Сегодня исполняется 83 года со дня рождения Иосифа Бродского

24 мая исполняется 83 года со дня рождения поэта, лауреата Нобелевской премии Иосифа Бродского.

Теперь, когда труды и дни поэта уже отделены от нас некоторым расстоянием, его досконально изученная биография представляется очень цельной и логичной. Ведь даже в самые драматичные моменты он не изменял себе, не шел на компромиссы. И в то же время многое в жизни Бродского соткано из парадоксов.

В школе будущий классик учился так себе, даже оставался на второй год. Среднее образование получил в школе рабочей молодежи. А в Америке сразу начал преподавать в университете, стал профессором. Секрет — в целеустремленном самообразовании.

Первые же его стихи не оставляли сомнений в таланте автора. Молодой поэт работал как одержимый и даже что-то уже зарабатывал. Но травили его — вот ведь парадокс! — за бездарность и тунеядство. Утверждали, что стихи «окололитературного трутня» не имеют никакой ценности. Закончилось все печально знаменитым процессом: Бродского осудили на пять лет принудительного труда в отдаленной местности.

И снова противоречие. От ссылки в Архангельскую область трудно было ждать чего-то хорошего. Поэт со слабым здоровьем устроился разнорабочим в местном совхозе, жил в холодной каморке, окно которой заткнули подушкой. Однако же эти полтора года (срок сократили под давлением общественности) Бродский называл лучшими, если не самыми счастливыми в своей жизни. Здесь родился шедевр «В деревне Бог живет не по углам». Северная ссылка стала своеобразной Болдинской осенью.

Понимая, что в Советском Союзе печататься ему не дадут, поэт давно думал об эмиграции. Даже разрабатывал план угона самолета. В 1972 году ему настойчиво предложили покинуть страну. Мечты вдруг стали явью, но Иосиф Александрович начал тянуть с отъездом.

В эмиграции многие думали, что поэт с такой биографией станет борцом с СССР. Однако Бродский отказался «мазать дегтем ворота отечества». Он не боролся с советской системой — просто ее не замечал. И наконец, последний парадокс. Бродский очень любил город своей юности: «На Васильевский остров я приду умирать…» А когда Союз развалился и появилась возможность если не вернуться, то хотя бы посетить Ленинград-Санкт-Петербург (мэр Собчак пригласил его лично), поколебавшись, от поездки отказался. Родители умерли, друзья разъехались, и родной город жил уже совершенно другой жизнью.