Главное

Автор

Юлия Рахаева

Молодых будут судить шкурно

[b]Вчера в литературном салоне «Классики ХХI века» (Чеховский культурный центр на Страстном бульваре) был дан старт новому конкурсу на соискание независимой премии «Дебют». Премия учреждена международным фондом «Поколение» (президент – депутат Госдумы РФ, представитель Российской Федерации в парламентской ассамблее Совета Европы АНДРЕЙ СКОЧ) и проводится при поддержке Министерства культуры РФ, которое определяет в рамках «Дебюта» «Голос поколения».[/b]В этом году традиционной номинацией, помимо «Крупной прозы», «Малой прозы», «Поэзии» и «Драматургии», станет также «Литературная критика и эссеистика», учрежденная в прошлом году как спецприз по инициативе председателя Попечительского совета премии Эдварда Радзинского.Молодых будет судить жюри под председательством прозаика и дипломата Чингиза Айтматова. В него вошли драматург Александр Галин, поэт и прозаик Сергей Гандлевский, критик Сергей Костырко, а также прозаик, переводчик и драматург Асар Эппель.Членов жюри было трое. Александр Галин рассказал, что в свое время ему, молодому и голодному, помог тогда уже маститый Александр Володин, и теперь настал его черед помочь молодым. Сергей Гандлевский признался: как человек, заинтересованный в том, чтобы поэтов было много, хороших и разных, он будет судить не альтруистически, но шкурно.Сергей же Костырко заявил, что у него, наконец-то, появилась возможность увидеть молодых критиков и узнать, что они такое.Немногословных членов жюри с лихвой дополняли с опозданием, но все-таки добравшийся Эдвард Радзинский, который говорил все больше о себе, координатор премии, прозаик Ольга Славникова, ответственный секретарь, поэт Виталий Пуханов, а также члены жюри прошлых лет.Из этих последних прозаик Евгений Попов поделился с собравшимися приятными воспоминаниями о прошлогоднем судействе, а Илья Кукулин поздравил всех с жюри этого года – все они, по его наблюдениям, люди с недюжинным общественным темпераментом.Текстов много, а читать нечего, – таким признанием подвела неожиданную черту Ольга Славникова. Но чтобы кто не подумал дурного, задача «Дебюта», считает она, – показать людям, что именно надо читать.Чингиз Айтматов до пресс-конференции не доехал. Но нам показалось важным опубликовать его обращение к участникам конкурса на соискание независимой премии «Дебют».Ведь это же здорово: классик советской литературы напутствует возможный будущих классиков ХХI века.[b]Объединиться, чтобы творить[/b]Я призываю всех, кто искренне стремится к творчеству, включаться в этот марафон. Человеческий дух в молодом возрасте по природе своей вовлечен в состязание с себе подобными.Перед тем, как распался Советский Союз, мы прошли совместно целую эпоху. Наша культурная, духовная жизнь не позволяет нам удаляться друг от друга. Совершенно естественно, что премия «Дебют» объединяет молодых писателей из всех бывших советских республик.Очень приблизительно литературу можно сравнить со спортом. В спорте только участие в соревнованиях приводит к достижению новых результатов. Так и наш «Дебют» через состязание ведет к совершенству, к росту молодых талантов.

Пиррова победа Виктора Пелевина

[b]Вечером минувшей пятницы в питерской «Астории» завершился очередной премиальный цикл одной из самых скандальных и самой остросюжетной литературной премии. В четвертый раз, стартовав в Москве, «Национальный бестселлер» финишировал на берегах Невы.[/b] Напомню: в прошлые годы лауреатами становились Леонид Юзефович с романом «Князь ветра», Александр Проханов с «Господином Гексогеном», наконец, рижане Гаррос и Евдокимов, сочинившие «Головоломку». И всякий раз премиальный сюжет был связан со скандалом: то дали не тому, то, как в случае с Прохановым, уж лучше бы не тому... Интрига этого года состояла в том, что ее, собственно, не было. Аутсайдеры определились сразу: у Веры Галактионовой с ее «Крылатым домом» и у Ильи Масодова с его «Чертями» шансов практически не было, что подтвердило и пятничное голосование: ни одного голоса ни за ту, ни за другого. Валентин Распутин – писатель известный и, согласно словарю Сергея Чупринина, абсолютный рекордсмен по получению различных премий. «Живи и помни», «Последний срок», «Прощание с Матерой», «Уроки французского» и другие его давние произведения – совершенно замечательные, но про прозу Распутина последних лет сказать что-либо комплиментарное гораздо труднее... Как бы предвидя неудачу – или неполную удачу, писатель попытался снять свою кандидатуру на этапе шорт-листа, но правилами премии это не предусмотрено. Один голос – главного редактора скандально известного издательства «Ad Marginem» Александра Иванова – роман Валентина Распутина «Дочь Ивана, мать Ивана» получил, но этого было очевидно недостаточно. По одному голосу оказалось и у двух романов, которые считались лидерами премиальной гонки. «Месяц Аркашон» Андрея Тургенева – это такой как бы настоящий сегодняшний европейский роман, а если точнее, то приятное чтение для продвинутой молодежи – и никак не более того. (Кстати, вынуждена извиниться перед читателями: за псевдонимом скрывается не один критик Вячеслав Курицын, как о том писала пресса, в том числе и я, но и его питерский коллега Константин Богомолов.) А вот «Шишкин лес» Александра Червинского (даже тот, кто не читал, знает: клан Николкиных – это на самом деле семья Михалковых) уже стал настоящим национальным бестселлером. Без кавычек. На моих глазах за сравнительно короткое время его уже дарили на день рождения. Кроме того, «Шишкин лес» с энтузиазмом советовали прочитать друзьям и знакомым такие разные по своему статусу люди, как музыкальный обозреватель известной газеты, а также домработница в одном культурном доме (не поручусь, правда, что не имеющая высшего образования). Три голоса получил и стал лауреатом роман Виктора Пелевина «Диалектика переходного периода из ниоткуда в никуда». Об этом романе в свое время много писали, он стал лидером продаж крупных книжных магазинов среди книг российских авторов по итогам прошлого года. Роман Пелевина выдвигался на ряд премий и даже стал лауреатом малой премии имени Аполлона Григорьева, но большую-то получил Юрий Арабов… Короче, «ДПП» поругали-поругали, да и забыли. И уж в лидерах «Нацбеста» точно не числили! А он взял – и победил. Вот только что Виктору Пелевину с этой победой делать? Ведь премиальный тираж в 50 тысяч для его романа – смехотворная капля в море! Да и знаменитым он, по словам Гарроса-Евдокимова, и так просыпается каждый день.

«Горячая двадцатка» торгового дома книги «Москва»

Первая тройка магазина «Москва» вопросов не вызывает. Бекбедер (как и его герой Октав) не только непристоен, но и, что гораздо важнее, умен. «Девятный спас», кто бы его ни написал (бают, что А. Б. – на самом деле Б. А., то есть, никакой это не Брусникин, а все тот же Акунин, сиречь Чхартишвили), сделан грамотно, занимательно, да и читается легко. У Макса Фрая устойчивая и немаленькая аудитория фанатов. Каждая новая книга любимого автора воспринимается ими как откровение. Свои верные поклонники имеются и у пани Хмелевской, поэтому и ее новинкам не грозит залежаться на полках книжных магазинов. Ветеран пера Анатолий Гладилин весело написал о Париже, в котором живет уже много лет. А тем, кто, напротив, собрался в Москву, поможет вполне серьезное издание «CitiDex International». Самая древняя книга двадцатки – «Похороните меня за плинтусом». Но она так хороша, что время от времени возвращается в рейтинги. А одна из самых новых – «Как убивали «Спартак» 2». Угадать ее аудиторию несложно – это те же люди, которые ежедневно покупают газету «Спорт-Экспресс». 1. ФРЕДЕРИК БЕКБЕДЕР. Идеаль. М.: Иностранка. 2. АНДРЕЙ БРУСНИКИН. Девятный Спас. М.: АСТ. 3. ЯНУШ ВИШНЕВСКИЙ. Одиночество в сети. Спб.: Азбука-классика. 4. ДЖОАН РОЛИНГ. Гарри Поттер и дары смерти. М.: Росмэн. 5. МАКС ФРАЙ. Горе господина Гро: История, рассказанная сэром Кофой Йохом. Спб.: Амфора. 6. ЕВГЕНИЙ ГРИШКОВЕЦ. Следы на мне. М.: Махаон. 7. СЕРГЕЙ ЛУКЬЯНЕНКО. Чистовик. М.: Эксмо. 8. АНАТОЛИЙ ГЛАДИЛИН. Жулики, добро пожаловать в Париж! М.: Глагол. 9. МАРСЕЛЬ ЭДРИХ. Загадочная Коко Шанель. М.: Глагол. 10. СТИВЕН ФРАЙ. Автобиография. М.: Фантом Пресс. 11. ВИКТОРИЯ ТОКАРЕВА. Одна из многих. М.: АСТ; Хранитель. 12. ПРОЕКТ РОССИЯ. Вторая книга. Выбор пути. М.: Эксмо. 13. АННА ГАВАЛЬДА. Просто вместе. М.: Флюид. 14. МАЙЯ ПЛИСЕЦКАЯ. Тринадцать лет спустя: сердитые заметки в тринадцати главах. М.: АСТ. 15. ИОАННА ХМЕЛЕВСКАЯ. Зажигалка. М.: Фантом Пресс. 16. ЛЮДМИЛА УЛИЦКАЯ. Даниэль Штайн, переводчик. М.: Эксмо. 17. ПАВЕЛ САНАЕВ. Похороните меня за плинтусом. М.: МК-Периодика. 18. ДИНА РУБИНА. На солнечной стороне улицы. М.: Эксмо. 19. MOSKOW CITI MAP. М.: «CitiDex International». 20. ИГОРЬ РАБИНЕР. Как убивали «Спартак» 2. М.: Олма Медиа Групп.

ЦДЛ

[b]Сегодня в Большом зале Центрального дома литераторов пройдет вечер, посвященный юбилею не какого-то отдельного, пусть даже и очень знаменитого, писателя, что, в общем-то, привычно. Вечером 27 мая ЦДЛ будет чествовать сам себя. Точнее, юбиляра придут поздравить все те, для кого этот «дом на две улицы» (а в него действительно можно попасть и с Большой Никитской, и с Поварской) стал вторым домом.Особняк с рестораном[/b]Когда по Москве конца 20-х годов прошлого века пополз слух о том, что вроде бы писателям собираются выделить место, где они могли бы собираться, Владимир Маяковский откликнулся такими строками: Не знаю – петь, плясать ли, улыбка не сходит с губ. Наконец-то и у писателей будет свой клуб. И в мае 1934 года (Маяковский не дожил) такой клуб был создан. Его назвали Домом советского писателя. Позднее на его основе возник и Союз писателей СССР.Самая красивая «составляющая» Центрального дома литераторов (ЦДЛ) – особняк в стиле модерн романтического направления. Особняк украшает собой Поварскую улицу, которая в советские времена называлась улицей Воровского, а когда-то была участком дороги из Кремля в Новгород. Здание было построено по заказу князя В. В. Святополк-Четвертинского в 1889 году, а проектировал его известный московский архитектор Н. С. Бойцов. Вскоре особняк перешел в руки графини А. А. Олсуфьевой, которая и владела им до 1917 года. После революции в доме жила городская беднота, затем здание принадлежало Отделу детских учреждений ВЦИК, а в начале 30-х его решили отдать писателям.Именно здесь начиная с 1934 года и проходила вся литературная жизнь столицы: отмечались юбилеи, проводились панихиды, бурлили собрания, кипели диспуты. Ну и, конечно, ресторан. «Когда напивались, то в дружбе клялись, болтали цинично и прямо». Даже в годы Великой Отечественной войны приезжавшие с фронта писатели непременно заходили сюда.К концу 50-х в особняке стало тесно. Ну не был он рассчитан на такое количество членов Союза советских писателей, а также членов их семей.Пришлось расширяться на Большую Никитскую (в то время улицу Герцена). Эта часть ЦДЛ не так красива, как особняк на Поварской, зато удобна. Писатели получили Большой и Малый залы, бильярдную и много чего еще.[b]Поверх барьеров[/b]В начале 90-х, после того как распался (еще до официального распада СССР!) Союз советских писателей, растеряв по дороге (и продолжая терять до сих пор) совместно десятилетиями нажитую собственность, казалось, что и Центральному дому литераторов не уцелеть. Но он, на удивление, выжил. Во многом благодаря бессменному в течение многих лет его директору Владимиру Носкову. Владимир Акимович занял тогда достаточно уязвимую, но, как показало время, правильную позицию: союзов писателей стало слишком много, а дом – один. И негоже одних привечать, а других тащить и не пущать. Да и потом, а судьи кто? И ЦДЛ оставался, пожалуй, единственным местом, где можно было одновременно встретить и крутого демократа, и пламенного патриота. Водки хватало всем.Вскоре было принято идеальное в подобной ситуации решение: создать клуб, основанный на профессиональной принадлежности и находящийся вне идеологических разногласий. И в 1993 году по инициативе членов не дружественных друг другу писательских союзов таких разных писателей, как Владимир Солоухин, Борис Можаев, Сергей Михалков, Владимир Шугаев, Григорий Поженян, Генрих Боровик и другие, была создана общественная организация «Клуб писателей ЦДЛ», объединяющая ныне более 1200 литераторов.К старым формам работы ЦДЛ прибавились новые, чисто клубные. К писательским вечерам прибавились театральные, музыкальные.Недавняя модернизация Большого зала позволила показывать в ЦДЛ первым экраном самые новые фильмы и даже проводить кинофестивали. При этом билеты для всех желающих доступнее, чем во многих других модных кинотеатрах, а члены клуба к тому же, естественно, пользуются правом серьезных льгот.Открывшийся после ремонта ресторан, расположенный в знаменитом Дубовом зале, что в особняке в стиле модерн на Поварской, стал одним из самых дорогих и престижных в столице и оказался не по карману большинству писателей. Зато благодаря деньгам, которые там (а также в тоже недешевом и тоже весьма легендарном Пестром зале) оставляют состоятельные люди, руководство ЦДЛ может себе позволить содержать дешевый буфет, в котором может перекусить даже бедный студент Литинститута.[b]Из баек ЦДЛ[/b]Андрей Вознесенский. Деревянный ангелок.…На витой колонке бесстрастно отсвечивает скульптурное девичье личико – деревянного ангела ЦДЛ. Эта девочка – Маша Олсуфьева, графинюшка, последняя владелица нашего дома.Я довольно хорошо знал Марию Васильевну. Аристократически стройная, сухопарая, она жила с дочерьми в своем палаццо во Флоренции, переводила прозу Пастернака и Солженицына и делала «литерал» – подстрочный перевод для моей первой книги в издательстве Фельтринелли.Жак-Жакомо Фельтринелли, романтический террорист-миллионер, издатель «Живаго» и Мао, проклятый советским официозом, на тайной встрече в загородном доме – ему нравилось играть в конспирацию, оберегая русского поэта, – понизив голос до шепота, сказал: «Мы пригласили для вашей книги графиню – она лучший знаток русской литературы».Графиня стоически перенесла слова «лажа», «а на фига?» в моих текстах. Дочь ее была своей для молодежной вольницы, водила меня к «ангелам грязи». Как-то среди работы Мария Васильевна обронила: «У меня есть дом на Поварской…»Много лет спустя, когда табу на нее ослабло, М. В. Олсуфьева побывала в Москве. Я пригласил ее обедать в ЦДЛ. «Это же мой дом», – остолбенело оглядывалась гостья. Мы сели под колонкой с детским личиком. Их профили совпадали.«Я хотела бы взглянуть на свою детскую. Где я спала. Это здесь, за дверьми, на первом этаже!..» Ее лицо озарилось, стало страшно похоже на детское личико барельефа. Рука ее затрепетала. Как, наверное, сердце ее сжалось, выходя в прихожую!..«Что там сейчас?» На дверях детской спаленки поблескивала табличка «Партком».Михаил Поздняев. Чего только не было...Отдельно взятый член Союза писателей стоит перед витриною буфета в ЦДЛ, созерцая немудрящий пасьянс из бутербродов с колбасою и пирожных эклер. Ни книг его никто отродясь не читал, ни имени не слышал, да и в лицо он никому не знаком. Глубокомыслия меж тем достаточно и в выраженьи глаз, и в том, как декламирует он, обращаясь будто бы к бутербродам, а в действительности – к некой высшей, нематериальной инстанции.– Да… Прежде и паюсная была, и зернистая, и балычок, и кореечка, и жюльенчики, и тарталеточки…Буфетчица, известная и чтимая столь же, сколь и легендарный цедеэловский парикмахер, бросает взгляд быстрый и острый, как складной ножик, и заканчивает фразу:–…и еще был Миша Светлов.

Польша заново открывает России

[b]Немногим более полугода назад Россия была почетным гостем крупнейшей в мире международной книжной ярмарки – Франкфуртской. Нынче Россию в подобном качестве принимает крупнейшая книжная ярмарка Польши. Варшавская книжная ярмарка пройдет с 20 по 23 мая. Из общей экспозиционной площади в 10 000 кв. м. российская экспозиция займет 1,5 тысячи кв. м. Кроме того, Россия привезет несколько других, некнижных любопытных выставок и большую культурную программу.[/b]Сегодня в восьмой сталинской высотке, подаренной Советским Союзом братской Польше в далеком уже 1955 году и тогда же названной Дворцом культуры и науки, открывается 49-я Варшавская международная книжная ярмарка.Первая международная книжная ярмарка состоялась в июне 1956 года, но не в Варшаве, а в Познани. Среди 12 зарубежных ее участников была и «Международная книга» из Москвы. На второй ярмарке было уже 39 заграничных участников из 16 стран и 33 польских участника. Третья международная книжная ярмарка впервые проходила в варшавском Дворце науки и культуры.В середине 60-х годов Варшавская ярмарка считалась по масштабам, а также по своему значению (посредника между Востоком и Западом) второй в мире (после Франкфуртской). Но с конца 70-х, в связи с глубоким экономическим и общественным кризисом Польши, для нее настал период упадка. После 1989 года Варшавская ярмарка окончательно утратила статус посредника. Сегодня это, скорее, выставка авторских прав и деловых переговоров, а также самый большой «базар» польской литературы.В прошлом году на ярмарке было представлено 514 экспонентов (из них 280 иностранных из 27 стран). Ярмарку посетило около 30 000 человек. В рамках ярмарки прошло 420 мероприятий – выставки, фильмы, концерты, встречи с писателями и т.д.Нынешняя, 49-я ярмарка, хоть и не юбилейная, но очень важная для нас. Напомню: Россия выступает на ней в качестве почетного гостя. Всем – и устроителям, и участникам очень хочется верить, что именно через культуру, в частности, через книги Россия сможет вернуть почти угасший за последние годы интерес поляков к нашей культуре.Для осуществления этой миссии в Варшаву прибыл десант из 30 значительных российских писателей – прозаиков, поэтов и критиков. Запланировано множество круглых столов и дискуссий. Отдельные творческие встречи пройдут с Андреем Битовым, Эдвардом Радзинским, Людмилой Петрушевской, Людмилой Улицкой, Евгением Гришковцом, а также Асаром Эппелем, известным прозаиком, которого в Польше больше знают как замечательного переводчика, пропагандиста польской поэзии в России и недавнего лауреата соответствующей польской премии.Согласно опросам самые читаемые русские писатели в Польше – Александр Пушкин, Лев Толстой, Федор Достоевский, Михаил Булгаков, Владимир Высоцкий и Антон Чехов. Популярны книги и некоторых относительно современных авторов, например братьев Стругацких и Кира Булычева. Из польских писателей, издаваемых в сегодняшней России, вне конкуренции иронические детективы Иоанны Хмелевской.

В человеке все должно быть… роскошно?

[b]Столичная книжная жизнь бьет ключом. Точнее даже можно сказать – фонтанирует. Два таких ярких фонтанчика порадовали любителей книжных новинок и связанных с ними забавных акций в двух очень разных местах Москвы: в клубе «Fabrique», что на Космодамианской набережной, и в портретном фойе МХАТа имени Чехова, что в Камергерском переулке.Фабричные роскошные девчонки[/b]Многие, оказавшись в клубе «Fabrique» впервые, уверены: в советские времена здесь была самая настоящая фабрика по производству чего-то. Но это не так: помещение относится к Университету дизайна и технологий, который в прошлой жизни был Институтом легкой промышленности.Под стеклянным полом помещения, в которое попадаешь непосредственно с улицы, собственно клуб. Здесь-то оно все и происходило. Все – это что? Да рождение роскоши, конечно. Прям посреди суровых, почти настоящих фабричных интерьеров.Презентация книги Робера Жан-Ноэля «Рождение роскоши: Древний Рим в погоне за модой» стала четвертой в ряду. Сначала в серии «Культура повседневности» издательства «Новое литературное обозрение» вышла книга Доминик Мишель «Ватель и рождение гастрономии», посвященная торжеству французской кухни и миру гурманства. Ее презентация прошла в ресторане «Ностальжи». Затем был «Абсент» Фила Бейкера. Запретный и загадочный напиток предлагали попробовать в ресторане «Гранд Опера». Год назад в ресторане «Zin» присутствующие наслаждались «Ароматами и запахами в культуре» (двухтомник был составлен Ольгой Вайнштейн).Практически одновременно с «Рождением роскоши» НЛО выпустило книгу «СМИ в Древней Греции» Коринны Куле. Она стала первой в серии «Культура повседневности», обошедшейся без презентации. Ну, в самом деле, под эту сурдинку ни напоить, ни накормить, ни каким другим способом побаловать! Что ли глазеть на представителей СМИ? Да не древнегреческих, а родных, наших? Спасибо, не надо.А вот роскошь – это да, это действительно повод собрать народ. И пусть даже ведущий Игорь Верник не всегда удачно шутил насчет роскоши человеческого общения и по разным другим поводам. После танца живота в исполнении знаменитой Азенты распаленный критик и ведущий телепередачи «Тем временем» Александр Архангельский сострил: «Хороша Азента после абсента».Зато после занудной, претенциозной речи о роскоши в архитектуре некоей дамы из журнала «Вещь» стало понятно, почему, как говорил открывавший презентацию поэт и депутат Мосгордумы Евгений Бунимович, в отечестве с роскошью связаны в основном отрицательные эмоции.Главный редактор русского «Vogue» Алена Долецкая, давшая в начале исчерпывающее определение роскоши: «Это когда лучшее соединяется с лучшим» (чтото вроде, как раньше говорили, «деньги к деньгам»), позднее прочитала, как она сама ее назвала, лабораторную работу на тему: «Роскошь в России: история болезни».История состоит из трех этапов: старая роскошь – перерыв лет на 70 – новая роскошь. Один из признаков последнего этапа, конечно же, сам «Voque», инкрустировавший, между прочим, обложку одного из своих номеров настоящими бриллиантами от Сваровски (справедливость требует сказать, что деньги от продажи этого номера поступили в три детских дома).Ввела госпожа Долецкая в обиход и такое понятие, как безысходная, или летальная, роскошь. Ну, это типа как у Б. Г.: «…их дети сходят с ума от того, что им нечего больше хотеть». И назвала всем известные примеры: Курт Кобейн, Джим Моррисон, Сид Вишес…Но не все так безнадежно. Сегодня для людей, у которых есть все, роскошью являются самые простые вещи. Такие, как, например, свежий воздух, свободное время и право на личную жизнь. И если они будут ко всему этому стремиться, то, может, и нам обломится, а? Роскошь в музыке представлял квартет флейт «Сиринкс». А римскую модницу изображала сама госпожа главный редактор издательства «Новое литературное обозрение» Ирина Прохорова. Белая туника, золотистый плащ, алая накидка…По ходу дела Ира что-то снимала, а что-то, наоборот, надевала, работала над лицом – и все это комментировала: оказывается, в те времена дамы красили волосы смесью козьего жира и золы бука. Кожу осветляли … экскрементами крокодила. Для отбеливания же остатков зубов использовали некую адскую смесь, которая при этом еще и дурно пахла.Закончилась презентация демонстрацией коллекции модельера Игоря Чепурина. Вполне, кстати сказать, лаконичной и нашим (очевидно, варварским) представлениям о роскоши не очень-то соответствующей.[b]Среди костюмов Ольги Леонардовны[/b]В это время я уже располагала роскошным приглашением, в котором худрук МХАТа имени Чехова Олег Табаков, ректор Школы-студии при МХАТе имени Чехова Анатолий Смелянский, а также издатель и актер МХАТа имени Чехова Андрей Гуськов имели «честь и удовольствие пригласить» меня в Портретное фойе МХАТа имени Чехова «на презентацию уникального издательского проекта «Все герои А. П. Чехова – вся Россия».Проект оказался приятного вида увесистой, абсолютно квадратной книжкой, которую в подарочных сумочках с цветной бумажной нарезкой раздавали всем пришедшим. Пока церемония не началась, можно было полюбоваться настоящими Сергеем Соловьевым, Владимиром Зельдиным, Олегом Янковским, Ией Савиной, Камой Гинкасом, Станиславом Любшиным. В какой-то момент пробивало: все они снимались (или снимали, или ставили) в чем-нибудь чеховском.Открыл презентацию Олег Павлович Табаков своим любимым изречением, принадлежащим не самому, впрочем, симпатичному чеховскому персонажу профессору Серебрякову из «Дяди Вани»: «Дело надо делать, господа!» В смысле – Андрей Гуськов, издав книгу, составленную Мариной Ткаченко, это дело сделал.Сам Гуськов, проникнувшись важностью момента, чувствовал себя в некотором роде первопечатником Иваном Федоровым. Он прекрасно понимает, что Чехов – это такой культурный пароль во всем мире. И вот он, издав книгу, этим паролем овладел. А еще он сыграл главную роль в фильме «Рагин» по чеховской «Палате №6», который выйдет осенью.Олег Янковский почти ничего не сказал. Но это тот случай, когда можно вспомнить известный анекдот: ты не пой, ты просто ходи туда-сюда! От одного присутствия этого актера остается впечатление чего-то значительного – и роскошного, да? Сергей Соловьев, снявший пока мало кем виденный фильм «О любви» (по рассказам Чехова «Володя» и «Доктор», а также по пьесе «Медведь»), да и до этого имевший дело с Антоном нашим Павловичем, посомневался, что столетие со дня смерти можно назвать юбилеем. Дата-то на самом деле грустная, трагическая. Лучшим, что он видел по Чехову как на экране, так и на сцене, он назвал «Даму с собачкой». Сидевшая в первом ряду Ия Савина тут же просветлела не только лицом (о чем я могу только догадываться, потому как сидела через несколько рядов), но и спиной (за что ручаюсь).Анатолий Смелянский высоких слов не говорил. Он просто деловито перечислил, что делается МХАТом для сохранения исторической памяти и культурного наследия. Вот буквально накануне, сказал он, открыли выставку, посвященную Ольге Леонардовне Книппер-Чеховой.О самой книге много не скажешь: смотреть надо. Собственно, это такой своеобразный «телефонный справочник»: 2355 имен по алфавиту (с фамилиями, если есть, и отчествами) или кличек из всех художественных произведений А. П. Чехова. Плюс два блока кадров из отечественных экранизаций чеховских произведений, с 1911-го по 2004 год. Получилось красиво. Роскошно ли? Вполне.А вот платья Ольги Леонардовны Книппер-Чеховой, в которых она блистала на сцене художественного театра в самых разных спектаклях, были роскошны без сомнения. Типичный первый период согласно классификации главного редактора журнала «Vogue». Глядя на неизменно изящную талию, думалось о своем, о девичьем. А еще вспоминались слова великого мужа замечательной актрисы: «В человеке все должно быть…» Нет, все-таки прекрасно, а не роскошно, что бы ни говорили всякие там теоретики и практики третьего периода (см. сильно выше).

Стало известно имя победителя премии «Русский Букер»

Вчера поздно вечером на торжественном обеде в гостинице «Золотое кольцо» стало известно имя шестнадцатого победителя старейшей в России независимой литературной премии. Чуть раньше назвало своего четвертого лауреата жюри проекта «Студенческий Букер – 2007». В 2007 году на премию «Русский Букер» было номинировано 78 произведений. 33 составили «длинный список» (лонг-лист). В шорт-лист вошло шесть романов. Это «Бухта Радости» Андрея Дмитриева, «Матисс» Александра Иличевского, «Конец иглы» Юрия Малецкого, «Человек, который знал все» Игоря Сахновского, «Бог не играет в кости» Алекса Тарна и «Даниэль Штайн, переводчик» Людмилы Улицкой. Впервые в истории премии в этом году был оглашен своего рода шорт-шорт-лист, состоящий из двух произведений. По словам председателя жюри прозаика и переводчика Асара Эппеля, «окончительный выбор совершался между двумя произведениями: «Конец иглы» Юрия Малецкого и «Матисс» Александра Иличевского». «Решение далось жюри непросто» – под этими словами председателя могут подписаться работавшие под его началом прозаик Олег Зайончковский, критик и эссеист Самуил Лурье, поэт и прозаик Олеся Николаева, а также представитель культурной общественности театральный режиссер Генриетта Яновская. Победил «Матисс» Александра Иличевского, номинированный по публикации в журнале «Новый мир» (№ 2–3, 2007), а к моменту награждения вышедший книгой в издательстве «Время». Интересно, что в том же издательстве вышел и роман Майи Кучерской «Бог дождя», ставший лауреатом «Студенческого Букера – 2007». В прошлом году роман мало кому известного Александра Иличевского «АйПетри» вошел в шорт-лист «Большой книги». В этом году писатель опять побывал в финале этой премии, на сей раз с романом «Матисс», но снова ее не получил. Зато вот получил «Русского Букера». С 2006 года, согласно решению попечителя премии – международной нефтегазовой компании ВР, победитель получает 20 тысяч долларов США. А с нынешнего все остальные финалисты – по 2 тысячи тех же дензнаков.

Два возраста «Литературки»

[b]22 апреля 1939 года вышел первый номер возобновленной «Литературной газеты». С тех пор выросло несколько поколений людей (когда-то любой пишущий непременно бы добавил определение «советских»), для которых чтение «Литературки» стало привычным делом. И вот уже ей 75. Что же делать? Поздравлять, конечно! Немного найдется и людей, и тем более газет, имеющих два дня рождения. «Литературка» – из их числа. 22 апреля она отмечает свое 75-летие. А 1 января 2005 года ей исполнится 175 лет. Парадокс? Только отчасти.[/b]«Литературная газета» выходила в Петербурге раз в 5 дней, с 1 января 1830 по 30 июня 1831 года. С самого начала ее редактором-издателем был поэт Антон Дельвиг.Особый интерес та, первая, «Литературная газета» представляет в связи с издательской, редакторской и публицистической деятельностью в ней Александра Сергеевича Пушкина. Здесь впервые увидели свет отрывки из «Евгения Онегина», «Арап Петра Великого» и другие его произведения.Обиженный критическим замечанием в свой адрес, прозвучавшим в одной из статей Пушкина, кампанию против «Литературной газеты» начал Фаддей Булгарин. В результате она была взята под наблюдение III Отделения.В августе 1830 года Дельвиг получил выговор за фразу «аристократов к фонарю», взятую из французской революционной песни, а в октябре за нечто подобное был и вовсе от газеты отстранен. Бенкендорф угрожал Сибирью ему и всем авторам. В результате Дельвиг заболел и 14 января 1831 года умер. С ноября 1830 года и до конца «Литературную газету» редактировал журналист Орест Сомов.Возобновление «Литературной газеты» спустя без малого сто лет было знаком того, что время сбрасывания Пушкина со товарищи с корабля современности закончилось. Новая власть больше не желала отказываться от того потрясающего наследства, которое ей досталось от свергнутой ею старой. Деятельное, заинтересованное участие в новой газете принял литературный гуру того времени, знаменитый писатель Максим Горький.В 1947 году газета стала не только литературной, но и общественно-политической. А с 1 января 1967 года – первой в стране толстой газетой, объемом аж в 16 полос. Теперь-то этим никого не удивишь, а тогда… 1 мая 1968 года рядом с профилем Пушкина появился профиль Горького. Это было абсолютно справедливо – символически дополнить главного поэта дореволюционной России главным прозаиком России новой, точнее Советского Союза.В процессе перемен, в 1990-м году газета утратила профиль Горького. Уж слишком был обласкан прежней властью! Ни о творчестве, ни о мировом значении писателя (а оно имеется, и немалое), понятное дело, речи не шло.Совершить ошибку просто, признать ее сложнее, а вот исправить и вовсе порой невозможно. Но «Литературная газета», посоветовавшись с коллективом и с читателями и заручившись их поддержкой, решила вернуть к 75-летию профиль Горького на свой логотип. И прямо на пресс-конференции главный редактор Юрий Поляков взял и прирастил усатого советского классика к соскучившемуся в одиночестве «нашему всему».Конечно, эта юбилейная акция не отменяет серьезного разговора о том, какой должна быть «Литературная газета» сегодня. Тем более имея на логотипе такие ко многому обязывающие профили. К нынешней «Литературке» даже у самых больших ее доброжелателей имеется много претензий. Но все это – тема для неюбилейного и, повторю, серьезного разговора.

Подарок папе

[b]В Овальном зале Библиотеки иностранной литературы было, как в лучшие годы, яблоку негде упасть. Хотя результат голосования жюри сенсацией не стал. Больше того, многое говорило о том, что он был заранее известен.[/b]При обилии литературных премий в отечестве одна из самых симпатичных – та, которую вручают за лучшую повесть. Ведь она носит имя Ивана Петровича Белкина, никогда не существовавшего, но милейшего человека и замечательного литератора, следовательно, несет в себе элемент игры и непредсказуемости.Еще на объявлении шорт-листа некоторые коллеги верно предполагали, кто же будет первым среди равных. Но в день вручения, очевидно, произошла прямая утечка информации, что сильно подпортило интригу. И ведущая церемонии Наталья Иванова сколь угодно долго могла затягивать объявление имени лауреата, все равно фото- и телекамеры с самого начала были направлены на Валерия Попова.Я очень люблю творчество этого питерского писателя, особенно последних лет. Но скажу: «Третье дыхание», хоть формально и названное повестью, скорее все же роман. Хотя бы и по объему – ничего себе повесть, раскинувшаяся на две полноценные публикации в пятом и шестом номерах «Нового мира»! Однако неправильно было бы думать, что эта вещь «придавила» конкурентов количественно.«Третье дыхание», как и увенчанное недавно букеровскими лаврами «Белое на черном» Рубена Давида Гонсалеса Гальего, – поразительный человеческий документ. Но русский испанец написал историю несломленного, героического духа, обитающего в жалком теле. Валерий же Попов пишет о том, как, в сущности, слаб сильный, здоровый, не старый еще мужчина, который ничем не может помочь (а зачастую, причем из самых благих побуждений, только навредить) самому близкому человеку – своей жене, которая на его глазах погибает от известного русского народного недуга.Единственное, на мой взгляд, произведение (из вошедших в шорт-лист), которое могло потягаться с «Третьим дыханием», – «Призрак театра» Андрея Дмитриева («Знамя», № 6). Театральные страсти-мордасти, в том числе сложно-любовные, на фоне трагедии «Норд-Оста»… Но Дмитриев – недавний лауреат большой премии имени Аполлона Григорьева, а после прошлогоднего награждения обеими этими премиями Марины Вишневецкой так явно рисковать репутацией организаторы вряд ли бы стали.Три остальные вещи вполне могли бы конкурировать между собой, и это был бы действительно спор на равных. Герои повести Михаила Тарковского «Кондромо» («Октябрь», № 3) живут в тайге, со всеми мужественно вытекающими из этого подробностями. «Прекрасны лица спящих» Владимира Курносенко («Дружба народов», № 2) – о странном человеке, который пытается работать на «cкорой помощи» в маленьком провинциальном городке. «Юрьев день» Ирины Поволоцкой («Новый мир», № 12) – это довольно цветистые по языку «Поминания» о забавных домработницах.Курносенко на церемонии не было. Как и Тарковского, зато присутствовала и, соответственно, цветы и диплом получала его мама, а также понятно, чья сестра и дочь Марина Арсеньевна Тарковская, за что повести «Кондромо» отдельное спасибо.Не было в этот день в зале и члена жюри Владимира Познера. Он продолжал где-то с кем-то отмечать свой юбилей. Отсутствовал он и ранее, при объявлении шорт-листа. То есть его нельзя даже назвать свадебным генералом.Остальным – поэту Евгению Рейну, прозаику Алексею Слаповскому, критику Карену Степаняну и литературоведу Мариэтте Чудаковой (председатель жюри) пришлось судить вчетвером. А вдруг бы голоса разделились, что тогда? Очевидно, в жюри надо выбирать тех, кто будет реально читать, судить и соблюдать приличия…Поздравляя Валерия Попова, поздравим и его отца, одного из героев «Третьего дыхания», которому исполнилось 93 года. 5 тысяч долларов, хоть и в рублевом эквиваленте, – отличный подарок ко дню рождения! (Остальные финалисты получили по 500 долларов.)

Взгляни на будущее позитивно!

[b]На днях жюри Открытого конкурса литературных произведений и сценариев в лице своего председателя, актера и режиссера Александра Калягина получило из рук председателя Совета экспертов, писателя Михаила Бутова лонг-лист из 39 фамилий. Ориентировочно в середине июня будут названы победители во всех шести номинациях. Тогда же станут известны и обладатели пяти дополнительных премий.[/b]Более семи тысяч пятисот произведений пришло за пять месяцев (с 21 октября 2003 по 21 марта 2004 года) на конкурс Российский сюжет». Возраст самого маленького смельчака 4 годика (он прислал рисунок), самого умудренного опытом – 94 года. Возрастной разброс среди зарегистрированных участников чуть меньше, в диапазоне от 11 до 86 лет.15 процентов участников конкурса – профессиональные литераторы, то есть люди, зарабатывающие литературным трудом. Статистику по графоманам никто не вел, но их, как в любом открытом конкурсе, было немало.По словам председателя Попечительского совета, директора по маркетингу и стратегическому планированию НТВ Георгия Урушадзе, в лонг-лист вошли сливки из сливок. Произведения шести (по количеству номинаций) победителей, пообещал он, безусловно, будут экранизированы, но НТВ планирует просмотреть также и весь длинный список. Потребность любого телеканала – 500 часов сериалов в год. Многие зрители смотрят сериалы как выпуски новостей. Поэтому очень важно, чтобы на телеэкране господствовал не бандитский, не криминальный, не «бригадный» взгляд на мир. Мир завтра, сформулировал Георгий Урушадзе кредо конкурса, канала и свое лично, зависит от того, что мы увидим сегодня.За прошедшее с момента объявления конкурса время многие успели всласть поиздеваться над его установкой на позитив. Поэтому выступления участников пресс-конференции были своеобразным ответом пессимистам. Так, член жюри конкурса, главный редактор журнала «Искусство кино» Даниил Дондурей сказал, что современный стереотип звучит приблизительно так: Россия – страна преступников. И с этим надо бороться! Член жюри, режиссер и сценарист Ираклий Квирикадзе сказал, что ждет какой-то приятной неожиданности.Кивнув в сторону стола, на котором громоздились папки с вошедшими в длинный список произведениями (каждое в пяти экземплярах), он выразил пожелание, чтобы в этих серых папках было побольше яркого.На вопросы любопытных журналистов, не попался ли экспертам, часом, новый Лев Толстой с современной «Анной Карениной», Михаил Бутов привычно огрызнулся в том смысле, что ничего такого и быть не могло. Но добавил: яркие вещи есть. И вообще, отобранное экспертами заметно отличается от массы. Вот только жаль, что те, на кого была первоначально рассчитана номинация «Серебряная линия» (то есть экономический сюжет), светиться не пожелали. Очевидно, на них отрезвляюще подействовал печальный опыт автора «Большой пайки», лондонского сидельца Юлия Дубова.

Нужен председатель жюри. Дорого. Быстро

[b]Вчера в одной из вотчин Зураба Церетели, а именно в Зимнем саду ресторана «Галерея художника», что на Пречистенке, был объявлен шорт-лист самой скандальной литературной премии.[/b]Премия «Национальный бестселлер» будет вручена на рубеже весны и лета в Санкт-Петербурге уже в четвертый раз. Но предварительные сюжеты разворачиваются традиционно в столице.«Нацбест» – это всякий раз какой-нибудь скандал. В первый раз судьба первого места решилась за рюмкой водки, и вместо очевидного лидера – Дмитрия Быкова с романом «Оправдание» – лауреатом стал аутсайдер шорт-листа Леонид Юзефович и его «Князь ветра». Второй премиальный цикл и вовсе завершился страшным афронтом – несмотря на все попытки протащить в лауреаты юную графоманку Ирину Денежкину с ее детским порно «Дай мне», победил старый мудрый Александр Проханов с идеологически вредным «Господином Гексогеном».На третий год опять не повезло Дмитрию Быкову, который, теперь уже с романом «Орфография», снова был лидером – и снова проиграл, на сей раз рижанам Гарросу и Евдокимову с их кислотно-компьютерной «Головоломкой».На этот раз по итогам работы большого жюри из 20 человек в шорт-листе оказались «Месяц Аркашон» Андрея Тургенева (абсолютный лидер), «ДПП «NN» Виктора Пелевина, «Шишкин лес» Александра Червинского, «Крылатый дом» Веры Галактионовой, «Черти» Ильи Масодова и «Дочь Ивана, мать Ивана» Валентина Распутина. Никогда еще список финалистов «Национального бестселлера» не был таким интересным! Андрей Тургенев – это не кто иной, как известный критик Вячеслав Курицын. Александр Червинский – сценарист кучи популярных фильмов (в том числе, например, «Короны Российской империи»), а герои его романа подозрительно похожи на одну знаменитую литературно-кинематографическую семью. Илью Масодова называют последним советским писателем. Виктор Пелевин и уж тем более Валентин Распутин в представлении не нуждаются. Вера Галактионова единственная, кто присутствовал на объявлении шорт-листа. Женщина интересная. О прозе напишу, когда прочту.В малое жюри вошли букеровский лауреат Рубен Гонсалес Гальего, прошлогодние победители «Нацбеста» Александр Гаррос и Алексей Евдокимов, главный редактор издательства «Ad Marginem» Александр Иванов, телеведущая Тина Канделаки, актриса Ксения Раппопорт и арткритик Алексей Тарханов. На место председателя жюри объявлен тендер. Стартовая цена – 20 тысяч долларов США. Такого еще не бывало! Еще из интересного. Сразу после опубликования лонг-листа премии авторы некоторых вошедших в него произведений попытались устроить себе дополнительный пиар. Так, захотели отозвать свои произведения Линор Горалик (написавшая в соавторстве с Сергеем Кузнецовым «эротико-футуристическую мыльную оперу», как назвал роман «Нет» ответственный секретарь «Нацбеста» Виктор Топоров) и «Верка Сердючка отечественного фэнтези» (по словам все того же Виктора Топорова) – Светлана Мартынчик (литературный проект Макс Фрай). Но, во-первых, это не предусмотрено правилами премии. А во-вторых, им, как выяснилось, ничто и не угрожало: роман «Нет» заработал у большого жюри всего один бал, Макс же Фрай не получил и того.

«Горячая двадцатка» книжного магазина «Молодая гвардия»

Неделю назад стали известны лауреаты самой денежной отечественной литературной премии «Большая книга». Повлиял ли выбор авторитетного жюри на продажи? Пока не очень. Из четырех столичных книжных гигантов лишь в Московском доме книги абсолютный победитель – книга Людмилы Улицкой «Даниэль Штайн, переводчик» – занимает пятое место. В рейтингах остальных магазинов нет ни ее, ни «Алексея Толстого» Алексея Варламова, ни книги «На солнечной стороне улицы» Дины Рубиной. А что есть? 1. ДЖОАН РОЛИНГ. Гарри Поттер и дары смерти. М.: Росмэн. 2. СЕРГЕЙ ЛУКЬЯНЕНКО. Чистовик. М.: Эксмо. 3. ВИКТОРИЯ ТОКАРЕВА. Одна из многих. М.: АСТ; Хранитель. 4. ФРЕДЕРИК БЕКБЕДЕР. Идеаль. М.: Иностранка. 5. АЛЕКСАНДР ХИНШТЕЙН. Березовский и Абрамович. Олигархи с большой дороги. +CD. М.: Олма Медиа Групп. 6. ДМИТРИЙ ЕМЕЦ. Мефодий Буслаев. Светлые крылья для темного стража. М.: Эксмо. 7. ДАРЬЯ ДОНЦОВА. Хеппи-энд для Дездемоны. М.: Эксмо. 8. ПРОЕКТ РОССИЯ. Вторая книга. Выбор пути. М.: Эксмо. 9. ТАТЬЯНА ПОЛЯКОВА. Последняя любовь Самурая. М.: Эксмо. 10. РОМАН ЗЛОТНИКОВ. Арвендейл. Император людей. М.: Альфа-книга. 11. ЕВГЕНИЙ ГРИШКОВЕЦ. Следы на мне. М.: Махаон. 12. ВЛАДИМИР ВОЙНОВИЧ. Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина. Книга 3. Перемещенное лицо. М.: Эксмо. 13. МАЙЯ ПЛИСЕЦКАЯ. Тринадцать лет спустя: Сердитые заметки в тринадцати главах. М.: АСТ. 14. АНДРЕЙ КУРПАТОВ. Руководство для фрекен Бок. М.: Олма Медиа Групп. 15. АНДРЕЙ БРУСНИКИН. Девятный Спас. М.: АСТ. 16. ДЖОАН РОЛИНГ. Гарри Поттер и принц-полукровка. М.: Росмэн. 17. ЯНУШ ВИШНЕВСКИЙ. Одиночество в сети. СПб.: Азбука-классика. 18. ДМИТРИЙ ГЛУХОВСКИЙ. Метро. М.: Популярная литература. 19. ОЛЕГ РОЙ. Муж, жена, любовница. М.: Эксмо. 20. СТИВЕН ФРАЙ. Моав – умывальная чаша моя. Автобиография. М.: Фантом-Пресс.

В городе Баха и Буха

[b]Всего четыре дня – с 25 по 28 марта включительно – пела и плясала ежегодная международная Лейпцигская книжная ярмарка. Но помнить ее будут в течение целого года – до следующей ярмарки. Потому что она одна такая. Ну где еще, скажите, каждые три-пять минут на подобное мероприятие мчит даже не сдвоенный – строенный трамвай, пассажиры которого не платят за проезд, потому что билет на ярмарку дает такое право?[/b]В каком еще городе программу ярмарки накануне ее открытия можно взять (как мы и сделали), например, в церкви Святого Фомы, где 27 лет работал и похоронен Иоганн Себастьян Бах! Я уже не говорю о ярмарочных постерах, которыми заклеены остановки, рекламные щиты и тот же транспорт. Кстати, Бух, если кто не знает, – это «книга» по-немецки. Именно так, с заглавной буквы. Как и Бах.[b]Скандал плюс триумф[/b]Торжественное открытие в знаменитом Гевандхаусе (в переводе – суконный дом) в этом году получилось просто фантастическим. Хотя перед его началом нас неприятно удивило то, что, в отличие от прошлого года, не будет русского синхронного перевода. Да, тот год был годом России в Германии. Но ведь и этот – год Германии в России… Обербургомистр Лейпцига Вольфганг Тифензее и председатель немецкого Книжного союза Дитер Шорман приветствовали собравшихся кратко и достойно. Речь президента международного ПЕН-центра Иржи Груши была невероятно длинна, и к концу ее все уже ерзали.Однако «триумфатором» стала Сандра Калниете, которая почему-то была представлена как министр иностранных дел Латвии, хотя к моменту выступления вот уже недели две как находилась (вместе со всем старым правительством) в отставке, а в новое, насколько мне известно, не вошла. Сандра Калниете известна своим попустительским отношением к сборищам бывших эсесовцев. Здесь же она поставила знак равенства между геноцидом евреев во время Второй мировой войны и советизацией Латвии. Возмущены были многие, а заместитель председателя Совета евреев Германии Саломон Корн в знак протеста покинул зал.Музыки в этот вечер было как никогда много. И оркестр, и репертуар были на высоте. Верди, Масканьи и снова Верди, Пончиелли и Пуччини…Царила над всем итальянская примадонна Лучия Алиберти, которой, правда, удавалось далеко не все, но зал Гевандхауса неистовствовал.[b]Русские тут, русские там[/b]В 11 утра должно было состояться торжественное открытие российского объединенного стенда под патронатом московского правительства. Одновременно рядом, в кафе «Европа», предполагались чтения русского прозаика Андрея Геласимова. Вы будете смеяться, но и то, и другое состоялись в положенное время. Правда, бедным журналистам пришлось делить внимание между статусным и неформальным мероприятиями. Но они с этим справились.Андрей читал свой рассказ «Нежный возраст», и это правильно: практика показывает, что куски больших вещей воспринимаются хуже. Народу было прилично. И если сначала сидели в основном журналисты и русские немцы, то к концу чтений подтянулись и немцы немецкие. Кстати, почему-то в этом году чтения в кафе «Европа» начинали исключительно наши литераторы.Объединенный российский стенд открывали председатель Комитета по телекоммуникациям и СМИ города Москвы Михаил Щербаченко и его заместитель Игорь Ткач. А на стенде была огромная фотография мэра Москвы, глядя на которую, вспоминалось: в прошлом году участие Юрия Лужкова стало одним из событий ярмарки. На презентации его книги «Возобновление истории. Человечество в ХХI веке и будущее России» яблоку негде было упасть.[b]«Телеграфные» чтения[/b]На объединенном стенде количественно выделялось издательство «ОЛМА-ПРЕСС», заметны были также «Наука» и, что уж совсем удивительно, «Железнодорожное дело». На моих глазах немцы проявляли интерес к книге «Екатерина Максимова. Мадам «Нет», выпущенной издательством «АСТ». Рядом ждали своего часа книги Марины Райкиной о Галине Волчек («НЛО») и Федора Раззакова об Алле Пугачевой («Яуза» и «ЭКСМО»).На стенде питерского издательства «Композитор» выделялось красивое издание «Хорошо темперированного клавира» с портретом Баха на обложке.На презентации российско-немецкой поэтической антологии наибольшее впечатление произвело выступление живой легенды отечественного авангарда Алексея Парщикова, хотя он прочитал всего одно маленькое стихотворение. Сергей Бирюков был тоже чудо как хорош, хоть и не кричал кикиморой. Оба поэта давно живут в Германии. А из России приехали Константин Кедров и Елена Коцюба.Кроме кафе «Европа», российские прозаики читали в городе, в кафе «Телеграф». Мне удалось побывать на выступлении Майи Кучерской. Она читала из своего «Современного патерика» (старинный жанр рассказов об отцах церкви). Батюшки у Майи получились никак не святые, а такие же грешные, как и мы с вами. Я-то как раз считаю, что это хорошо. А одна женщина на чтениях сказала, что ей понравилось, но вот простой народ не поймет. Понятное дело, из Германии болеть за наш народ, проще…[b]Звезды и премии[/b]Звезд было на удивление мало. В прошлые годы на ярмарке общались с читателями Гюнтер Грасс и Мишель Уэльбек, наши Андрей Битов и Владимир Сорокин, Татьяна Толстая, Ольга Славникова. Висели растяжки с портретом Полины Дашковой. Приезжала Александра Маринина.На сей раз из наших были помимо Андрея Геласимова Афанасий Мамедов, Борис Евсеев, Майя Кучерская и руководитель этой маленькой делегации Петр Алешковский. В рамках программы «Читающий Лейпциг» на ярмарку со своей книгой «Хороший Сталин», которая, кстати, день за днем публикуется в газете «Франкфуртер альгемайне», приехал Виктор Ерофеев.Из относительных мировых знаменитостей были лишь автор «Девственниц-самоубийц» и «Среднего пола» Джеффри Евгенидес и недавний лауреат британского Букера канадец Ян Мартелл. Кстати, Ян Мартелл взял престижнейшую немецкую книжную премию за 2004 год в номинации «беллетристика».Премия традиционно присуждается в дни проведения Лейпцигской ярмарки, а церемония ее вручения – одно из самых зрелищных телевизионных мероприятий этих дней. Вообще в дни ярмарки вручается очень много различных премий. За всеми и не уследишь. Скажу лишь, что завершилась ярмарка вручением в здании старой ратуши премии «За европейское согласие» сербскому писателю-эссеисту Джеваду Карахазану.[b]Детский сад[/b]В этом году я уже не удивлялась, отчего на ярмарку постоянно едет так много детей и подростков. Павильон номер два был отдан им практически целиком. Книжки здесь были, конечно, тоже. В основном, правда, фэнтези. А также все, что с этим связано: майки, трансформеры, всякие штучки-дрючки. И комиксы. В специализированном уголке сидели вполне уже здоровые лбы и с увлечением их читали.В зальчиках крутили аниме и просто кино. В выгородках рисовали. Карандашами, фломастерами и валиками с краской. Можно было что-то отпечатать на старинном станке. Например, золотом на зеленом картоне.А вот пространство под названием Бундесвер. Столы. На них флажки. Ба! А вот и наш, родимый. Неужели мы все еще для них вероятный противник? Тут же лежат папки, на которых написано: «Государственный министр», «Председатель правительства» и так далее. На другом столе – бумажки, изображающие деньги, от 1 доллара до 100. Очевидно, что-то вроде «Монополии».Странной конфигурации карта мира с разноцветными фишками. На заднике надпись: «Путь к миру лежит через школьный двор». Вроде бы спорить не с чем. Но в субботу здесь прошла демонстрация из 80 человек с лозунгами «Книги вместо бомб» и «Лейпциг читает, но не стреляет», участники которой считают, что военные компьютерные игры отрицательно влияют на психологию подрастающего поколения.[b]Картинки с ярмарки[/b]- Возле туркменского стенда двое небогато одетых молодых людей оживленно беседуют по-русски с двумя красавицами в национальных одеждах и с толстыми (вроде бы настоящими) косами. Ребята, скорее всего, бывшие советские немцы оттуда же, откуда и девушки. Все это происходит под зеленым знаменем с мусульманской символикой.- Не пустует довольно большой ярмарочный книжный магазин. Вот только книги в нем исключительно на немецком языке. Зато в антикварном салоне есть и на русском. И не только, к примеру, «Лирические драмы» А. Блока с иллюстрациями К. Сомова 1908 года с указанной ценой в 650 ойро (так немцы называют евро). Но и «Мистер-Твистер» С. Маршака с иллюстрациями В. Лебедева 1951 года, и маршаковская же книжка-малютка «Дом, который построил Джек» 1937 года, и «Три поросенка» 1936 года, и даже удивительная книга под названием «Бизнес», изданная Госиздатом в 1929 году! Чтобы пройти в эту часть антикварного салона, где книги в основном под стеклом, надо сдать сумку и верхнюю одежду. Но есть и стеллажи, как в какой-нибудь районной библиотеке, где все можно просто посмотреть, потрогать, даже будучи одетым и при сумке.- А вот выставка книг, сделанных вручную. Рядом – суперсовременные печатные станки, на которых лудят массовые тиражи.- «Exlibris Shop». Персональная печать с вашим именем стоит вообще-то 25 ойро. Но здесь, на ярмарке, всего 20. Задушила жаба – и я пошла дальше.- Огромные пространства отданы в этом году аудиокниге. Почти у каждого стенда можно что-то выиграть, но моего немецкого, увы, не хватает. Череп в наушниках!! Видимо, что-то готическое. Или просто ужастик.- Фирма «Brockhaus», совместно с которой в 1890 году Илья Абрамович Ефрон основал издательство «Брокгауза и Ефрона», как всегда, выглядит весьма солидно. Даже в этом несерьезном ярмарочном пространстве она умудрилась создать нечто основательное.- Франкфуртская ярмарка выставляет (и распродает) сувениры: устройство для подзарядки мобильника вручную, футболки, часы, блокноты. Вдруг – кружка с надписью по-русски: «Читай, книгочей, не жалей очей!»- Франк Шивер демонстрирует свою книгу в виде пачки сигарет, название которой переводится как-то так: «Спасибо, я это сделал». Он курил в течение 23 лет. Потом придумал свою теорию – и бросил.- Неподалеку проводят акцию «Бог – это правда. Церковь – нет». Одноименная книжка обличает пороки отцов церкви, Лютера называет психопатом, публикует фотографии, обвиняющие церковь в сотрудничестве с Гитлером.- На этот раз я наконец-то увидела две огромные, одна над другой, буквы «М». За ними расстилается территория старой ярмарки, которую, по слухам, оставят как мемориальную. Кстати, две «М» означают «Muster Messe», что на русский переводится как «ярмарка образцов». В нашем конкретном случае – книжных. А также образцов отношения читателей и писателей друг к другу.

Дядин дом

[b]На днях в Государственном музее А. С. Пушкина на Пречистенке открылась любопытная выставка «Ау, Базиль Пушкин!» В четырех комнатках мезонина усадьбы конца ХVIII века расположилась экспозиция, которая со временем должна переехать в здание дома на Старой Басманной, где когда-то жил Василий Львович Пушкин и где у него бывал его знаменитый племянник.[/b]Василий Львович Пушкин был, судя по всему, незаурядным человеком и вполне приличным литератором своего времени. Возможно, мы бы помнили его и самого по себе. Но «солнце русской поэзии», увы, напрочь затмило своего родственника и однофамильца. И во мнении народном он живет – и, скорее всего, так и останется – именно как дядя «нашего всего». Что, согласитесь, не вполне справедливо. Выставка на Пречистенке, а уж тем более будущий музей призваны эту несправедливость исправить.К выставке «Ау, Базиль Пушкин!» надо идти через залы постоянной экспозиции музея, то и дело продираясь через толпы школьников, изучающих творчество Александра Сергеевича. Поворот, еще поворот, лестничный пролет, еще один… И вот уже – чу! – поет сверчок, а рядом с вами по стеночке да по ступенькам шагают черные таинственные силуэты, не давая заблудиться. И приводят в первый из залов.«И ты, замысловатый Буянова певец», – обращается к дядюшке племянник. Кто таков этот Буянов? В самой знаменитой своей поэме «Опасный сосед» Василий Львович именно с ним посещает прелестниц. «Для вас, красавиц, мы берем/ Златые лиры в руки /И от прелестных взоров ждем /Иль радости, иль муки». Красавицы-прелестницы во множестве представлены на портретах и гравюрах. В основном неизвестные. Порой в неглиже.Василий Львович был настоящим франтом. Вот его шелковый с вышивкой чулок, тончайший вышитый батистовый платок с мережкой, всякие флакончики, коробочки. Петр Андреевич Вяземский писал: «Парижем от него так и веяло. Одет он был с парижской иголочки с головы до ног; прическа a la Titus, углаженная, умащенная huil antique. В простодушном самохвальстве давал он дамам обнюхивать свою голову».На стенах второго зала – портреты знаменитых людей своего времени, в том числе прототипа Пиковой дамы, княгини Натальи Петровны Голицыной, а также первооткрывателя«Слова о полку Игореве» графа Алексея Ивановича Мусина-Пушкина. Гравюры с видами не только старой Москвы, но и, например, подмосковного Марфина, имения Ивана Петровича Салтыкова, где бывал Василий Львович. (Я тоже бывала. Представьте, многое сохранилось! – Ю.Р.) Здесь же объявления о продаже лошадей и лучших французских «труфелей». А вот выдержки из писем Василия Львовича Пушкина. Например, «Денис Давыдов женится на Чирковой. Она мила, и у нее 1000 душ». Или «К нам приехали в Москву певицы Италианские, Штукар Индийский, лев Морской, актрисы Немецкие».Третий зал рассказывает о Василии Львовиче как о знатоке московских достопримечательностей, путешественнике, театрале, библиофиле, члене Общества любителей российской словесности при Московском Императорском университете, наконец, старосте литературного общества «Арзамас». Его арзамасское прозвище было «Вот я вас всех!» (его племянник, напомню, прозывался Сверчком, Жуковский – Светланой, Уваров – Старушкой).К заседаниям общества обычно жарились гуси, об этом имеется соответствующая запись, в конце которой стоит NB: «От всех сих гусей отрезываются куски и остаются при бумагах собрания». Увы, бумаги-то на выставке были, а вот кусков не оказалось…В четвертом зале – бюст Вольтера (в первом была его гравюра). Куда ж без него! И среди прочего надпись: «Я счастья всякому желаю. А зла, Бог видит, никому». Хороший был человек этот Василий Львович Пушкин.[i]Выставка «Ау, Базиль Пушкин!» в музее А. С. Пушкина на Пречистенке работает до 23 мая.[/i]

Читающий Лейпциг

[b]Сегодня вечером в самом центре одной из книжных столиц мира, точнее в знаменитом его Гевандхаузе, пройдет торжественная церемония открытия традиционной международной книжной ярмарки. Предполагается, что с приветственной речью выступит новый президент международного ПЕН-клуба, известный чешский писатель и драматург Иржи Груша. А завтра с самого утра народ потянется на окраину, в сторону огромного, сравнительно нового комплекса ярмарки. За книгами, за новыми впечатлениями, за пресловутой роскошью человеческого общения.[/b]Лейпцигская международная книжная ярмарка вот уже много лет является местом встречи писателей и читателей (при заинтересованном участии издателей, конечно), которое изменить нельзя. В этом ее основное отличие от более знаменитой, коммерческой Франкфуртской. Интересно, что и сам Лейпциг – город куда более душевный (кстати, в силу разных причин в нем сохранилось значительно больше исторических памятников), чем хайтековский Франкфурт.Год назад Лейпцигская книжная ярмарка, по сути, начинала Год России в Германии. Сейчас идет Год Германии в России. То есть российская тема в Лейпциге по-прежнему актуальна. Хотя огромный по всем меркам российский десант на прошедшую в октябре прошлого года книжную ярмарку во Франкфурте, казалось, мог эту тему и закрыть.Возможно, дело тут в том, что вот уже третий год подряд самое активное участие в организации российской экспозиции принимает правительство Москвы, которое на весьма льготных условиях организует корпоративный стенд отечественных издательств. А также вывозит для участия в авторских чтениях некоторых литераторов.В этом году по линии московского правительства в Лейпциг приедут прозаики Петр Алешковский, Андрей Геласимов, Борис Евсеев и Афанасий Мамедов. Журналист и книжный обозреватель Майя Кучерская также выступит в качестве прозаика – она опубликовала в первом номере журнала «Знамя» «Чтение для впавших в уныние» и будет читать на ярмарке этот свой, как она его назвала, «современный патерик» (кто не знает, патерик – это жития святых отцов).Одновременно с ярмаркой вот уже 13 лет подряд проходит весенний литературный фестиваль «Читающий Лейпциг», в котором принимают участие свыше тысячи писателей и десятки тысяч читателей. 650 его мероприятий пройдут по всему городу. В программе этого года первым указан наш Виктор Ерофеев.Кроме того, на Лейпцигской ярмарке состоятся и мероприятия с участием российских поэтов. Правда, самый знаменитый из них, Алексей Парщиков, приедет вовсе не из России, а из германского города Кельна, где он живет вот уже несколько лет. Немного цифр. В ярмарке 2004 года примет участие 2000 экспонентов из 29 стран. Их стенды расположатся на 44 тысячах квадратных метров. В прошлом году ярмарку посетило 88 000 человек (среди них – 24 500 специалистов), что на 11 тысяч больше, чем за год до того. Руководители Лейпцигской ярмарки считают, что это устойчивая тенденция.

Начинаются Дни поэзии в Москве

[b]21 марта отмечается 5-й Всемирный день поэзии. Решение об учреждении праздника было принято в 1999 году на 30-й сессии ЮНЕСКО. Россия, в которой, как известно, поэзия – та же добыча радия, а поэт значительно больше, чем поэт, проводит в честь Всемирного дня поэзии целую серию поэтических акций.[/b]Первой такой акцией уже сегодня станет вечер «Поколение сорокалетних» в Литературном кафе «ПИРоги на Никольской» (ул. Никольская, 19). В нем примут участие многосторонний Дмитрий Быков, а также Инна Кабыш, Виталий Куллэ, Виталий Пуханов и другие. В четверг, 18 марта, там же пройдет празднование 10-летия поэтического журнала «Арион» и будут вручены литературные премии журнала за 2004 год. В Литературном салоне «Классики ХХI века» (Библиотека им. А. П. Чехова, Страстной бульвар, 8) практически в то же время состоится творческий вечер поэта Аркадия Штыпеля.В субботу и воскресенье пройдет IV Фестиваль молодых поэтов. 20 марта в клубе «Б2», (Б. Садовая, 8) – «В этом городе должен быть кто-то еще: закрытие Союза молодых литераторов «Вавилон» при участии Дмитрия Кузьмина, Станислава Львовского, Линор Горалик, Дины Гатиной, Дмитрия Воденникова. А 21 марта в Арт-галерее «Сад» (Б. Толмачевский переулок, 4) состоится презентация последних выпусков серии «Библиотека молодой литературы» и Антологии молодой поэзии «Девять измерений».Вообще воскресная программа составлена так, что только поворачивайся! И это понятно: пик мероприятий приходится как раз на Всемирный день поэзии. В Российской академии музыки им. Гнесиных, точнее, в «Гостиной Шуваловой» (Поварская, 30), в рамках «Поэтории» под музыку Дебюсси в исполнении Марины Вульфсон будут читать свои стихи Константин Кедров и Елена Кацюба. В Центральном доме литераторов (Большая Никитская, 53) пройдет вечер молодых московских поэтов. В Галерее А3 (Староконюшенный, 39) слушателей будет зажигать «Академия поэтов и философов».В воскресенье и понедельник свою версию Всемирного дня поэзии предложит Клуб «Проект О.Г.И.» (Потаповский пер., 8/12, стр. 2). Будут участвовать здешние завсегдатаи: Псой Короленко, Лев Рубинштейн, Дм. А. Пригов, Михаил Айзенберг. Салон «Премьера» в «Зверевском центре современного искусства» (ул. Новорязанская, 29, стр. 4, метро «Бауманская») проведет в понедельник, 22 марта, акцию «Вчерашний день поэзии» с Николаем Байтовым, Светой Литвак, Германом Лукомниковым. Во вторник в модном Литературном кафе книжного магазина «Букбери» (Никитский бульвар, 17) будут выступать со своими стихами Максим Амелин, Инга Кузнецова, Глеб Шульпяков и другие. А в «ПИРогах на Никольской» пройдет вечер из цикла «Полюса», посвященный памяти трагически ушедших из жизни в расцвете лет поэтов Бориса Рыжего и Леонида Шевченко. Наконец, в четверг в Литературном салоне «На Самотеке» (СадоваяСамотечная, 8) состоится вечер Марины Вишневецкой с участием Татьяны Бек и Светланы Кековой.Все акции, кроме дневной воскресной музыкально-поэтической «Поэтории» в Гнесинке, проходят вечером.

Найди свой источник знаний!

[b]Сентябрьская международная книжная ярмарка на ВВЦ слишком велика, найти там что-то конкретное очень трудно. «Non/fiction», которая проходит в ноябре в ЦДХ на Крымском валу, рассчитана в основном на поклонников интеллектуального чтения. А вот весенняя ярмарка «Книги России» соразмерна, демократична и проходит под очень симпатичным лозунгом: «Найди свою книгу!»[/b]На выходе из станции метро «ВДНХ» сильно пахло жареным. Оказалось, что сгорел целый ряд небольших магазинчиков, и именно этот пожар, а вовсе не открытие Седьмой выставки-ярмарки «Книги России», стал главной темой большинства разговоров.Вообще, книжные выставки на ВВЦ – дети нелюбимые. Ни тебе наглядной агитации, ни объявлений по радио. А если и зазывают, то не в 57-й павильон, где обычно проходят и осенняя, и весенняя ярмарки, а в 71-й, где находится обычный, по сути, книжный магазин. С обычным же ассортиментом и обычными ценами.А на «Книгах России» и ассортимент огромный, и цены прилично ниже. Да еще и живого настоящего писателя встретить можно. И даже взять у него автограф. Сегодня – у Александра Кабакова и Сергея Юрского. Завтра – у Дмитрия Быкова и Юрия Мамлеева, Светланы Алексиевич, Марии Арбатовой и Дарьи Донцовой, Михаила Таратуты. Я уж не говорю о субботе с воскресеньем, когда писатель пойдет косяком.Кстати, на стенде издательского дома «Аргументы и факты» 12 марта пройдет презентация книги «Этюды в багровых тонах» писателя-публициста, журналиста «Вечерней Москвы» Сергея Борисова.На открытии выставки-ярмарки «Книги России» на этот раз, как, впрочем, и обычно, главными VIPперсонами были Владимир Жириновский и Геннадий Зюганов. Лидер ЛДПР обещал, что на стенде его партии книги будут выдавать бесплатно. В том числе – брошюру с избранными местами из «главного романа жизни» Владимира Вольфовича «Иван, запахни душу!» Произведение под общей редакцией еще одного политического деятеля, Дмитрия Рогозина, «Война и мир в терминах и определениях» – это толстенная книжища, которая по объему не уступает всем четырем книгам «Войны и мира» Льва Толстого. Издательство, выпустившее сей труд, называется «ПоРог», по начальным слогам фамилий Дмитрия Рогозина и Александра Потемкина. С Рогозиным ясно, а вот Потемкин – фигура более сложная. Романы печет как блинчики, но вот живого читателя его книг мне пока встретить не довелось.Пока я ходила-бродила по выставке-ярмарке, на той самой сцене, где в полдень чудил Владимир Жириновский, сменяли друг друга детские хоры и танцевальные ансамбли. «Прекрасное далеко, не будь ко мне жестоко!» – выпевали прелестные детские голоса. Кстати, суббота на книжных выставках-ярмарках – традиционно детский день. С концертами, «круглыми столами». И, конечно, с разными лотереями и просто подарками.Приходите!

О чем говорят библиотечные формуляры

[b]Память – вещь ненадежная. Из прочитанных в детстве книг вспоминаются самые-самые. Но есть объективные показатели – библиотечные формуляры. За 70е, 80-е, 90-е годы… А в них – зафиксированный педантичными библиотекарями детский спрос на книги. Вот как выглядит этот «спрос», по данным Российской государственной детской библиотеки.70-е годы[/b][i]1. «Мальчик со шпагой» В. Крапивина2. «Белый Бим Черное ухо» Г. Троепольского3. «Приключения Незнайки и его друзей» Н. Носова4. «Денискины рассказы» В. Драгунского5. «Чук и Гек», «Голубая чашка» А. Гайдара6. «Три мушкетера» А. Дюма 7. «Таинственный остров» Ж. Верна8. «Одиссея капитана Блада» Р. Сабатини9. Все изданные произведения М. Рида10. «Приключения Тома Сойера» М. Твена[/i][b]80-е годы[/b][i]1. «Человек-амфибия» А. Беляева2. «Девочка с Земли» К. Булычева3. «Волшебник Изумрудного города» А. Волкова4. Стихи Б. Заходера5. «Приключения Электроника» Е. Велтистова6. «Мумми-Тролль и комета» Т. Янсон7. «Мэри Поппинс» П. Трэверс8. «Маленький принц» А. СентЭкзюпери9. «Муфта, полботинка и моховая борода» Э. Рауд10. «Пеппи Длинныйчулок», «Малыш и Карлсон» А. Линдгрен[/i][b]90-е годы[/b][i]1. «Денискины рассказы» В. Драгунского[/i][i]2. «Приключения Незнайки и его друзей» Н. Носова3. «Сказки голубой феи» Л. Чарской4. «Черная курица, или Подземные жители» А. Погорельского5. Книги о Тарзане Э. Берроуза6. «Мио, мой Мио!» А. Линдгрен7. «Хоббит, или Туда и обратно» Дж. Р. Толкиена8. «Маленькая Баба-Яга» О. Пройслера9. Книги Р. Брэдбери10. Истории про Мумми-Троллей Т. Янсон[/i][b]Сейчас[/b][i]1. «Все об Алисе Селезневой» К. Булычева2. «Там, где нас нет» М. Успенского3. «25 профессий Маши Филиппенко» Э. Успенского4. «Вредные советы» Г. Остера5. «Капризка» В. Воробьева6. «Картофельная собака» Ю. Коваля7. «Летучий корабль» А. Белянина8. «Полианна» Э. Портер9. «Гарри Поттер» Д. Ролинг10. «Таня Гроттер» Д. Емеца[/i]

Что читают наши дети

[b][i]А что бы вы порекомендовали прочитать нашим детям?[/i][/b][b]Леонид ЖУХОВИЦКИЙ, писатель[/b]:«Аэлита» и «Гиперболоид инженера Гарина» А. Толстого, «Три мушкетера» А. Дюма, романы Ж. Верна, детские детективы Е. Некрасова.[b]Юлия ТУРЛЫКОВА, зам. директора Российской государственной детской библиотеки[/b]:Электроник – мальчик из чемодана» и «Гум-гам» Е. Веклистова, «Жизнь замечательных детей» и исторические книги В. Воскобойникова, книги К. Булычева.[b]Анатолий ТРУШКИН, писатель[/b]:повести А. Гайдара, книги для детей С. Аксакова и Л. Толстого, «Том Сойер» М. Твена.[b]Илья ЗАХАРОВ, издатель[/b]:Гарри Поттер» Д. Ролинг и уже вышедшие в России пять книжек современного английского писателя Лемони Сникета.[b]Александр ВУЛЫХ, поэт[/b]:Белеет парус одинокий» В. Катаева,«Золотой теленок» и «12 стульев» И. Ильфа и Е. Петрова, Два капитана» В. Каверина, Кондуит и Швамбрания» Л. Кассиля, повести и рассказы А. Гайдара.[b]Лев АННИНСКИЙ, эссеист, литературный критик[/b]:Евангелие.[i][b]Это мы не проходили, это нам не задавали[/b][/i]Сравнивать детское чтение «отцов и детей» не просто. Не только из-за различий в книжных предпочтениях (это естественно – появляются новые авторы, новые книги). Но и в плане доступности самой книги. Если «отцам» за любимой книгой приходилось идти в библиотеку, поскольку хорошие книги были в жутком дефиците, то теперь любая книжная новинка может тут же встать на домашнюю книжную полку (были бы деньги!) или быть «считанной» с экрана компьютера.Как выяснилось из опроса сотрудников «ВМ», их дети в большинстве своем в библиотеку за книгами ходят крайне редко: все, что надо, есть дома.Вот как выглядит список из 10 самых популярных книг детей сотрудников редакции в возрасте от 8 до 13 лет (составлен по частоте приведенных в опросе)[b]1.[/b] «Гарри Поттер» Д. Ролинг[b]2.[/b] «Малыш и Карлсон» А. Линдгрен[b]3. [/b]«Каникулы в Простоквашино» Э. Успенского[b]4.[/b] «Винни-Пух и все-все-все» А. Милна – Б. Заходера[b]5.[/b] «Приключения Незнайки и его друзей» Н. Носова[b]6. [/b]Истории про Мумми-Троллей Т. Янсон[b]7.[/b] Истории про Алису Селезневу К. Булычева[b]8.[/b] «Денискины рассказы» В. Драгунского[b]9.[/b] «Волшебник Изумрудного города» А. Волкова[b]10.[/b] «Летящие сказки» В. КрапивинаК сожалению, «отцам», глядя на приведенный список, приходится только завидовать: многое из нынешнего чтения их детей они прочитали значительно позже.

Что читают наши дети

[b]Евгения Александровна Палант уже немолодой человек, по профессии библиограф, долгое время проработала в библиографическом отделе «Литературной газеты». Вот что она написала нам в «Вечерку»:[/b]«Мне очень понравилась ваша публикация о любимых романах всех времен и народов. И, насколько я знаю, не только мне – многие читали, сверяли свои предпочтения с опубликованными списками произведений мировой классики. Очень прошу вас – продолжите начатое дело. Предлагаю провести опрос о десяти любимых детских книгах. Для «затравки» предлагаю свой список из 10 книг. Но предупреждаю: все это я читала очень-очень давно, маленькой девочкой. И вообще, мне кажется, мой список – это девчоночье чтение середины 20-х годов. Но это – мои книги.[b]1.[/b] «Приключения Тома Сойера» М. Твена[b]2.[/b] «Маугли» Р. Киплинга[b]3.[/b] «Маленький лорд Фаунтлерой» Ф. Барнет[b]4.[/b] «Маленькие женщины» Л. Алькот[b]5.[/b] «Без семьи» Г. Мало[b]6. [/b]«Голубая цапля (Леди Джен)» Ц. Дженисон[b]7.[/b] «Серебряные коньки» М. Додж[b]8. [/b]«Хижина дяди Тома» Г. Бичер-Стоу[b]9.[/b] «Княжна Джаваха» Л. Чарской[b]10.[/b] «Сказки» В. ГауфаА у вас в детстве какие были любимые книги?»Предложение нашей читательницы было воспринято в редакции «Вечерней Москвы» с энтузиазмом. Но возник вопрос: как его реализовать? После некоторых раздумий и сомнений было принято следующее решение: Заставить вспомнить сотрудников редакции, какие книги они читали в детстве. Заодно спросить у них, какие книги читают их дети-школьники. Узнать у работников детской библиотеки: какие книги спрашивали в библиотеке дети в минувшие годы и какие спрашивают сейчас. Выяснить на этот счет мнение учителей литературы.Провести экспресс-опрос среди читателей на тему: что бы вы порекомендовали почитать нашим детям? [b]Как посравнить да посмотретьЧТО ЧИТАЛИ В ДЕТСТВЕ ЖУРНАЛИСТЫ «ВЕЧЕРНЕЙ МОСКВЫ»[/b]По результатам редакционного опроса в десятку самых упомянутых произведений, которые в детстве читали журналисты «Вечерки», вошли:[b]1.[/b] «Три мушкетера» А. Дюма – 16 голосов[b]2.[/b] «Малыш и Карлсон» А. Линдгрен – 15[b]3.[/b] «Волшебник Изумрудного города» А. Волкова – 14[b]4.[/b] «Приключения Незнайки и его друзей» Н. Носова – 11[b]5.[/b] Повести А. Гайдара – 10[b]6.[/b] «Винни-Пух и все-все-все» А. Милна – Б. Заходера – 9[b]7.[/b] «Приключения Тома Сойера» М. Твена – 8[b]8.[/b] «Приключения Робинзона Крузо» Д. Дефо – 7[b]9.[/b] «Всадник без головы» Майн Рида – 6[b]10.[/b] «Дети капитана Гранта» Ж. Верна – 5Кроме того, в списках сотрудников «Вечерней Москвы» оказались: «Два капитана» В. Каверина, «Что я видел» Б. Житкова, «Айвенго» В. Скотта, «Приключения Гулливера» Д. Свифта, «Рассказы о Шерлоке Холмсе» А. Конан Дойля, «Незнайка на Луне» Н. Носова, «Остров сокровищ» Р. Л. Стивенсона, «Республика ШКИД» Г. Белых и Л. Пантелеева, «Приключения Карика и Вали» Я. Ларри, «Хижина дяди Тома» Г. Бичер-Стоу, «Кортик» А. Рыбакова, «Урфин Джюс и его деревянные солдаты» А. Волкова, «Сказы» П. Бажова, «Сказки братьев Гримм», «Морской волчонок» Майн-Рида, «Рассказы о животных» Сетона-Томпсона, «Дорога уходит вдаль» А. Брунштейн, «Динка» В. Осеевой. «Кондуит и Швамбрания» Л. Кассиля, «Сказки народов мира», «Джельсомино в стране лжецов» и «Путешествие Голубой стрелы» Д. Родари.Как выяснилось, наиболее читаемыми авторами «вечерочников» в их незабвенном детстве были:Николай Носов – [b]22 голоса[/b]Александр Дюма –[b] 21[/b]Астрид Линдгрен – [b]20[/b]Александр Волков – [b]18[/b]Аркадий Гайдар – [b]16[/b]Марк Твен – [b]12[/b]Александр Пушкин – [b]11[/b]Майн Рид, Жюль Верн – [b]10[/b]Джанни Родари, Алан Александр Милн –[b] 9[/b]Алексей Толстой – [b]8[/b][b]По 7 голосов [/b]набрали Ганс Христиан Андерсен, Фенимор Купер и Даниэль Дефо.

Имя и дело Ивана Петровича

[b]На Пасху мы узнаем, кто стал лауреатом единственной в мире литературной премии имени никогда не существовавшего персонажа. А вчера в редакции журнала «Знамя» (учредителя – совместно с издательством «ЭКСМО» – премии имени Ивана Петровича Белкина) был объявлен шортлист, куда вошло ровно пять человек.[/b]Членов жюри тоже пять. Лауреат получит пять тысяч долларов США, каждый из финалистов – пять сотен тех же денежных знаков. На вопрос: «Почему всего по пять?» всякий ответит: «Потому что повестей Белкина было ровно пять – «Выстрел», «Метель», «Гробовщик», «Станционный смотритель» и «Барышня-крестьянка». Справедливость, правда, требует сказать, что имеется и шестая повесть Белкина – «Талисман», которую в 1936 году написал Михаил Зощенко. Очевидно, поэтому в самый первый раз в шорт-листе оказалось не пять, а шесть произведений. Но теперь, когда премия вручается уже в третий раз, координатор премии Наталья Иванова уверяет: больше такое безобразие не повторится. Отныне пять – незыблемое волшебное число премии.Немного об Иване Петровиче Белкине. Он родился «от честных и благородных родителей в 1798 году в селе Горюхине». «Был росту среднего, глаза имел серые, волоса русые, нос прямой; лицом был бел и худощав». «Вел жизнь самую умеренную, избегал всякого рода излишеств; никогда не случалось… видеть его навеселе… к женскому полу имел он великую склонность, но стыдливость была в нем истинно девическая». Осенью 1828 года этот симпатичный персонаж «занемог простудною лихорадкою, обратившеюся в горячку, и умер…» Эти сведения об авторе повестей содержатся в письме его друга, отправленном 26 ноября 1830 года из села Ненарадова.В конце октября 1831 года появились «Повести покойного Ивана Петровича Белкина, изданные А.П.». С полным обозначением имени настоящего автора, Александра Сергеевича Пушкина они вышли в свет в 1834-м. И с тех пор являются эталонными для всех пишущих по-русски.По словам члена жюри поэта Евгения Рейна, в ХIХ веке повесть вообще была заглавным жанром русской литературы, в котором создавали шедевры Гоголь и Достоевский, Бунин и Куприн. Да и блестящий толстовский «Хаджи-Мурат» – тоже повесть! А сегодня жанр, увы, расплылся, и повестью называют все, что не роман. Видимо, для того, чтобы вернуть повести былой блеск, и была задумана пару лет назад эта премия. Ее лауреатами уже становились Сергей Бабаян («Без возврата», «Континент», № 108) и Марина Вишневецкая («А.К.С. Опыт любви» «Знамя», № 11, 2002).По результатам 2003 года в лонг-лист вошло 17 произведений. Жюри заседало вчера два часа. Борьба, как сказал Евгений Рейн, была упорной. Председатель жюри литературовед Мариэтта Чудакова подтвердила, что пришлось нелегко: мало того, что их оказалось четное число (Владимир Познер включится в работу позднее, на стадии определения лауреата), так еще и прозаик и сценарист Алексей Слаповский оказался болен и хрипло голосовал по телефону. (Еще один член жюри Карен Степанян на обсуждении был, но на объявлении отсутствовал.)Шорт-лист же получился таким: Андрей Дмитриев («Призрак театра», «Знамя», № 6), Владимир Курносенко («Прекрасны лица спящих», «Дружба народов», № 2), Ирина Поволоцкая («Юриев день». Поминания. «Новый мир», № 12), Валерий Попов («Третье дыхание», «Новый мир», №№ 5–6) и Михаил Тарковский («Кондромо», «Октябрь», №3). Толстожурнальная проза, по словам все того же Евгения Рейна, продолжает быть на десять голов выше того, что выходит сразу книгами.До Пасхи еще есть время. Почитаем?

Юрий Арабов победил Пелевина и Стругацкого

[b]Если в первом акте на стене висит ружье, в последнем оно обычно стреляет. Это общеизвестная примета традиционного русского театра. Со вчерашнего вечера нечто подобное появилось и у отечественных литераторов. Итак: если в начале премиальной церемонии на рояле лежит роскошный букет цветов, к концу он непременно «выстрелит».[/b]Премия имени Аполлона Григорьева до самого последнего времени была одной из самых крупных в денежном выражении (большая – 25 тысяч долларов и две малые по 2,5 тысячи).Но это было не единственным ее достоинством: выбор лучших осуществляли высочайшие профессионалы, члены Академии русской современной словесности. Счет был абсолютно гамбургским, никого не заботила успешность увенчанных произведений у массового читателя.В этом году поменялось многое. Во-первых, «аполлоновка» утратила спонсора (РОСБАНК) и, соответственно, крупное денежное выражение. То есть стало не очень понятно, чем конкретно теперь будет отличаться обладатель большой премии от двух обладателей малой. Второе изменение представляется не менее важным: все три лауреатские книжки с самого начала имели серьезный рыночный потенциал, а «ДПП» Виктора Пелевина и вовсе стала одной из самых успешных книг минувшего года.Многие критики считают: если бы принцип «близости к народу» был осуществлен академиками хотя бы годом раньше, может быть, и спонсор от премии не отказался бы. Другие надеются, что хитовый лауреатский состав поможет найти нового спонсора.[b]Итак, КТО да КТО, а также ЧТО да ЧТО[/b]:Кто: Юрий Арабов, известный поэт, еще более известный киносценарист (нашумевший в свое время «Господин оформитель» Олега Тепцова, знаменитые «Телец» и «Молох» Александра Сокурова).Что: «Биг-бит». Номинирован по публикации в №№ 7 и 8 журнала «Знамя» (вышел также книгой в издательстве «Андреевский флаг»). О группе «Биттлз» (все четверо «навозных жучков», а также Йоко Оно – действующие лица) и советском мальчике-битломане по прозвищу Фет. Симпатичный ностальгический роман не в силах испортить даже невразумительная современная концовка.Кто: С. Витицкий (на самом деле это Борис Натанович Стругацкий,которого никому представлять не надо).Что: «Бессильные мира сего». Номинируемый роман успел выйти сразу в трех издательствах: «Вагриус», «Амфора» и «Сталкер». Напоминает лучшую прозу братьев Стругацких, больше всего – местами – «Гадких лебедей» и «Град обреченный». Если в двух словах, «Бессильные мира сего» – о том, можно ли безнаказанно изменить будущее. На самом деле этот роман о нас с вами, конкретно о том, что делать с той «волосатой, мрачной, наглой, ленивой, хитрой обезьяной», которая сидит в каждом из нас.Кто: Виктор Пелевин. Хотела написать: без комментариев, в том смысле, что великий и ужасный, всем известный. Но совсем без комментариев не получается – не так давно в интернетовском «Русском журнале» появился текст, из которого следует, что Пелевина уж лет пять, как нет в живых, а его последняя книга сработана при помощи компьютера и старых произведений.Что: книга «DПП (NN), или «Диалектика Переходного Периода (из Ниоткуда в Никуда)», выпущенная издательством «ЭКСМО» и включающая в себя роман «Числа» и рассказы. «Числа» – третья часть своеобразной трилогии: «Омон Ра» выносил беспощадный приговор вранью советского периода, «Generation P» – лжи ельцинской эпохи, последний роман не оставляет камня на камне от мерзостей времени, в котором стоим.Имена трех лауреатов литературной премии имени Аполлона Григорьева стали известны немногим меньше месяца назад.Вчера жюри назвало имя первого среди равных.Уже накануне было понятно, что в Овальном зале Всероссийской библиотеки иностранной литературы не будет двух лауреатов: Бориса Стругацкого (С. Витицкого) – по состоянию здоровья и Виктора Пелевина – потому что он уже давно нигде не появляется.На церемонии отсутствовали также все три (!) номинатора – Сергей Боровиков (который номинировал Арабова), Роман Арбитман (рекомендовавший роман Стругацкого) и Михаил Эпштейн (благодаря которому в лонг-листе появилась книга Пелевина), а также три члена жюри: из Пскова не приехал Валентин Курбатов, из Питера – Самуил Лурье, из США – Александр Генис. Поэтому присутствующие Павел Басинский (председатель жюри) и Наталья Иванова (его член), а также президент Академии русской современной словесности Сергей Чупринин были, что называется, на вес золота.После многочисленных речей о судьбах современной русской литературы обладателем большой премии имени Аполлона Григорьева был объявлен единственный находившийся в зале лауреат – Юрий Арабов.И это было правильно: при таком морозе замечательный букет вряд ли доехал бы до Питера, где живет Борис Стругацкий. В случае же победы Виктора Пелевина судьба цветов стала бы и вовсе виртуальной…

Карл у Клары украл – или Клара у Карла?

[b]Вчера в литературном салоне “Классики ХХI века”, что на Страстном бульваре, прошла не вполне обычная пресс-конференция. Писательница Ольга Славникова попыталась создать прецедент, которым вслед за ней смогут воспользоваться другие обобранные и оболганные российские авторы интеллектуальной собственности.[/b]В сентябре в нашей газете появилась рецензия Дмитрия Савосина на вышедший тогда в столичный прокат фильм “Гудбай, Ленин!”. Автор довольно подробно изложил его сюжет. Немолодая женщина впадает в кому. За то время, что она в ней пребывает, перестает существовать ГДР, больше нет Берлинской стены, Германия становится единой – со всеми вытекающими последствиями. Каким-то чудом женщина из комы выходит, но она настолько слаба, что близкие не решаются говорить ей правду, боясь, что убьют ее этим уже окончательно. И начинается ложь во спасение: достаются старые баночки, куда насыпаются новые продукты, циничные подростки за деньги изображают перед убежденной коммунисткой пионеров-тельмановцев, мечтающий о карьере телевизионщика друг сына монтирует в единственном экземпляре новости и так далее.Завершая рецензию, автор сетовал, что в отечественном кино пока нет подобного уровня попытки осмысления нашего с немцами общего недавнего прошлого. Будучи на тот момент редактором отдела культуры, я в небольшом постскриптуме написала: зато в литературе такая попытка имеется – летом 2001 года в журнале “Октябрь” был опубликован роман “Бессмертный” Ольги Славниковой с очень похожим сюжетом.Показав рецензию с постскриптумом писательнице, я выяснила, что фильма она не видела, и мы стали планировать совместный поход в кино. Допланировались практически до начала Франкфуртской книжной ярмарки, на которой Ольга Славникова выступала не только как писательница, но и как координатор молодежной премии “Дебют”. Ей было не до того, а вот мне пришло в голову, что ехать в Германию, на родину фильма “Гудбай, Ленин!”, не посмотрев его, – нельзя. В понедельник Ольге надо было улетать, а в ночь с субботы на воскресенье мы пошли в один из залов Московского дворца молодежи – и там под попкорн фильм таки посмотрели. Мне он скорее понравился. Ольге – нет. Но обеим было ясно: слишком много общего, чтобы быть простым совпадением. Перебросились соображениями о возможном судебном иске, да и разошлись спать.А некоторое время спустя в Париже “Галлимаром” был пристановлен тираж романа “Бессмертный” на французском языке. Сотрудничающий с этим издательством корреспондент радио “Свобода” Семен Мирский в своем письме написал ей, что после того как на экраны Франции вышел фильм “Гудбай, Ленин!”, требуется специальное разъяснение, что она у авторов фильма ничего не крала. Пока Ольга Славникова раздумывала, подавать ей в суд на плагиаторов или нет, все повернулось таким образом, что теперь уже ей придется доказывать первородство своего романа.На первый взгляд, доказать его легко. Роман был опубликован в 2001 году, стал лауреатом премии имени Аполлона Григорьева, а также финалистом еще двух литературных премий – имени Белкина и “Национальный бестселлер” – за 2002 год. И все это задолго до того, как в 2003 году фильм Вольфганга Беккера и Берндта Лихтенберга появился на экранах.Но ведь если человек сначала посмотрел фильм, а затем ему в руки попала книга со схожим сюжетом, он, скорее всего, сочтет вторичной именно ее. Не факт, кстати, что он будет читать разъяснения. И так может произойти не только во Франции, но даже и в России, где фильм уже давно прошел по экранам, а книги все еще нет. И это еще одно больное место Ольги Славниковой.Заключая 3 декабря 2001 года договор с издательством “Олимп”, она не знала, что подписывает роману “Бессмертный” чуть ли не смертный приговор. Издательство вскоре перестало существовать, его правопреемник, ООО “Астол”, не спешил выполнить свои издательские обязательства. Время шло. Ольге Славниковой не говорили ни да, ни нет. И 18 января 2004 года ей вернули права. Сейчас они находятся в надежных руках, и скоро, очень хочется в это верить, книга наконец-то увидит свет.Фильм тем временем продолжает свое победное шествие. Так, совсем недавно по итогам минувшего года он получил премию Европейской киноакадемии в пяти номинациях, в том числе – за лучший сценарий. А Ольга Славникова из случившегося сделала неутешительный вывод: “Вся русская литература суть бесплатная сырьевая база для кино, телевидения, чего угодно другого”. И рукопись своего нового романа, который она как раз сейчас заканчивает, она собирается депонировать в Библиотеке Конгресса США. Потому что у нас авторское право, увы, защитить некому. Оттого-то творцы и вынуждены существовать, по словам Ольги, “в пределах глобальной технологии неуспеха”.

Горячая двадцатка книг магазина «Библио-глобус»

Светлого времени суток осталось всего ничего, да еще погода такая, что бр-р-р! Нет, домой, к камину (вариант: к батарее центрального отопления), на ноги – плед, в руки – книгу. Но какую конкретно? Недавно отметивший свой полувековой юбилей «Библио-глобус» ведет учет самым продаваемым изданиям: раздельно в твердом переплете и в мягкой обложке (нас интересует, понятное дело, художественная литература). Свежий Бекбедер, приехавший специально для того, чтобы представить эту книгу в Москву. Давненько не бывавшая в рейтингах Виктория Токарева, очередной Дмитрий Емец, новая Хмелевская и некто Дэвид Бэддиэл (типичное чтиво). Вот и все новости. Остальное уже было. Стоически держит почетные позиции патриарх Владимир Войнович (точнее, за него – Чонкин). Книги Ролинг, Лукьяненко, Леви Вишневского, Гришковца тоже далеко не новички в «горячих» десятках и двадцатках. По-прежнему пользуются спросом все три книги Вербера в карманном формате. Глуховский, Юденич, Акунин и Суад хорошо расходились и в переплете, демократичная мягкая обложка добавит к прежним новых читателей. Радует первая позиция Фаины Георгиевны Раневской. Дама была языкастая, за сочным словцом или неожиданным образом в карман не лезла. Уж точно ее анекдоты всяко лучше нынешней смехотворной продукции! Среди издательств на сей раз царит приятная пестрота, явных лидеров нет. Да и в соревновании «наши – не наши» – боевая ничья, 10:10. ТВЕРДЫЙ ПЕРЕПЛЕТ: 1. ДЖОАН РОЛИНГ. Гарри Поттер и дары смерти. М.: Росмэн. 2. СЕРГЕЙ ЛУКЬЯНЕНКО. Чистовик. М.: Эксмо. 3. ФРЕДЕРИК БЕКБЕДЕР. Идеаль. М.: Иностранка. 4. ЯНУШ ВИШНЕВСКИЙ. Одиночество в сети. Спб.: Азбука-классика. 5. ЕВГЕНИЙ ГРИШКОВЕЦ. Следы на мне. М.: Махаон. 6. ВЛАДИМИР ВОЙНОВИЧ. Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина. Книга 3. Перемещенное лицо. М.: Эксмо. 7. ВЛАДИМИР ВОЙНОВИЧ. Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина: Кн. 1: Лицо неприкосновенное. Кн. 2: Претендент на престол. М.: Эксмо. 8. МАРК ЛЕВИ. Каждый хочет любить. М.: Махаон. 9. ДМИТРИЙ ЕМЕЦ. МЕФОДИЙ БУСЛАЕВ. Светлые крылья для темного стража. М.: Эксмо. 10. ВИКТОРИЯ ТОКАРЕВА. Одна из многих. М.: АСТ; Хранитель. МЯГКАЯ ОБЛОЖКА: 1. ФАИНА РАНЕВСКАЯ. Случаи, шутки, афоризмы. М.: Захаров. 2. ДМИТРИЙ ГЛУХОВСКИЙ. Метро. М.: Популярная литература. 3. БЕРНАРД ВЕРБЕР. Империя ангелов. М.: Рипол классик; Гелеос. 4. МАРИНА ЮДЕНИЧ. Нефть. М.: Популярная литература. 5. БЕРНАРД ВЕРБЕР. Мы, боги. Волшебный остров. М.: Рипол классик; Гелеос. 6. ИОАННА ХМЕЛЕВСКАЯ. Зажигалка. М.: Фантом Пресс. 7. СУАД. Сожженная заживо. Документальная повесть. М.: Рипол классик. 8. БОРИС АКУНИН. Детская книга. Т. 1. ОЛМАПресс; ОЛМА Медиа групп. 9. ДЭВИД БЭДДИЭЛ. Время спать. М.: Red Fish. 10. БЕРНАРД ВЕРБЕР. Муравьи. М.: Рипол классик; Гелеос.

Атланты. В поисках истины

[b]Я пришла в Институт океанологии РАН для того, чтобы поговорить с Александром Городницким о его новом детище – передаче “Атланты. В поисках истины”. Долго бродила по обшарпанным коридорам, которые помнят лучшие времена. Наконец услышала голос Городницкого, который эмоционально что-то говорил. Неужели повезло стать свидетельницей научного спора, подумала я, но тут же услышала слова его собеседника: “За этим допотопным компьютером я больше работать не буду!” Городницкий развел руками: “Что поделаешь, нищета!” Мы прошли в его кабинет, где он долго выбирал для меня стул: “Вот этот вроде бы надежный…”[/b][b]– Александр Моисеевич, кому принадлежала идея передачи?[/b]– Автор сценариев и ведущий – заведующий лабораторией Института океанологии Академии наук, профессор Александр Городницкий. Я ответил на ваш вопрос? [b]– В чем отличие вашего детища от других научно-популярных программ нашего ТВ?[/b] – В отличие от “Очевидного-невероятного” Сергея Капицы или передачи Александра Гордона, мы ставим своей задачей не диалог в кадре с интересным человеком, а попытку сделать фильм, каждый раз посвященный какой-то одной важной теме.Еще одно отличие – мы пытаемся сталкивать различные, зачастую противоположные мнения. И последнее: мы выбираем не чисто научные темы, а то, что волнует человека, далекого от науки.[b]– Ну да, который просто ходит в магазин. И покупает, например, рыбу. А тут вы ему: “Стоит ли есть рыбу из Балтийского моря?”[/b]– Люди должны знать о том, что в 1947 году союзники затопили в Балтийском море более 400 тысяч тонн бомб и снарядов с ипритом. За почти шесть десятков лет оболочки подверглись коррозии, и Балтийскому морю грозит экологическая катастрофа. Этот фильм показали первым, после него поднялся серьезный шум, был подготовлен запрос в Государственную думу. Второй был, возможно, не таким актуальным… [b]– ...но не менее интересным – “Библейские катастрофы в свете современной экологической науки”.[/b]– Там речь шла о потопе, о гибели войска фараона во время преследования евреев от цунами, возникшего, как я считаю, не в Красном, а в Средиземном море, о гибели Содома и Гоморры.Все это, оказывается, имеет вполне реальные объяснения.Третий фильм – “Грозит ли Санкт-Петербургу судьба невидимого града Китежа?” Эти фильмы уже были показаны. Все они так или иначе связаны с проблемами геологии и с океаном.[b]– А что мы увидим дальше?[/b]– “Океан – колыбель жизни на Земле”. Когда погаснет солнце и жизнь на Земле погибнет, она продолжится в океане. Будет и такая тема: “Можно ли предсказать землетрясение или нельзя, поскольку это промысел Божий?” Ученые там спорят со священниками. И я не уверен, что ученые одерживают победу… [b]– А вы-то на чьей стороне?[/b]– Я представляю разные точки зрения, пытаясь остаться над схваткой. Но это мне не всегда удается. В данном же случае мы всегда знаем, где, а вот на вопрос, когда – можем ответить лишь с точностью в год-полтора.А вот так, как кошки и собаки, знать точно хотя бы за несколько часов, успеть спасти население, не умеем. Еще один фильм будет о болезни Альцгеймера, о проблеме пожилого населения. Будет фильм и о конце света.[b]– Неужели о том, когда же он все-таки настанет?[/b]– И об этом, и о том, были ли в истории Земли глобальные катастрофы. Я считаю, что были.[b]– Вы известны как крупный специалист по поиску Атлантиды. Неужели на эту тему ничего не будет?[/b]– Вот сейчас, когда мы с вами беседуем, телевизионщики берут интервью у крупнейшего вулканолога, академика Евгения Милановского, сторонника идеи средиземноморской Атлантиды. [i](Сам Городницкий считает, что искать Атлантиду следует в Северной Атлантике[/i]. – [b]Ю. Р.[/b]) [b]– Красивый фильм будет?[/b]– Это вопрос не ко мне, а к режиссеру. Но какие-то подводные съемки, безусловно, будут.[b]– При помощи того самого подводного аппарата “Мир”, который стал одним из “героев” фильма “Титаник”?[/b]– Что вы! Для этого надо организовать экспедицию, а у нас нет денег. Я вот уже несколько лет пытаюсь их найти, но пока, увы, безуспешно. Надеюсь, благодаря передаче нам удастся найти спонсоров.[b]– Сколько всего предполагается фильмов?[/b]– Всего 12, по 4 в месяц. Каждый фильм по полчаса. Точнее, по 26 минут. Вот еще один – “Когда взорвется Черное море?” [b]– А оно что, действительно взорвется? Какой ужас![/b] – Ученые спорят. Дело в том, что в результате тысячелетних выносов сапропелевого ила из рек, которые впадают в Черное море, слой чистой воды составляет всего 100–150 метров. Глубже все заражено сероводородом.И есть ряд ученых, которые считают, что может быть его прорыв на поверхность.–[b] Значит, Черному морю всетаки грозит не политическая, а экологическая катастрофа?[/b]– Это лишь одна из точек зрения. Профессор нашего института Игорь Волков спорит с украинскими учеными, которые считают эту проблему очень актуальной. Очень важной теме будет посвящен еще один фильм – “Надо ли бояться озоновой дыры?”. Иными словами, можно ли пользоваться холодильниками, аэрозолями?[b]– Неужели нельзя?[/b]– Сторонники той точки зрения, что озоновая дыра имеет антропогенное происхождение, считают, что нельзя. С этим фильмом тематически связан еще один, по поводу парникового эффекта и потепления климата, которое грозит глобальной катастрофой: растают ледники, иссякнут пресные реки, затопятся прибрежные города и так далее.[b]– Мы открыли слишком много карт, еще чуть-чуть – и будет неинтересно смотреть сами фильмы.[/b]– Не волнуйтесь, фильмы не столько отвечают на вопросы, сколько их ставят.[b]– Но ведь жизнь и так достаточно неприглядна, а тут еще вы со своими страшилками…[/b]– Человек должен понимать, что при всем его эгоизме и важности его существования на Земле жизнь зависит не от него одного. Хотя и от него, конечно, тоже, и он должен себя вести по отношению к окружающей действительности достаточно бережно. Это главная идея передачи.Кстати, в каких-то фильмах мы боремся с катастрофичностью мышления. На вопрос: стоит ли России подписывать Киотский протокол, мы отвечаем: не стоит.Воздействие человека на парниковый эффект сильно преувеличено. Океан, который и выбрасывает, и поглощает углерода на два порядка больше всех городов мира, всю эту систему регулирует. А вклад промышленности ничтожно мал, как и “вклад” холодильников в формирование озоновой дыры, которая была задолго до появления человека.–[b] Александр Моисеевич, в этих фильмах вы выступаете одновременно как ученый, замечательный рассказчик, да еще в каждом из них звучит какая-то ваша песня. Это первый случай, когда задействованы все грани вашего дарования?[/b]– Пожалуй, да. Кстати, многие песни написаны специально для этого цикла. А где-то хорошо подошли и старые.[b]– Прозвучат ли где-то сами “Атланты”?[/b]– Достаточно того, что эта песня стала позывными всего сериала.[b]– Последний вопрос: а Питер-то потонет или нет?[/b]– Думаю, что нет.[b]P. S.[/b] Передачу “Атланты. В поисках истины” можно увидеть по субботам на канале “Культура” в 14.15.

Смелая рифма– залог успеха

[b]Зимние праздники “Знамени”, на которых вручаются ежегодные премии журнала, – традиция, которой пошел второй десяток. Все остальное было нетрадиционно: вместо привычного Овального зала Библиотеки иностранной литературы на сей раз “знаменцы” оккупировали Большой зал Центрального Дома литераторов. Еще одна новация: кроме свежеиспеченных, со сцены выступали лауреаты “Знамени” прошлых лет, а также возможные будущие.[/b]В Овальный зал зван бывал обычно, помимо лауреатов, каждый из которых имел право прийти еще с кем-то, лишь ближний круг. Да и то кому-то непременно не хватало места. В Большом зале ЦДЛ места хватило не только “референтной группе” журнала “Знамя”, но и тем, для кого он, собственно, и делается. То есть простым читателям. Всех вместе набрался полный (действительно немаленький!) зал. А если еще сюда прибавить президиум во главе с главным редактором “Знамени” Сергеем Чуприниным и его первым замом Натальей Ивановой… Но собрать зал – это полдела. Надо ведь еще и сделать так, чтобы было интересно.Понятно, что публика в этот вечер довольно сильно отличалась от посетителей концертов Филиппа Киркорова или труппы “Тату”. И все же люди пришли за зрелищем. Пусть и интеллектуальным.Поскольку заполнить большой вечер исключительно разговорным жанром невозможно, журнал “Знамя” сделал шаг навстречу смежному искусству. Так на сцене появился Театр звука Александра Бакши. Фрагменты из их спектакля “Красная книга” перемежали выступления прошлых, настоящих и будущих лауреатов.На белом экране – волнистая линия. Еще одна, еще и еще. А вот и кораблик. “Белеет парус одинокий”, что ли? Звучит обработанная “Французская песенка” из “Детского альбома” Чайковского. Действо началось.Первым к микрофону вышел давно и прочно любимый читателями “Знамени” Фазиль Искандер (премия за 1997 год). Известный прозаик прочитал два стихотворения, старое и новое. Ну не роман же, в самом деле, читать! Сергей Гандлевский, дважды лауреат “Знамени” за прозу – в 1995 и 2002 годах – тоже читал стихи. Но в данном случае никакого парадокса: Гандлевский прежде всего известен именно как поэт.Дальше с разной степенью эстрадности и успеха выступали прозаик (так!) Виктор Шендерович, поэт Евгений Рейн, еще один прозаик и еще один Евгений – Попов.На Игоря Иртеньева народ поначалу реагировал довольно вяло. Но когда поэт-иронист (он же поэт-правдоруб) стал читать стихотворение про геев, зал оживился. А уж рифма “пиписка-епископ” взбодрила абсолютно всех, особенно порадовав густо сидевших на последних рядах филологов.Достойно продолжил дело коллег по поэтическому цеху Лев Рубинштейн. “И я, и журнал собираемся жить долго”, – сказал он, видимо, имея в виду, что никуда не денутся, и не в этом, так в каком-нибудь будущем году премию дадут. Из зачитанного по бумажкам (может, это все-таки были стихи?) больше всего запомнилась такая примета: “Девка голая – мизинец прищемить”.Когда все порядком подустали, стали, наконец, награждать лауреатов. В лучшие годы их набиралось чуть ли не до двух десятков. В этом году список скуден как никогда. И “внешних”, то есть имеющих спонсоров за пределами “Знамени”, награждателей оказалось всего двое.Премию “Глобус” молодому прозаику Евгению Даниленко за повесть “Дикополь”, опубликованную в № 11, вручила Библиотека иностранной литературы. А премией с формулировкой “За патриотизм” председатель Совета по внешней и оборонной политике, заместитель директора Института Европы РАН Сергей Караганов наградил двух дам, Елену Чуковскую и Галину Медведеву (Самойлову) за публикации из творческого наследия Давида Самойлова и Лидии Чуковской.Остальные премии вручил сам журнал. Лауреатами стали поэты Андрей Вознесенский и Олеся Николаева (Андрею Андреевичу нездоровилось, он отсутствовал. Красавица Олеся была и читала свои стихи, хотя наградили ее, как в свое время Гандлевского, за роман “Мене, текел, фарес”, опубликованный в № 5).Премию за лучший дебют получила, как ее представили, “поэт, бард, эссеист” Марина Курсанова. Она из Львова и написала эссе о тамошней литературной жизни. “Мы живем довольно оторванно от России”, – погрустила лауреатка. А потом ей вынесли гитару – и она запела. Сначала по-русски, а затем и на мове.А Театр звука Александра Бакши закончил свое выступление сценой из “Вишневого сада”. Раневская прощалась с садом, щемяще звучала виолончель.А кукольного Фирса забыли на стуле по-настоящему. Правда, потом вспомнили – и унесли за кулисы.

Кто из писателей у нас нынче Аполлон?

[b]Премия эта – престижная. И вручается она вот уже семь лет. С 1997 года. Лауреатов называют в конце января, а на Масленицу станет ясно, кто из этой троицы получит большую премию, а кто – две малых. Но впервые разница между премиями будет не материальной (большая премия – 25 тысяч долларов – превосходила малую ровно в 10 раз), а нематериальной.[/b]Мы уже писали о том, что дававший все это время деньги РОСБАНК (до дефолта ОНЭКСИМБАНК) накануне Нового года соскочил, оставив Академию русской современной словесности (АРСС) и премию имени Аполлона Григорьева, как выразился действующий президент АРСС Сергей Чупринин, “без алиментов”. Но, продолжил он свою мысль, в конце концов, мы создавали академию не для раздачи денег, а для определения лучших.Лучших весь вчерашний день определяло жюри в составе Натальи Ивановой, Самуила Лурье, Валентина Курбатова и Александра Гениса под председательством Павла Басинского. С живущим в Америке Генисом общались по телефону. Псковский житель Курбатов на обсуждении присутствовал, но на объявление лауреатов не пришел. На какие деньги, учитывая новые обстоятельства, приехал в Москву он, а также питерец Лурье, – тайна, покрытая мраком.Председателю жюри полный список, в который вошло 24 произведения 23 авторов, показался на удивление ровным и сильным. На основании чего он сделал вывод о благополучии отечественной литературы в минувшем году. Кое-кто из членов жюри с ним не согласился. Стало ясно: за закрытыми дверями споры были жаркими, и список лауреатов, скорее всего, весьма своеобразен, как и любой плод компромисса.И вот долгожданная тройка. Юрий Арабов, чей роман “Бигбит”, номинированный по публикации в журнале “Знамя” (№ 7,8), вышел также и в книге издательства “Андреевский флаг”. С. Витицкий, то есть Борис Натанович Стругацкий, с романом “Бессильные мира сего”, изданным питерской “Амфорой”. И Виктор Пелевин с самой популярной отечественной книжкой минувшего года – “Диалектикой Переходного Периода из Ниоткуда в Никуда”, выпущенной издательством ЭКСМО-ПРЕСС.Интересно, что в первоначальном списке Пелевина не было, но кто-то из академиков буквально в последний день передумал.Конечно, деньги не главное. Суд профессионалов тоже дорогого стоит. Однако и академия, и, тем более, премия имени Аполлона Григорьева открыты для соответствующих предложений.На днях была по телевизору передача “Культурная революция”, на которой министр культуры Швыдкой обсуждал с присутствующими тему о безнравственности богатства.Банкир Лебедев и еще один симпатичный и тоже небедный человек по фамилии Гусельников высказывались в том плане, что богатство очень даже может быть нравственным.Александр Лебедев, спонсируя различные культурные проекты, в частности, премию имени Юрия Казакова, это доказывает делом. А не взять ли господину Гусельникову под свое крыло премию имени Аполлона Григорьева?

Давай до завтра доживем…

[b]В Бетховенском зале Большого театра прошел концерт, посвященный памяти народного артиста России, дирижера Андрея Чистякова.[/b]В начале января этому красивому и талантливому человеку исполнилось бы 55 лет, но три с небольшим года назад его не стало. И те, кто так любил Андрея при жизни, организовали этот концерт, чтобы таким образом сказать ему спасибо за то, что он был.Сначала на огромном мониторе появился сам Андрей Чистяков. Красивый, молодой, живой. Пятьдесят с хвостиком – для дирижера не возраст. Если, конечно, он с младых ногтей не начинает привлекать всеобщего внимания всякого рода пиар-акциями и экстравагантным поведением. Андрей Чистяков служил музыке без суеты. Видимо, и за это тоже его так любили солисты, хористы и оркестранты Большого театра, где он работал с 1988 года и где тащил на себе весь основной репертуар.Андрей Чистяков, пришедший к музыке в раннем детстве ( он пел в хоре мальчиков Ленинградской капеллы имени М. И. Глинки), в 14 лет уже вышел на сцену в качестве дирижера хора. А Ленинградскую консерваторию окончил по классу знаменитого Ильи Мусина, учителя многих звезд отечественного (и не только) дирижирования.Концерт в Бетховенском зале был составлен с большим тактом. В нем звучали арии из опер и романсы Чайковского и Рахманинова, Римского-Корсакова, Даргомыжского и Метнера. Очень в тему оказались инструментальные “Ноктюрн” Глинки и “Элегия” Чайковского. В самом конце второго отделения на маленькую сцену поднялся хор, в исполнении которого прозвучали “Да исправится молитва моя” Чеснокова (солировала Александра Дурсенева) и “Отче наш” и “Милость мира” из “Литургии св. Иоанна Златоуста” Чайковского.В концерте принимали участие народные артисты России Нина Терентьева, Вячеслав Верестников, Виталий Таращенко, заслуженные артисты Ирина Долженко, Марина Лапина, Ирина Рубцова, Сергей Мурзаев, Вячеслав Почапский, Павел Черных и другие.Все цветы на этом концерте артисты преподнесли вдове Андрея Чистякова. Марина и Андрей вместе учились в консерватории, только Марина закончила ее как музыковед.После того как Андрея не стало, Марина вдруг стала писать стихи. Об Андрее, о себе, о музыке, о жизни… К юбилейному концерту издательство “Театралис” выпустило уже вторую книгу ее стихов – “Бесконечный разговор”. В ней Марина Чистякова разговаривает с Мариной Цветаевой, с Осипом Мандельштамом, с Яном Сибелиусом. С нами, своими читателями. Но главное, конечно же, с Андреем. Ведь так о многом не успели договорить!

Не прячьте ваши денежки!

[b]Получилось весьма концептуально: знаменитый черно-белый фотопортрет Марины на мольберте – и цветное фото Юрия Казакова на рояле. Знаменитый поэт (именно поэт, не поэтесса) принимала у себя в гостях премию имени замечательного рассказчика. Однако среди награжденных в этот вечер был и поэт.[/b]Год назад подобный вечер начинался вручением премий “Нового мира”. Нынче решили начать с премии за лучший рассказ имени Юрия Казакова, к которой журнал как один из учредителей имеет самое прямое отношение. Другой учредитель – Благотворительный Резервный фонд, представитель которого банкир Александр Лебедев неизменно входит в жюри.Из 50 номинированных на премию произведений в шортлист вошло шесть. Три финалиста вышли за своими конвертами сами и сказали слова.Открытие прошлого года, уфимский прозаик Юрий Горюхин, был скромен и трогателен. Живой классик Владимир Маканин посетовал, что журналисты оценили его последние публикации весьма кисло. А Афанасий Мамедов просто порадовался, ведь все силы были брошены в топку Букера, финалистом которого он недавно побывал и даже чуть (не хватило одного голоса!) не стал лауреатом.Премия имени Юрия Казакова присуждается с 2000 года. В нынешнем году лауреатом стала Ирина Полянская (ее рассказ “Утюжок и мороженое” был опубликован в “Знамени” – в первом номере за 2003 год). Получавшая за заболевшую лауреатку конверт Светлана Василенко со свойственной ей прямотой сказала, что лучшего рассказчика сегодня в России просто нет.А потом “Новый мир” стал награждать своих собственных лауреатов. Ответсеку журнала и лауреату Букера-99 Михаилу Бутову дали премию как музыкальному обозревателю. Сам он считает, что создал язык, которым можно писать о нефилармонической музыке. А то все “клево” да “ништяк”...Единственным награжденным в этот вечер поэтом стал замечательный Александр Кушнер. Он вступился за статус поэзии сегодня, а также сказал, что и сама жизнь, несмотря на все ее ужасы, подлости и гадости, – поэтична.Еще один питерец Валерий Попов, ставший лауреатом за повесть “Третье дыхание”, рассказал, как в свое время, увидев где-то в Купчине народ, растрогался – и написал свою первую вещь. С тех пор не может остановиться.Ирина Сурат, награжденная за статьи о Мандельштаме как раз в день его рождения по новому стилю, поведала, что филология – дело маргинальное и скромное. Но “Новый мир” уже много лет не дает ей умереть от скромности.Выступивший последним прозаик Антон Уткин, о котором в свое время только ленивый не написал, что он внешне ужасно похож на Бориса Пастернака, закончил афоризмом: “Премии проходят и уходят, а “Новый мир” остается”.

Рейтинговая десятка «Художественной литературы»

[b]Меньше чем через месяц станут известны имена лауреатов второго цикла самой существенной (общее денежное выражение – 5,5 млн рублей) литературной премии «Большая книга». [/b]Возможно, хотя бы после этого книги-победители окажутся в рейтингах самых продаваемых изданий крупнейших столичных книжных магазинов. Пока же «горячие» десятки и двадцатки обходятся без лучших, по мнению экспертов, произведений литературы минувшего года. Что же покупают москвичи и гости столицы в Московском Доме книги? Предлагаем вашему вниманию рейтинговую десятку «Художественная литература». Первое место Сергея Лукьяненко не удивляет: на волне не таких уж давних книжного и киношного успехов «Дозоров» поклонники, очевидно, еще долго будут сметать все, на чем стоит его имя. Но где же последний «Гарри Поттер», спросите вы? Неужели все желающие так быстро им наелись? Ну что вы! Продолжают кушать, да с преогромным аппетитом, вот только Московский Дом книги не считает его, видимо, литературой художественной. Детской – да, считает. В рейтинговой десятке «Детская литература» он с большим отрывом лидирует (заодно туда вошли и два прежних романа Джоан Ролинг о Гарри Поттере). Роман «Гарри Поттер и дары смерти» – абсолютный лидер и общего рейтинга (интересно, что из «художки» в него вошли лишь последний роман Владимира Войновича и «Чистовик» Сергея Лукьяненко). Чем же, кроме отсутствия последней книги Джоан Ролинг, интересна художественно-литературная «горячая» десятка Московского Дома книги? Во-первых и в главных – стабильными позициями книг Владимира Войновича, как новой, так и переизданных прежних о том же Иване Чонкине. Еще раз с прошедшим юбилеем Вас, Владимир Николаевич! Во-вторых, сразу двумя книгами Татьяны Устиновой – давненько ничего подобного не приходилось видеть. Похоже, именно этой писательнице удалось стать победительницей негласного соревнования дам-детективщиц, оставив многолетнего лидера, Дарью Донцову, на последней позиции рейтинга. Ближе к концу десятки расположились уже довольно старенький ужастик Дмитрия Глуховского и чуть более свежие книжки Владимира Соловьева и Оксаны Робски. А чуть выше, между двумякнигами Татьяны Устиновой, – новая книга Марины Юденич. Юденич пишет занимательно, да и тему на этот раз она взяла более чем актуальную. Среди издательств с убедительным преимуществом – 7:3 – лидирует «Эксмо». А теперь о главном. В десятке под названием «Художественная литература» на сей раз нет ни одной переводной книжки. Мытьем ли, катаньем, но мы их сделали![b]«Горячая десятка» Московского дома книги[/b] 1. Сергей ЛУКЬЯНЕНКО. Чистовик. М.: Эксмо. 2. Владимир ВОЙНОВИЧ. Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина. Книга 3. Перемещенное лицо. М.: Эксмо.3. Татьяна УСТИНОВА. От первого до последнего слова. М.: Эксмо.4. Марина ЮДЕНИЧ. Нефть. М.: Популярная литература.5. Татьяна УСТИНОВА. Колодец забытых желаний. М.: Эксмо. 6. Владимир ВОЙНОВИЧ. Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина: Кн.1: Лицо неприкосновенное. Кн.2: Претендент на престол. М.: Эксмо. 7. Дмитрий ГЛУХОВСКИЙ. Метро. М.: Популярная литература. 8. Владимир СОЛОВЬЕВ. Апокалипсис от Владимира. М.: Эксмо. 9. Оксана РОБСКИ. Casual-2. Пляска головой и ногами. М.: АСТ.10. Дарья ДОНЦОВА. Ангел на метле: Роман. Хеппи-энд для Дездемоны: Главы из нового романа. Советы от безумной оптимистки Дарьи Донцовой: Советы. М.: Эксмо.

«Биеннале поэтов»: формат или неформат?

[b]Сегодня в Центре Мейерхольда торжественно откроется Пятый Московский международный фестиваль «Биеннале поэтов». Он будет проходить на самых разных площадках столицы по 27 октября включительно под патронатом Московской городской Думы и Правительства Москвы.[/b]Что ни говори, а иметь своего человека в Высшем законодательном представительном органе государственной власти столицы – здорово. Так что московской поэзии и, соответственно, московским поэтам крупно повезло: у них в Мосгордуме вот уже много лет есть свой человек.Причем, он настолько глубоко законспирирован, что многие москвичи даже и не догадываются: Евгений Бунимович не только депутат Мосгордумы (и не только прекрасный преподаватель математики в одной из московских школ, как думают родители его учеников), но и хороший поэт.Именно благодаря ему вот уже в пятый раз подряд московская «Биеннале поэтов» проходит на высочайшем уровне. А в этом году она к тому же стала и «Фестивалем фестивалей». Среди приехавших в Москву – посланцы Квебекского международного фестиваля «Festival international de Trois-Rivieres» (Канада), Парижского международного фестиваля «Printemps des Poetes», фестиваля «Мзиури» (Грузия), Мадридского международного поэтического фестиваля (Испания). Свои литературные проекты представят также Национальный фонд искусств США, Берлинские литературные мастерские, текстгруппа «Орбита» (Латвия). Кроме того, на фестивале выступят поэты и организаторы из Екатеринбурга, Калининграда, Нижнего Новгорода, Санкт-Петербурга, Саратова.В театре «Практика» пройдет Фестиваль голосового стиха, в клубе «Билингва» — Фестиваль поэтических видеоклипов, в музее Сергея Прокофьева — музыкально-поэтический перформанс «Бестиарий». Будет представлена и программа «Русское поэтическое зарубежье». В рамках «Биеннале поэтов» состоится презентация изданной в России (впервые за много лет!) антологии современной американской поэзии, которую откроет президент Национального Фонда поддержки искусств США, поэт и критик Дейна Джойя. В поэтическом вечере, посвященном открытию памятника Осипу Мандельштаму в Москве, его стихи прозвучат по-русски в исполнении современных русских поэтов (Олега Чухонцева, Веры Павловой и др.), а переводы на основные европейские языки прочтут зарубежные гости фестиваля.Всего в рамках нынешней «Биеннале поэтов» пройдет более 40 поэтических вечеров, творческих встреч, дискуссий, презентаций и других акций, в которых примут участие свыше 100 поэтов и представителей мировой литературной общественности, лауреаты престижных международных и национальных премий из разных стран и регионов России.[b]Из самого интересного:24 октября[/b]. Круглый стол «Поэзия как неформат». Его первая часть – «Поэтическая книга сегодня» – пройдет в 13.00 в помещении Московской городской Думы, вторая – «Новые формы социального бытования поэта» – тоже на Петровке, но только в клубе «Улица ОГИ», начало в 15.00.А в 18.00 в Музее Маяковского, что на Лубянке, состоится русско-грузинский поэтический вечер в рамках проекта «Шелковый путь поэзии».[b]25 октября[/b]. С 10.00 до 16.00 в МГУ (Воробьевы горы, 2-й корпус гуманитарного факультета) состоится симпозиум «Литература и медиа: меняющийся облик читателя». А в 19.00 в клубе-кафе «Билингва» пройдет презентация премии «ZEBRA».[b]26 октября[/b]. С 13.00 до 16.00 в Библиотеке иностранной литературы состоится Программа «Межкультурные поэтические чтения» (Русское поэтическое зарубежье). Затем там же пройдет Круглый стол «Поэзия материка и диаспоры: противостояние или слияние?».Наконец, [b]27 октября[/b], в субботу, в клубе «Билингва», начиная с 14.00, будут звучать нон-стоп стихи памяти Дмитрия Александровича Пригова.Кроме поэта Пригова, за минувший год фестиваль потерял еще одного очень важного для себя человека. Совсем недавно, а именно 6 сентября не стало бессменного директора «Биеннале поэтов», красивой женщины Надежды Вишняковой. Не сомневаюсь: память ушедших почтут на фестивале минутой молчания. И, конечно же, стихами.

Открою Кодекс на любой странице…

[b]Как это ни прискорбно, но лето окончательно кануло в Лету. Робкое солнце, правда, иногда появляется на небосклоне, но вот светит оно как-то стыдливо, будто бы извиняясь за то, что не греет. Все больше и больше таких дней, в которые, как раньше говорили, хороший хозяин собаку на улицу не выгонит. Человек не собака, но и он покидает свое жилище только по необходимости – до работы добраться, с работы, опять-таки домой… Если же необходимости нет…Телевизор, конечно, можно смотреть с утра и до вечера. Но таких самоубийц, хочется верить, не так много. Итак: обед приготовлен, уборка сделана (женский вариант), мусор вынесен, продукты закуплены (мужской). По телеку ничего такого, на что стоило бы потратить время. Вот тут-то в самый раз может оказаться книжка. Возможно, снятая с полки старая, любимая притом. Но предположим, что свежекупленная.Итак, какие книги покупали лучше всего посетители Торгового дома книги «Москва»?[/b]Я бы сильно удивилась, увидев на первом месте любую другую книгу. Ну, конечно, новый Гарри Поттер, что ж еще! Зря что ли, такие средства в рекламу вбуханы?! Умрет или не умрет главный герой? Действительно ли это последняя книга? К тому же в полночь, ровно в полночь…Что еще не удивило? Высокое место новой книги Сергей Лукьяненко – это раз (в смысле, после Ролинг – два). То же самое новой книги Татьяны Устиновой, а также десятая позиция Уголовного кодекса РФ – для того, чтобы законы нарушать, надо их знать, не так ли?Больше всего удивило наличие в «горячей двадцатке» книги Герхарда Шредера. Дорогая, толстая, серьезная… Неужели умнеем? Владимир Соловьев, Андрей Кончаловский и Борис Немцов тоже, как и экс-канцлер ФРГ, пишут о современной политике. А вот Михаил Веллер (вместе с Андреем Буровским) – о делах давно минувших дней, его роман о Гражданской войне написан, уверяют издатели, «на грани цинизма».Ура, все еще покупают относительно новых Гришковца, Дину Рубину и Владимира Войновича. Увы, не все еще затарились Робски и Вильмонт...По-прежнему удивительные результаты показывают книги Януша Вишневского, причем все три. Кроме него, Ролинг и Шредера из иностранцев в «горячей двадцатке» – Гавальда, Сеттерфилд и Вербер.Итого, 8:12 в пользу наших. С учетом Уголовного кодекса, разумеется.[b]«ГОРЯЧАЯ ДВАДЦАТКА» ТОРГОВОГО ДОМА КНИГИ «МОСКВА»1.[/b] ДЖОАН РОЛИНГ. [i]Гарри Поттер и дары смерти[/i].М.: Росмэн.[b]2.[/b] ГРИШКОВЕЦ. [i]Следы на мне[/i].М.: Махаон.[b]3.[/b] СЕРГЕЙ ЛУКЬЯНЕНКО. [i]Чистовик[/i].М.: Эксмо.[b]4.[/b] ТАТЬЯНА УСТИНОВА. [i]От первого до последнего слова[/i].М.: Эксмо.[b]5. [/b]РУБИНА. [i]Цыганка[/i].М.: Эксмо.6. ОКСАНА РОБСКИ. Casual-2. Пляска головой и ногами.М.: АСТ.[b]7.[/b] ВЛАДИМИР ВОЙНОВИЧ. [i]Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина. Книга 3. Перемещенное лицо[/i].М.: Эксмо.[b]8.[/b] ЯНУШ ВИШНЕВСКИЙ. [i]Любовница[/i].СПб: Азбука.[b]9.[/b] ЯНУШ ВИШНЕВСКИЙ. [i]Одиночество в сети[/i].СПб: Азбука.[b]10.[/b] [i]УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ[/i].М.: Омега-Л.[b]11.[/b] МИХАИЛ ВЕЛЛЕР. [i]Гражданская история безумной войны[/i].М.: АСТ.[b]12.[/b] ГЕРХАРД ШРЕДЕР. [i]Решения. Моя жизнь в политике[/i].М.: Европа.[b]13.[/b] ЯНУШ ВИШНЕВСКИЙ. [i]Повторение судьбы[/i].СПб: Азбука.[b]14.[/b] ДИАНА СЕТТЕРФИЛД. [i]Тринадцатая сказка[/i].СПб: Азбука.[b]15.[/b] АННА ГАВАЛЬДА. [i]Просто вместе[/i].М.: Флюид.[b]16.[/b] ВЛАДИМИР СОЛОВЬЕВ. [i]Апокалипсис от Владимира[/i].М.: Эксмо.[b]17.[/b] БЕРНАРД ВЕРБЕР. [i]Отец наших отцов[/i].М.: Гелеос; Рипол классик.[b]18.[/b] АНДРЕЙ КОНЧАЛОВСКИЙ, ВЛАДИМИР ПАСТУХОВ. [i]На трибуне реакционера[/i].М.: Эксмо.[b]19.[/b] БОРИС НЕМЦОВ. [i]Исповедь бунтаря[/i].М.: Партизан.[b]20.[/b] ЕКАТЕРИНА ВИЛЬМОНТ.[i] Крутая дамочка, или Нежнее, чем польская панна[/i].М.: АСТ.

Гражданство – русский язык

[b]Вчера стали известны имена полуфиналистов премии, которую может получить представитель талантливой молодежи (до 25 лет), пишущей на русском языке.[/b]Всего в лонг-листе 105 позиций. Пять авторов вошли туда сразу по двум номинациям, двое – под фамилией и под псевдонимом. Помимо традиционных номинаций – «Крупная проза», «Малая проза», «Поэзия» и «Драматургия», а также ежегодной «плавающей» (в этом году это «Фантастика»), 12 декабря будут названы три лауреата номинации «Молодой русский мир». Она создана по инициативе руководителя фонда «Поколение», депутата Госдумы РФ Андрея Скоча. В 2000 году он учредил «Дебют», а теперь решил поддержать молодых авторов из ближнего и дальнего зарубежья, пишущих по-русски, которые получат 90, 70 и 50 тысяч рублей.На пресс-конференции член жюри Ольга Кучкина отметила засилье мата и чернухи в пьесах соискателей. Максим Амелин с ней не согласился (он «жюрит» поэзию) и предположил, что весь мат и все проститутки эмигрировали в драматургию.В жюри под председательством Анатолия Приставкина входят также Андрей Волос (проза) и Мария Галина (фантастика).

Лекарство от скуки

[b]Если в доме есть хоть одна книжная полка, скорее всего, на ней есть роман Дюма. Это может быть старая затрепанная книжка со знаменитыми «Тремя мушкетерами», но – чем черт не шутит? – а вдруг это один из новеньких томов серии «Впервые в России»?[/b]Во времена моего детства романы Дюма были страшным дефицитом. Икра в московских магазинах иногда все же появлялась, а вот купить хоть какую книгу великого француза долгое время было решительно невозможно. Пока ктото умный не додумался до талонов за сданную макулатуру.У меня до сих пор стоят на полке два тома купленного таким образом «Графа МонтеКристо» 1977 года выпуска, со специальной надписью в конце о том, что «60 кг макулатуры сохраняют от вырубки одно дерево, которое вырастает в течение 50–80 лет».А до этого? Откуда мы брали книги Александра Дюма? Расскажу о личном опыте. В родительской библиотеке каким-то образом оказались «Черный тюльпан» и «Сорок пять», позднее мама добыла «Две Дианы». У одной моей подруги была «Королева Марго», у другой – «Три мушкетера». Естественно, все эти книги были прочитаны (и много раз перечитаны) не только нами тремя, но и нашими одноклассниками, у одного из которых, в свою очередь, оказался «Граф Монте-Кристо».Все остальное приходилось читать в библиотеке. Я была записана в несколько, но ни в одной Дюма не выдавали на дом. Приходилось ходить в читальный зал. Да-да, «Двадцать лет спустя» и три тома «Виконта де Бражелона» я прочитала, приходя после школы в библиотеку и просиживая там до закрытия, и так изо дня в день, кроме библиотечных выходных. Но даже и в читальных залах не удалось тогда достать «Графиню Монсоро», а ведь ее нам так не хватало! Начало трилогии – «Королева Марго» – к тому времени давно было освоено, конец – «Сорок пять» – тоже.Увы, но средняя, самая романтичная часть, в итоге была прочитана много позднее… Моим детям было проще. Когда они достигли возраста, в котором читают Дюма, всего этого уже было навалом. И они сполна отдали дань любимым книгам моего детства.Сын, даже уже служа в армии, приходя в увольнение, непременно брал в руки том Дюма. На мои сетования: прочел бы что-нибудь новенькое, он справедливо отвечал: про эту книгу я точно знаю, что она хороша, а твое новенькое еще непонятно, каким окажется…В новые времена романы Александра Дюма все время переиздавали. Но ведь он написал их столько! Полное собрание его сочинений, предпринятое в 1862–1889 годах во Франции Мишелем Леви, насчитывало 301 том. В начале 90-х издательство «АртБизнес-Центр» начало выпуск, как они об этом сами говорят, «самого полного в мире собрания сочинений Александра Дюма». Вплоть до знаменитого «Большого кулинарного словаря». К настоящему времени вышло уже около 70 томов.А совсем недавно то же издательство затеяло еще один проект. Издатели уверяют, что некоторые книги серии «Впервые в России» неизвестны и во Франции! Я держу в руках четыре уже вышедших книги.«Красный сфинкс» (другое название – «Граф де Море») – роман с двумя главными героями (один – известный по «Трем мушкетерам» кардинал Ришелье, которого Дюма рисует совершенно другими красками, другой – побочный сын Генриха IV). «Две королевы» – не путать с «Двумя Дианами»! – роман о двух Мариях, первой и второй женах испанского короля Карла II. «Ашборнский пастор» – мистический роман, в котором, наряду с людьми, действует призрак дамы в сером. Наконец, «Княгиня Монако» – роман о любовных приключениях при дворе Людовика ХIV (главная его героиня – Екатерина Шарлота де Грамон де Гримальди, пра-пра-пра- и так далее -бабка нынешнего князя Монако).На подходе – «Прусский террор», «Олимпия Клевская», другие романы. Для поклонников великого француза, а ими остаются порой до глубокой старости, Дюма много не бывает.

Книжкин дом

[i][b]Однажды в Ираке[/i]Андрей Остальский. Боги Багдада.М.: Время.[/b]Автор – известный в прошлом отечественный журналист-арабист, ныне главный редактор Русской службы Би-Би-Си (это важно!). В последнее время еще и писатель. Главные герои романа «Боги Багдада» – бывший советский, а ныне российский журналист Георгий; американец Джордж (возможно, это и вообще один и тот же человек, или, пользуясь рекламной терминологией, «два в одном»). Третий герой – Самир, тоже журналист, иракский, на момент повествования – уже мертвый (что не мешает Георгию писать ему письма как живому). Роман интересно построен, его очень украшает необычная любовная линия. Но порой трудно отделаться от впечатления, что основная цель книги – оправдать американское (и британское!) вторжение в Ирак…[i][b]Бигмаки наступают[/i]Самир Амин. Вирус либерализма: перманентная война и американизация мира.М.: Европа.[/b]Испокон века люди обзывали друг друга дураками. Один государственный деятель ругал подданных пидарасами.С недавнего времени появилось новое обзывательство – либерал. Но экономист и политолог Самир Амин считает либерализм болезнью, вирус которой возник в Старом Свете, пересек океан, там мутировал – и в конце ХХ века вернулся в Европу. «Построение гражданского общества и способной придать истинный смысл демократии гражданской политики невозможно без разрыва с либеральной догмой», – пишет Самир Амин. «Отныне и далее выбор ясен – принять гегемонию США и окрепший вирус либерализма, упрощенный до одного-единственного принципа «делать деньги», или отвергнуть и то и другое».[i][b]Со мной было то же самое[/i]Евгений Гришковец. Следы на мне.М.: Махаон.[/b]После пригламуренной «Рубашки», после небольшой, но противной роли в фильме «Прогулка», после ежедневного мелькания Евгения Гришковца на телеэкране…Короче, я, фанатка спектакля «Как я съел собаку», ничего более от человека-оркестра не ждала. Тем не менее книга «Следы на мне» меня очень порадовала. Какие-то рассказы, как обычно у Гришковца, написаны словно бы для того, чтобы читатель воскликнул: как это точно, со мной было то же самое, я так же мучился в новом доме без малейшего намека на звукоизоляцию («Над нами, под нами и за стенами»), так же не мог решить, куда поступать после школы («Дарвин»). Остальные отражают уникальный опыт самого рассказчика («Декан Данков», «Зависть»). Хороши и те и другие.[i][b]Не в шаговой доступности[/i]Анатолий Рубинов. История трех московских магазинов.М.: Новое литературное обозрение. Серия «Культура повседневности».[/b]Автор этой книги хорошо знаком читателям старой «Литературки», он был одним из тех, кто «делал лицо» газеты времен Александра Чаковского. В последние годы материалы Анатолия Рубинова появляются в «Новой газете». Эта книга у него не первая, даже в издательстве «НЛО» в той же серии выходила его «История бань».Итак, три самых знаменитых магазина. Начинаем загибать пальцы: ГУМ – раз, «Елисеевский» – два. Какой же третий? Может быть, «Центральный» на Лубянке? Или «Смоленский»? Не угадали. И я не угадала. Третий – это знаменитая «Кремлевка», что располагалась на улице Грановского (ныне Романов переулок). В книге Анатолия Рубинова – все самое-самое, явное и, что гораздо интереснее, тайное.Особенно интересно, конечно, все, что касается бывших «сильных мира сего»...[b][i]«Муму с Каштанкой лают за спиною»[/i]Геннадий Калашников. Звукоряд.М.: Эксмо.[/b]Последний сборник поэта Геннадия Калашникова выходил аж в 1995 году, то есть 12 лет назад. Этот, нынешний, очевидно, стал подарком ко дню его 60летия. Зная Гену как обаятельного, по-старомодному обходительного человека и совсем мало как поэта, я открыла сборник «Звукоряд», стала его листать – и провалилась в какое-то другое, не нынешнее пространство (я уж не говорю о времени!). Цитировать хочется многое, но за недостатком места приведу вот эти строки: «То, что прочел, оно с тобой всегда /и все своим подсвечивает светом. /Редеет облаков в Чертанове гряда, /так я сказал, и кто помог мне в этом? /Закат оплавил облака овал – /я сам сказал иль сказано не мною? /Я это вижу? Или прочитал? /Муму с Каштанкой лают за спиною».[i][b]Представителям поколения «там»[/i]Ив Энцлер. Монологи вагины.М.: Гаятри.[/b]Одноименный спектакль идет на сценах обеих столиц, московская версия объездила множество городов России (и не только). Вот так: скандальная (и у нас, и в США, где она появилась в 1996 году) пьеса вот уже несколько лет как переведена на русский язык (тот перевод сделал Василий Арканов), спектакли идут, а книги до сих пор не было. Теперь есть. Помимо самой пьесы, в книге много того, что вокруг, поэтому издатели заказали перевод другому переводчику, Анне Леденевой. А что же такое вагина? Это… то, что «там» (автор предисловия Глория Стейнем называет себя и всех женщин своей семьи, говорящих о половых органах эвфемизмами и шепотом, представителями поколения «там»). И вот вагина заговорила. Да так, что и в США, и в других странах, где осмелились поставить спектакли по пьесе Ив Энцлер, и вот уже который год у нас ее «разговоры» сопровождаются мощным шлейфом скандалов.[i][b]Тайна Пятого Евангелия[/i]Ив Жего, Дени Лепе. 1661.М.: Книжный Клуб 36,6.[/b]Людовик ХIV, Луиза де Лавальер, госпожа де Шеврез, Кольбер, Фуке, кардинал Мазарини и даже сам д`Артаньян! Не правда ли, знакомые все лица? Поклонники знаменитой трилогии Александра Дюма-пэра обрадуются им как родным. А вот и Мольер с Лафонтеном. Где-то на обочине – композитор Люлли и физик Паскаль.Перевел книгу небезызвестный Игорь Алчеев, большой знаток заповедных мест мира и загадочных событий мировой истории. Да и написали ее не какие-нибудь лохи, а историк Дени Лепе (автор документальной книги об Уинстоне Черчилле) и мэр города Монтеро-Фо-Йонна Ив Жего. И все эти мощные силы направлены на поиски не чего-нибудь, а Пятого Евангелия. Найдут? Не найдут? Прочтете – узнаете.

Кто вы, мистер Тарн?

[b]Вчера в зале «Есенин» гостиницы «Золотое кольцо» жюри под предводительством прозаика, эссеиста и переводчика Асара Эппеля огласило шорт-лист одной из самых важных для современной русской литературы премий.[/b]Минувший литературный год был на редкость урожайным – свои новые романы опубликовали Владимир Маканин, Виктор Пелевин, Владимир Сорокин, Людмила Улицкая, Алексей Слаповский, Дмитрий Быков, Анатолий Азольский, Андрей Волос, Анатолий Курчаткин и другие известные писатели.Изначально на премию «Русский Буккер» было представлено 78 произведений, но строгое жюри (кроме Асара Эппеля, в него вошли поэт и прозаик Олеся Николаева, питерский критик и эссеист Самуил Лурье, прозаик Олег Зайончковский и – от так называемой культурной общественности – режиссер Генриетта Яновская) допустило к конкурсу лишь 33. И вот вчера от них осталось всего 6: «Бухта Радости» Андрея Дмитриева («Знамя», №4), «Матисс» Александра Иличевского («Новый мир», №№ 2–3), «Конец иглы» Юрия Малецкого («Зарубежные записки», книга 7, № 3, 2006), «Человек, который знал все» Игоря Сахновского («Вагриус»), «Бог не играет в кости» Алекса Тарна («Русь» – «Олимп») и «Даниэль Штайн, переводчик» Людмилы Улицкой («Эксмо»).Произведения Андрея Дмитриева и – особенно – Людмилы Улицкой хорошо известны и уже вызвали противоречивые эмоции критиков – от восторгов до полного неприятия. «Даниэль Штайн, переводчик», а также романы Игоря Сахновского и Александра Иличевского, являются финалистами самой денежной премии – «Большой книги». А вот где бы взять книги Юрия Малецкого и Алекса Тарна – этим вопросом предстоит задаться не только любопытным читателям, но и большинству критиков.Последнего вообще называют «темной лошадкой» (про него было сказано лишь то, что прежде он писал политические боевики). Если и дальше пользоваться ипподромной терминологией, не раз уже бывало, в том числе и в истории этой литературной премии, что «темная лошадка» приходила к финишу первой. А финиш, напомню, 5 декабря. Именно в этот день кто-то получит 20 тысяч долларов. Остальным пяти финалистам достанется по 2 тысячи.

Кто у нас нынче в великих и всенародно любимых?

[b]Как же нас всех порадовало полноценное бабье лето! Гуляй – не хочу (в свободное, конечно, от работы время). Хоть где – в скверике, в парке, в палисаднике возле дома. Любуйся природой, тем более на дворе – рука об руку с бабьим летом – полноценная золотая осень. То и дело на лавочках – граждане обоего пола, которых можно объединить одним словом: читатели. Что же они читали в эти прекрасные осенние дни? Трудно сказать.[/b]А вот какие книги наиболее часто покупали – легко. Итак, перед вами – «горячая двадцатка» дома книги «Молодая гвардия».Первая позиция Робски понятна – предыдущая ее книга, «Устрицы под дождем», могла несколько обескуражить любительниц гламура, зато «Casual-2» их порадует однозначно. Не удивляет наличие в «двадцатке» новых произведений Донцовой и Устиновой, хорошо и то, что не они являются ее лидерами. А кто? Прежде всего радует вторая позиция долгожданной третьей книги о Чонкине юбиляра Владимира Войновича. Заодно народ решил вспомнить и первую книгу, у которой тоже приличное, девятое место. Интересно, а почему в рейтинге нет второй? Очень хороша «Цыганка» Дины Рубиной, правда, это не роман, а сборник рассказов. Новый Гришковец ничем не лучше, зато и не хуже старого, многочисленные поклонники будут довольны. А вот неизменный успех фэнтезийных изделий Марии Семеновой – полная для меня загадка! Диану Сеттерфилд сравнивают сразу со всеми сестрами Бронте. Любителям Шарлотты, Эмили и Энн ее прозу можно рекомендовать смело.«Апокалипсис» является продолжением «Евангелия» все от того же Владимира Соловьева. Андрей Кончаловский (хотя и в соавторстве) на одну позицию обогнал свою супругу. Другой Андрей, который доктор Курпатов, учит желающих растить исключительно счастливых детей.Некто Zотов (очевидно, псевдоним) написал книгу, от которой, уверяют издатели, вам не удастся оторваться. Проверим? Остальные позиции в рейтинге занимают книги-долгожители Натальи Бехтеревой, Дмитрия Емца, Анны Гавальды и – сразу две – Януша Вишневского.Итог – 4:16 в пользу наших! Из издательств лидирует «Эксмо».[b]«ГОРЯЧАЯ ДВАДЦАТКА» ДОМА КНИГИ «МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ»1.[/b] [i]ОКСАНА РОБСКИ[/i]. Casual-2. Пляска головой и ногами.М.: АСТ.[b]2.[/b] [i]ВЛАДИМИР ВОЙНОВИЧ[/i]. Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина. Книга 3. Перемещенное лицо.М.: Эксмо.[b]3.[/b] [i]ЕВГЕНИЙ ГРИШКОВЕЦ[/i]. Следы на мне.М.: Махаон.[b]4.[/b] [i]МАРИЯ СЕМЕНОВА[/i]. Бусый волк.Спб.: Азбука.[b]5.[/b] [i]ДИАНА СЕТТЕРФИЛД[/i]. Тринадцатая сказка.Спб.: Азбука.[b]6.[/b] [i]ВЛАДИМИР СОЛОВЬЕВ[/i]. Апокалипсис от Соловьева.М.: Эксмо.[b]7.[/b] [i]ДИНА РУБИНА[/i]. Цыганка.М.: Эксмо.[b]8.[/b] [i]ДМИТРИЙ ГЛУХОВСКИЙ[/i]. Метро 2033.М.: Популярная литература.[b]9.[/b] [i]ВЛАДИМИР ВОЙНОВИЧ[/i]. Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина. Книга 1.М.: Эксмо.[b]10. [/b][i]ДМИТРИЙ ЕМЕЦ[/i]. Мефодий Буслаев. Первый эйдос.М.: Эксмо.[b]11.[/b] [i]НАТАЛЬЯ БЕХТЕРЕВА[/i]. Магия мозга и лабиринты жизни.М.: АСТ; Сова.[b]12.[/b] [i]ЯНУШ ВИШНЕВСКИЙ[/i]. Одиночество в сети.Спб.: Азбука.[b]13.[/b] [i]АННА ГАВАЛЬДА[/i]. Просто вместе.М.: Флюид.[b]14.[/b] [i]АНДРЕЙ КУРПАТОВ[/i]. Руководство для Фрекен Бок.М.: Олма Медиа Групп.[b]15.[/b] [i]ЯНУШ ВИШНЕВСКИЙ[/i]. Любовница.Спб.: Азбука.[b]16.[/b] [i]ДАРЬЯ ДОНЦОВА[/i]. Нежный супруг олигарха.М.: Эксмо.[b]17.[/b] [i]ZОТОВ[/i]. Минус ангел.М.: Олма Медиа Групп.[b]18.[/b] [i]АНДРЕЙ КОНЧАЛОВСКИЙ, ВЛАДИМИР ПАСТУХОВ[/i]. На трибуне реакционера.М.: Эксмо.[b]19.[/b] [i]ЮЛИЯ ВЫСОЦКАЯ[/i]. Глянец (на основе одноименного сценария А.Кончаловского и Е- Смирновой).М.: Эксмо.[b]20.[/b] [i]ТАТЬЯНА УСТИНОВА[/i]. Отель последней надежды.М.: Эксмо.

Французы тут как тут

[b]Недавно завершила свою работу осенняя книжная ярмарка. Казалось, что все интересные книжные события происходят именно там. Больше того, представлялось, что и покупают-то книги только на ярмарке. Где же еще? Но не все захотели, а главное – смогли бросить все дела и примчаться на ВВЦ. Кому-то проще дойти до книжного магазина. Например, до «Библио-Глобуса», который, кстати, продолжает отмечать свой 50-летний юбилей. И вот вам две его «горячие» десятки. В фокусе, естественно, исключительно художественная литература.[/b]Ну и ну! Вроде бы Франция была главным гостем московской книжной ярмарки в прошлом году. Вроде бы Вербер приезжал тогда же. Откуда же такой мощный всплеск интереса к его, в общем-то, уже не новым вещам? Очевидно, коммерческий успех прежних произведений этого автора подстегнул выход нового романа в переплете, тем более что они-то как раз вышли в более дешевом варианте, т. е. в мягкой обложке. Все это удивительно, но не странно, потому что Вербер – писатель умный и увлекательный одновременно.Гораздо удивительнее появление в десятке старого романа госпожи Ролинг. Видимо, народ настолько озверел в ожидании новой книги, что готов читать хоть что, лишь бы про Гарри Поттера.Кстати, на книжной ярмарке в витрине издательства «Росмэн» можно было видеть русское издание седьмого и последнего романа «поттерианы». Тем, кто заполнил почтовую карточку, книга «Гарри Поттер и дары смерти» будет доставлена в день ее выхода – 13 октября.В рейтинге имеется еще одна детская позиция – новый роман Дмитрия Емца. В отличие от английской домохозяйки Джоан Ролинг, Дима Емец молод, полон сил и не собирается завершать ни одну из своих серий.Польский писатель Януш Вишневский не ожидал, что в Москве ему будет оказан такой горячий прием. Его третий роман «Любовница» занял хорошее место в рейтинге лучших продаж, как до того занимали первые два – «Одиночество в сети» и «Повторение судьбы».Все остальные книги обеих десяток – наши старые знакомые. Хотя, не скрою, приятно, что народ вдруг массово обратился к тоже давно уже вышедшей в серии «Азбука-классика» книге Дени Дидро. Хоть этот роман и из разряда, мягко говоря, галантных, но уж лучше эротика в качественном исполнении, чем в топорном.А вот что по-настоящему удивительно и приятно, так это наличие в середине первой десятки романа Майи Кучерской «Бог дождя». О сложных, тонких, интимных (не в том смысле, который имеет в виду Дени Дидро) вещах писательница пишет просто и сильно.Подведем итоги. «Гелеос» благодаря Бернарду Верберу и издательству «Рипол Классик» догнал книжный гигант «Эксмо». А иностранцы благодаря все тому же Верберу с разгромным счетом – 13:7 – победили наших.[b]«ГОРЯЧАЯ ДВАДЦАТКА» МАГАЗИНА «БИБЛИО-ГЛОБУС»[i]ТВЕРДЫЙ ПЕРЕПЛЕТ:[/i]1. БЕРНАРД ВЕРБЕР[/b]. Отец наших отцов.М.: Гелеос.[b]2. ПАВЕЛ АСТАХОВ[/b]. Рейдер.М.: Эксмо.[b]3. СОФИ КИНСЕЛЛА[/b]. Шопоголик и бэби. М.: Эксмо.Серия «Шопоголик».[b]4. ЮЛИЯ ВЫСОЦКАЯ[/b]. Глянец ([i]на основе одноименного сценария А. Кончаловского и Е. Смирновой[/i]).М.: Эксмо.[b]5. МАЙЯ КУЧЕРСКАЯ[/b]. Бог дождя.М.: Время.[b]6. ЯНУШ ВИШНЕВСКИЙ[/b]. Любовница. СПб.:Азбука.[b]7. ДМИТРИЙ ЕМЕЦ[/b]. Мефодий Буслаев. Первый эйдос.М.: Эксмо.[b]8. МАРИЯ АРБАТОВА[/b]. Дегустация Индии.М.: Эксмо.[b]9. ДЖОАН РОЛИНГ[/b]. Гарри Поттер и принц-полукровка.М.: Росмэн.[b]10. АННА ГАВАЛЬДА[/b]. Просто вместе.М.: Флюид.[b][i]МЯГКАЯ ОБЛОЖКА:[/i]1. ДМИТРИЙ ГЛУХОВСКИЙ[/b]. Метро 2033.М.: Популярная литература.[b]2. БЕРНАРД ВЕРБЕР[/b]. Мы, боги. Волшебный остров.М.: Рипол Классик; Гелеос.[b]3. БЕРНАРД ВЕРБЕР[/b]. Империя ангелов.М.: Рипол Классик; Гелеос.[b]4. БЕРНАРД ВЕРБЕР[/b]. Муравьи.М.: Рипол Классик; Гелеос.[b]5. ИЗАБЕЛЬ ВУЛЬФ[/b]. Стеклянная свадьба.СПб.: Амфора.[b]6. ЧАК ПАЛАНИК[/b]. Бойцовский клуб.М.: АСТ. Серия «Альтернатива».[b]7. КРИС МАНБИ[/b]. Клуб одиноких сердец.М.: Ред Фиш. Серия «Романтическая комедия».[b]8. БЕРНАРД ВЕРБЕР[/b]. День муравья.М.: Рипол Классик; Гелеос.[b]9. ДЕНИ ДИДРО[/b]. Нескромные сокровища.СПб.: Азбука-классика.[b]10. ЭДУАРД БАГИРОВ[/b]. Гастарбайтер.М.: Популярная литература.

Русский красавец

[b]В далеком уже прошлом (1979) – один из активнейших участников легендарного альманаха «Метрополь», позднее – успешный (особенно на Западе) прозаик, авторитетный литературовед, ныне – автор и ведущий одного из самых популярных телешоу канала «Культура» – «Апокриф», к тому же – молодой муж и отец... Неужели все это один и тот же человек?[/b]Виктор Ерофеев родился в семье высокопоставленного дипломата. Закончил филфак МГУ, затем аспирантуру. Активно печатался, стал членом Союза писателей СССР, из которого его исключили после истории с «Метрополем».Ерофеева гнобили вместе с такими мэтрами, как Василий Аксенов, Андрей Битов, Белла Ахмадулина, и другими тоже очень известными участниками альманаха, – то была слава.Второй раз Виктор Ерофеев проснулся знаменитым на следующий день после выхода 4 июля 1990 года номера «Литературной газеты» с его статьей «Поминки по советской литературе». С Ерофеевым полемизировали тогда лучшие перья страны, доказывая очевидное: нет, не умерла, а если и умерла, то не вся.А Виктор Ерофеев знай себе ухмылялся!Затем наступило время своеобразной славы романа «Русская красавица», первой отечественной суперэротики. Критики плевались, а читатели, как им и положено, читали.С этого романа началась удивляющая многих популярность Виктора Ерофеева на Западе.С начала 90-х годов Виктор Ерофеев – одна из важных фигур отечественного литературно-окололитературного пространства. Его инсценируют, экранизируют. Сам он постоянно что-то пишет и издает. Из самого заметного за последнее время – двухтомник «Русские цветы зла» и «Время рожать», которому он и автор, и составитель.Телезрители знают и любят интеллектуальное ток-шоу Виктора Ерофеева «Апокриф». Попасть на передачу – большая удача, поэтому у Ерофеева можно увидеть самых значительных современных русских писателей, критиков, искусствоведов, политологов и много кого еще.Судя по активности Виктора Ерофеева, а также по тому образу, в котором он предстает перед нами на телеэкране, к своему 60-летнему юбилею писатель-шоумен подошел в полном расцвете творческих и человеческих сил.Так держать!

Ярмарка красных фонариков

[b]Московская международная книжная выставка-ярмарка нынче дважды юбилярша: во-первых, она ХХ по счету, во-вторых, исполнилось ровно 30 лет с момента проведения первого подобного форума (обычно подобные цифры совпадают, но бывали годы, когда ММКВЯ не проводилась).[/b]Юбилярам, тем более двойным, принято дарить подарки. Начали природа с погодой – как раз к открытию ХХ ММКВЯ в столицу снова заглянуло лето. К выходным, правда, похолодало, а в воскресенье и вовсе пошел дождь, но в павильонах было попрежнему светло и тепло, местами даже жарко. А по дороге к ярмарке глаз в любую погоду радовали самые разнообразные цветочные композиции.В прошлом году открытие сентябрьской книжной ярмарки посетил председатель Совета Федерации РФ Сергей Миронов. Это стало сенсацией, потому что до него первые лица государства ММКВЯ не баловали. Некогда, правда, ярмарку открывал Владимир Путин (тогда еще не президент, а премьер-министр), но в последние годы старожилы рассказывали об этом, как об одном из подвигов Геракла. И вдруг не один, а сразу два руководителя высочайшего уровня.ХХ ММКВЯ открывали первый вице-премьер правительства РФ Дмитрий Медведев и член Госсовета КНР (Китай был главным гостем прошедшей ярмарки) госпожа Чэнь Чжили. После всех положенных выступлений в небо взлетели воздушные шары, и уж не знаю, было ли так задумано, но, набрав высоту, они вдруг сложились в почти точную карту Российской Федерации. И ярмарка началась.Еще одним высоким гостем ХХ ММКВЯ стал Герхард Шредер. У него особое отношение к России, ведь они вместе с супругой усыновили двух русских детей. Только что в издательстве «Европа» у Шредера вышла книга «Решения. Моя жизнь в политике», предисловие к которой написал первый вице-премьер правительства РФ Дмитрий Медведев. Издательство пригласило ее автора в Россию. Жаль, что он смог вырваться лишь на один день. Но хотя непосредственно на ВВЦ Герхард Шредер приехать не смог, его книга – внушительная на вид, отлично изданная и содержательная внутри – стала большим событием ярмарки.Считается, что первые дни ММКВЯ работает в основном для специалистов. Но народу с самого начала было много. А, например, в субботу и вовсе было не протолкнуться. К тому же, напомню, суббота – день детский. Прямо на территории ярмарки работали аттракционы, а в дополнительных павильонах для детей крутили мультики, пели песни под гитару. Некоторые мамы приходили сюда, держа одного ребенка за руку, а другого – катя в коляске. Конечно, детские книжки можно было купить и во «взрослых» павильонах тоже, но там нельзя было сесть за специальный столик и всласть порисовать, зато легко было потеряться.Хотя, например, в 57-м павильоне потеряться вполне мог и взрослый. Толпа там была просто небывалой густоты, а мероприятия следовали не просто одно за другим, но помногу одновременно. Назовите мне любого современного писателя, и я скажу вам, на каком стенде он выступал! Василий Аксенов? На стенде «Эксмо». Из другой, как говорится, оперы Александра Маринина – там же. А вот Полина Дашкова – на стенде «АСТ», как и сверхмодный Сергей Минаев.Прекрасный прозаик Александр Кабаков? На стенде «Вагриуса» (это уже 20-й павильон), вслед за Ольгой Славниковой, последним по времени лауреатом Букера.Рядом, на стенде «Книжного Клуба 36,6» пел под гитару и отвечал на вопросы Рыба – легендарный гитарист группы «Кино» Алексей Рыбин. Хотите иностранцев? Пожалуйста. Автор «Одиночества в сети» и еще двух романов, последний из которых, «Любовница», появился в русском переводе именно на ярмарке, поляк Януш Вишневский выступал на стенде «Азбуки», автор превосходных триллеров «Убийственно просто», «Убийственно красиво» и «Убийственно жив» англичанин Питер Джеймс – на стенде «Центрполиграфа».Но главными иностранцами на ярмарке были, конечно же, китайцы. Они отхватили аж целую тысячу квадратных метров. Экспозиция КНР была видна издалека благодаря гирляндам красивых красных бумажных фонариков. У китайцев все время что-то происходило. Встречи с писателями, «круглые столы». Взгляд простого, непродвинутого посетителя привлекали в первую очередь детские книжки с удивительно красивыми картинками.Можно было получить в подарок тут же изготовленную ручным способом изящную литографию, а заодно узнать (или вспомнить): первыми изобрели бумагу именно китайцы.Во время проведения ХХ ММКВЯ были вручены премии «Книга года», «Александр Невский», «Алые паруса» и некоторые другие.Впервые за пределами ярмарки с большим успехом прошел фестиваль «Читай город». А то раньше оставалось только завидовать, например, Лейпцигу, где все самое интересное происходит обычно в разных интересных городских кафешках. А теперь и у нас можно было нарисовать Петровича на мастер-классе у Андрея Бильжо (клуб «Петрович»); побывать на концерте-презентации книги Артемия Троицкого Back in the USSR (клуб «Б2»); спросить Алексея Иванова о том, почему он не переезжает в Москву и не берет псевдоним (клуб ArteFAQ), и так далее.Теперь все закончилось. Будем жить до следующей сентябрьской ярмарки (не забыв посетить в декабре Non fiction и в марте «Книги России»). И надеяться, что она пройдет-таки в новом павильоне. Ибо этого, самого главного подарка к двум своим юбилеям ММКВЯ так и не получила.