Лунная гонка началась: что нужно американцам на спутнике Земли и чем планируют там заниматься россияне

Росархив обнародовал документы по лунной программе Советского Союза, которые были засекречены с момента создания. Среди рассекреченного — чертежи лунной ракеты и кораблей, программы подготовки экипажей, отчеты об испытаниях. Почему после высадки на Луне экипажа «Аполлона-17» в 1972 году там больше 50 лет никто не был, что происходит с освоением спутника Земли сегодня — «Вечерней Москве» рассказал директор Института космических исследований РАН Анатолий Петрукович.

Сегодня Россия активно включена в лунную гонку наравне с США и Китаем. С последним, к слову, у нас запланированы совместные проекты в рамках Международной научной лунной станции. О гонке за освоение Луны — тогда и сейчас — мы поговорили с ученым Анатолием Петруковичем.

— Анатолий Алексеевич, недавно рассекретили архив по лунной программе СССР, включающий чертежи ракеты-носителя, лунных кораблей и программы подготовки экипажей. Почему это произошло только сейчас?

— Речь идет именно о советском архиве. В те времена вся космическая отрасль была секретной — независимо от того, был это научный космос или военный, все хранилось под грифом. Даже планы научных миссий, не говоря уже о чертежах ракет. Все эти бумажные документы в огромных объемах лежат в архивах. Технической необходимости их рассекречивать нет. Существует лишь историческая необходимость, и этим занимаются по мере сил. Просто сейчас дошли руки, кто-то провел исследование, отобрал то, что представляет публичный интерес, и мы увидели эти документы.

— То есть никаких сенсаций мы не узнаем?

— Сенсаций там нет. Просто процесс рассекречивания архивных документов медленный, потому что кто-то должен поехать в архив, посмотреть и отобрать материалы.

— А могут ли рассекреченные чертежи помочь специалистам, которые сегодня работают над лунной программой?

— Ученые и так обычно имеют всю необходимую информацию из научных публикаций. А чертежи ракет относятся, скорее, к промышленности, нежели к науке. Влияние на результат может быть, но косвенное. Это вопрос расширения кругозора: человек видит, как это делали раньше, задумывается о чем-то новом. Необязательно срисовывать детали, просто любознательность тоже помогает. Хотя какие-то мелкие детали, возможно, и пригодятся. Но это не значит, что можно повторить чертеж семидесятилетней давности, и все заработает.

— Почему советский лунный проект был свернут именно в 1976 году?

— Он был очень затратным: ограничивал многие другие проекты в космической отрасли, потому что финансы уходили туда. Политические дивиденды к тому времени были получены, основные научные результаты — тоже. В какой-то момент приоритеты сложились так, что это направление приостановили, и, к слову, американский проект тоже был свернут примерно в те же годы. СССР и США синхронно прекратили лунные программы.

— Лунная программа СССР была частью космической гонки в условиях холодной войны?

— Было соревнование сверхдержав за влияние, политический авторитет и технологическое лидерство. Луна — это политическое и технико-экономическое соревнование.

— Получается, в этом соревновании победили американцы, высадившие первого человека на Луну?

— Смотря как считать. Американцы сами поставили эту цель. Сначала было соревнование: кто первый запустит искусственный спутник Земли, кто первым отправит в космос человека. Здесь выиграл СССР. Тогда американцы сказали: «Мы поставим цель слетать на Луну, и первый американец будет там — тогда мы выиграем». В некотором смысле это была искусственная цель. Это классический пример американской международной политики: сначала создать выгодную для себя реальность, а потом заставлять всех в ней соревноваться.

— Сейчас США возобновили свою лунную программу, отправив миссию «Артемида-2» для облета Луны. Для чего это нужно спустя столько лет?

— В семидесятые годы стало ясно, что есть много других задач около Земли, которые надо решать, и концентрировать все на Луне было нецелесообразно — это слишком дорого. Сейчас мы подходим к этому вопросу на другом уровне. Около Земли освоено уже многое. Пора двигаться дальше, в межпланетное пространство, и Луна — это первый шаг. Да, мы уже там были, но если хотим двигаться дальше, неизбежно нужно сделать этот шаг заново.

— Какие задачи стояли перед «Артемидой-2»?

— Это технологическая миссия для постепенного наращивания сложности и проверки техники. Несколько лет назад состоялся автоматический полет ракеты с кораблем, который облетел Луну и вернулся. Теперь второй этап: астронавты полетели, отработали системы жизнеобеспечения, проверили все на орбите, облетели Луну и вернулись. Следующим шагом будет тестирование посадочных модулей и стыковки и только четвертым этапом — посадка астронавтов на Луну и возвращение на Землю.

— Но если они уже делали это раньше, почему нужно снова проходить эти четыре этапа?

— Технологии меняются: повторить один в один невозможно — компьютеры уже не те, оборудование другое, ракета другая. Придется пройти этот путь заново. Пусть уровень неопределенности ниже, чем раньше, но без вариантов — надо перепроверять все с нуля.

— На Луне обнаружено много полезных ископаемых, в том числе довольно редкий гелий-3. Одной из потенциальных целей американцев на Луне является добыча этих ископаемых. Возможна ли такая добыча в обозримом будущем?

— Вопрос в том, насколько эти ископаемые добываемы технически и экономически. Гелий-3 нужен для термоядерной реакции, но даже самая простейшая из них пока не реализована. Кроме того, чтобы зажечь реакцию на гелии-3, температуру в реакторе нужно поднять в десять, если не в сто раз выше, чем для «обычного» термоядерного синтеза. Есть и другие перспективные реакции, например на боре-11, а бора в океанах Земли огромное количество. Гелий-3 — это теоретическая цель. На Луне его миллионы тонн, но он размазан тонким слоем по верхнему слою грунта. Энергоемкость тонны лунного грунта по гелию-3 меньше, чем энергоемкость угля. Чтобы добыть значимую энергию, нужно развернуть огромную горнодобывающую промышленность, что абсолютно неконкурентоспособно.

С редкоземельными металлами та же история: нельзя сравнивать их потенциальное содержание на Луне с экономически доступными месторождениями на Земле. Даже по мере исчерпания сегодняшних земных месторождений новые будут дешевле лунных. Сейчас сложно представить полезное ископаемое, которое было бы выгодно добывать на Луне и везти обратно. Это, скорее, гипотетическая ситуация, зона экспериментов, а не немедленной экономической выгоды.

— Американские «Соглашения Артемиды», подписанные в октябре 2020 года, вводят понятие безопасные зоны, предлагающее создавать на Луне закрытые зоны для добычи ресурсов. Не станет ли Луна американской колонией?

— Речь идет прежде всего не о добыче ресурсов, а о посадке в эти зоны, чтобы не повредить существующие аппараты. Вопрос не в том, нужны ли зоны безопасности, — наверное, да, — а в их разумном размере и уровне суверенности. Именно по этим вопросам сейчас идет спор на международных площадках. Есть некоторое международное космическое законодательство, но в очень общих формулировках. Как только возникает необходимость, появляется конкретное законодательство, как это уже случилось с геостационарной орбитой или международными водами. Американцы что-то себе застолбят — объективно, если вы совершили посадку, вам на голову никто не сядет. Но мест на Луне много, и для разных задач оптимальны разные места. При этом никто окончательно не знает, какие именно места будут наиболее выгодны в перспективе. К тому же туда садятся и китайские автоматические аппараты. Процесс уже идет, поэтому проблемы, что кто-то один успел занять все лучшее, не будет.

— В чем главная сложность отправки человека на Луну?

— Нужно подняться с околоземной орбиты до Луны, сесть на Луну, взлететь с нее и вернуться на Землю. Этот процесс требует огромного количества топлива. Чтобы отправить трех человек на станцию на низкую орбиту, нужна ракета «Союз» грузоподъемностью около 8 тонн. А для полета на Луну и обратно — ракета класса «Сатурн-5», которая выводила на низкую орбиту 140 тонн. Это в десятки раз больше. Таких ракет сейчас почти нет — только SLS летал (ракета в программе «Артемида»). Starship Маска еще тестируется, китайцы пока строят аналогичную. Эти ракеты очень дорогие и сложные. Даже один полет — огромное достижение, но делать это часто невозможно именно из-за технической и финансовой сложности.

— У нас есть совместная с Китаем программа создания международной научной лунной станции. Каковы ее главные задачи?

— Речь идет об исследовательской станции из автоматических аппаратов. Это прежде всего координация и взаимодействие отдельных миссий: обмен приборами, установка систем на совместные проекты, посадка российского аппарата рядом с китайским для совместных работ. Сейчас идет обсуждение интеграции национальных программ России и Китая в планы создания станции. Конкретных обязательств пока немного, но есть наметки. Например, российская лунная электростанция может использоваться китайской стороной, а российские приборы готовятся к полету на китайских лунных аппаратах — первый должен улететь уже в сентябре. Но это примеры, а не исчерпывающий список, идет именно обсуждение.

— Экипаж «Артемиды» состоит из возрастных астронавтов, им в среднем 40–50 лет. А раньше в космос летали молодые: Гагарину было 27, Титову — 25. Почему сегодня космос покоряют те, кто постарше?

— На заре космонавтики отбирали летчиков-истребителей, да еще поздоровее и поактивнее, с лучшей реакцией, потому что никто не знал, с чем придется встретиться в космосе. В шестидесятые и продолжительность жизни была меньше, и человек «за сорок» считался ветераном. Сейчас объективно рисков меньше, подготовка занимает много времени, посылают наиболее опытных, уже летавших космонавтов, а очередь на полет может растянуться на десять лет.

ДОСЬЕ

Анатолий Алексеевич Петрукович — российский ученый-физик, специалист в области космической плазмы, геофизики, директор Института космических исследований РАН. Профессор МФТИ и заведующий базовой кафедрой физики космоса в НИУ ВШЭ, руководитель отдела физики космической плазмы ИКИ РАН и лабораторией в составе этого отдела. С 2024 года — член Научно-технического совета Военно-промышленной комиссии РФ и член государственной комиссии по запускам космических аппаратов.

КСТАТИ

В рамках отечественной лунной программы планируется запуск шести аппаратов —дистанционные зонды «Луна-26» и «Луна-29», а также посадочные модули «Луна-27» (№ 1 и № 2), «Луна-28» и «Луна-30». Эти миссии нацелены на углубленное изучение Луны и подготовку к ее будущему освоению. Особый интерес представляет Северный полюс Луны, который до сих пор не был исследован с помощью посадочных аппаратов. Северный полюс Луны считается перспективным местом для поиска водяного льда, который может использоваться для обеспечения лунных баз.