/b]— У меня есть музыкальное агентство и звукозаписывающая студия, в которой работают практически все популярные исполнители.[b]— Назовите самых достойных поп-артистов.[/b]— В жанре эстрадной музыки — Филипп Киркоров. Классическая эстрада — Коля Басков. Современная — это Земфира и Алсу. Легкая эстрада— «Динамит», «Премьер-министр» и «Блестящие».[b]— Все эти люди придут поздравить юбиляра 1 февраля?[/b]— Все, кроме Земфиры. Все-таки у нас разные жанры.[b]— Почему свой юбилейный концерт в «России» вы называете «карнавальной феерией»?[/b]— Представьте: артисту стукнуло 60. Ему дарят грамоты и награды — как уныло! Я сразу сказал: будут маски, костюмы, шуточные поздравления, дуэты, скетчи, пародии… много жанров! Открытие памятника Льву Лещенко прямо на сцене. Может, мне вручат карикатуру вместо подарка. Все очень весело, нарядно, с салютами, фейерверками, серпантином и снегом, который сверху посыплется на зрителей. Сиюминутное действие в прямом эфире на РТР.[b]— Накладок не опасаетесь? Вдруг кто-то из артистов петуха пустит?[/b]— А зрители любят, когда артист на сцене ошибается.[b]— В сто лет самое время говорить о творческих планах…[/b]— Наверное, я уже не буду так рьяно заниматься эстрадным делом. Буду петь тогда, когда попросят. Что касается возраста, то я беру пример с моего папы, которому 97. Сто лет! Ребята, мы молоды!
Развлечения
Sвежий Oбзор Sидюков
[i]Paul McCartney. Driving Rain[/i][b]Спросите у Пола[/b]В первые перестроечные годы рассказывали такую историю. Однажды по общесоюзному радио объявили, что сэр Пол Маккартни охотно ответит на вопросы товарищей от Москвы до Магадана. Назвали номер телефона и даже время указали, в котором часу звонить. Стоит ли говорить, что тысячи мальцов, девчат, дядь и теть бросились накручивать диски и нажимать кнопки: «Пал Макарыч, это вы?!» Якобы обладателем заветного номера оказался… некто Павел Макарович. То ли слесарь жэка на пенсии, то ли прапорщик Советской Армии в отставке. Старичок терпеливо объяснял звонившим, что они, верно, ошиблись. А через пару часов и рюмок Павел Макарович почувствовал себя фельдмаршалом рок-н-ролла и увидел небо в алмазах. О дальнейшей судьбе соотечественника нам ничего неизвестно.Вопрос на засыпку. Зачем одному из самых богатых людей планеты писать песни, он и так уже заработал… 750 миллионов фунтов стерлингов?Спросите у Пола.У него есть подружка в Лондоне и любимая дочь, модная модельерша. Как и прежде, Пал Макарыч кушает вегетарианские блюда и много музицирует. У него гибкие пальцы, а на его сытых щеках играет здоровый румянец. От нового альбома Driving Rain, написанного в 59, веет благополучием и спокойствием.Скучный и нудный, как ноябрьский дождик — видимо, не зря он начал моросить еще в заголовке. Зачем Пол летал записывать оркестровые сэмплы и чарующие звуки тампуры (четырехструнной лютни) в Лос-Анджелес — остается загадкой.[i]Dalida. Revolution[/i][b]Несправедливость любви[/b]Жизнь итальянки из Каира Далиды яркая, как в кино. С детства сеньорита Иоланда Джильотти мечтала стать актрисой, а работала… секретаршей. В 21 год девочка в очках с толстенными стеклами победила на египетском конкурсе красоты и отправилась в Париж с сотней франков в кармане.Через несколько лет любимица французов познакомится с изнанкой любви. Первый муж Далиды выбросится из окна многоэтажного дома на окраине Парижа. Молодой любовник — итальянский композитор Луиджи Тэнко — пустит себе пулю в лоб. Второй муж Далиды заявит, что он нашел секрет бессмертия, и повесится в своем загородном особняке. А вскоре ее верные друзья — карлики Петро и Лючия — скончаются от неизвестной болезни.— Ciao, Amore, Ciao! — так плачут сильные женщины.Сборник Revolution представляет все самое лучшее от Далиды. Иностранный акцент и раскатистое «р-р».Зажигательное диско на французском. А также — на немецком, испанском, английском, японском и арабском. Романс Le Temps Des Fleurs отзывается строчкой «…дорогой длинною, и ночью лунною». Танцы босиком на раскаленных углях судьбы. Дискотечные хиты с привкусом грусти (Americana) и роковая любовь, надоевшая ей до смерти.Революция научила Далиду верить в несправедливость любви. В 54 королева французского шансона добровольно рассталась с жизнью. Ее нашли в изящной позе. В руке остался недопитый бокал.[i]Би-2. Мяу кисс ми[/i][b]Коты сорвались с цепи[/b]— Как будет называться ваш новый альбом? — теребила я Леву за рукав месяцев эдак двадцать назад.— Есть на чем писать? — заговорщицки шепнул тот, заслоняя меня от журналистов, многочисленных поклонниц, продюсеров, прочих.За неимением клочка бумаги, вздохнув и мысленно извинившись перед всеми стражами порядка, я достала из широких штанин… дубликат бесценного груза. Открываю паспорт, а там — «мяу кисс ми» написано. Шутить изволите, товарищ музыкант? «Я серьезно, — промурлыкал Лева. — А у тебя сигаретки не найдется?»Долгожданный альбом «Би-2».Много струнных, как в настоящем оркестре. И духовых, как в группе «Ленинград». Не обманули, действительно «Мяу кисс ми»! Конечно, о любви. Слушаю и представляю, как Лева Би-2 в черном пиджачке целует микрофон и гопака пляшет. А Шура Би-2 рубится на гитаре, размахивая свежевымытыми волосами.Снег кружится, бенгальские огни — как пьяные звезды. Елочный сок (для зимы), а березовый — для лета. Но что это? Не лирики, но бывалые физики любви, «бидвашники» разбили нашу любовь на «осколки всех невыплаканных слез». Коты сорвались с цепи. Не мурлычат, но вопят! Ушла от них любовь, остался верный рок-н-ролл. Тут же вспоминаю, как Чиж, оказавшийся в той же ситуации, остался наедине с блюзом.Не плачьте, барышни. Если верить нашим парням, то «умирать зимою холодно от любви или от голода». Так что у нас есть еще шанс. Накормить и обогреть героев рок-н-ролла.[b]Компакт-диски предоставлены магазином «Пурпурный легион»[/b]:улица Новокузнецкая, 1.[b]Телефоны[/b]: [i](095) 953-46-52[/i], [i]953-46-89[/i].
Общество
Би-2: Бабки или свобода?
[b]Они не размахивают флагами на баррикадах: «Не стоит прогибаться под изменчивый мир». Не строят из себя уставших непризнанных гениев: «Пусть лучше мир прогнется под нас». Просто делают свое дело — пишут неплохие песни и дают интересные концерты. Они, похоже, живут сегодняшним днем. А отмечать «красивый голос, мелодизм и экспрессию» (АК Троицкий) — дело критиков.[/b]Панковское прошлое группы «Би-2» вызывает уважение у тех, кого воспитали суровые родичи — разбитная «мамочка» (анархия) и безбашенный «папашка» (стакан портвейна). Для кого-то они — явление в шоу-бизнесе. Для кого-то — очередной «свежачок». Не тут-то было. Группе «Би-2» уже 12 лет.— Это не стаж профессионального музицирования. Просто мы, как все мечтатели, когда-то задумали создать группу. В 88-м мы вылезли на сцену, играли какой-то пост-панковский материал, скакали, кидались подушками... В общем, пытались что-то делать, какое-то шоу. Но серьезно мы подошли к музыке только в последние несколько лет.[i][b]Не герои нашего времени [/b][/i]Промозглый ноябрь 1999-го. Еще никто не слышал ни «Полковника», ни «Серебро», по радио крутят одну «Варвару». Умный гитарный проигрыш в середине, миленькая песенка, но не более. В одном клубе показывают на молодого человека с пышной растрепанной шевелюрой.— Это Лева из «Би-2». Скоро он станет звездой.Разглядываем Леву. Симпатичный, сексуальный, но... звезда? Это мы еще посмотрим.С Шурой мы познакомились в другом клубе. Едва появившись в Москве, «бидвашники» стали осваивать столичные заведения. Идешь по улице, заходишь в первую попавшуюся кафешку и... обязательно встречаешь довольного Леву или Шуру в обнимку с кружкой пива и симпатичной барышней.Год прошел. «Би-2» звездами стали. Феномен: Земфира, Чичерина, «Би-2» за несколько месяцев взлетают из небытия до небес. Заносы шоу-бизнеса или закономерность? Общее в героях нынешнего года — то, что они ненадуманные. Корчащаяся от неподдельной боли Земфира.Озорница Чичерина, словно на минуту заскочившая на сцену из соседнего двора. Лева и Шура — мужчины в расцвете сил, простые, благородные и — абсолютно нормальные. Ни неумытости «Агаты Кристи», ни учительства в духе Шевчука, ни традиционной рокерской депрессухи. «Не потерять бы в серебре ее, заветную» — лишь светлая (серебряная!) грусть.Она — это свобода.Лева и Шура — не герои. Писать о них трудно. Большинство журналистских материалов о них ограничивается перечислением био-географии: Белоруссия — Израиль — Австралия как ступеньки к будущей славе. Год назад Лева и Шура, похоже, искренне недоумевали, зачем кому-то понадобилось вдруг нацеливать на них свой объектив. Теперь ребята поняли «фишку». Несколько глянцевых обложек подряд. Идеи съемок придумывают сами. На концертах, словно по заказу, принимают картинные позы: снимай — не хочу. И каждый концерт — событие.Выступление на «Максидроме» (тогда они еще были «новичками» и спели только три песни) и трогательный концерт на прощальном школьном звонке — один уровень. Сольный концерт на Московском кинофестивале — еще сто очков сверху. Тогда, в уютном июльском дворике, казалось: выше — потолок. Но последний концерт в СДК МАИ был заряжен драйвом на двести процентов.[i][b]Сольник[/b][/i]Степенные дяди и щебечущие школьницы. Тургеневские девушки и интеллигентные юноши. Маленький зальчик ДК МАИ (поселкового дворца культуры эпохи развитого социализма?) забит под завязку. Пятнадцатилетние оккупировали входы-выходы. Мольба в глазах: «Отведите нас в гримерку!» На сцене — круглый экран, в котором можно разглядеть себя, как в гигантском зеркале.Концерт отснимут на пленочку и будут мотать в эфире. Лева: «Ребята, видите эти камеры? Вас в телевизоре покажут!» Главный герой срывает пиджак, «пролетарскую» рубаху... и вот он — в коротенькой маечке, рассыпается в благодарностях. Попросил закурить — и на сцену обрушился сигаретный дождь.Проверенные временем хиты и новые песни. Минуточку! «Новые» песни рождаются уже «с бородой»? Еще бы: «Би-2» столько их написали в безвестности, что теперь могут смело еще лет пять пребывать в творческом отпуске. И собирать свои стадиончики, мелькать в эфире... пока не подмок порох, пока течет серебро.[i][b]Вместо эпилога [/b][/i]Двое обмениваются впечатлениями после концерта.— Ну и как? — Честно? Плохо.— Эх, знаю. Старый я стал. Мне бы в деревню, к земле поближе. Спокойней там, и дышится легче...Нет, это не о концерте «Би-2».Ребят зовут Ник-Рок-н-ролл и Юра Шевчук. Речь шла о юбилее «ДДТ». Не дай бог, вам, «бидвашники», таких бесед.Не через год, не через два.Когда в одном бокале смешивают свободу и серебряные нити — неминуемо «ударит по мозгам». То или другое.[i][b]Претензии[/b][/i][b]№1: они на кого-то похожи! [/b]«Варвара» «зацепила» меломанское ухо, а мы не хотим верить, что такого еще не было. Неужто новые готические герои пришли на смену жирным принцам, таким как The Cure, и постаревшим романтикам вроде Брайана Ферри? — Вас сравнивают...Шура и Лева ([i]хором[/i]): — С «Агатой Кристи»! Честно признаем влияние тех, чью музыку с удовольствием слушаем. Особенно тех групп, которые заявили о себе в конце 80-х. «Позорная звезда» «Агаты» — один из любимых альбомов. «АукцЫон» — это вообще классика! Преклоняемся перед творчеством Лени Федорова. Многие повлияли на нас, что тут скрывать.[i][b]№2: они не похожи на круто сколоченный бэнд[/b][/i]«Мы за деньги не выдрючиваемся, только за любовь!» — говорят «рок-легенды». «Би-2» — исключение. То плечом к плечу рубятся с монстрами: «Чайфом», «Агатой» и «Аквариумом». А назавтра... развлекают жующих джентльменов и дам в интерьерах помпезного заведения.Если хочешь быть крутым, добро пожаловать в ярмо шоу-бизнеса. Замути большой концерт, собери народец, открой именной сайт (с презентацией, как положено), снимай видео... заколачивай бабки! Ох, не придавило бы девственный пыл музыкантов грузом чесовых Урюпинсков. Так уже было. Выскакивают герои на сцену, а в глазах — $,$,$...[i][b]№3: мы сами с усами [/b][/i]Успех приходит не тогда, когда первый поклонник робко просит автограф. Успех — это когда гитары настраивают не музыканты, а специальный техник, а за сценой ждут бухгалтеры, менеджеры, администраторы.Последнее приобретение «бидвашников» — духовая секция. Тесно стало ребятам в формате «классического рок-н-ролла»! Хочется музыки — большой, симфонической. В «Серебре» слух услаждают переливы скрипок.А балет? Надо будет — сами подпоем и спляшем! Лева скачет так, что искры летят (в зал), а публика зажигает (бенгальские огни с эмоциями в придачу). Казалось бы, стандартный набор эпитетов для рок-действа среднестатистической звезды. А вот и нет.Э-нер-ге-ти-ка! Давненько мы не слышали этого слова.
Развлечения
«Руки вверх!» и сбоку бантик
[b]Свершилось!!! Увидел свет долгожданный альбом группы «Руки вверх!» — под таким девизом проходила пресс-конференция, посвященная выходу очередного шедевра любимцев подрастающей поросли. Очевидно, что происшедшее претендует на явную событийность в мире поп-музыки. Не берусь судить. Музыканты — они ведь как майские розы! Ранимы и прекрасны. Нет розы без шипов. Нет музыканта, доступного и своего «в доску». А если артист вдобавок еще и популярный? Попробуй тронь — тут же напорешься на колючки.[/b]— Все мы — от альбома к альбому — не перестаем восхищаться изумительными текстами ваших песен, — злорадствует коллега в зеленом пиджаке. — Объясните, вы действительно не в ладах с русским языком?.. ([i]Особое восхищение коллеги вызывает искрометное «Я вернусь, и ты узнаешь, что я далеко от тебя».[/i]) Объяснение следует немедленно.Ситуация: парень вернулся из армии. Он приходит к девушке, а у нее — шестиспальная кровать. Ну и… Лежат они — в двухстах метрах друг от друга — и ничего не происходит. Кровать-то огромная!..— С другой стороны, это ведь и э-патаж своего рода… — Алеша Потехин произносит сложное слово. ([i]До этого артист трогательно забыл, как называется «лесенка спуска-подъема в метро». Ему трогательно напомнили[/i].)Акцент первый. Добры молодцы «Руки вверх!» явили себя селф-мейдами собственного альбома, дав продюсеру отставную. Поясню. Продюсер — это жуткий злыдень ([i]говорят музыканты[/i]). Мало того, что постоянно путается под ногами, так еще и свои условия навязывает!— Стихи пишутся, как они пишутся, а творчеству всегда сопутствует вдохновение. ([i]Сережа Жуков — вторая «рука коллектива — скромен и неулыбчив[/i].) Вот Вознесенскому никто не указывает, как он должен писать.Ого! При упоминании Имени кто-то медленно сползает со стула. И эта «кто-то» — я.Акцент второй. В поиске новых музыкальных форм парни набрели на гитарные звуки.— Идея записать мощную фузовую гитару возникла неслучайно. Для многих «Руки вверх!» — это «отстой». А вы представьте, что они услышат наши песни и поймут, что это уже не поп-музыка. Скорее… поп-рок. То есть мы хотим объединить противников попсы с поклонниками танцевальной музыки.Для реализации idee fix «Руки» планируют совместный концерт из серии «битва титанов». Роль оппонента, вне сомнения, достанется «Коррозии металла».И последний акцент. Грядет лето — что может быть хитовее! А там — солнце, цветы и море [i](мини-юбок). [/i]Студенты уйдут на каникулы, а неугомонные «Руки вверх!» переоденутся в кожаное и запиликают. Не на скрипке.На входе мне вручили кассетную копию альбома «Здравствуй, это я…»Скажу честно. Альбом я послушала (с чем себя и поздравляю). Подумала… об актуальности слоганов в наступающем купальном сезоне. Их будет два. Первым станет лаконичный напев «а мне по фиг!» (для девочек). Вторым — «ай-ай-ай» (для мальчиков). «Дома у меня походим голышом с тобою» — это уже для тех и для других. Если они сговорятся и все такое…
Развлечения
Славянский дым
[b]Сотни лиц, пестрые лотки, торговцы снедью... Это было вчера. Сегодня улицы щеголяют конфетными обертками, смятыми бумажными стаканчиками... Позади — Белоруссия. Позади — «Славянский базар».Витебск — город пеших прогулок. Неспешных, как белорусский говор. От джаза до попа рукой подать! Из гостиницы «Двина» бредем в театр имени Якуба Коласа — там Марина Неелова расскажет нам, как «жизнь превращается в театр». Из кинотеатра «Спартак» отправимся на полуночный концерт в Летний амфитеатр. Внимать «золотому голосу России» — юному Коле Баскову. «Ах, — скажем мы. — Всего двадцать два года, а ему уже аплодировала публика Конгресс-Холла в США, восхищался сам Хосе Каррерас. Солист Большого. Пел дуэтом с Любовью Казарновской»...[/b][i][b]Басков без кольца и Верка без колготок [/b][/i]Московские акулы журналистики спрятали острые зубки. С ухмылочками расселись на скамейках Летнего амфитеатра, хотели уйти после первой песни... Не ушли. Стали горячими поклонниками звезды. Посватали Баскова за Аллу Борисовну: «Правда ли, что вы собираетесь пожениться?».Восходящая звезда оперной сцены нахмурила брови. Он обручен! В доказательство Басков продемонстрировал не колечко, а невесту Светлану — мол, расслабьтесь, барышни! Не поверили Николаю журналисты. «Негармонично вы смотритесь, ребята», — так и сказали. Спрашивали о «гомосексуальном лобби» в роли спонсора. Коля смеялся, махал ручкой — мало ли что говорят! Секрет отличного самочувствия от Николая Баскова: «На завтрак кекс и секс. На обед и на ужин кекс и секс. А если не поможет... исключите мучное!».А тут и Андрей Данилко пожаловал.Мужчина или женщина (или два в одном)? Замаскировался под Верку Сердючку, намазал красным рот — собрал аншлаг! Снял грим, стянул серые колготки и стал обычным мальчиком двадцати четырех лет от роду. «Скучный какой, а глазки грустные-грустные, — сетовали многие. — И Алла Борисовна скучна».[i][b]Алла без Филиппа [/b][/i]Ну, да! В том смысле, что недосягаема. Бросила фразу о том, что «артист, который любит свою родину, ее культуру, должен участвовать в «Славянском базаре» в Витебске». Сказала, что «очень хорошо отдохнула здесь, все посмотрела»... Куда перемещалась Алла Борисовна в Витебске, не ответит даже Филипп. Говорят, что одинокой Аленушкой сидела на бережку пруда (название сохраняется в тайне), покаталась на лодочке (под надзором дюжей охраны), покинула Витебск под сенью ночи (дала концерт в Могилеве), так же тихонечко вернулась и шмыгнула в гостиничные номера. А потом тряхнула рыжей гривой и блеснула всей своей звездной красой, всем своим «Избранным».Вот посчастливилось тому, кто попал на «сольник» Пугачевой! Нет, серьезно! На сцену вышла ко-ро-ле-ва. Просто королева. Без пафоса. Без лживых интонаций. «Свеча горела...» — спела песню на стихи Пастернака. Вынула одну шпильку из волос, вторую... Стянула парик — стала балериной. Черная ленточка опоясывает лоб, на макушке девичий хвостик. Подошла ближе — глянула огромными серыми глазами. Э, да Алла Борисовна — профи! Смотрит чуть выше зрительских голов, чтобы не расплескать себя, — нельзя полюбить всех и каждого. За спиной у Аллы — громила в штатском. Букеты — шикарные, в шуршащем целлофане, с перевязью из ленточек, как украинские венки — принимает из рук звезды. Опоздал, не подхватил увесистый веночек — тот шлепнулся оземь.«Старинные часы», «Не отрекаются, любя» — это уже в конце. Все пели.Стоя, как на параде. Промозглый холод и накрапывающий дождик, похоже, не мешал никому. Учитесь, молодые да ранние! [i][b]Гран-при без голоса [/b][/i]Были и они. Стержнем каждого «Славянского» — год за годом — становится «конкурс молодых исполнителей эстрадной песни». Слово «молодые» смущало больше всего. Увидишь на сцене блондинистую тетю с декольте или манерную звездочку, играющую повзрослому в звезду — и оторопеешь.Поют оперными голосами, на разных (славянских) языках. Громко и пронзительно — ужель лавры юного Баскова покоя не дают? Конкурсанты из Армении, Украины, Белоруссии, Киргизии, Израиля... Мелькают, как вагончики длинного состава, получают свой балл и покидают сцену с приклеенной улыбкой. «Людмила Москаль! — громко объявлял шоумен Сергей Минаев.— Сто два балла!».Как громогласное «ура». Девочка расстроена — получила минимальный балл, а ее поздравляют. «Мы знаем, что вы занимаетесь легкой атлетикой, это правда?» Кивнула. «А еще Людмила занимается шейпингом, это так?». Очередное «угу». Ведущий «Двух роялей», кажется, забыл импровизаторский дар в Москве.Россию представляли двое — Ян Осин и молоденькая Саша Рахманькова. В свои неполные шестнадцать Александра чего только не добилась! Победила на «Утренней звезде», ухватила национальную премию «Призвание» и первую премию на конкурсе «Шлягер-2000». «Я по-особому люблю Витебск!» — сказала Саша и тронула сердца членов международного жюри. И наши сердца. Патриотизм — величайшее чувство! Любовь к Родине дала себя знать громкими выкриками «Наша!» и «Даешь!».Сто тридцать баллов набрала девочка с тонюсеньким голоском. «Спи, мой мальчик», — старательно вывела Саша и поделила первое место с Нелли Чобану из Молдовы. Обе получили по 6 тысяч долларов. Вторая премия — 4 тысячи — досталась джазовой певице Вардуи Вардянян из Армении и Мариян Новина из Словении. Третье место и $ 2000 — украинской конкурсантке Олесе Азнобиной. Гран-при обнял 19-летний Тоше Проевски из Македонии. Вокальные данные македонца более чем скромные. Но — проникновенный взгляд, сексапильная наружность, волосы, намазанные гелем, блестят, как зеркало... Мы эти фишки еще со времен Юры Шатунова усвоили.[i][b]Шаинский без штанов [/b][/i]...На закрытие заглянули Михаил Боярский, Тамара Гвердцители, Николай Караченцов... «Балаган Лимитед» с ностальгической песенкой «про зиму, снежки солившую в кадушке», Юлиан — в костюме серо-белых тонов, сам — красный, как ошпаренный (ну загар у человека такой).«Пономарева — лучше всех!» — читаю свою запись в блокноте. Валентина Дмитриевна покоряет нас камерным видом искусства. Каждый романс — как коротенький роман с переживаниями героев. Пронзительные интонации. Божественный голос. Легкую, воздушную сменяет композитор Саульский. И неизвестные мальчики и девочки, которые незадолго до выхода на сцену гордо прохаживались по арт-кафе. Изо всех сил строили из себя звезд. Все это время известные — Богословский, Боярский — сидели в гримерках. Дверца одной из них приоткрылась и... перед моим взором предстал композитор Шаинский, снимающий штаны. «Ах, простите, Владимир Яковлевич», — смутилась я. А он — нет. Через пару часов охотно разделся перед камерой.Показывал накачанные мышцы. Демонстрировал ботинки с огромными пряжками, на стальной подошве....Финальный аккорд фестиваля. Огни по краям сцены. Небо разорвалось салютными залпами — разлапистыми, как веточки винограда. «Нет финала! — один из организаторов кусал ногти. — Зажгли костры и... спалили всех!» (за языками пламени артистов и правда не было видно). «Был дым, и этого достаточно!» — ответили ему. Чем не финал?
Развлечения
Чертова дюжина, которая потрясла «Олимпийский»
[b]Легендарный король ужасов, анфантеррибль мировой рок-музыки Элис Купер представил в «Олимпийском» свое новое шоу Live From Brutal Planet. После давно вошедших в историю полетов куриц с оторванными головами, после расчленяемых прямо на сцене трупов и рек крови публика напряженно гадала, что еще выкинет старина Купер. На этот раз, чтобы покорить московского зрителя, Элису потребовалось ровно 13 предметов.1. [/b]Сверкающий меч — пригвоздить к полу двуглавого уродца (то ли ребенок, то ли поросенок).[b]2.[/b] Легчайшая трость с набалдашником — покрутить-повертеть (обмануть не хотеть!) и бросить (на растерзание толпы).[b]3.[/b] Белый цилиндр (вкупе с белоснежным фраком) — борьба двух начал, добро (белое) все равно побеждает зло.[b]4.[/b] Погремушки, окропленные бутафорской кровью — пошуршать песочком и избить (понарошку) злорадную медсеструху.[b]5.[/b] Черная фетровая шляпа — пройтись по сцене, как заправский денди (использовать вкупе с тростью).[b]6.[/b] Удав — неживой; легендарная змея, обгадившая сцену в Лос-Анджелесе, не дожила до триумфа в Москве.[b]7.[/b] Бестелесная кукла с пластмассовым лицом — сложить обломки костей (как в мешок) и затянуть тройным узлом.[b]8.[/b] Склепы (адские машины) — загнать вовнутрь «леди в белом» (надоела, дескать!).[b]9.[/b] Длинная шпажка с насаженными, как на шампур, баксами — подразнить толпу «гриди» (жадных) бутафорскими «грини» (зелеными).[b]10.[/b] Резиновая голова (точная копия своей) — не свою же, родимую, класть под острый нож гильотины.[b]11.[/b] Огрызки костей с лохмотьями человеческого мяса — погрызть (белоснежными зубами) и собрать (по частям) куклу-скелетик.[b]12.[/b] Букет алых роз — прижимать к груди (нежно), а потом — хлесть ими по полу, хлесть! [b]13.[/b] Огромные разноцветные шары — забросить в зал, а потом проткнуть острым мечом, разбрызгивая звездочки конфетти вокруг.
Развлечения
Свой парень вне формата
[b]О нем не пишут в газетах, и о нем молчит телеграф. О жизни Ника Рок-н-ролла известно меньше, чем о погоде на будущий месяц. Головокружительные переезды из Оренбурга в Тюмень, из Симферополя на Дальний Восток. Полуподпольные концерты, преследование КГБ, принудительное лечение в психушке. Единственный записанный альбом — «Московские каникулы». После — вообще никаких известий.Когда этой весной имя Ника вновь появилось в программах московских клубов, мы сначала не поверили. Пришлось идти на концерт, чтобы убедиться, что это тот самый Ник: дерзкий, буйный, вызывающий, непредсказуемый. Потом Рок-н-ролл пригласил нас на свое безбашенное сорокалетие, отмечавшееся в «Бункере».Ник говорит без умолку. Его невозможно остановить каким-нибудь вопросом. Можно сказать, что он «грузит». Но чувствуется, что это наболело.[/b][i][b]О себе [/b][/i]— Я вернулся. Времени уже прошло ой-ой-ой сколько, и я такой молодой, красивый, дерзкий, что не нахожу себе здесь места. Если так, тогда лично я объявляю войну. Есть же музыкальные войны!.. Тоже мне рок-н-ролл! Насмешка это, а не рок-н-ролл! Над великолепным Чино Чампмэном, над глем-роком, наконец, над тем, как это делалось там.Вы посмотрите на них: они же клоны, они все друг на друга похожи. Их так много, и они агрессивные. Зато в противовес я имею очень нехилую группу «Трите души» из города Вифлеема. Обратите внимание, вы же были на наших концертах — никаких атрибутов, ребятки вместе со мной играют в рок-н-ролл. Мы делаем ребенка. А ребенку очень интересно, что происходит в мире взрослых. Когда ребенок не находит того, что ему хочется найти в этом мире, когда ему становится скучно и тошно, он начинает что делать? Ломать игрушки начинает.[i][b]О формате [/b][/i]— У меня создается впечатление, что ребята, которые сейчас генеральные директора масс-медийные, в детстве хотели быть знаменитыми. Брали гитару, подходили осторожненько к зеркалу, пока мамка с папкой спят... а потом — харизмы не хватило. Они и подумали: а ну все на фиг. И началось: мы делаем новые Вудстоки! Почему никто не сказал: мы делаем новый Бухенвальд?! В этом хотя бы был бы гротеск.Формат-неформат — это новый тип раба. Ты в формате? Ой, я нет! Была такая замечательная группа «Майор Сергеев» из города Кургана. Ребята играли тяжеленький рок, грамотный ответ AC/DC. Тут недавно встретил Женьку Григорьева (из «Майоров»), идет с «Ультра Продакшн». Обнялись, дает мне свою кассету. Я послушал, и мне стало больно и стыдно. Вот что делает формат! Обратите внимание, что написано на кассете: «Группа ищет продюсера»! Вам это ничего не напоминает? Тверская, девушки на тротуарах, мамки... Можно, конечно, сказать: они же музыканты, они кушать хотят. Но я никогда так не скажу! Сейчас религия музыкантов — засветиться! Что еще им нужно? Быть в формате! А что еще? Может, просто перестать быть глупыми? Быть дерзкими, веселыми.Не-ет, главное — за-све-тить-ся! [i][b]О деньгах [/b][/i]— Когда тридцать лет назад был тот самый Вудсток, там выступала группа Who. Они пошли в дирекцию фестиваля и попросили денег за свой концерт. Директор им отвечает: «О-кей, мы дадим вам денег, но я сейчас выйду и скажу всем, что господа из группы Who хотят подзаработать». Их менеджер стал извиняться, говорить: «Нет-нет-нет, все хорошо, все прекрасно, не нужно нам никаких денег». Вы понимаете, да? Если бы в то время ребята сказали в микрофон, что господа из группы Who хотят заработать денег, группа сразу бы закончилась. Теперь все совсем по-другому. И поэтому когда яппи говорят о том, что они хотят делать Вудсток — это просто смешно.Да, это было лучше, чем «Крылья». Потому что этим занимался не пивной концерн, а человек, который имеет отношение к концертам.[i][b]О ротации [/b][/i]— Я предлагаю так: вот, например, «Ту-лу-ла» — песня дня. Она звучит-звучит, а потом объявление: сегодня на Чистых прудах состоится сожжение сингла. И все: песни больше нет. Вот это оригинально и логично. Нет, они запускают песню по кругу. И соплячки, мертвые чебурашки, напевают «Ту-лу-ла, ту-лу-ла». А я хожу среди них, я же тоже человек. Все для них, а для меня-то что? Нет, я ничего против Юльки Чичериной не имею. Я ее очень даже люблю. Мне только не нравится, как с ней работают. В любом случае она девочка взрослая, все знает, все понимает, это ее дело. Что мне до них? О патриархах рока — Мне говорят: тебе надо быть как «Чайф». Нет, мне не надо быть как «Чайф»! Кризис среднего возраста. Песни ни о чем. Сегодня все хотят засветиться. Кто-то уже засвечен.Кто-то уже дорого стоит. Жадность патриархов русского рока просто безгранична. Эти «отцы» ведут себя так, как будто их всю жизнь били по голове. Да чушь собачья! Все у них было прекрасно — при деньгах, при домах... И в сравнении с ними те, кого называют попсой — порядочные люди! Саша Айвазов, например. Там все очень честно.[i][b]О мертвых чебурашках [/b][/i]— Это люди такие, только мертвые. Они стали появляться где-то году в 87-м. Когда профтехучилища стали понимать, что у них есть собственные боги. Когда любое матерное слово воспринималось на «ура». Отец-радетель мертвых чебурашек — Егор Летов.Потом появились рок-шопы и все решили за молодежь: какие аксессуары надо покупать, какие — нет. Майки, напульснички, ирокезы, тельники, термин такой — «русский рок». Мертвые чебурашки — производное этого всего. Вы их видите на Арбате каждый день.Это диагноз. И им до фени — Алена Апина в металле, или «металл» Чичериной. Они сейчас называются «продвинутой молодежью», но... мертвые есть мертвые.[i][b]О Москве и «Вечерней Москве»[/b][/i]— Москва — мой самый любимый город. Я сюда попал благодаря Гурзуфу. Была там Пьяная Аллея, познакомился там с народом и приехал в Москву в 80-м. И вот оказывается, что каждый год в первую субботу сентября у памятника Маяковскому собираются те, кто был когда-то в Гурзуфе, в Коктебеле... Я наконец смог туда выбраться. Понимаете, там были все! Там морем пахло даже. Для меня символ Москвы — люди.Вот я сейчас говорю с вами на кухне. Я балдею от того, что сейчас даю интервью самой «Вечерке». Это такой кайф! Может быть, для вас в этом нет ничего особенного, но там, где я был, в Сибири, на Дальнем Востоке... Это, извините меня, легендарная газета. Она имеет свой вкус, цвет, свою форму и самое главное — имеет свою жизнь, ребята.[i][b]О телевидении[/b][/i]— Мы никогда, вообще ни-когда не будем иметь дело с MTV.Они все разделили. Это — круто, а это — фу, отстой! — во какая у нас молодежь! Я бы по роже дал за такую трактовку.Мы никогда не будем у Диброва. Честно говоря, первое время хотелось его посетить, но, по-моему, он уже неадекватен. Дибров — глупый ведущий. Имею я право на субъективное мнение?! С ним очень сложно общаться, потому что что бы ты там ни делал у него, ты не проявишь себя как индивидуал. Там есть только одна личность. Дутая — не дутая, сделанная — не сделанная, но это Дима Дибров. Нет, я в такие игры не играю.[i][b]О прошлом [/b][/i]— Мне было 25. Интересный возраст. Я в последний раз пропутешествовал автостопом по стране, а потом такие события грянули... В общем, меня сослали. Север Хабаровского края. Дело в том, что в городе Симферополе, где я тогда... базировался, я делал хеппенинги. Играл в хиппи и панков. Итог — телега. Пьяная статья того времени: «от тронутых до гнилушек». У меня в истории болезни написано было: патологическая ненависть к существующему строю. Ну и все. Меня в очередной раз положили в психушку. Маму вызвали в КГБ, сказали: «Мы сыну вашему нашли место хорошее, завклубом».У меня ведь неоконченное высшее — Челябинский институт культуры, режиссер массовых праздников... Мама купила билет, в тот же день меня сослали. Так что не жизнь у меня, а сплошной рок-н-ролл.С Владивостоком очень много хорошего связано. «Мумий Тролль» просто меня «купил» в 89-м году. Ребята, это был кайф! Конечно, они называли почему-то все это постпанком, но это понятно. Мало кто знает, что такое панк... И когда я снова увидел «Троллей» лет через шесть, я просто офигел! По моим раскладам, группа должна была исчезнуть, как многие группы того времени, а тут — ни фига себе! [i][b]О себе [/b][/i]— Если бы я сказал, что живу рок-н-роллом, это была бы шизофрения. Мы — «Трите души» — играем в рок-н-ролл. Де-юре мне сорок. Де-факто — семнадцать. Я Коля Рок-н-ролл — свой парень.Без всяких промоушнов, промоутеров, форматов и неформатов.
Развлечения
Брат-2 на первомайской демонстрации
[b]Если на заднике сцены вместо традиционных «Нашествия» либо «Максидрома» написать «Брат-2», то что получится? Правильно, музыкально-кинематографическое шоу, синтез двух важнейших искусств. Рокеры и киношники, как слепой и глухой в притче, помогают друг другу. Сначала бескомпромиссные музыканты, участвуя в саундтреке фильма, помогли «Брату-2» покорить народное сердце. Долг платежом красен: на концерт «Брат-2 живьем», в котором сеты рок-групп чередовались с вылазками артистов к микрофону, пришел полный «Олимпийский».[/b]Есть что-то общее в биографии «брата» Данилы Багрова и многих наших рокеров. Данила, трудный ребенок, не любит евреев и врагов укладывает десятками. Юля Чичерина несколько лет голодает у себя в Екатеринбурге. Данила взрослеет, в кармане — деньги, в душе — мечта.Не махнуть ли в Америку? «Би-2» с легкостью голубиного перышка перемещается по свету: Бобруйск — Израиль — Австралия — Москва, далее везде. Данила расстается с иллюзиями лучшей жизни, и вот уже проститутки-россиянки бегут за ним в аэропорт, показывая Америке на прощание смачный fuck. «Танцам минус» на знакомство со Штатами хватает и двух дней, и Слава Петкун так приветствует публику на тамошнем концерте: «Здравствуйте, мои бывшие соотечественники, надеюсь, что не будущие!» Какой русский не любит Россию странной любовью? То, что видит — ненавидит. То, чего не видит — любит... до потемнения в глазах. Тронь «наше, исконно русское, родное» — и любовь, как противовес чуждому, проснется и завопит что есть мочи: «У нас еще состоится хорошая страна! Русские не сдаются!» Так просыпается ненависть — оборотная сторона любви.Такая любовь/ненависть — как знамя. Вставай под него и маршируй до упаду. «Танцы минус», «Би-2», «Смысловые галлюцинации», «Агата Кристи», «Чичерина», «Танцы минус», «Ла-манш», «Океан Ельзи» — в первых рядах. «Аквариум» и Найк Борзов, хоть и не попали на саундтрек, пристроились позже, спели на концерте. Хорош «Брат-2»: даже то, что не сказано, все равно подразумевается «за кадром». Прямо «энциклопедия русской жизни»! Групп много. В таком калейдоскопе один плюс: чтобы все успели выступить на большой сцене, все поют по три песни. Естественно, самые лучшие. За три песни команды выкладываются так, как за полноценный концерт. «Аквариум» с буддийским спокойствием поет четыре. Его никто не гонит, и зал (странное дело) так же подпевает и танцует в ритме регги.Чтобы зритель не скучал, сцена оборудована по последней моде — с вращающимся кругом. Пока одна группа играет, другая — уже настраивается. Все равно возникают томительные паузы. Между группами — выход артистов. Не поймешь, говорят они от себя или продолжают играть роли. Виктор Сухоруков машет ручками, кричит, как на первомайской демонстрации: «Есть два мира: Россия и Америка. Благодаря нашему фильму мы показали всему миру и Россию, и Америку». Кирилл Пирогов строен и застенчив. Сергей Бодров-младший, как и положено народному герою, серьезен и немногословен. Своего выхода заставляет ждать полконцерта.Не обошлось без экстрима. Прямо на сцену выезжает белая «Нива», откидывается багажник и... трах-бах! Пулеметная очередь метит прямо в Горелика, стоящего с фотоаппаратом у сцены! Шум, грохот... все-таки здорово, что все патроны оказались холостыми.Любимая группа Данилы Багрова — «Наутилус Помпилиус». «Нау!» — скандирует публика, но чуда так и не произошло. «В связи с отъездом Вячеслава Бутусова его участие не предвидится», — объясняют на пресс-конференции. Версия директора Бутусова: «Слава не давал своего согласия на участие в шоу-концерте «Брат-2 живьем».Имя Вячеслава Бутусова включено организаторами в афишу совершенно самовольно. Считаю такое поведение недопустимым и неуважительным по отношению к музыканту и публике».Вместо «Наутилуса» — детский хор: белый верх, темный низ. Робкие голосочки поют «Гудбай, Америка!».Пароход дает прощальный гудок и отплывает к родным берегам. Само же шоу недалеко уплывает от очередного пивного фестиваля. Каков посыл фильма (акции?), размышляли в кулуарах наиболее продвинутые. Америка — плохо, а Россия — навек?! Образ Родиныматери грозно навис над «Олимпийским». Уж слишком тонка грань между любовью к Родине и ненавистью к миру.
Развлечения
События в мире рок-музыки
Это раньше они вершили революции в умах, изобличали пороки, боролись (против наркотиков или против дождя) — про-ти-во-сто-я-ли. Теперь они не против, они — за. Просто работают рок-музыкантами. Делают то, что умеют. Ни на кого не рычат и никого не кусают. А если рычат и кусают — значит так положено по роли.Вон Юля Чичерина вообще стала кинозвездой — выдает клип за клипом (высокого художественного качества) и в полнометражном фильме «Гладиатрикс» сыграла какую-то лысую дурочку. Говорят, хорошо сыграла...Юрий Шевчук отчитался в «Октябрьском» и «Олимпийском» за 20 лет творческой деятельности. Он умеет и любит давать концерты. Земфира любит петь. У нее это очень хорошо получается, поэтому на вышедшем диске «Кинопробы» ее версия цоевской «Кукушки», пожалуй, самая красивая. Все вместе это — СОБЫТИЯ. Как бы мы к ним ни относились.[b]Шевчук выстрелил холостыми [/b]«Д-Д-Тэ!» — скандирует зал. Конструкции световых приборов мерцают желтым. Сцена зияет черной пустотой. Красные фонари высвечивают одинокую фигуру (в черном). Алая роза в руках. Юрий Шевчук не любит полутонов. Черный — цвет ночи. Желтый — цвет осенней листвы. Красный — цвет крови. Излюбленный цвет российских рок-вождей.20.00 — начало концерта, 20 лет «ДДТ», XX век на исходе. Флотилия «ДДТ» в полном составе выплывает на сцену.Вместо именинного пирога — большой экран, балетные девушки в тюлевых нарядах и хипповатые вокалистки из хора Стаса Намина.Никаких поздравлений и застольных речей. Мол, неча нам пировать во время чумы! Это концепция. Посыл концерта приходится читать между строк. «Мама, это рок-н-ролл, рок — это я. Мы в слове «я» уцелеем»... Если проводить повествовательную цепочку, кочуя по песенному творчеству «ДДТ», получается, что «рокенролл» (по-шевчуковски) — это судьба. А судьбоносный Шевчук, словно носитель благой вести, живет в каждом из нас. «Юра, ты лучший!» — решили поклонники, получившие инъекцию адреналина в кровь. В ответ Шевчук: хмурит брови, обличает, символическим топориком рубит (правду-матку), раскидывает руки-крылья, пускается в пляс, метает острые молнии. «Иные господа-журналисты полконцерта сидят в буфете, а потом пишут всякую ерунду!» Концерт идет своим ходом.Что такое «шоу»? Множество фрагментов, из которых складывается мозаика. Увы, человеку без возраста, «маячившему на фоне кухонного окна в драном трико», не дано сложить яркое Лукоморье мозаики (шоу). Он вырубает топором вехи, даты, цифры — так, что щепки летят! Не тот менталитет? И голос, некогда громыхавший как иерихонская труба, уж не тот. Словно подсели «розовые зайчики» вечного рок-энерджайзера «ДДТ».20 лет — как бред. 20 лет — один ответ... Чем ответили «ДДТ»? Отработкой своих двадцати. Скучно и вяло.Оставили в уходящем веке революции-войны.Без удовольствия и драйва. Попрощались с мальчиками-мажорами, перекочевавшими с папиных «Волг» на «шестисотые», сказали дружное «нет» наркотикам и «президенту-фонограммщику», пропели осанну «не стреляй!» и поверили в справедливость добра. А мы не верим. Дорогу в облака замело, Вифлеем лежит в пыли, век уходит в последний путь, но... все победит любовь? Почти по Достоевскому.Да только на словах.[b]Гамбургер с гречневой кашей [/b]Москва прощалась с Рэем Чарльзом в ночном клубе. Последний концерт великий старикан отыграл в «Метелице», куда попали не только господа с плотными кошельками и легкие блестящие девушки, но и наш корреспондент. Билет стоил 1200 рублей — немногим больше, чем в Кремлевском дворце, и несколько меньше, чем на родине музыканта.Если бы в Москве был хотя бы один негритянский квартал, Рэя Чарльза следовало бы послушать там. Увы, большинство москвичей могли сравнивать только Кремлевский дворец и ночной клуб, и только джазовый фотограф Павел Корбут надувал щеки: «В прошлом году в Стокгольме маэстро играл лучше». Кремлевская коммунистическая махина проиграла буржуазным подмосткам и в плане акустики, и в плане драйва. Для сытых, попыхивающих сигарами, только что ноги на стол не водружающих посетителей клуба Рэй Чарльз играл больше, разнообразнее и, как нам показалось, вдохновленнее. Джаз остался музыкой толстых.В общем, гастроль легендарного Рэя Чарльза еще раз показала беспомощность наших концертных деятелей перед незыблемостью законов западного шоу-биза. Неплохая, может быть, идея — поздравить Рэя Чарльза с 70-летием «своими силами» — обернулась невразумительным «концертом в концерте», о котором сам маэстро узнал лишь со слов своих музыкантов. «За ваши «поздравления» нам не доплачивали. И, пожалуйста, давайте не будем добавлять к нашему проверенному «гамбургеру» вашу «гречневую кашу». Ешьте ее сами!» Такая негласная установочка «приезжей стороны». В итоге поздравления адресовались ничего не понимающему зрительному залу.Первый участник концерта Николай Арутюнов с самого начала предвидел ситуацию, назвав ее «сдачей крови».Можно сказать, что так и вышло. Вместо репетиции участники концерта смогли лишь раз пройти выбранные произведения из репертуара Рэя Чарльза под аккомпанемент одного (!) гитариста. Причем выяснилось, что многие классические вещи ни гитарист, ни кто-то еще из оркестра Рэя Чарльза сыграть не сможет. Музыкантов «для гарнира», естественно, набрали специально для тура и знали они только свою (на час с небольшим) программу. Пока наши артисты искали на пустой сцене Кремлевского дворца музыкантов, бэнд Рэя Чарльза отдыхал в номерах и принимал пищу под защитой американского профсоюза. Репетировать с нашими артистами не входило в планы гастролеров. Поэтому, наверное, играли они во время выступлений поздравляющих на голову ниже, чем на концерте самого маэстро. Лариса Долина призналась, что на сцене не слышала себя, ее монитор не был отстроен. Диана Гурцкая выглядела подавленной (впрочем, она сказала, что просто слишком взволнована встречей со своим кумиром). Гарик Сукачев выехал на клоунаде — многим понравилось, но вряд ли в этом концерте это было уместно.Наши артисты (простите за банальность!) могут, умеют и хотят. Закулисные вершители их судеб тоже хотят...как лучше. Получается — как всегда.
Развлечения
Мумий Троль на гильотине
[i][b]«Во время съемок техника безопасности дала сбой. Одна голова слетела. Но этот человек остался доволен».[/b][/i]Иногда искусство настолько сплетается с реальностью, что отделить одно от другого ну никак нельзя! Если ты художник, докажи, что в споре между пухлым кошельком и красотой рифмованной строки побеждает она. Красота служения Слову.Премьера нового видео «Мумий Тролля» прошла в эту среду на канале MTV. «Что наша жизнь?» — спрашивали зрители. Ничто! Искусство важнее![b]Пролог. Быль[/b]Ноябрь двухтысячного. Прага.Павел Руминов снимает клип на песню «Моя певица». По первоначальной идее Лагутенко, в клипе должны были участвовать 12 величайших певиц уходящего века, отобранных отделом культуры «Вечерней Москвы». Руминов поморщился и твердой рукой набросал «психоделический рисунок акварелью».На этот раз Лагутенко — вовсе не слащавый мартовский кот. Перед нами мистический поэт-революционер, которого казнят за пропаганду рокапопса. Но Лагутенко не одинок на съемочной площадке. Его дублирует актер-чех, очень-очень похожий на Илью. Они настолько похожи, что даже режиссер их путает! В особо опасных дублях актер ложится на гильотину, которую по случаю притащили из пражского музея прямо на место съемок. Сотрудники музея утверждают, что на ней умер Робеспьер! С самого начала с гильотиной происходят странные вещи. Нож падает даже тогда, когда рычаг стоит на предохранителе. Иногда — зависает и не опускается до конца.Для создания мистического эффекта используют специальное приспособление, при помощи которого нож опускается и отскакивает обратно. В 19 дублях, в которых снимался чех-близнец, все шло хорошо. Нож исправно опускался и за несколько миллиметров до шеи отскакивал. В последний день съемок дублер пожаловался на страшную мигрень. На гильотину пришлось ложиться Илье.[b]Сценарий. Небыль[/b]Франция XVIII века. Постреволюционный синдром. Бушует 1794-й. По сценарию Илью путают с известным классическим музыкантом и приглашают в Версаль играть королю за большой гонорар. Герою хочется побродить по свету, но нехватка денег мешает осуществлению мечты. Он соглашается, а что делать? Очевидцы вспоминают, что «музыкант слишком авангардно играл» и пришелся не ко двору. Его пение кричит революционным мятежом, и героя отправляют на гильотину. Ты все поймешь, благодарный зритель! Человек, который страдает за свою мечту, все равно остается победителем.[b]Действие. Быль[/b]Последний дубль. Илья, положив голову под нож гильотины, поет финальные слова «Моя певица умирает назавтра», кружит снег... У палача внезапно звонит мобильник.От неожиданности бедолага отпускает рычаг гильотины, нож падает и... Страховка не срабатывает — острое лезвие ножа вонзается в шею Лагутенко. Доктора! Полицию! [b]Эпилог. Быль или небыль?[/b]Подоспевшие копы выводят всех участников съемок из павильона, поэтому о тяжести травмы сказать не может никто. Да и была ли таковая? На шее у Ильи мог остаться глубокий шрам, который легко прикрыть волосами или высоким воротником. Например, воротничком красного пиджака, в котором Илья выступал в первой части памятного концерта в Гостином. Красивый был костюмчик, стильный... Всю первую часть концерта Илья очень мало двигался — ты помнишь, зритель? Илья не вставал со стула и пел он как-то высоко... Но кто же тогда падал, преображенный, на колени и откровенно тряс головой? Илья? Или чех-двойник? Почему в Гостином не было традиционных больших экранов и почему на концерт не пускали фотокорреспондентов? Наконец, почему концерт назывался «Необыкновенным»? Что же, сказка продолжается? [b]Из досье «ВМ» [i]ГИЛЬОТЭН (Guillotin), Жозеф (1738—1814)[/b]. [/b]Врач, депутат Учредительного собрания, изобретатель «машины смерти». В 1790 г. добился принятия декрета о том, что «во всех случаях, когда правосудие вынесет смертный приговор, казнь будет одинакова для всех... при этом преступнику отрубают голову при помощи простого механизма». Первое применение гильотины состоялось 25 апреля 1792 г. Облегчив последние страдания преступников, машина врача поставила казнь «на поток». В разгар массового террора в день гильотинировали более 60 человек.[/i][i][b]РУМИНОВ Павел (1975)[/b] — режиссер, философ. Родился во Владивостоке. Снимал клипы Дельфина, Земфиры («Ромашки»), «Мумий Тролля» («Утекай»). Его профессиональный почерк определяют секундные кадры из хичкоковских фильмов, вмонтированные в клип, парадоксальная развязка, крайне выразительные персонажи и таинственность сюжета.[b]ПЕТКУН Вячеслав (1969)[/b] — в тексте не упоминается. Просто вспомнился.[/i]
Развлечения
Троллейбусные звезды. Филейная часть
Жизнь троллейбуса. Рано просыпаться, весь день резво бегать по московским улицам. Скучать в пробках, натужно вписываться в сложные повороты.Страдать, когда твои запотевшие стекла украшают рожицами и надписями «Мама, я Киркорова люблю».Черным от грязи за полночь возвращаться в парк. Медленно покачивая рогами, в редкие минуты отдыха тосковать о далекой возлюбленной.В декабре в каждом районе Москвы поселились Киркоровы-троллейбусы. Их было много. Светлый лик Филиппа Бедросовича серьезно взирал на горожан с боков троллейбусов, с троллейбусных поп и грудных клеток. Казалось, войдешь в салон — и наткнешься на Лучезарного, проверяющего билетики.Но нет, звезды не ездят на троллейбусе!Зато для музыкального перформансиста Псоя Галактионовича Короленко это любимый вид транспорта. В одну из недавних поездок он взял синтезатор, пригласил друзей и всю дорогу пел песни.Филипп и Алла — пилоты опытные.Их двухместный космический троллейбус оторвался от земли и покачивается на облачках вселенской славы. Они не служат эстрадным канонам — зачем? Обширная лужайка популярной музыки давно принадлежит им одним.На этот раз спустился на землю великий Фил. Шесть вечеров подряд мы смотрим его шоу о множестве умных голов (организаторов), тонких балетных рук «Рецитала» и «Тодеса» и мускулистых ног юношей «Кэндимен». Вчера, сегодня, завтра и... Итак, мы начинаем.[b]БОГИ.[/b]Вы можете представить Россию без хоровода березок, Лондон без Биг-Бена, а американскую эстраду без Майкла Джексона? Тощенький и малохольный кумир американцев давно не рулит белоснежным лайнером поп-музыки. Зато наш Бедросыч — о-о-гро-мный, ядреный, как малосольный огурчик, и большеглазый, слывет королем этого самого попа.Как в песне поется? Черная богиня живет на Килиманджаро. А бледнолицый бог живет в Москве.[b]ЕГО КУМИРЫ И ИХ НРАВЫ.[/b]Элтон Джон бряцает по клавишам дорогущего фоно, Стинг обнимает гитару, а «мой друг Билл» — сродный братец Филиппа Лу Бега — прочит в спутницы зажигательную «мамбу». Наш Фил не пианист, не гитарист и к «латине» отношения, в общем, не имеет (бледнолицый бог, помните?), но он не одинок. Его верная подруга — старушка сцена. — Так легко мне! Так легко выходить на эту сцену, потому что сцена (Лучезарный поводит очами вверхвниз-вправо-влево) — это мой дом.[b]ЛУЧШЕ МЕНЬШЕ, ДА БОЛЬШЕ.[/b]Нет, он определенно любит большое! Его площадки — стадионы. Его концерты — громоздкие шоу, а многочисленные зрители сливаются в одно среднестатистическое лицо. Билеты хватают, как пирожки, — помногу. Календарики-плакатики-буклетики можно прикупить тут же, в концертном фойе, — от двадцати рэ и выше. Кассеты по пятьдесят за штуку, сидюки идут за сотню. Дешево, но сердито. Декорации Краснова-дизайнера (еще один друг) и сценическая свита короля — резиновые чудики, балаганные артисты на ходулях и барышни с лубочным румянцем на щечках — все требуют денег. Великие затраты окупаются, публика визжит от восторга, а малые цифры суммируются в бесчисленные нолики.[b]КАК ВЗЯТЬ КРЕМЛЬ.[/b]Начни с хита, переоденься, переведи дыхание под «медлячок», спустись в зал, искупайся в аплодисментах! В первом ряду — Коля Басков, он верно подхватит филиппову ноту, брошенную на полуслове. В мягких кремлевских креслах тонет шумное «Метро». А далеко-далеко — фанатки, примчавшиеся из Питера по первому зову Лучезарного, но за собственные денежки. Кумировы праздники — это их фанатские будни.[b]СЛИШКОМ МАЛО ДЖАЗА![/b]От супруги он взял все: проникновенный взгляд, дирижерскую хватку и интонации — о, эти грудные гласные с растяжечкой... О главном забыл Филипп Бедросович: импровизация! Но ее не натренируешь в репетиционном зале. Словно бы многочисленная свита, играющая короля, знала о пикантном недостатке нашей звездищи и... все грамотно просчитала. Пару лишних кг легко скрыть — черный цвет стройнит. Не знаешь, куда девать руки, — хлопай в ладоши. Потом беги за кулису, пружиня носки, а через пару минут уйди с авансцены, уступив место экранному образу Аллы («Три счастливых дня»). Ну споткнись, пусти петуха, кашляни в кулак, ну же! Нет, мы не злы — мы хотим живого Киркорова, а не заводную собачку. Уж слишком предсказуем этот божий глас.[b]VOX KIRKOROV — VOX DEI.[/b]Впервые я увидела Лучезарного много лет назад, когда заснеженный сибирский городок посетила прима, представляющая никому не известного артиста. В то время, когда Донна Алла вкушала чашечку бодрящего кофейку на богатой загородной даче, юный Фил (о супружестве не помышлявший) выходил из дверей плохонькой гостиницы — нескладный, худющий, глазастый. Звездочка понуро брела по скверу и никто, никто не падал в обморок! Знали б мы, что двенадцать лет спустя, благополучный и фееричный, он будет выдавать «шоу» — одно за другим, а звезда Филиппа Киркорова засверкает всеми красками превосходных прилагательных. Величайший и ужасающий! Своей масштабностью и ярким свечением небожителя.[b]СКРОМНОЕ ОБРАЩЕНИЕ К ЗВЕЗДНОЙ ГАЛАКТИКЕ.[/b]Уважаемая Галактика, с дрожью в голосе обращаюсь я к Вам. Не прячьтесь за вуалью декораций и идей — размеры не главное, разве Вы забыли? Дайте обычный концерт. Не работайте, просто пошалите, сыграйте! Скиньте маску короля, станьте (на час) одиноки. И когда я увижу Вас — без пудры, без парадного камзола, когда я услышу Ваш баритональный бас, вот тогда я буду... ошеломлена.
Развлечения
Скрипка играет до последгнего посетителя
[b]Олег Скрипка взял нас измором. Сделал все, чтобы снова попасть на страницы газет. Устроил в «Горбушке» концерт с романтичным названием «Зимняя сказка». Промчался по московским клубам. И решающий удар — представил свою сольную пластинку «Iнколи. Live in Киев».[/b]В последнее время он стал нас разочаровывать. Стал непостоянным («Как все мужчины», — добавляет Наташа). Поиграл на струнах нашей души, согрел ее «Весной», умыл «Днем нарождення» и… бросил. Куда пропал драйв? Свежесть? На концертах этот Видоплясов больше не вопит — только шепчет.Обуржуазился?Скорее обленился.Как мачо, которому надоело еженощно, из года в год выполнять супружеский долг.Публика-дама потихоньку уходит к другим. Знаменитые скрипкины конферансы умыкнул пошлый «Ляпис». Фишка с самостийностью давно устарела («Мы простые белорусские парни, играем честную музыку!» — тот же Михалок). У нас теперь есть «Океан Эльзы», «Леприконсы». «Воплям» давным-давно пора двигаться дальше, а они до сих пор вспоминают минувшие дни.Вот и сольный альбом Скрипки по атмосфере — своего рода воспоминание о парижских кабаре. Год 1986-й. Молодой, талантливый, гарный хлопец, завидный жених для субтильных французских барышень, гуляет по Парижу. Лето 2000-го.Концертный зал Киевского политехнического института. Более двух тысяч зрителей («1750, — поправляет Скрипка. — Я строил этот зал своими руками!»). На сцене — все тот же хлопец. Один, в окружении баяна, гитары, губной гармоники и клавишных. «Человек-оркестр» — сказали бы лет двадцать назад.Песни — старые и проверенные.«Ти ж мене пидманула», «Iхали козаки», «Стривай, паровозе» и даже «Гоп-стоп». Модная фишка каверов на украинский лад. «Я прошу, хоть не надолго» (та самая, которую пел Кобзон) комично звучит под баянный наигрыш. Немногочисленные песни «Воплей» («Танцi» и «Весна») в таком окружении мимикрируют под народные.Во время песни «Любовь» к действу подключается детский балет. Мальчик и девочка танцуют что-то из «Ромео и Джульетты», а два других мальчика изображают ангелочков. «Один из ангелочков все время падал, — вспоминает Олег. — Я расплакался». Песня не вошла в альбом из-за невозможности адекватно передать визуальный ряд. Зато есть целых три песни, спетые с Ансамблем песни и пляски Вооруженных сил Украины. «Галю, приходь!» — кричат бравые вояки. А Галя так и не появляется.Вроде бы альбом всем хорош. Но, как говорится, на любителя. А таких в ситуации со Скрипкой час от часу — увы! — становится все меньше. Чувствует ли Олег, что ему не хватает свежей крови? Еще как.Пытается диджействовать (один из таких экспериментов опубликован недавно на сборнике «Легкая зима»). Говорит, что с удовольствием бы писал книги, снимался бы в кино — но снова и снова выходит на сцену с теми же песнями. Когда в графике гастролей нет ни одного свободного дня, а продюсеры кричат «еще!», трудно что-то изменить.В прошлом году «Вопли» дали, наверно, больше концертов, чем за все предыдущие годы. А что дальше? Видит ли Скрипка свою путеводную звезду в дыму и софитах шоу-биза? Маша Макарова тоже оказалась в подобной ловушке. Но она, почувствовав железную хватку шоу-биза, вырвалась, ушла. А что же Скрипка? Будет работать «до последнего посетителя»? «Прилагаю все усилия, чтобы моя сольная карьера не только не препятствовала «Воплям», а даже помогала.Я уже десять лет совмещаю эти два дела. За это время группа, может, и распалась немножко, но не сильно».Представьте себе: сидит Скрипка, заполняет анкету:Имя — Олег;Цель в жизни — живу сегодняшним днем.
Развлечения
Ужалят ли Скорпы?
[i][b]Сегодня.[/b][/i] Четверка «скорпионов» в черных курточках, штанах и жилетках в Москве чувствует себя не хуже, чем в родном бюргерштадте. Самый главный, Клаус Майне – маленький и улыбчивый – в неизменной кепке. Они милы и не кусаются. Сегодня у них концерт в Кремлевском дворце.[i][b]Пятнадцать лет назад. Союз лысых.[/b][/i]Первая песня – как первая любовь. Голосистый чертик Клаус Майне выпрыгнул из музыкальной табакерки и согрел сибирскую девочку признанием I Still Loving You. Подружки целовались с мальчиками в брюках «Адидас», а мой «Он» носил кепку, кожаные штаны и настоящую косуху с бахромой на спине. Из-под кепки рок-идола вились прядки волос, в этом была загадка. Я не знала, что кепка может скрывать пикантнейшую деталь — проплешину. Словно наследуя лидеру «ядовитых», лысые по всему миру объединялись в союз. У нас появились свои «люди в кепках» и «дяди в шляпах». Матвей Ганапольский, Сергей Воронов, Михаил Боярский и… мэр Лужков.[i][b]Вчера. Икра и Третьяковка.[/b][/i]— Не поверите, но Scorpions еще не были в ГУМе, — говорит Клаус Майне. — Хотелось бы посмотреть коллекцию русской живописи… ммм, как называется галерея? А, Третьяковка! [b]— Клаус, вы знаете, что Россия – сильно пьющая страна?[/b] — Пить и гулять – добрая российская традиция. Вообще-то я предпочитаю стакан воды и свежую голову, но водка и икра мне так нравятся, что после концерта я, пожалуй, не откажусь.[i][b]1965. Поиск харда.[/b][/i]Ганновер. Семнадцатилетний Рудольф Шенкер – бессменный гитарист «Скорпов» — произносит фразу: «Можно достигнуть всего, если верить в себя». В 65-м «босса» призывают на воинскую службу, и «скорпионы» расползаются. 68-й – реанимация группы. На троне музыкальных королей властвуют мрачноватые Doors. В угоду моде «Скорпы» уходят в психоделию, соул и блюз. Случай помогает им выступить в одной программе с Джими Хендриксом, отличная реклама! Год спустя Рудольф Шенкер приглашает в Scorpions старого приятеля – Клауса Майне. Группа меняет ориентацию на тяжелый рок и почивает на лаврах «круто замешанного харда» по сей день.[i][b]Сегодня.[/b][/i]Клаусу Майне – 52. Возраст — ерунда. Деньги – не главное. Гораздо важнее то, что не измеришь рублем, долларом, иеной или маркой. «Слава Scorpions только начинается![i][b]1988. Окно в СССР.[/b][/i]Scorpions стали первой «тяжелой» командой, посетившей СССР. Десять концертов для 350 тысяч ленинградских фэнов. В 89-м «Скорпионы», Оззи Озборн и рафинированные чистоплюйчики Bon Jovi приземлились в «Лужниках» на музыкальном фестивале Стаса Намина. В декабре 91-го, Михаил Горбачев лично пригласил Scorpions в Кремль. Под аккомпанемент акустических гитар постаревшие кумиры сыграли «Ветер перемен» — первый «кремлевский unplugged».— С тех пор мы встречались с Михаилом Сергеевичем много раз — в Германии и Греции. Личное приглашение мы не отправляли, но надеемся увидеть Горбачева на кремлевском концерте.[i][b]Сегодня. Ужалят ли «Скорпы»?[/b][/i] Группа привозит в Москву последний альбом Moment Of Glory, записанный с академическими музыкантами.— Идея сотрудничества с симфоническим оркестром появилась еще в 95-м. Все это время мы искали дирижера-аранжировщика и надежный оркестр. Легендарный Берлинский филармонический оркестр и дирижер Венской оперы Кристиан Колоновиц откликнулись на наши просьбы.Уже не раз классическая музыка браталась с легким жанром. Фредди Меркьюри и Монтсеррат Кабалье пели гимн Барселоне, сцепив ладошки в замок. Струнные-духовые-ударные сопровождали выступления Metallica, «Троллей» и Николая Носкова. И даже А.Ф.Скляр тянул романсы под скрипичные переливы Светланы Безродной! Ведущий дирижер Венской оперы не производит впечатления «классического академика». В коже, тяжелых ботинках. Длинные волосы схвачены резинкой: — Я не вижу разницы между академическим оркестром и Scorpions. Их песни — это такая же классика.Когда сегодня «Скорпы» затянут Still Loving You, я, как последняя дура, пущу ностальгическую слезу... Надо загодя подготовиться к концерту! Положу-ка я в свою дамскую (увы, уже не девичью) сумочку носовой платочек! [b]Досье «ВМ»[/b][i]Scorpions — это: Клаус Майне — вокал, Рудольф Шенкер — лидер-гитара, Маттиас Ябс — гитара и Джеймс Коттак — барабаны. На их счету 17 альбомов. Самые известные — In Trance, Animal Magnetism, Blackout и Love At First Sight. На кремлевской сцене «Скорпы» выступят вместе с Государственным академическим симфоническим оркестром (художественный руководитель — Василий Синайский).[/i]
Развлечения
Пассажиры среднего возраста
[b]Темно-синий «мерс» сворачивает с шумного проспекта в тихий московский дворик. На борту — двое «Чайфов». Шахрин и Бегунов. Вовочка-добрый и Вовочка-злой. Через пару минут мы встретимся в звукозаписывающей студии, где случайно захлопнется дверь. Пока Шахрин ползает на коленях, ковыряя непослушный замок («Когда я был молодой, нож носил в кармане!»), Бегунов листает журнал. Музыкальный критик припечатал их новое творение — альбом «Время не ждет» — словечком «кантри». «Он имел в виду народность», — уверяет продюсер. Бегунов чертыхается. Шахрин толкает непослушную дверь. В это время громила-охранник карабкается по крышам к заветному балкону, чтобы взять ключ у хозяев студии и отпереть дверь снаружи. Интервью, съемки, улыбки, рукопожатия… Завтра у «Чайфов» — концерт в «Олимпийском». Позади — 15 лет славы, десяток хитов, 18 альбомов и… неподатливая дверь, которую спаситель-охранник открывает одним поворотом ключа.[/b][b]— У «Аквариума» недавно появилась строчка: «Эта песня неприлична, подарю ее «Чайфам»… Шахрин: [/b]Это не наезд! Борис Борисович как-то сказал, что ему «есть чему поучиться у этих ребят». То есть — у нас. Нам тоже есть чему поучиться.[b]Бегунов: [/b]Сейчас принято клевать за старость. Это касается Макаревича, Лешки Романова… И Леонтьева клюют! Что они могут сделать? Интеллигентные люди — в прессе не выступят, в суд не подадут. И на Гребенщикова можно наехать, он безобидный. Глупо обвинять человека в том, что неизбежно.[b]— Заметьте, не я начала разговор о старости… Бегунов: [/b]Молодая еще! [b]— А как вы реагируете на такие наезды? Бегунов: [/b]Я злюсь, потом отхожу. При случае могу набить морду.[i][b]Не стареет душа ветеранов[/i] — Вы — хэдлайнеры многих фестивалей. Зачем, скажите, еще раз убеждать нас в том, что вы — эдакие монстры? Мы и так вам верим! Шахрин: [/b]Можно сказать себе однажды, что тебя все знают. Можно поверить, что ты забрался на Парнас, сидишь на самой вершине и ножками болтаешь. Такое положение нас не устраивает. С каждым «Максидромом» или «Крыльями» мы делаем движение вперед. Выступаем вместе с молодыми группами, это тонизирует. Нам за сорок, и публика не делает скидки на возраст. Фестиваль — это не трамвай, где место старикам уступают. От нас требуется одно: объективно смотреться не хуже. Фестивали заставляют быть в тонусе, опять же, подзаряжают очень мощно. Как будто тебя размяли у классного массажиста.[i][b]Каждый сантиметр имеет значение[/i] — Рок-летописцы уже нарекли «Чайфов» «стадионной командой». Вы в клубах совсем не играете? Шахрин: [/b]Просто я человек абсолютно не ночной! Концерты начинаются в двенадцать по московскому времени, в Екатеринбурге в это время уже два часа ночи, а заканчиваются они в четыре утра. Тяжело… Мы иногда играем на небольших площадках, но в Москве не так много клубов, которые могут позволить себе группу «Чайф». Мы — люди приезжие, нас надо разместить, аппаратуру перевезти, гонорар заплатить. Мы обходимся клубам дороже, чем любая московская группа. Плюс заключается в том, что в клубах — иная атмосфера. Когда публика находится на расстоянии тридцати сантиметров от тебя, в этом безусловно что-то есть.[b]— По той же причине Земфира не жалует клубные концерты. Зрители, мол, стоят так близко к сцене, что заглядывают в рот и пересчитывают пломбы в зубах артистки.Бегунов: [/b]Земфира, зубы лечить надо! [i][b]Проснись и пей[/i] — Ваши поклонники — люди молодые, пьющие, и на концерт многие приходят просто потусоваться. Вас это не коробит? Шахрин: [/b]Для тех, кто хочет слушать музыку, пишутся альбомы. Ребятки придут на концерт, что-то их обязательно зацепит. Они приедут домой, поставят пластинку и уже тогда будут наслаждаться красивым гитарным риффом. Быть клоуном, развлекающим публику, — не стыдно. Мы тоже играли на танцах. Обидно, что, придя к власти, рок-идолы забывают о танцплощадках.[b]— Назовете парочку таких? Бегунов: [/b]А то не знаешь! ([i]На глянцевом фото, которое показывает Шахрин, — батяня Шевчук[/i].) [b]— У вас много песен «на злобу дня». Их очень легко приурочить к событию — будь то война или чемпионат по футболу. Это ваша фишка? Шахрин: [/b]Кто-то уже сказал, что на новом альбоме слишком мало застольных песен. Так мы не пишем песни на заказ! Если люди голосят в подворотне «ой-йо» — это здорово.[b]— Помнится, в 1999-м вы распевали с Кириенко, а недавно борцы за НТВ заканчивали свой митинг вашей «Не спеши ты нам в спину стрелять»? Шахрин: [/b]Ну и что! Написал ты песню. Приходит момент, когда она отрывается от автора и уходит в народ. «Не спеши» давно уже не принадлежит нам. Каждый волен делать с ней то, что хочет.[i][b]Резиновых баб не будет[/i] — Идея сделать «крепкое рок-нролльное шоу» вам в голову не приходила? Шахрин: [/b]Есть разные подходы к рок-концертам. Кто-то делает шоу с декорациями, световыми и прочими штуками. А Стинг и Боб Дилан просто выходят в джинсах и поют. «Чайф» пытается найти золотую середину — чтобы была демократия, пафос нам не к лицу. Да, можно настроиться на ураганное шоу, но надо ли нам это? [b]— То есть завтра в «Олимпийском» ничего взрываться не будет? Шахрин: [/b]Будет что-то неожиданное со светом, со сценой, но при этом мы останемся собой. Люди, купившие билеты, должны знать, что они пришли на «Чайф», а не на Guns’n Roses с резиновыми бабами и стреляющими пушками. Наша задача выстроить программу так, чтобы время пролетело незаметно. Это не первое наше трехчасовое шоу, не третье и не пятое.[b]— Три часа — не многовато? Бегунов: [/b]Музыкант играет столько, сколько хочет. Как он хочет играть, так и играет. Поколение MTV судит о группе по двум-трем клипам. Как им объяснить, что группа должна играть много? Джерри Гарсия играл и по шесть часов! [b]Шахрин: [/b]В клубе группа играет сорок минут. Многие раскрученные сейчас артисты не могут продержаться на сцене дольше. В спорте то же самое: есть профессиональный бокс, где по двадцать четыре раунда долбятся, а есть — любительский. Раз мы в силах отпахать 24 раунда — мы должны это делать. Этим мы отличаемся от молодых.[i][b]Беседы о Чичериной, хип-хопе и формате[/i] — Год назад вы взялись продюсировать ту «молодую шпану, что сотрет вас с лица земли». И что теперь? Шахрин: [/b]У нас есть опыт, который не купишь. То, чему нельзя научиться, через это надо пройти. Мы знаем, как сделать музыкальный продукт, но продавать его не умеем. Помогли записать альбом одной екатеринбургской девушке (проект «Лиза» показали на прошлогоднем «Нашествии»). Сейчас занимаемся группой «Сансара», но пропихнуть ее без денежных вложений сложно.[b]Бегунов: [/b]Все хотят новой музыки, но никто не хочет ее слушать.[b]Шахрин: [/b]Есть строгие рамки, которые определили популярные радиостанции. Если группа новая и интересная, но не вписывается в эти ворота, она упирается в стену. Возьми Юлю Чичерину! Появилась, понравилась, ее стали одевать, причесывать… [b]Бегунов: [/b]И превратили в клонированную копию того, что происходит сейчас.[b]Шахрин: [/b]Ее подогнали под стандарт «модной молодежной группы».[b]— Вы о «формате»? Бегунов: [/b]Ну, да! Музыкальные критики не слушают музыку, программные директора тоже, в принципе, не слушают, но в приватных беседах вздыхают: почему в России музыка не развивается? И никто не хочет сделать поступок! Поймите, наконец, что мир меняется. Музыка не может строиться на трех манчестерских аккордах. До чего дожили, уже «Мумий Тролль» не вписывается в «формат». Катастрофа! [b]— Вы знаете, как бороться с «неформатом»? Бегунов: [/b]А никак. Возьми историю хип-хопа в России. Хип-хоп — это ДеЦл. А поскольку ДеЦл — это дерьмо, то и хип-хоп — дерьмо. О том, что в каждом городе существует культура хип-хопа, никто словно не догадывается. Все видят раскрашенные стены и думают: какие-то придурки развлекались. Взрослые не хотят понимать своих детей. Дети не хотят, чтобы их понимали взрослые. Программные директора обсуждают свои проблемы с такими же директорами, музыканты — с друзьями-музыкантами, журналисты кивают головами и пишут странные статьи. Вот история российской музыкальной культуры.[b]Шахрин: [/b]Не все так беспросветно. Есть разные музыкальные станции и телеканалы, а раньше не было никаких. Есть инструменты — дерзай! Пусть не так просто достучаться, докричаться и дойти, но перспектива есть у всех ребят! Если сейчас не получится, то через годик — обязательно.[b]— Была бы сила духа… Шахрин: [/b]Для многих музыкантов шоу-бизнес — это атрибутика богемности. Многие лезут туда, как в престижный институт. Иногда это получается, но если и получается, то ненадолго.[i][b]Типа постскриптума[/b][/i]Увы, «Время не ждет». У «Чайфов» много дел, меня торопят, я выключаю диктофон. Тссс, Зема едет! [b]Бегунов[/b]: Мы никогда друг друга не видели, но почему-то все сталкивают нас лбами. Говорят, что я — враг Земфиры.[b]Шахрин: [/b]Личный враг Фюрера! — А она похорошела, — сообщают Бегунову.— Это дело пятое. Я тоже еще ого-го (!), и прическа у меня новая.— Может, ей передать, что Бегунов новую прическу сделал, узнав, что она похорошела? — Нет-нет! Шутка.
Развлечения
Максидром: экстаз или облом?
[b]Я не знаю, когда я завтра проснусь. Не знаю, что буду есть на завтрак. Не знаю, что надену. Мне известно только одно: к 17:30 я пойду в «Олимпийский» на «Максидром». Почему?[/b]Прошлый сезон стал урожайным по части так называемых российских «Вудстоков». Раздолбайские «Крылья», тотальное концептуальное «Нашествие», лаконичные «Кинопробы». Казалось, нет им конца и края. Но зимой музыкальная жизнь ссохлась, разбрелась по душным клубам и скукожилась. Я соскучился. И вот — снова весна, на музыкальном дереве распускаются новые листочки. «Конец фильма», Total, «Ночные снайперы». Давно не было слышно Бутусова и «Океанов». «Максидром» — первый «Вудсток» в новом сезоне.[b]«Максидром» — единственный фестиваль, в концепцию которого заложены неожиданности. То, ломая все форматы, на сцену вырулит веселая «Амега», то в подвенечном платье покажется звонкая Чичерина. Конечно, эти неожиданности так и тянет заключить в кавычки. Вот и завтра на сцене сверх обещанной программы «вдруг» появится «СерьГа». Подумаешь, какая неожиданность! Но чем черт не шутит?[/b]Земфира — в творческом отпуске. «Мумий Тролль» — нежится под английским солнышком. В их отсутствие в многоэтажном российском рок-общежитии развернется борьба за звание старосты. Каждый постарается отличиться — и попасть в историю. И истосковавшийся по большим стадионам Бутусов, и заложник скандалов Петкун, и невозмутимый Найк. Дебютанты — те вообще будут из кожи вон лезть. А многомудрые продюсеры будут сидеть в зале и оценивать, кто в намечающихся летних «вудстоках» вырулит на хэдлайнера.Самое интригующее имя в программе — Жанна Агузарова. Откуда и каким ветром ее занесло максидромовскую сцену? Что она на ней выкинет? И выкинет ли? Об Агузаровой ходят противоречивые слухи.Вот уже несколько лет она пробавляется редкими концертами в маленьких клубах. Недавно, оказавшись в ГЦКЗ «Россия» на концерте в честь Дня Победы, Жанна из собственных кудряшек сделала шапку-ушанку. Вышла, взяла в микрофон, запела «Синий платочек» и… улетела в облака, совершенно не совпадая артикуляцией с записанным на фонограмме голосом.В партере «Олимпийского» места хватит на всех. И когда «Океаны» (я верю в это!) начнут мою любимую «Вiдпусти», я отойду в сторонку, выберу самую красивую девушку и буду танцевать. Под звездным небом двадцати тысяч зажигалок.[b]ЕЩЕ ОДНО МНЕНИЕ[/b]Я ни разу не бывала на «Максидромах» Казалось бы, вот он — свеженький, очередной — наступает мне на пятки и трубит рекламными зазывалками. А я не рвусь, не стремлюсь и не желаю.Что бы ни говорили, а «Максидром» — это тяжелая работа. Целых шесть часов томиться в замкнутом помещении, без живительного глотка весеннего воздуха. Трамбуя стареющий организм пивом, дрожа всем телом под суровым взором пожарной команды и скрываясь в укромных уголках спортивного комплекса (а ну как плечистые ребята углядят тлеющую сигарету, которую я сжимаю в кулачке!).Стадион и есть стадион.Таланты, резвым козликам подобные, выскакивают на сцену под громогласное «ура» поклонников и… поют четыре песни (или пять-шесть в зависимости от количества бронзы в имени). Маловато будет.Они являются перед тысячами страждущих и оглашают стадион тяжеловесным аккордом… Когда несчетное число раз за год я слышу «ой-йо» со сцены, мне хочется крикнуть: «Йо-о, пожалейте мои уши!» И вот стою я, посматриваю на часы и считаю минуты: одну, другую и третью… Когда же выйдет «мой»? Большие тусовки… фи! Незнакомец справа — потный, полуголый и толстый — обязательно звезданет меня ручищей по лицу. А соседка слева отдавит мне ногу и, в дискотечном угаре пребывая, начнет карабкаться мне на плечи. Сигарету будет клянчить. А потом я услышу ее звенящий шепоток: «Смотри-смотри, Земфира!» Это в мой адрес. Традиция, однако! Возвращаясь с «максидромов» домой, я долго изучаю свое отражение в зеркале: что общего между девочкой-скандалисткой и мной?«Максидром» — это не просто концерт, но длинный песенный фестиваль. А поскольку желающих показаться в главном рок-смотре года очень много, музыканты «пойдут по хитам». А я не хочу хитовых песен! Хочу услышать свою любимую от своего любимого для себя, любимой. По законам подлого жанра, он ее не споет. Облом.[i][b]Вячеслав ПЕТКУН:[/b]Вношу рацпредложение: проводить фестиваль под фонограмму, поскольку все новое и неожиданное все равно происходит между песнями.[b]Роман ЯГУПОВ:[/b]Недостаток «Максидрома» — исполнять только хиты. Хочется чего-нибудь необычного, экстраординарного.[b]Евгений ФЕКЛИСТОВ:[/b]Нам бы понравилось больше, если бы фестиваль назывался «Конец света» или «Полный конец». «Максидром» — это сексодром, оргия, вакханалия.[/i]
Развлечения
Почему мы не съели Кука?
[b]Наезды западных знаменитостей становятся данностью для столичных аборигенов. И мы уже не удивляемся, завидев белозубый оскал Джека Николсона в толпе на Воробьевых Горах или бейсболку Эрика Клэптона среди праздных туристов на главной площади страны.[/b]Самый высокооплачиваемый жокей планеты, многочисленный призер MTV и Music Awards ФэтБой Слим (в миру Норман Кук) приехал в Москву, чтобы отыграть звездный сет в Парке культуры. А еще поболтаться по столичным ночным клубам, выпить водки и посмотреть на нашу клубящуюся молодежь.Кроме Кука, на фестиваль «Интервенция-2001» прибыла великолепная пятерка итальянских и английских диджеев – Пол Окенфольд, Даррен Стоукс, Стэнтон Уорриос, Ричард Сканти, Дэниэл Даволи. Не обошлось без курьеза. Вместо фамилии Даволи на российских афишах написали: Davioli. «Смотри, Дэнни, русские прозвали тебя Равиоли!»[i][b]Обаятельный шалопай [/b][/i]Норман Кук – не корабельный кок. Вместо гигантских плит его музыкальную кухню украшает пара микшерских сковородок, на которых маэстро танцполов выпекает деликатесы для услаждения ушей.Настоящее имя Нормана – Квентин. Всю жизнь он подает себя в обертке прозвищ: Кук, Beat International, FatBoy Slim. Кук – мужчина видный и симпатичный. На пресс-конференции в клубе XIII корчит уморительные рожи и напоминает Карлсона. Но живо ставит на место тех, кто задает некорректные вопросы.[b]— Представьте, что вас пригласили на вечеринку с участием американских королей винила, но основное внимание почему-то уделяют американцам…[/b]— Я смотрю, отдельным журналистам хочется пошутить? Вот вас и вас ([i]Кук тычет пальцем в толпу[/i]), попрошу задержаться после пресс-конференции. Шутить будем в другом месте.[b]— Говорят, что электронную музыку изобрели в Германии. Вы сами как считаете?[/b]— Дурацкий вопрос. Я считаю, что главный в музыке тот, кто самый современный.[i][b]Клубное животное[/b][/i]Жизнь Нормана Кука – сплошные странствия Агасфера: «Я скитался от города к городу, часто не мог найти места для ночлега». Кук долго заправлял в британской группе Housemartins, потом добрел до хаус-тусовки и этот «дом» покинул, отдавшись с потрохами техно.[b]— Вы намерены всю жизнь хранить верность техно?[/b]— Я люблю танцевальную музыку. Тусоваться с Робби и Бритни мне не хочется, я – клубное животное.[b]— А в рок-н-ролл вернуться не хотели бы? [/b]— Я плохо представляю себя в рок-бэнде. Если я вернусь к старой музыке, как в таком случае мне себя называть? Человеком — похоронным оркестром? Не, мне нравится заниматься техно. Не надо делать саундчеки.[i][b]Чего мы ждали[/b][/i]Парк имени Горького набит под завязку уже к десяти утра. Две огромные сцены. Мощный звук, большие экраны и пиротехника. Отечественные диджеи доводят градус настроения толпы до кипения. Нарядный Грув щеголяет в парадном костюме жокея. С шестым ударом курантов «Интервенция-2001» выходит на большой старт. Кук жарит свои техно-хиты, а многотысячное поколение Икс умывается слезами счастья.[i][b]Горькие слезы в парке Горького[/b][/i]На лужайки парка первые стайки «столичной и прогрессивной» молодежи высадились уже в десять утра. Двенадцать часов кряду доморощенные герои техно защищали честь диджейства России. Когда на арену вышел Кук, мало кто отреагировал дружным «йе-с»! Теплое пиво и жаркое солнце сделали свое дело. Одни спали на травке, другие – хлестали друг друга крепким словом и махали кулаками. В руках у «самых модных» оказались «розочки», сработанные из разбитой стеклотары.Слава богу, что «цветочки» не достались господину Куку. «Не бейте его, пожалуйста!» — пьяненькая девочка грудью закрывала амбразуру (пьяненького бойфрэнда). Очереди в туалеты.По аллеям гуляли таки-ие ароматы, что впору затыкать нос и… рвать отсюда, бегом, к метро! Люди в погонах честно проверяли документы и не обращали внимание на разбитые носы. К билету за 250 рублей прилагался купон на два бесплатных аттракциона. Но сколько не ходили мы по парку, обещанных каруселей не нашли: то ли закрылись они, то ли не открывались вовсе.Вместо обещанных 70 тысяч народа лишь жалкие две-три тысячи самых отвязных отплясывали на пятачке перед сценой. Свита российских диджеев (Грув, Фонарь, Коля, Дэн, Слава Финист, Санчес и Град) показала удаляющиеся спины в разгар сета короля. Кук 120 минут кряду разбивал мощную звуковую волну на инфернальные визги, бешеные крики и тоненькие писки «а-ля пенопластом об асфальт». И никаких «здрасьте-раша-водка-любовь», которыми нас обычно потчуют западные звезды.[i][b]30 июня. Лондон—Москва[/b][/i]Пока супруга Кука – известная радиоведущая BBC Radio 1 Зоуи меняла подгузники крохотному сынишке Вуди… …толстяк Слим приехал в «Цеппелин» и отрывался в клубе до восьми утра. Официанты кормили дорогого гостя «русской едой». Известно, что Кук предпочитает всем горячительным – «беленькую» с соком, но в Москве он заказывал только водку. Опрокинув рюмочку, расточал комплименты: «Русская публика – ку-ул (клево), клубы – вери кул!» [i][b]1 июля. Утро[/b][/i]Уезжая, короли техно плакали, как дети. Чтобы успокоить сорокалетних дядек, простой диджей Вова Фонарев одарил Кука со товарищи бутылкой «хорошей русской водки».Примерно в это же время похмельные подростки продирали глаза и глотали аспирин. Почему столичные аборигены НЕ съели Кука? Мне представляется совсем простая штука: много ПИЛИ.[i][b]Кого еще нам привезут в этом году[/b][/i][i]31 июля в «Олимпийском» выступит легендарный Марк Нопфлер (Dire Straits). Томом Джонсом нас осчастливят 15 и 16 сентября. Его можно будет послушать в Кремлевском дворце. 29 сентября туда же, в Кремль, снова пожалует Крис Де Бург. С 20 по 24 октября мы будем танцевать кельтские фольклорные танцы под легендарных Lords of Danсe, а 31 октября — слушать группу Yes с симфоническим оркестром. 5 и 6 ноября Москву снова навестит скрипачка-акселератка Ванесса Мэй, а 7 ноября в «Олимпийский» наконец-то приедет Roxette.Говорят, что этой осенью будет предпринята вторая попытка привезти в Москву «киссов». Последняя попытка – потому что Kiss собираются завязать с гастролями. В прошлый раз они не доехали до Москвы, потому что увидели по BBC, как наши соотечественники кидают яйца в американское посольство (до этого в посольство пальнули разок из гранатомета). «Кисс» – патриоты родных Штатов. Их лучше привозить в то время, когда у России с Америкой – полная идиллия. Или временно изъять из продажи куриные яйца.[/i]
Развлечения
Панкующая Медведица
[i]Коварная вампирша и милая простушка. Дрянная девчонка и застенчивая мадемуазель… Наталия Медведева вызывает пограничные чувства. Ее или любят, или ненавидят, третьего не дано. В пику музыкальным критикам, утверждающим, что «Наталия Медведева — это панк-кабаре в духе Нины Хаген», обыватели щеголяют словом «эпатаж». Люди, не чурающиеся современной литературы, рассуждают о том, что эта Женщина никогда не была одна.Ее опекал Писатель из книги «Моя борьба». Или Критик, обожающий Хвоста, из повести «А у них была страсть».[/i][b]— Наташа, все знают вас как…[/b]— Все?! Разве что редкая шеренга, узкая колонна тех, кто меня действительно знает, — говорит Медведева и продолжает сочинять, слагать, декламировать и петь. Не по ОРТ, но в московских клубах.Ее музыкальный проект называется «НАТО». Тексты песен невозможно озвучить на страницах печатного издания. Вроде непечатных слов немного, но в комбинации с другими (печатными) они разрывают в клочья ленивый мозг.Медведеву не услышишь на радио и не увидишь среди заядлых тусовщиков. Лишь изредка юные посетители клубов приходят поглазеть на панкующую Медведицу и… замирают в столбняке. Девочки дарят ей букеты. Мальчики выстраиваются в очередь за знакомством. Стены ее квартиры увешаны коллажами: «Тут я пыталась изобразить русскую национальную идею. А это — социально-политическая карикатура». Обрывки «Лимонки» на дверях и чайник, закипающий на плите…[b]— Часто в разговорах о Медведевой звучит слово…[/b]— Эпатаж-ж… Мне один журналист говорил: «Вы стали спокойной, не столь агрессивной, утихомирились. Что же, бунт кончился, революция прошла?» Я говорю: чем вам доказать, что бунт не кончился? Разве штаны снять и крикнуть: «Punk is not dead!» Так себя вести? Если эпатаж — это бунтарство, то оно должно заключаться не во внешних проявлениях, а в творчестве. Если это непонятно по текстам и по музыке, тогда… остается штаны снимать.[b]— Вспоминаются разговоры о том, что в русском роке, не в пример западному, на первом месте стоит текст.[/b]— Ну, это смотря что слушать. У Бадди Холли — простенькие истории, позитивистские, а у Мика Джаггера — мистика и оккультизм. У Led Zeppelin — эзотерика. Сейчас Илья Кормильцев взялся их переводить. На две страницы — «крошка» да «мама»… Нельзя же так! Это негритянский жаргон! Это соул! Негр бренчит на гитаре, а рядом ходит пышная негритянка. Вот тебе и «биг мама»! [b]— Чего же вам хочется?[/b]— Мне всегда хотелось, чтобы музыка сплеталась со словами, как сплетаются пальцы рук. Я даже попыталась сократить количество слов в новых песнях. Все равно много текста получается! У американцев фонетически можно перепевать всевозможные «о-у», а в русском на каком звуке импровизировать? Ля-ля? [b]— Сократив количество текста, что вы будете делать во время длинного проигрыша? За кулисы пойдете?[/b]— Сяду на пол. Буду покачиваться или лягу. Главное, чтобы люди, которые слушают эти песни, сплелись с нашими энергетическими нитями.[b]— Журналистика, музыка, написание книг, модельная карьера… Что для вас важнее?[/b]— Я могла бы стать модельером, но чтобы заниматься этим постоянно, нужны деньги, ткани и технологии. Делать одежду — это работа. Музыка — занятие. Что делать мужику, когда делать нечего? Морду пойти бить? Или на охоту? А женщина, если она не… находится в состоянии физической любви, всегда найдет себе дело — хотя бы дырку заштопает. У меня был пиджак Kenzo, который мне казался слишком приличным. Пришлось его подпортить автомобильной краской и аппликациями из полинявшего цыганского платочка. Наверное, я отношусь к красоте, как Бодлер: меня притягивает печаль, надлом.[b]— В преддверии «Рождественских встреч» в 97-м Пугачева объявила, что на «Встречах» появится одна певица, которую прима обожает. Алла Борисовна позвонила вам, чтобы пригласить на концерт, и услышала в ответ: «А кто такая Пугачева?»[/b]— Я использовала эту историю в своем новом романе. В то время Пугачева завоевывала сцену после длительного перерыва, и ей хотелось придать этому выходу больше загадочности. Знакомство со мной она тоже решила окутать в художественную историю. Я знаю, кто такая Пугачева. Когда мне было 13 лет, да простит меня Алла Борисовна, я слушала ее песни.[b]— Ответив вот так Пугачевой, вы не боялись нажить недруга?[/b]— Если люди в вас заинтересованы, они: а) предполагают, что вы можете так ответить, б) могут сделать вид, что не заметили вашей грубости. Умные люди перемалывают в голове ваши отрицательные отзывы. Часто человек проявляется не в позитивных высказываниях, а в описании негативного. Даже в дамских романах должен быть конфликт, чтобы это хоть как-то походило на жизнь.[b]— Пару лет назад вы сказали: «Я не вписываюсь ни в музыкальное пространство, ни в литпространство, ни в пространство вообще»… Жить вне пространства — это противостоять и бороться?[/b]— Просто проживать свою историю! А почему я так сказала… Мне интересно знать, что пишут о моих книгах и песнях. Но критики не читают книжек и не слушают пластинки. Я объясняю такое невнимание тем, что меня не было в России, когда все вокруг боролись за несчастный русский рок. С такой безумной музыкой, когда громы и молнии сверкают на сцене, мы пролетаем мимо! [b]— При этом говорят, что группа «НАТО» никакого отношения к рок-н-роллу не имеет.[/b]— Когда нас пригласила Алла Пугачева, это была комедия! Мы единственные выступили живьем на «Рождественских встречах»! «Чайф» и «Ва-Банкъ» зарядили под фанеру.[b]— Так гордиться надо! [/b]— Чем гордиться-то? За границей люди, имеющие возможность продюсировать, сходятся с теми, кто параллельно с ними что-то делает. Здесь — каждый сидит на своей кочке. Недавно Саша Скляр предложил нам записать танго. Но мы уже делали пост-индустриальные версии романсов «Караван» и «Журавли». Есть смешной парень, он делает ремиксы на Джо Дассена… [b]— Кирилл Немоляев?[/b]— С ним я бы сделала убийственную трэшовую версию «Памяти Карузо» памяти… Коли Баскова! Немоляев исполнил бы партию Баскова, а я бы летучей мышью летала.[b]— Что-то в сегодняшней музыке вас цепляет?[/b]— Я как-то видела «Ночных снайперов». Две девушки. Скрипка и гитара. В Питере поговаривают, что девок купили и испортили.[b]— Но зато их крутят на радио, а вас что-то не слышно…[/b]— Нам говорят: для радиостанций «НАТО» — это чересчур. Надо бы побороться, но чаще я думаю: «Господи, никуда я не пойду! Я делаю музыку, которая мне нравится, и не думаю о формате».[b]— С телевидением та же ситуация?[/b]— Простой пример. Клип делает MTV. Они не берут денег за раскрутку, но видео должно быть в «их стиле». Они говорят: давайте мы вам сделаем клип, это стоит пятнадцать тысяч долларов. Нормально? [b]— Ну, это старая песня: последнюю рубаху продам, чтобы раскрутиться. Вас это не устраивает?[/b]— Нет! Люди зомбированы этими радиопозывными. Спроси, почему им нравится эта песня, и они не ответят! Как же так? Это же не любовь мужчины и женщины, ослепляющая до потери разума, которую невозможно объяснить? Это искусство, где можно попытаться понять, что тебя так впечатляет.[b]— Что за последнее время произвело впечатление на вас?[/b]— Я смотрела «Мулен Руж», и я визжала! Этот фильм не затронул скрытые во мне страсти, но это конфетка! Фейерверк невероятной красоты! Также я могу объяснить, почему я слушаю Планта, Джими Пейджа и Пи Джей Харви. Все должны уметь объяснить! Даже при помощи своих трех слов, повторяя их и тасуя.[b]— Как вы относитесь к тому, что вас ставят в один ряд с Диамандой Галас и Пи Джей Харви?[/b]— Какой-то противный и толстый парень сказал мне: «А Диаманда Галас красивее». Я долго думала: почему он так сказал? Я объясняю эту похожесть попыткой не плавать в однородной массе.[b]— Бывает ли вам страшно?[/b]— Страх — это неизвестность, которая включает в себя элемент непредвиденного, что не исключает опасного. О! Как клево я сказала! [b]ДОСЬЕ «ВМ»[/b][b][i]Наталия МЕДВЕДЕВА[/b] – певица, писательница, поэтесса. После эмиграции в Америку работала фотомоделью. Печаталась в национально-большевистской газете «Лимонка» под псевдонимом Марго Фюрер. Публиковалась в журнале «ОМ». Сборники рассказов Медведевой выходили в Израиле, Германии, Франции и России. Автор романов «Мама, я жулика люблю», «Отель Калифорния», повестей «Моя борьба», «А у них была страсть» и книги «Ночная певица».Третья (официальная) жена писателя Эдуарда Лимонова. Молва гласит, что скандально известный Эдичка был пятым мужем Медведевой. После знакомства с экс-гитаристом «Коррозии металла» Сергеем (Боровом) Высокосовым основала группу «Трибунал Наташи Медведевой»: «Музыкантов трое – вот и трибунал. Совсем как «Нина Хаген-бэнд». Выпустила лазерный диск Russian Triр. В феврале этого года Медведева объявила о создании проекта «НАТО» и записала альбом «А у них была страсть». Русскоязычная панк-дива и незаурядная персона.[/i]
Развлечения
Четверка безликих
[b]Имя? — Прочерк.Пол? — Снова прочерк. Возраст? — Жирный прочерк. Их лиц не видел никто. Их торсы венчают яйцеобразные головымаски. Белки глаз и желтки зрачков разрисованы красными прожилками.[/b]Их биографии спрятаны под вуалью мистических историй, а губы навек скреплены печатью молчания.Больше тридцати лет группа The Residents смеется над обывателями.22 студийных альбома и семнадцать мультимедийных спектаклей. Эксперименты с визуальными образами.Едкие фантазии на темы рождественских открыток и… вампирские зубки, пририсованные «битлам».Цирки-шапито и парады уродцев.Коконы из газет и мультяшные вставки, вживляемые в яркую ткань перформансов. …Недавнее представление в Торонто. Шесть металлических панелей с сетками ячеек и узким проходом посередине. На большом экране крутят видео. «Резидент №1» (Мистер Синий) выходит на сцену в начале шоу. И еще раз, чтобы помахать рукой на прощание. «Резидента №2» зовут Мистер Череп. У него насмешливое выражение лица (маски). Левая бровь поднимается искривленной дугой, а нижняя челюсть с осколками нарисованных зубов сокрыта под капюшоном. «Резидент №3» — просто Молли. В черном костюмчике с искрой, в плиссированной юбке и обтягивающем топе, в кошачьих очках и с волосами цвета спелого апельсина. «Резидент №4» — Мистер AirFX. Его руки купаются в световом потоке инфракрасного электронного глазка. Музыкант контролирует звуковые эффекты, а публика думает, что парень играет на терменвоксе! 8 сентября четверка безликих выступает в московском клубе «Шестнадцать тонн». Кто они? Заслуженные пионеры шоу-бизнеса? Электронные гении? Великие мистификаторы? Живые персонажи или компьютерные чудики? А может, эти головы, как лампочки под абажуром, каждый раз примеряют на себя новые люди? Ты не боишься, читатель, что резидент №3 — это я?
Развлечения
Из «Аквариума» в «Аэростат»
[b]Музыкант и лидер группы «Аквариум». А еще – философ и интересный собеседник. А уж тем эпитетам, которых Борис Гребенщиков удостоился за последние 30 лет, и вовсе нет числа. Народное достояние и гордость нации, акын русского рока и матерый гуру.[/b][i]Что ни фраза – то намек. Что ни слово из мудрых уст – откровение. А любую песню – стоит ей появиться на свет – поклонники немедля разрывают на цитаты.В разное время БГ косил траву для кайсяку и сетовал на то, что вся жизнь – то secam, а то pal. Пока кто-то (в песне) нажимал на save, другой, словно в отместку или ради забавы, нажимал delete. «Откуда это у вас, Борис Борисович? – спросили у Гребенщикова пару лет назад. – Вы чувствуете, как лоснится русский язык от жира времени?» «Новые реалии! Раньше у нас были грабли, а теперь – модемы», – молвил патриарх.Вот именно.Если раньше БГ рассказывал преимущественно о себе – журналистам и своим многочисленным фанам – теперь он рассказывает о других. Beatles, Донован, The Who, Джими Хендрикс, T. Rex, Rolling Stones… – все они и многие другие, музыканты и личности, герои нового проекта Бориса Гребенщикова «Аэростат» на волнах «Радио России».«Я хочу рассказать о той музыке, которой питается моя душа, о разной музыке, которая меняла мир и продолжает менять его по сей день», – говорит Гребенщиков-радиоведущий. И, знаете, он не лукавит.[/i][b]– Можно ли так сказать, что равно как у медали есть оборотная сторона, равно как в мире существуют добро и зло, точно так же и музыка – дуальна по своей природе и делится на высокое и низкое искусство?[/b]– Безусловно, нет! Есть работа, сделанная хорошо и от души, и работа, сделанная без вдохновения, халтурно.[b]– На интернет-сайте «Аквариума» вы упоминаете трактат «Весны и осени господина Люя»: «В царстве У была принята музыка в стиле Юй, и царство процветало сотни лет, а в царстве Чу начали слушать музыку Лю Чжоу, и царство мгновенно пришло в упадок». Выходит, разница между этими стилями определяется качеством сделанного?[/b]– Есть музыкальные строи и манеры музыки, которые более губительны или наоборот – действуют на людей хорошо. Вот скажи – высокие и низкие стулья бывают?[b]– Ну, да.[/b]– ...Это какие?[b]– Ну, например, трон и табуретка.[/b]– Не-а. Есть хорошие и плохие.[b]– А «Фабрику звезд» вы к какой категории относите?[/b]– Это плохо сделанная работа, где основной мотивацией являются деньги.[b]– Сегодня много говорят о встрече рок-музыкантов с замглавы президентской администрации г-ном Сурковым. Владислав Юрьевич, если верить очевидцам, сказал тогда, что «ситуация в теле- и радиоэфире нам не нравится, но у нас нет административных рычагов, чтобы на это повлиять». Не эта ли причина побудила вас взяться за радио как за мощное... средство влияния на молодые умы?[/b]– ?![b]– Поговаривают, что через радиоэфир вы нацию взялись спасать. Учительствовать будете?[/b]– ([i]Смеется[/i]) Быть учителем можно при двух условиях. Первое – если он достиг совершенства в том, чему учит. Второе – он лично знает своих учеников и может за них отвечать. Я не знаю своих учеников и не достиг совершенства. Единственное – я могу передавать то, что говорят мудрые люди, или то, что они играют. Вот я и делюсь тем, что сам люблю.[b]– Долго вас уговаривали взяться за этот проект?[/b]– Тут ситуация простая. Еще в университете я собирал однокурсников в аудитории, включал им музыку и рассказывал, почему я эту музыку ставлю. Потом появился «Аквариум», потом – Сева Новгородцев на BBC... А года четыре назад мой знакомый физик-ядерщик подкинул мне идейку сделать интернет-радио. От радио я отказался, но, пока у нас была пауза между альбомами, составил плей-лист на 250 песен и повесил его на сайте. Ну а когда я заикнулся об этом в прессе, мне позвонил генеральный директор «Радио России» и предложил сделать проект.[b]– И все-таки почему вы отдали приоритет именно «Радио России», а не FM-станциям?[/b]– Меня как раз интересуют люди, которые слушают радиоточку – их миллионы по всей стране. У тех людей, которые в машине слушают FM, нет проблем с музыкой.[b]– Кто придумал название «Аэростат»?[/b]– Поначалу мы чуть было так новый альбом не назвали, а позже я подумал, что слово «аэростат» почему-то идеально подходит к этой радиопрограмме. И никакой логики![b]– Вкус у вас есть, как вы считаете?[/b]– Не знаю.[b]– А хороший вкус – это умение врожденное или приобретенное? Можно ли привить вкус, а тем паче – хороший вкус – взрослому, уже сформировавшемуся человеку? Либо что не дано, то не придет?[/b]– Думаю, что можно. У каждого есть зачатки хорошего вкуса. Каждый человек различает плохо и хорошо сделанное. Если людей все время кормить помоями, они привыкнут и будут их есть. Но большая часть людей, если дать им возможность попробовать что-то другое, поймут, что есть более вкусные вещи. При этом я не собираюсь переделывать общественный вкус – упаси Господь! Я хочу дать альтернативу.[b]– Скажите, кроме господина Суркова единомышленники ОТТУДА у вас есть?[/b]– Нет.[b]– И, если я правильно понимаю, поддержка вам не нужна?[/b]– Не нужна.[b]– Ваша нынешняя деятельность и те забавные вещи, которые нынче в Госдуме происходят, – я говорю о запрещении фонограммы законодательным путем – это часом не звенья одной цепи?[/b]– Жизнь удивительна совпадениями ([i]смеется[/i]).[b]– Вы хороший рассказчик?[/b]– Очень плохой! У меня плохая дикция, и мне редко удается что-то внятно рассказать. Я не экстраверт и обычно предпочитаю молчать.[b]– Но в эфире-то вы себя комфортно чувствуете?[/b]– Не особо ([i]смеется[/i]). Меня спасает то, что в эфире я имею возможность проигрывать интересную музыку. Это тот плюс, который перевешивает минусы того, что мне приходится говорить.[b]– Если кто-то вам скажет, что Гребенщиков-де использует новый для себя формат общения с поклонниками, чтобы пиарить собственные проекты, чем парировать будете?[/b]– Гениальная идея, возьму ее на вооружение.[b]– Эфир вести – дело ответственное... Как собираетесь поспевать, разрываясь между записями и гастролями?[/b]– Времени о-очень мало, поэтому вместе с ребятами ([i]музыкантами группы «Аквариум»[/i] – [b]Н.Ч.[/b]) мы придумываем тексты, на гастролях, перед концертами, после концертов, потом приходим в студию и записываем сразу несколько программ впрок.[b]– Ваше появление в радиоэфире случайным не назовешь. А какая песня для вас стала [i]точкой включения в музыку[/i]? Та самая песня, после прослушивания которой «крыша съехала и… едет до сих пор»?[/b]– Это было весной 65-го года, когда на радио Voice Of America я услышал песню I Wanna Hold Your Hand. Я понял тогда, что дальше все будет по-другому.[b]– Существует ли исполнитель, которому вы отдали свою симпатию уже давно и готовы слушать всегда – вне зависимости от настроения и погоды за окном?[/b]– На каждую погоду есть свои любимые люди, но, безусловно, главными для меня всегда были Beatles, я их слушаю уже 40 лет и продолжаю у них учиться.[b]– А КАК вы слушаете музыку? Музыка – это фон для домашних дел, когда нужно вбить гвоздь или пожарить яичницу?..[/b]– Конечно, нет. Музыка требует полной концентрации, когда даже глаз не можешь открыть.[b]– Культура прослушивания музыки существует как таковая?[/b]– Желательно, чтобы все происходило в нужном месте и в нужное время.[b]– Понимаю, определить – значит ограничить, но что это за штука такая – хорошая музыка?[/b]– Для меня это музыка, которая гармонирует со Вселенной и при этом еще заставляет удивляться.[b]– А как быть с теми, кто не хочет удивляться? Заставлять? Уговаривать – нет, садись и слушай? Бить? В угол ставить?[/b]– Ни в коем случае. Надо дать им спокойно погибать. Люди, слушающие плохую музыку, гибнут.[b]– А помочь?[/b]– Нельзя, они сами это выбрали. Есть старинная индийская фраза: «Можно привести коня к реке, но нельзя заставить его пить». Здесь точно так же.[b]– А кто вы сами – фанат или меломан?[/b]– Ну уж точно не фанат. Я люблю слушать музыку.[b]«РАДИО РОССИИ» ПРЕДСТАВЛЯЕТ[/b][i]Программа «Аэростат» и ее ведущий Борис Гребенщиков в эфире в воскресенье в 14.10 и в среду в 22.10 (повтор).[/i]
Развлечения
Попасть под грузовик и обалдеть
[b]Полтора года назад группа «Я и друг мой грузовик» добавила сумасшествия в клубную жизнь столицы. В московском небе сверкнули молнии из Днепропетровска. «Сходи обязательно!» — советовала знакомая. «На что это похоже?» — спрашивала другая знакомая еще через полгода, внимая моим настойчивым «обязательно сходи». Музыкальные импровизации от Дэвида Бирна. Мимика, закаленная судорожными ухмылками Петра Николаевича Мамонова, вкупе с ужимками английского комика Бенни Хилла. Общий настрой как на концертах The No Smoking Orchestra Эмира Кустурицы! Их всего трое. Вокалист Антон, безбожно картавя, манит рукой, словно зовет в светлое будущее. Пантерой прыгает в зал и, потрясая крохотной косичкой, бьется затылком о невидимую стену, которая растет с каждым битом в исполнении барабанщика Володи, и смотрится в синий фонарь как в зеркало. Бас-гитарист Слава отдергивает руку от раскаленных струн: «Би-бип, дорогие друзья!» Слова, имитирующие звук автомобильного клаксона, могут звучать вместо здравствуйте, спасибо и до свидания. «Все мы грузовики друг для друга, все мы возим друг друга друг в друге». Друзья динамично прыгают, а подруги стоят на ушах… [/b][b]Антон:[/b] Есть третий вариант. Люди с удивлением смотрят на сцену, приходят на следующий концерт и… либо прыгают, либо стоят на ушах. Разные слои населения вовлекаются в авантюрную игру под названием «псевдоконцерт псевдо-рок-музыки».[b]— Реакция публики на ваше первое выступление была такой же? Антон:[/b] Мы дебютировали на фестивале «Карьер» в Днепропетровске. Идея была отличная! «Вудсток» проходил в песках, а «Карьер» — в симпатичном месте среди гранитных скал. Реакция на концерт относилась к третьей категории. Шок! [b]— Музыкальные критики по сей день ломают головы над определением вашего стиля. Для вас это важно?Антон:[/b] Помню, мы сидели на крылечке у входа в клуб, мимо проходили люди и спрашивали: «Кто сегодня играет? А что они играют?» Менеджеры клуба задумались. Фраза «альтернативная музыка» отпугнула бы состоятельных граждан… [b]Володя:[/b] Мы перебрали много терминов. Драм-энд-бэйс, бас-гитарарок. В дальнейшем, когда мы отошли от рока, мы назвали себя «баса-нова», это такая экстремальная поп-музыка. Был еще «авангардный рейв».[b]Антон:[/b] Нам скучно придерживаться одной темы. По большому счету, мы делаем фанк с тарабарско-фольклорными вкраплениями.[b]Володя: [/b]Сначала Слава дурачится на гитаре, Антон подпевает, а я делаю ритмический костяк. Через тричетыре репетиции псевдоармянское переходит в псевдобалканское и обрастает псевдоалтайским.[b]— В отличие от многих музыкантов из Белоруссии, Молдавии и Украины, вы поете на русском и аутентичные инструменты не используете. А ведь самостийность — это такая модная фишка! Антон:[/b] Но мы же не «Океан Эльзы»! Слава Вакарчук родом из Львова, он поет на своем родном языке, а в Днепропетровске 70 процентов населения — русские.[b]— Так вы не украинцы? Володя: [/b]Я приехал из Новосибирской области.[b]Антон: [/b]Славик родился в Кировограде, а мои родители переехали на Украину из Брянска. Ну нет в нас этой самостийной жилки! [b]— Вы с самого начала ориентировались на камерный состав? Антон: [/b]Так уж вышло. Мы пригласили гитариста и диджея, но они прогуливали репетиции, а мы двигались дальше. Одно время Слава хотел всучить мне гитару. Если бы он это сделал, он связал бы мне руки и лишил бы наш ансамбль самобытности.[b]Володя: [/b]Бас и барабаны — основа каждой группы, которая ставит ритм во главу угла. А в нашем ансамбле ритм — это основа основ.[b]— Устраивает ли вас статус клубных звезд? Володя: [/b]Мне нравятся клубные концерты. Большая сцена — это суета, плохое звучание.[b]Антон: [/b]На больших площадках можно прыгать, не боясь того, что на тебя упадет микрофонная стойка, а зритель с испуга прольет на себя пиво.[b]— Как обстоят дела с продюсированием ваших песен? Володя: [/b]Продюсер — это человек, который просчитывает исполнителя и его коммерческий потенциал с помощью калькулятора.[b]Антон: [/b]А мы никогда не были находкой для коммерческих структур. Мы не хотим заколачивать деньги на своей музыке.[b]— Я не ошибусь, если скажу, что «грузовики» делают настоящее шоу? Антон: [/b]Неужели это так воспринимается? Но мы не глотаем шпаги и не жонглируем горящими факелами.[b]Володя: [/b]Если в период создания первых песен мы уделяли внимание синхронности поворотов головы, то сейчас мы стремимся… [b]Антон: [/b]К углубленному музицированию.[b]— За что вас чаще всего упрекают? Антон: [/b]Закоренелые рокеры называют нас «попсой голимой».[b]Володя: [/b]А музыканты старой закалки обычно говорят: «Все клево, но вот если бы еще гитарку, было бы совсем здорово».[b]Антон: [/b]Еще говорят, что слова у нас идиотские.[b]Володя: [/b]И спрашивают, какие стимуляторы мы используем.[b]Антон: [/b]Не так давно на музыкальном рынке Днепропетровска продавалась пластинка группы «Ленинград», и какой-то покупатель прошипел: «У, наркоманы». Хотя любому понятно, что парни водку любят! Выходит, непохожесть является следствием приема каких-то веществ? [b]— В чем вам не стыдно сознаться? Володя: [/b]Мы с гордостью заявляем, что нам нравится группа «Гости из будущего».[b]— Меня предупреждали, что вы большие шутники.Антон: [/b]Нет, почему? Голос хороший, музыка приятная… [b]— Может, и «Тату» назовете? Антон и Володя ([i]хором[/i]): [/b]Песня «Нас не догонят» нам очень нравится!
Общество
УЖЕ НЕ ОТСТОЙ, НО ЕЩЕ НЕ MTV
[i]Он виртуозно владеет фортепиано и на семиструнной гитаре играет удивительно хорошо. Коренной москвич, Никольский любит «лубочную, кустодиевскую столицу, Москву времен Гиляровского». К своим пятидесяти Никольский подошел с трепетным отношением к слову и к музыке, в его багаже есть романсы, патриотические песни, казачьи частушки и эмигрантский фольклор.[/i]«Мне намного дороже то, что было, а не то, что есть или то, что будет», — говорит поэт и композитор [b]Андрей Юрьевич Никольский[/b]. Бывший партийный функционер и вечный романтик с интересной судьбой. По строчке в день. В неделю — по песне. Ни один выходной не обходился без квартирного концерта для друзей! В середине восьмидесятых Никольский стал «широко известен в узких кругах», но песни писал попрежнему «в стол», для себя.— Когда я работал в министерстве на Смоленской площади, свои хулиганские произведения я никому не показывал.В 87-м году Никольский услышал свою песню «Ну играй, играй гитара, ну звени, звени струна» в исполнении Михаила Шуфутинского. Лишь в 90-м, когда выяснилось, что у песни, оказывается, есть автор, Михаил Захарович подтолкнул Никольского к записи первого альбома на фирме «Мелодия». С Михаилом Звездинским, правда, отношения не сложились.— Я знал, что он исполняет мою песню «Сотник». Придя на концерт Звездинского с букетом цветов, я сел в первом ряду, волновался, нервничал… Мне, чиновнику, было лестно общаться со звездой! А Звездинский и говорит: «Дорогие друзья, хочу предложить вашему вниманию свою новую песню». Как же так?! Пришлось уйти из зала с горящими от стыда щеками, несолоно хлебавши… Чуть позже Никольский напишет строки: Я поднимаю свой бокал, Чтоб выпить за твое здоровье.Но не вином хочу быть пьян, Хочу быть пьян твоей любовью… Из этой, по мнению Никольского, «средней песни» Филипп Киркоров делает всероссийский хит. Лев Лещенко выпускает «альбом песен Никольского». Ирина Мирошниченко переводит его стихотворение «Ах, как жаль» на французский язык. Продолжая писать песни, Никольский — один за другим — выпускает альбомы: «Нежный плен», «Хулиган с Покровки», «Дуся», «Пой, Андрюша», «Я поднимаю свой бокал».— Я не хочу что-то завоевывать.Я всегда мучился от того, что моя музыка недостаточно хороша, а стихи и вовсе плохи, но у меня есть право показать то, что у меня есть.23 декабря Андрей Никольский отметит пятидесятилетний юбилей на сцене Концертного зала «Россия». День рождения Никольского приурочен к выходу его новой пластинки.Продюсер Вадим Цыганов: — Наверное, мы назовем альбом «Уркаган». Ничего пошлого в этом нет! Веселый, разухабистый шансон. Разгуляй, отрыв, очень современно и здорово. Здесь вы не увидите вот этого Никольского — чистенького, в костюме и золотых очках. Он — разный.К слову, двенадцатилетний сынишка Андрея Юрьевича, послушав новую папину пластинку, дал свою (авторитетную) оценку: «Это уже не отстой». «Но еще не MTV», — вздыхает Никольский.
Развлечения
Телебитл
[b]Под его маркой, кажется, можно продать все что угодно. Телевизионную программу, песню, даже платочек, вышитый крестиком! Автор «Ночной смены» на ОРТ только что записал пластинку песен Майка Науменко «Ром и пепси-кола». А с января он появится в прайм-тайм на ОРТ в новой телеигре «Народ против». Дмитрий Дибров говорит, что скоро он покажет, кто в доме хозяин и лучший ведущий в стране, а его музыкальный проект «Антропология» непременно разорвется тысячными осколками «нового московского блюза».Не звезда в общении и максималист в жизни. За что бы ни взялся, из всего выжимает хит. На то он и Дибров.[/b][b]– Почему-то меня не покидает ощущение, что мегахит «Ром и пепси-кола» стал осуществлением какой-то давней мечты…[/b]– Да! Я всегда мечтал быть «битлом». Мне до сих пор кажется, что самая элегантная форма одежды – клешеные джинсы. Высшая эстетика для меня – вид четырех парней в клешах, с гитарами наперевес. В сорок два я подумал, что никогда не поздно начать счастливое детство, и решил выпустить пластинку.[b]– Пластинку «Ром и пепси-кола» записал поклонник «Зоопарка», начинающий музыкант или человек, решивший ответить на вопрос поколения пепси: «А кто это, Майк?»[/b] — В сорок два года ты как куплетист из ростовского Театра эстрады, который говорит: «Наша профессия в том и состоит, что уж если удивлять, так поражать». Всякий поступок должен стать хотя бы попыткой создать невиданное.Я хотел воплотить в жизнь то, что всегда звучало у меня в голове. Это оказался старый добрый Майк, который теперь, благодаря гению музыкантов из группы «Антропология», обрел новое звучание. Мои друзья – лидер группы «ГрАссмейстер» Андрей Шепелев и восходящая звезда отечественного блюза Саша Новоселов придали моей мотивации характер поступка. Майка я пел всегда, демонстрируя упругую чистоту майкова письма, ведь Майк, на мой взгляд, самый изысканный… блюзмен совка. Когда мне предложили сделать этот альбом, я подумал, что это хорошее выполнение обязательств перед ним. Майк прекрасно знал, что нужно слушателю. Вот почему его хочется цитировать.[b]– Когда вы поете Майка, его авторское «я» не мешает вашему исполнительскому «я»?[/b]– Нет такой проблемы у талантливого человека! Майк всегда помнил, что главное – это слушатель, которого надо занять и позабавить, чтобы ему было ясно, о чем идет речь. Перед Борей Гребенщиковым, например, стоит иная задача. Как только ему приходит очередная бандероль из Шамбалы, он выписывает это все. Ему на нас наложить с прибором! [b]– Вы тоже думаете о своих слушателях?[/b]– Только о них.[b]– В ваших собственных песнях присутствует местоимение «я»?[/b]— Нет. Мы сознательно не включили в альбом «Пригородный блюз» и мою любимую «Сладкую N», чтобы показать периферию Майка. Тот же «Ром» Майк считал проходняком, он стеснялся этой песни. Это естественно, потому что тогда, в Петербурге, надо было воевать против большевика, а тут «в душе пожар», понимаешь! Наверное, перед сорокалетним слушателем Майк раскрывается своей ремарковщиной. Что ни песня, то ода одинокому человеку.[b]– Насчет «Рома и пепси-колы» я не соглашусь. При всей своей простоте и непритязательности – музыкальной и текстовой – она отвечает на вопрос, что такое рок-н-ролл. По Майку выходит, что сочетание вреда и полезности. Интересно, а производители газировки сделали вливания в этот проект?[/b]— Когда мы обратились в эту компанию, нам сказали, что песня не будет популярна среди молодежи. Зачем молодым старинные ритмы? Еще им не понравилось, что в песне поется про алкоголь, а они пропагандируют спортивный образ жизни. Я усмехнулся, и как только эта песня вышла на радио, все-таки выиграл у «колы».К сожалению, не в деньгах. Мой автоответчик заполнился голосами молоденьких дам лет пятнадцати. В свободное от уроков время или когда училка заболела, они собираются у кого-то дома, ставят мне нашу с Майком «колу» и поют истошными голосами. Больше всего их волнует «я залетаю в бар». Еще им нравится, что «всех еще тошнит, а я уже опохмелился». Ну что они знают о похмелье?! Они громко орут «эр – это ром, пэ – это пепси». И с особым придыханием они произносят «звезде рок-н-ролла». Рок-н-ролл еще жив, слава богу! И я еще не… [b]– Песня, с которой начинался для вас Майк?[/b]— Впервые я услышал Майка в Ростове-на-Дону году эдак в 77-м. Тогда в нашей стране был особый институт — институт комиссионных магазинов.Единственное место, где можно было купить наукоемкую бытовую продукцию, из которой главной были магнитофоны. Они пользовались особым обожанием, потому что это была единственная форма передачи свободной эстетики из рук в руки. Все остальные формы были подконтрольны КГБ и передавали тягомотину без половых признаков в эфир. А магнитофоны, не подконтрольные КГБ, представляли собой, если хотите, интернет тех лет. Жрецами этой всесовковой паутины были продавцы комиссионных. Толстые, молодые, счастливые и богатые, они отделяли нас, синих от недоедания и онанизма подростков, от блистающего мира никелированных монстров. Магнитофонов. И, конечно, комиссионки были рассадником передовой эстетики. Молодые люди ставили на эти магнитофоны кассеты и пленки, принесенные из дома. А мы детьми ходили и слушали, что сейчас в комиссионных звучит.Что за группа? – Pink Floyd. – Дайтека запишу! Однажды я услышал невероятную русскую речь. Гитарный блюз. Музыкальный иероглиф. Простенький, но оттого не менее глубокий. Человек пел ясно и точно. «Прощай, детка, детка, прощай, и на прощанье я налью тебе чай». Как ладненько скроено! «Надень мой старый макинтош, возможно, будет гроза»? Чудо какое! Следом за «Деткой» на той же пластинке шла «Дрянь». В жизни все называют друг друга словами и похлеще, но чтобы петь об этом?! Тогда, в Ростове-на-Дону, мы знали Макаревича: «Будет день радости, дай мне бог до старости когда-нибудь дождаться встречи…» Тоже поэзия свободного полета, но утонченная поэзия. Мы должны были расшифровывать, что автор имел в виду между строк. Майка не надо было расшифровывать! От Майка надо было приходить в восторг.[b]– Насколько комфортно вам сидеть на нескольких стульях? У вас уже есть «Ночная смена», вот-вот на ОРТ появится телеигра «Народ против», где, говорят, вы будете рулевым…[/b]– Это один и тот же стул! Смысл жизни человека, цветка, муравья – в экспансии. Все, что я делаю, всего лишь точное следование смыслу моей жизни. Как способное к развитию существо я должен осуществлять экспансию в разных областях. На телевидении я делаю то же самое, что и в звукозаписывающей студии. Ищу парадоксы.[b]– А в телеигре?[/b]— Три года назад, когда меня пригласили в «О, счастливчик», я сопротивлялся. Викторины казались мне богомерзким занятием. «Я обязан служить интеллектуалам по ночам!» – думал я. Меня тащили: хотя бы приди и посмотри! А потом, полгода спустя от начала игры, мы добились 30% рейтинга! Это же пять «Алчностей»! Я понял, что игра – не примитивное занятие.Сорок лет, а я все уроки получаю, слава тебе, господи. Снобизм оттого губителен, что сужает сознание. Оказалось, что в «Счастливчике» я делаю то же, что и в «Антропологии». Изучаю человеческую природу. И там, и здесь я искал неожиданных поворотов в той ткани, которую я плел на глазах у зрителей. И там, и здесь я обнаружил закономерность, которая делает ведущего мегапопулярным. Твой главный герой – не ты, уж конечно. И не тот, кто сидит напротив тебя. Но тот, кто в тапочках сидит у экрана. Если поймешь, что это главное, ты освободишься от многих занудных ошибок неофитов.Тебя уже не будет интересовать, как ты выглядишь и все ли видят твое достоинство. О, ты знаешь, что такое Борхес, знаешь! Но покажи, что ты НЕ знаешь! Если ты будешь поставлен в идиотскую ситуацию за игровым столом, ты победишь: зритель никогда не отключится от этой передачи.Однажды в «Антропологии» Бартенев заехал мне в физиономию тортом. Будучи интеллигентным человеком, перед этим он спросил у меня: «А что если я в вас тортом попаду?..» Я просил не кидать в меня маленькими ложечками, а заехать всей махиной. Да, это гениальный ведущий, который позволит себе получить тортом в морду! В «Счастливчике» было то же самое.Всякий, кто ставил меня в дурацкое положение, помогал мне, хотя мое достоинство, вроде бы, падало. Но оно повышалось стократно! [b]– Не кажется ли вам, что на телевидении уже достаточно телеигр?[/b]— Телеигры были всегда. Несколько лет назад, когда рушилась империя, нам казалось, что пришло время делать публицистику. И тогда журналист Владик Листьев сделал игру, являющуюся формой публичной «балды». Все ужаснулись: надо думать, как Россию вывести из тупика, а ты в «балду» играешь?! А через полгода кто только не прильнул к «Полю чудес»! Стоило Сереже Кордо, который привез в Россию «Миллионера», «Слабое звено» и теперь игру «Народ против», сделать «Счастливчика», как в стране начался бум интеллектуальных игр.Графоманы стали придумывать сценарии. Мне до сих пор по электронной почте присылают сценарии новых и новых программ. Как объяснить этим людям, что придумать игру – это как написать симфонию? Нужно жить и работать в этом цехе. В Англии такой цех существует, у нас – нет.[b]– Вы уже выработали позицию для новой игры?[/b]— Мы ее выработали с режиссером всех популярных игр на нашем телевидении Таней Дмитраковой. Мы с этой игрой созданы друг для друга. В ней участвует вся страна. Выиграть может любой телезритель! Как? Увидите в январе! [b]— Не боитесь, что вас будут сравнивать с Дибровым из «Ночной смены» или с Дибровым, который вел «О, счастливчик»?[/b]— Конечно, будут! Чудесно, если есть какие-то сходства. А что плохого, если та дама, с которой ты идешь в ЗАГС, напоминает ту прежнюю, с которой ты вышел из ЗАГСа три месяца назад со штампом о разводе? Ты любил ту, и эту ты любишь.[b]— Что вы можете рассказать о новой телеигре?[/b]— Это будет суперпроект. Одним вопросом зритель сможет заработать до шести тысяч рублей. А может поменяться местами с игроком в студии. Прибавьте к этому потрясающие космические декорации, а еще интерактив – и вы увидите, что это будет за конфета! [b]– Такой вашей телеактивности не помешает ли гастрольный чес?[/b]– Он вряд ли начнется. Во-первых, я очень занят, а во-вторых, это не столь важно. Группа «Антропология» – это бомба, с музыкальной точки зрения. Новый московский блюз, который отличается от старого петербургского только тем, что это блюзовое письмо положено на ритмы 2001 года. Значит, наше шоу представляет собой сложное кибернетическое действие! Нам Марк Нопфлер здесь, в Москве, показал, как это выглядит.Когда все уходят со сцены, но волна качественного звука остается. Играют лупы, ритмические и синтезаторные петли, а Нопфлер один на один с ними. Существо импровизации остается прежним, но за спиной у Нопфлера не подвыпивший барабанщик, который промахивается, и не басист, который не попадает, а выверенное до идеала странное варево живых звуков, воспроизводимых компьютером.[b]– А ваш барабанщик промахивается?[/b]– У нас непьющий барабанщик. Он называется «Ямаха 1300». Это не драм-машина. Это семплер. Гроб. Компьютерный интерфейс. Ихтиандр, который пришел в город и раздает всем рыбу. Эту скотину надо научить играть то, что нам надо.[b]– Выходит, «Антропология» – это студийная группа? Есть ли у нее будущее?[/b]– Мы работаем над подготовкой концертного выступления. Музыканты с такой степенью одаренности, как мои, могли бы играть без репетиций, но непьющий барабанщик нас к этому вынуждает.[b]– В каких залах вам хотелось бы сыграть?[/b]— Конечно, в Ростове-на-Дону, в Лендворце, где я когда-то выступал в студенческом театре. В сорок два года мне уже понятно, стану ли я Березовским или Майклом Джексоном. Ответ – нет. Я не заработаю столько денег и не соберу Madison Square Garden.[b]– Дима, вы не раз повторяли, что вам сорок два. За это время вы сделали блестящую телекарьеру и, судя по популярности песни «Ром и пепси-кола», не зря пошли в музыканты. А чего бы вам в ваши сорок два еще хотелось?[/b]— «Битлом» я уже стал. Да, я не написал Yesterday. Но разве шизик из Кащенко, который называет себя Наполеоном, страдает от того, что в обществе никто не следует его приказам? Сам-то он чувствует себя Наполеоном! Хочется сделать новую игру «Народ против». Показать, кто в доме хозяин. Еще мне бы хотелось показать телевидение нараспашку. Чтобы «Ночная смена» стала программой о том, как выходит в эфир программа «Ночная смена». Я взял операторов из ВГИКа, из мастерской Юсова, потому что они молодые красавцы.Почему я взял молоденьких редакторов? Я хочу, чтобы они шушукались в студии. Почему у меня такие красивые гримерши? Чтобы зрители видели, какие романы у нас рождаются на производстве. Я хочу, чтобы люди получили сериал «Скорая помощь», но о телевидении.[b]– Прямо «За стеклом» какое-то! А у вас тоже завяжется роман на съемочной площадке?[/b]– Константин Эрнст мечтает, чтобы у меня был роман если не с ведущей, то с гримершей. Трудная творческая задача, придется к ней подготовиться. Но есть у меня еще одна страстишка. Я хочу написать если не «Сто лет одиночества», то хотя бы «Лолиту».Но она удаляется от меня с той же скоростью, с которой я бегу навстречу этой мечте. Я «битлом» захотел стать в двенадцать лет, а писателем – в семнадцать, когда попал на филологический факультет. Поскольку идея с битломанией осуществилась сейчас, тогда, наверное, лет через пять… [b]— …Дибров-телезвезда сядет за пишущую машинку?[/b]— Я чувствую себя изменником по отношению к этой мечте. Я в полной мере испытываю на себе синдром того, что телевидение – вещь низменная по отношению к литераторскому занятию. Я постоянно чувствую неловкость по отношению к ареопагу – Маркеса и Борхеса. Что такое «Счастливчик» с «Антропологией» в сравнении с «Осенью патриарха»? Вы не задумывались о том, что мы вновь и вновь перечитываем «Мастера и Маргариту», а телепередачу, которая вызывала такой кайф, через пять лет уже смотреть неинтересно.Почему? Телевидение имеет дело с результатами деятельности людей и условиями их существования. Литература и музыка имеют дело с самими людьми. Проблематика, с которой сталкивается Катюша Маслова Льва Николаевича Толстого, известна нынешним обитательницам Тверской не понаслышке. Просто они не знают, что об этом уже все написано.[b]– Может, они читали?[/b]– Не те, кого я знаю. Но если бы они удосужились открыть книжку, то они бы там узнали себя и нашли выходы из тех душевных переживаний, которыми мучаются.[b]– Вы собираетесь написать толстую книгу?[/b]– Ну уж не пелевинские поделки! Я сделал бы стойку в сторону «Темных аллей» Ивана Алексеевича Бунина. Восемнадцать новелл, каждая из которых посвящена тому, как кто и с кем потрахался. Это лишь крючок. Когда мы заглатываем червяка, ловкий рыбак Бунин вытаскивает нас. Нет, он глушит нас динамитом! А у того же Сорокина есть набор червяков, а самой рыбалки не происходит.[b]– Ваша книга будет о любви?[/b]– А о чем же! У Пелевина, например, есть тонкий ум, восхитительно выполненная функция возвращения интереса к литературе, но нет любви. Его книги напоминают покинутый город со всеми приспособлениями для жизни. Зеркальные небоскребы, отели, в которых никто не живет… Но в городе нет воды. Нет влаги страсти! [b]– Мне кажется, вы могли бы написать философскую книгу.[/b]– Но она должна быть «Ромом и пепси-колой» при этом! Ее героем должен быть читатель, а не философ кислых щей. Иначе такая книжка пополнит ряды графоманских изданий тиражом в тысячу экземпляров, которые издаются на деньги писателя.[b]– Вы намерены создать книжный хит?[/b]– А иначе зачем что-либо делать?!
Общество
Эксклюзивы
Вечерка ТВ
Приметы и советы
Проще, чем кажется
Мнения
Георгий Бовт
Георгий Бовт

Трамп создает «мини-ООН»

Виктория Филатова
Виктория Филатова

Куда же деть ненужный новогодний подарок?

Сергей Лесков 
Сергей Лесков 

От надсмотрщика к наставнику: как меняется образ отца в России

Екатерина Рощина
Екатерина Рощина

Русский штурм Голливуда продолжается

Все мнения
О проекте
▲
vm.ru

Установите vm.ru

Установите это приложение на домашний экран для быстрого и удобного доступа, когда вы в пути.

  • 1) Нажмите на иконку поделиться Поделиться
  • 2) Нажмите “На экран «Домой»”

vm.ru

Установите vm.ru

Установите это приложение на домашний экран для быстрого и удобного доступа, когда вы в пути.