Сергей Молчанов — все материалы автора

Приметы и советы

Народные приметы на 30 марта 2026 года

Народные приметы на 29 марта 2026 года

Народные приметы на 28 марта 2026 года

Народные приметы на 27 марта 2026 года

Народные приметы на 26 марта 2026 года

Народный календарь. Что нужно пить 30 марта, чтобы обрести силу и здоровье

Народный календарь. Как в Саввин день, 29 марта, узнать будущее по скрипу колес

Народный календарь. Почему 28 марта нельзя перебирать вещи в шкафу

Народный календарь. Как избежать конфликтов на Федора Скотника, 27 марта

Народный календарь. Что сделать 26 марта, чтобы сохранить красоту на долгие годы

Сергей Молчанов

Елена Исинбаева стала лучшей!

В ВОСКРЕСЕНЬЕ в столице Монако Монте-Карло состоялась церемония награждения лучших легкоатлетов года.Лучшими в 2008 году признаны двукратная олимпийская чемпионка, 24-кратная рекордсменка мира в прыжках с шестом, непобедимая россиянка Елена Исинбаева и трехкратный олимпийский чемпион, трехкратный рекордсмен мира в спринте Усэйн Болт из Ямайки.Исинбаева в течение этого сезона трижды улучшила мировой рекорд. В июне в Риме был показан результат 5,03 метра, а в конце месяца в Монако – 5,04. Третий раз мировой рекорд покорился 26-летней спортсменке из Волгограда 18 августа 2008 года на Олимпийских играх в Пекине. Исинбаева завоевала золотую медаль последовательно в попытках – сначала установив олимпийский – 4,95 метра, а затем и мировой рекорд – 5,05 метра.Отметим, что Исинбаева уже признавалась лучшей в 2004 и 2005 годах.В споре за почетное звание Исинбаева совсем ненамного опередила темнокожую эфиопскую бегунью на длинных дистанциях Тирунеш Дибаба, которая на Олимпиаде в Пекине одержала две победы на дистанциях 5000 и 10 000 метров. В итоге Дибаба получила премию «За самое яркое выступление года».Если у женщин до самого конца не было ясно, кто станет обладательницей звания лучшей, то у мужчин кандидатура Усейна Болта не вызывала никаких сомнений. 22-летний спринтер из Ямайки выиграл три золотые медали на Олимпийских играх в Пекине.Болт был первым на дистанциях 100 и 200 метров, а также победил в эстафете 4х100 метров.«У меня есть такой девиз, что ничего невозможного нет, – заявил лучший легкоатлет 2008 года. – Эта награда действительно очень большая честь. Попадание в список выдающихся спортсменов само по себе большой успех.Я буду пытаться делать это год за годом».Премию «За самое яркое выступление года» получил олимпийский чемпион на дистанции 110 метров с барьерами кубинец Дэйрон Роблес, в июне установивший новый мировой рекорд в своей дисциплине, показав время 12,87 секунды.Молодой кениец Памела Джелимо получил награду «Открытие года», практически неизвестный спортсмен в 2008 году стал лучшим бегуном в мире на дистанции 800 метров. Главными достижениями этого сезона у Джелимо стали победа в Пекине, а также выигрыш джекпота международной легкоатлетической федерации в размере 1 млн долларов. Денежная награда Исинбаевой и Болта была скромнее, но тоже весьма неплохой: оба спортсмена получили по 100 тысяч североамериканских рублей.[b]Прямая речь[/b] Елена ИСИНБАЕВА, лучшая легкоатлетка 2008 года: – Эта последняя награда значит для меня больше, чем две предыдущие.Тогда я была на пике, а сейчас я сумела преодолеть сложную полосу. Мой тренер Виталий Петров говорит, что разница между мужским и женским прыжком с шестом должна составлять один метр. Мужской мировой рекорд Сергея Бубки стоит на отметке 6,15 м. Значит, я должна прибавить к своему сегодняшнему рекордному результату еще минимум 10 сантиметров! И я чувствую, что у меня еще есть резервы. [b] Елена ДЕМЕНТЬЕВА, олимпийская чемпионка по теннису: [/b]Моя победа на Олимпиаде в том числе и для вас! – «Вечерку» выписывали еще мои родители. Это истинно московская газета, и я, как жительница этого города, тоже люблю эту газету. Не всегда успеваю следить за событиями в городской жизни, и «Вечерняя Москва» мне в этом помогает. А еще мне нравится, как вы поддерживаете на страницах газеты московских спортсменов. Поэтому победа на Олимпиаде в том числе и для вас, сотрудников газеты. Тем более в юбилейный год

Праздник здоровья и красоты

В МИНУВШИЕ выходные дни на Лужнецкой набережной состоялись общегородские соревнования по танцевальной аэробике на Кубок мэра Москвы среди фитнес-клубов.В Москве сегодня делается все возможное для того, чтобы выражение «здоровый образ жизни» стало для большинства жителей города не пустым звуком. Ведь здоровье нации – это государственная проблема. По словам президента России Дмитрия Медведева, около 80 процентов населения вообще не занимаются ни спортом, ни физкультурой.«Это крайне тревожный показатель», – подчеркивает глава государства.Но в столице сегодня уже сделано немало. Большинство спортивных объектов реконструируются, постоянно строятся и сдаются в эксплуатацию новые спортсооружения, те же ФОКи. Проходит множество спортивных общегородских мероприятий, которые становятся настоящими праздниками для москвичей.В числе этих праздников и ежедневная выставка-фестиваль здорового досуга «Фитнес-Москва», в рамках которой 9 ноября в Лужниках прошли общегородские соревнования по танцевальной аэробике на Кубок мэра Москвы среди фитнес-клубов города.Организаторами этого мероприятия стали Москомспорт и «Фитнес-Москва».Победителей определяли в четырех номинациях: клубный танец, танец живота, оригинальный танец, степ-аэробика. Оценивались не только техника исполнения спортивного танца и его хореографическое решение, но и костюмы, прически членов команды, умение подарить зрителям настоящее шоу, музыка. Поэтому в состав судейской коллегии вошли такие известные спортсмены, как знаменитая фигуристка Ирина Роднина, гимнаст Алексей Немов, стилист Александр Мысин.Победителей награждали Кубком мэра Москвы, который по специальному заказу сделал известный скульптор Александр Рукавишников, автор памятников Юрию Никулину, Владимиру Высоцкому.Кроме того, победители получили памятные грамоты, а лучший клуб получил сертификат на предоставление городской рекламы: на протяжении месяца на рекламных щитах будут размещены фотографии команд-победителей с указанием фитнес-клуба.[b]Прямая речь[/b] Юрий ЛУЖКОВ, мэр Москвы: – Именно благодаря таким соревнованиям каждый получает прекрасную возможность заниматься спортом. Это воспитывает характер, заставляет людей почувствовать красоту, становиться лучше и внешне, и внутренне. [b]ЧИТАЕМ ВМЕСТЕ[/b] Какое место спорт занимает в вашей жизни? Сергей ГОНЧАРОВ, депутат Мосгордумы: – Спорт в моей жизни занимает не ведущее место, но одно из первых. Спорт помогает не только хорошо выглядеть физически, но и ощущать возможности своего тела.Особенно если человек в возрасте, а выполняет упражнения, рассчитанные на молодых людей.

А в ответ: ту-ту-ту…

[b]Илья Ильф и Евгений Петров в одном из своих романов выделили некую социальную общность людей – Пешеходы. Это граждане, находящиеся вне движущегося транспортного средства, коим противостоит общность индивидуумов, движущаяся в этот самый момент в этом самом транспортном средстве.[/b]Нисколько не претендуя на.., а токмо по аналогии с классиками, посмею выделить еще одну современную социальную «малую» группу, условно назову ее «телеобщностью». Которая, в свою очередь, разделяется на две огромные социальные ячейки: тех, кто телевидение делает, как они сами себя причудливо называют «мейкеры», и тех, кто плоды их «мейкерства» без причуд потребляет – телезрителей. И общались они между собой тихо и спокойно, не вступая в виртуальные отношения через телевизор, до поры до времени. Телезритель оттачивал перо в эпистолярном жанре, заваливая ТВ мешками писем. Отношения эти были скорее... платонические. Пока не вернулся из Англии туманной бывший «вестник» Александр Гурнов и не привез с собою «учености плоды», примочку заморскую – интерактив. (Хотя, помнится, что-то подобное пытался практиковать Дибров в году 93-м на канале «Свежий ветер».) Это когда в передаче якобы интересуются мнением народа по тому или другому вопросу, а народ, в лице отдельных телезрителей, может огласить его по специальному телефону. Тут-то все и началось! Новая технология вызвала необычайный ажиотаж в каждой из групп. В первой забегали. Одних «курьеров тридцать тыщ» понеслось в телефонные компании за новыми номерами, редакторам передач прибавилось работенки – к каждому эфиру выдавать на-гора вопросы для интерактивного опроса телезрителей. А те, в свою очередь, изменили тактику просмотра – стали глядеть в телевизор одним глазом. Да и то лишь в низ экрана, где располагался телефон прямого эфира. Потому что второй глаз искал эти же цифры на своем телефонном аппарате. Одно ухо слушало телевизор, другое – «ту-ту-ту...» в трубке. Сознание готовило обстоятельный мотивированный ответ на предложенный вопрос. Собственный опыт, мировоззрение, цитаты из классиков литературы и философии! Но «ту-ту-ту...» было бесконечным. Передача шла, но проходиламимо сознания, которое реагировало не на выступления интересных гостей, не на сюжеты или неожиданные повороты в дискуссии, а только на реплики прорвавшихся в эфир «счастливчиков». Реагировало ревностно.Таковы, или приблизительно таковы, были первые шаги интерактива на нашем ТВ. Количество писем в телепередачи резко сократилось. У интерактива появился первый герой или кара телевизионная – колдун Кулебякин, умудрявшийся прозваниваться в любые эфиры сразу и по нескольку раз в течение передачи. Ответы телезрителей повторяли друг друга. «Эге!» – смекнули редакторы. – «Это не дело». И придумали! Теперь интерактив стал таким: конкретный вопрос и тут же два готовых ответа на него с четкими формулировками: «да» и «нет» или «за» и «против», никаких нюансов (сказано – в морг, значит, в морг!). И телефоны, каждый из которых соответствует одному из ответов. И компьютер, который подсчитывает количество звонков. И все. Ни «здрасьте», ни «спасибодосвиданья». Думали, отвадят телезрителя, лишив его возможности растечься мыслею по древу. Ан нет! Звонят! Вопросы на «обсуждение» можно выносить абсолютно любые, все равно, та часть телезрителей, которая раньше писала письма, потом звонила в прямой эфир, будет поставлять цифирь для интерактива. Они дня не могут прожить, не высказав свою позицию по тому или иному вопросу. Несмотря на очевидную некорректность вопросов, а точнее, ответов.Потом, видимо, посмотрев на себя со стороны, через телевизор, некоторые либерально мыслящие телеголовы ужаснулись зажиму демократии и ввели третий вариант ответа, предоставляющий пусть маленькую, но лазейку в свободе выбора: «не знаю» или «не определился». И на том спасибо.Но телезрителю хотелось поговорить. Уловив этот витающий в эфире социальный заказ, наиболее «продвинутые» (куда?) передачи стали строить интерактивный опрос на шутках юмора, преимущественно черного. «Когда б вы знали, из какого сора...!» – ухмылялись телевизионные люди и изгалялись, кто как может.Падала ли вам когда-нибудь на голову сосулька? Да. Нет. Падала, но на другое место. Били ли вас когда-нибудь на улице? Били. Не били. Я сам бью. И т. д. и т. п.В этом случае третий вариант ответа ориентирован как раз на того телезрителя, который является основным поставщиком незатейливых, а чаще придуманных, историй.Смешно до слез.

В списках не значились?

[b]Когда мы с женой оказываемся в Подмосковье и видим обелиски со списками погибших воинов, всегда вчитываемся в каждую скорбную строчку в надежде наткнуться на фамилию деда жены – С. А Дудова. Не может же быть, что не осталось и следа от человека, защищавшего Москву в народном ополчении и отдавшего за нее жизнь![/b]Народное ополчение никогда не принималось профессиональными военными всерьез. Народ для полковников и генералов – всего лишь «пушечное мясо», статистика потерь среди мирного населения. А народ собирается в ополчение, когда видит, что никакой военный профессионализм не спасает от врага. Так было и в 1611 году с Пожарским и Мининым, и в 1812-м, так, увы, сложилось и в 1941-м. Москвичи заслонили телами подходы к столице. И в прямом, и в переносном смысле.К июню этого рокового года дед моей жены, Сергей Александрович Дудов, уже отслужил «срочную» и работал бухгалтером. В июле 41-го он пришел добровольцем в Ленинский военкомат. Раньше, чем было объявлено Постановление о демобилизации в дивизии Народного ополчения граждан от 17 до 55 лет, хотя имел право на «бронь». Оттуда его завернули. -Тогда он пришел на пункт по месту призыва. Там забирали всех...Задним умом понимаю, что сделал он это все неправильно с бюрократической точки зрения. Военкоматы не сообщались с этими призывными пунктами, списки призывников и добровольцев разнились и повторялись, короче, была катастрофическая скороспешность в составлении документации. Последняя запись в его трудовой книжке гласит: «Зачислен в Народное ополчение. Пр. от 6. 07. 41». И все. Больше, дальше – никаких следов, кроме справки, выданной Москворецким военным комиссариатом его жене в том, что «Дудов Сергей Александрович, находясь на фронте Великой Отечественной войны, пропал без вести 6 декабря 1941 года».Я разговаривал в конце семидесятых с бабушкой жены, Галиной Алексеевной, о необходимости запросов в соответствующие инстанции, ведь родные ополченца по приказу Сталина должны были получать содержание по месту работы кормильца. Но предприятия эвакуировались и вывозились на Восток, советские чиновники требовали свидетельство о гибели мужа. А на руках у вдовы – не вдовы тогда была четырехлетняя дочь. Галина отмахивалась от меня. Мол, верю, что жив... Потом призналась, что в течение тридцати лет пыталась узнать о судьбе мужа. И не перестала ждать, воспитала дочь, внучку, все равно в душе была жива надежда, вдруг объявится...Ах, Галина Алексеевна, как будто в той мясорубке кто-то мог выжить! А в плен тогда не брали, не нужны были гитлеровцам ополченцы, возни с ними... Так же, как и советской чиновничьей братии. Остались вы доживать свой век без пенсии по утрате кормильца, в подвешенном социальном статусе, спасибо – не расстреляли! Самое печальное – что судьбы С. А. Дудова и его жены типичны для сотен тысяч ополченцев и их родственников. А мы все твердим: никто не забыт, и ничто не забыто! Сейчас и концов не найти...Нисколько не умаляя истинный общий подвиг армии и народа в страшнейшей войне, давайте все-таки помнить, что и армия, и народ состоят из каждого конкретного человека, любящего свою Родину и готового отдать за нее жизнь. И без этого человека народ – неполный.

ВНУК АСАФА, СЫН БОРИСА

[i]МЕССЕРЕР. При упоминании этой фамилии полстраны встанет и скажет: «Асаф!» Танцовщик и балетмейстер Большого театра. Потом еще раз встанет и скажет: «Борис!» Театральный художник с мировым именем, непревзойденный мастер инсталляции. Я хочу вам представить Александра Мессерера, внука Асафа и сына Бориса, который также посвятил себя живописи.[/i][b]— Александр, имея таких «фамильных» предшественников, не опасался ли ты, что природа в какой-то мере на тебе отдыхает? [/b]— Я человек иного склада, нежели отец. Папа — человек общественный, с именем, которого знает вся Москва, художник, оформивший массу спектаклей. А я человек более закрытый, пишу в основном пейзажи, делаю графические композиции. Я художник другой стези, отличной от батюшкиной. У меня, к сожалению, не сложились отношения с театром. В молодости я учился в Школе-студии МХАТа, и учился довольно-таки плохо. Театр меня тогда не увлек. А увлекло живописание маслом этюдов и пейзажей. И я остановился на этом и достиг постепенно определенного уровня.[b]— Так «достиг» или «остановился»? [/b]— Любой художник знает себе цену и отдает себе в этом отчет.[b]— Творческая ревность к отцу имеет место? [/b]— Это исключено. Он с детства правильно меня корректировал в нужном творческом направлении. Другое дело, что в молодости я ленился... выпивал, вращался в разных кругах... женщины... Это все сыграло свою роль. Если бы я тогда уделял больше внимания живописи, мастерству, я бы достиг сегодня больших высот.За последние годы я часто помогал отцу делать спектакли, оформлять выставки. Вот для выставки «Художники Большого театра» за 250 лет полгода компоновал монтажные листы. Пусть эта работа более техническая, чем творческая, но папа мне дает возможность проявить себя и подзаработать. Мы — энергетически сообщающиеся сосуды.[b]— Допускаешь, что если бы ты не был сыном Бориса Мессерера, твоя судьба художника могла сложиться по-другому? [/b]— Допускаю. Потому-то и не претендую на... Но многие люди, мнение которых я уважаю, меня поощряли в моих поисках. И отец всегда видел в них светлое. Тут ведь еще дело в том, что каждый художник проходит путь «ломающийся».Только неизвестно, каким будет направление излома — вверх он пойдет или вниз. Чтобы не скатиться вниз, прошу прощения за пафос, нужно блюсти душу.[b]— Понимание этого — тоже от отца? [/b]— Из семьи. Бабушка — Анель Алексеевна Судакевич, ей исполнилось 95 лет, она в конце 20-х начинала как актриса немого кино, у Пудовкина и Завадского. Двадцать пять лет проработала художником в Цирке на Цветном бульваре. Делала костюмы Олегу Попову.Мама — балетный человек, танцевала в Большом театре, потом преподавала, снялась в фильме «Я Вас любил», где сыграла практически саму себя.[b]— Знаю, что ты и армию оттрубил.[/b]— Да, в самом конце семидесятых. После первого курса меня, грубо говоря, выперли из Школы-студии МХАТа за «хвосты». И встал вопрос: идти или не идти в армию. И я сам туда пошел, хотя отец с его связями мог вполне и «отмазать». У меня об армии были какие-то радужные представления, наверное, потому, что я читал про солдата Швейка и не читал про солдата Чонкина. Короче, из МХАТа — за МКАД. Год служил в Загорске, был художником в артиллерийской части. Потом, по не зависящим от меня причинам, был переведен в стройбат под Липецк. Конечно, было жутко тяжело: и москвич, и фамилия какая-то нерусская. Но я ни о чем не жалел, это был мой выбор.[b]— Ты давно уже сам отец неоднократный. Как с проблемой «отцов и детей»? [/b]— Да какие проблемы! У меня три дочери. Ане 10 лет, Маше — 8, а Ниночка еще маленькая, ей два с половиной. Старшие — в балете, но и очень живо, симпатично рисуют. Они видели работы моего отца, мои картины, при этом у каждой свой художественный взгляд, тяготеющий (ха-ха) к моему.

ИГОРЬ КИРИЛЛОВ: МОЯ ЖИЗНЬ С «ОГОНЬКОМ»

[i]Когда Игорь Леонидович отвечает отказом на просьбу об интервью, не возникает даже мысли попробовать настоять на этом. Безукоризненно вежливое «Извините, мне кажется, я не смогу рассказать вам ничего интересного», сказанное голосом Кириллова, почти убеждает в бесперспективности попыток встретиться.Только для «Вечерней Москвы» в канун новогодних праздников Игорь Леонидович сделал исключение и согласился ответить на вопросы корреспондента.[/i][b]— Игорь Леонидович, как и кто затеплил «Голубой огонек»? [/b]— До «огонька» была передача «Наш клуб». Собственно говоря, это была предтеча «Голубого огонька». Мы вели ее с Анной Николаевной Шиловой. Не вспомню, сколько раз она выходила и как регулярно, раза два в месяц, наверно. На нее приглашались наши великие деятели искусства: Арам Ильич Хачатурян, Тихон Николаевич Хренников, Давид Федорович Ойстрах, Коган... не буду перечислять, потому что всех не назовешь. Приглашались и иностранные гости, «железный занавес» только раскрылся, хрущевская «оттепель», это где-то 59, 60, 61-й годы. Но потом признали, что эта передача... такая... «элитарная». А нужна передача для всего народа. И я уж не помню, кто придумал... В те времена главным редактором музыкальной редакции был Владимир Меркулов. Он, кстати, участвовал и в передачах, сидел за столиком, импозантный, красивый, очень талантливый молодой человек. И вокруг него сплотились талантливые редакторы и режиссеры, которые создавали тогда музыкальные программы на телевидении.Одной из них и был «Наш клуб», который преобразовался в 62-м году в «Голубой огонек». Что такое «Голубой огонек»? Это кафе. Кафе для народа. Не «клуб», «клуб» – это там, у «них», за «бугром»! А у нас должно быть народное кафе. Так как свечение экранов голубое, так и решили – приглашать на «Голубой огонек». Редактор, он же композитор Володя Чернышев написал мелодию вступления. Заставка была – так называемый паук, – панорама Шуховской башни снизу вверх. И она очень красиво смотрелась на черно-белом экране. В общем – принцип вечернего кафе, где собираются музыканты, поэты, популярные и пока неизвестные. Благодаря «огоньку» было открыто множество имен. И вскоре эта передача стала не менее популярной, чем КВН.[b]— Игорь Леонидович, как тогда измерялся рейтинг передач? [/b]— Да никаких этих «рейтингов» не было! Популярность – это когда подхватывают идею и воплощают ее в жизнь на фабриках, в школах, институтах, пионерских лагерях. Свои маленькие КВНы, свои «Голубые огоньки».До сих пор в памяти старшего поколения они остались как праздники. А большие ежесубботние «огоньки» шли в прямом эфире по полтора-два часа и отличались естественностью. То есть люди приходили, говорили. Тогда не было ручных микрофонов, а был «журавль». Искусство наших звукооператоров заключалось в том, чтобы вовремя повернуть, подать этот «журавль» на нужный столик. Я не был первым ведущим «огоньков». Начинали Михаил Ножкин, Борис Брунов и Роза Урузбаева. Но потом поняли, что значительно проще иметь своего штатного человека в качестве ведущего, он всегда на месте, можно в любой момент репетировать или что-то обсудить. И в первую очередь пригласили нас с Анной Николаевной, поскольку мы вели «Наш клуб». Конечно, самыми популярными, самыми торжественными были первомайские, ноябрьские и новогодние «огоньки». Короче, задача была сделать развлекательное зрелище, где зритель был бы соучастником. Тогда не было интерактивного телевидения. Но письма приходили мешками. И по этим письмам с заявками приглашались артисты всех поколений. Вот это и был самый естественный и непредвзятый рейтинг! [b]— А когда «огоньки» шли в прямом эфире, у вас была возможность импровизировать? Или, по слухам, и ваш текст, и даже ответы гостей писались заранее, и упаси боже от него отклониться? [/b]— Ничего подобного. Был условный текст в зависимости от тематики передачи. Да и как можно все предусмотреть? Например, бывали случаи, когда не приезжал гость или приходил другой артист. И наш великий режиссер, к сожалению, покойный, Виктор Сергеевич Черкасов успевал пролезть между столиками и передать записочку, что вместо того-то будет тот-то. Скажу больше, сценарий писался уже после того, как передача прошла в прямом эфире! Никакой цензуры, все было просто. Однажды в Москву приехала часть труппы Ла Скала, и их пригласили на «огонек». Примадонна была очень милая молодая женщина. Но о чем с ней говорить? Я спросил о ее хобби. И оказалось, что она обожает рыбалку. Она с таким жаром о ней рассказывала, что я волей-неволей ей поддакивал, делал вид, что я тоже рыбак. Вот за это я получил нагоняй.[b]— Почему? [/b]— Объяснили так — зачем с молодой женщиной, оперной певицей полпередачи говорить о рыбе? А вот политических деятелей у нас на «огоньках» не было. Гости были обычными людьми со своими всем понятными человеческими проблемами и интересами. И поэтому атмосфера на передаче всегда была душевная, у всех было хорошее настроение. И людям были приятны даже оговорки, а в живом эфире они неизбежны, потому что все соучаствовали. А так никаких препон никто не чинил.Другое дело – репертуар. Но этим занималась редакция. Бывало и так – вся бригада сосредоточена, все подготовлено, артисты все приехали. И вот эта уверенность, что у нас все в порядке, расслабляла и приводила к тому, что с первых же минут шли какие-то технические накладки – не ту камеру включат, не тот микрофон, и тому подобное. До 63-го года все артисты пели без фонограммы, под живой оркестр.[b]— Игорь Леонидович, вам, как зрителю какое зрелище хотелось бы видеть по телевизору в новогоднюю ночь? [/b]— Мне как пожилому человеку, конечно, хотелось бы видеть то, что было раньше. Пусть и смонтированный «огонек», но там присутствует непосредственное общение и жанр разговора, а также песни, популярные именно у народа. Ведь в чем была сила старых «огоньков»? Там исполнялись только те песни, которые любил, пел и воспринимал простой народ. Это подтверждала и заключительная «Песня года», шедшая всегда 2 января. Репертуар ее тоже строился исключительно по письмам зрителей, которые шли на телевидение, как я уже говорил, мешками. Потому я и ушел после пяти лет ведения «Песни», что понял, какая-то группа из Союза композиторов стала влиять на репертуар, пренебрегая письмами и мнением зрителей и не давая лауреатство тем песням, которые принял и поет народ. Потому и «Старые песни о главном», особенно первая серия, имели успех у зрителя, что песни чудесные и народом любимые. Хотя и исполнялись по-другому и другим поколением, недостаточно прочувствовавшим то время, ту эпоху. Но исполнялись все-таки с душой. А название очень удачное, именно старые и о главном, о вечных ценностях.[b]— Кириллов-диктор, ведущий, и Кириллов-человек сильно разнятся? [/b]— Трудно сказать... Чтобы стать хорошим ведущим или диктором, нужно и в жизни избавляться от своих недостатков, стараться быть хорошим человеком. Потому что экран, как рентген, высвечивает и хорошее, и плохое, что есть в человеке.[b]— Игорь Леонидович, только что КВН отметил свое сорокалетие под девизом «40 лет шутя». Какой девиз вы могли бы предложить к сорокалетию первого «Голубого огонька», которое случится в следующем году? [/b]— Дайте подумать... Наверно, так: «40 лет среди хороших людей и песен». И хотелось бы, чтобы этот девиз относился не только к прошлому.

БАИКИ В «ГОСХРАН» ПРИНИМАЮТСЯ В ЛЮБОМ КОЛИЧЕСТВЕ

[i]Представьте себе музей старинных вещей, куда постоянно приходят люди и дарят безвозмездно экспонаты — кто старую швейную машинку «Зингер», кто венский стул, кто столовый нож «Золинген». Предметы эти аккуратно оприходуются и бережно хранятся как приметы «времен и нравов» и достаются из хранилища только для выставок. Это понятно. Но когда люди приходят с дарственной на байки из собственной жизни?! Впрочем, и это понятно! Устное творчество — неотъемлемая составляющая российского менталитета. И вот уже год на канале М1 работает подобный музей-архив под телевизионной вывеской «Госхран», заведует коим автор и ведущий [b]Владимир ПЛЕШАКОВ[/b].[/i][b]— Владимир, кто додумался возвысить жанр «байки» до «Госхрана»? [/b]— Я и придумал. Да и придумывать было нечего! Со мной в жизни происходила масса всяческих историй, как смешных, так и грустных. Я их рассказывал по многу раз, истории при этом обрастали новыми подробностями, и в какой-то момент мне стало ясно, что их надо записывать, составлять каталог. Так было положено начало Архиву невероятных историй, музею баек, веселых случаев, розыгрышей, побасенок. Когда число историй перевалило за четырехзначное, родилась идея телепередачи «Госхран».[b]— И вы так запросто пришли на канал М1? [/b]— Как я попал на М1 — это сама по себе невероятная история. Я позвонил в приемную генерального продюсера, представился, попросил соединить... Вы, конечно, знаете, что местные АТС часто используют вместо гудков электронную мелодию, но на сей раз на линию была заведена какая-то радиостанция. Когда секретарша нажала кнопочку и в эфире проявился диджей со словами: «Алло? Представьтесь, пожалуйста!» — я представился. «Какую песню хотите послушать? Какую группу?» Я решил пошутить и сказал: «Руки вверх».В это время генпродюсер как раз снял трубку. Шутку он не понял, руки не поднял, но после такого знакомства во встрече не отказал. Дальше было проще.[b]— Получается, на телевидение вы попали случайно и исключительно благодаря... радио.[/b]— Ну, конечно, я утрирую. На самом деле я долго писал сценарии для программ, которые выходили на этом канале. И попутно рассказывал байки из своей жизни сотрудникам, продюсерам... Достал ими всех! Видимо, во имя спасения от моего устного творчества и было решено перевести данный процесс в телерусло.[b]— Владимир, но жанр «байки» на ТВ уже использовали на Первом канале в «С легким паром!» и на «Культуре» в «Блеф-клубе»...[/b]— И на здоровье! А вот «баечный» жанр на Московском телевидении — редкость. Все-таки байка — это не интервью. Не каждый человек сможет интересно поведать историю, которая приключилась с ним или свидетелем которой он был. Мое же отношение к байкам скорее научное. Ведь есть устное народное творчество, скажем, сказки, пословицы-поговорки, загадки, и полным-полно исследователей, литературоведов, которые систематизировали и проанализировали этот пласт культуры. Целые институты над этим трудятся! А я и мои коллеги занимаемся байками, пытаемся, так сказать, заполнить нишу. Наш материал — живой современный человеческий опыт, не оформленный под конкретный литературный жанр. Впрочем, байка — это анекдот в трактовке Федора Михайловича Достоевского — случай, оказия.[b]— Эка вы завернули! Случаем, не аспирантуру филфака МГУ окончили? [/b]— Театральные режиссеры мы! Хотя театр меня давно уже забыл. Но я его помню! У нас даже декорации сделаны под театральный музей. И писал я многим хорошим людям — и для театра, и для кино, и для эстрады, для Хазанова писал, для Евдокимова. В общем, я всегда имел дело со словом, а оно имело меня.[b]— В «Госхран» принимаются только «звездные» истории? [/b]— Отнюдь. У нас нет никакой «наркотической» зависимости от «звезд». И это иногда «звезд» обижает. Вот, говорят, ехали через весь город, а нас даже о творческих планах или личной жизни не спросили [b]— Самая запоминающаяся история была получена... от кого? [/b]— Я очень люблю, когда к нам приходит с новыми историями заслуженный артист России Андрей Васильев. Он уже несколько раз был нашим гостем — видимо, глаз острый, ухо навострено и жизнь веселая! И каждый раз он нас удивляет! А рассказчики есть вообще неподражаемые. А Григорий Гладков к тому же еще и поет.[b]— Сколько баечников прошло через «Госхран» за прошедший год? [/b]— Где-то полсотни. А баек, историй прозвучало около четырех сотен. Причем все наши гости утверждали, что рассказанное ими происходило на самом деле. А мы и не спорим. У нас другая задача — убедить зрителя, что ко всему происходящему в жизни можно относиться позитивно и не падать духом ни при каких обстоятельствах.[b]— И все-таки чья история самая поразительная? [/b]— Не назову, чья именно, но кратко перескажу. Ее поведал человек, который занимал высокий пост в Спортивном комитете СССР. Она про двух фехтовальщиков, про то, как гэдээровец в советские времена на Олимпиаде «бился» с грузином. И грузин ему шептал в маску: «Фашист... фашист!» Немец не выдержал такого напора и пожаловался в Спорткомитет. В результате грузину было публично поставлено «на вид», дескать, это же наш немец, наверняка коммунист, как же ты можешь?! А грузин оправдывался: «Мамой клянусь, не разобрал он. Я говорил «антифашист»!» [b]— Год передаче. Так у вас юбилей! [/b]— У нас двойной юбилей. Год передаче, и сотый ее выпуск! [b]— Что вы посоветуете нашим читателям, которые балуются мемуаристикой в жанре, э-э, байки? [/b]— Конечно, первым делом записать, во-вторых — оценить свои силы как рассказчика, а потом уже позвонить к нам в редакцию «Госхрана». А там посмотрим...

СОТВОРИ СЕБЕ «КУМИРА»

[i]Во все времена люди творили себе кумиров. И развенчивали, если те не отвечали народной любви. Или сами кумиры в силу разных обстоятельств сходили с пьедестала. Так было. Так есть. Но. . . Самые-самые, исчезнув, казалось бы, навсегда с теле-, киноэкранов и газетных страниц, все равно остаются в памяти. Это о них программа «Кумиры», выходящая на Первом канале. Сегодня мы в гостях у ее автора и ведущей Валентины Пимановой. [/i][b]— Ваша аудитория – это… [/b]— Нельзя говорить о какой-то конкретной аудитории в рамках массового канала. Подсознательно мы ориентировались на людей от 35 лет и старше. Но очень хотелось, чтобы нас смотрела и молодежь. Надо же знать, где наши корни, где истоки! И молодежь, судя по бурной реакции после каждого эфира, нас смотрит. Гостями программы могут быть кумиры и далекого прошлого, и недавнего, и настоящего. Просто зрителю интересно то, что ближе к сердцу, что ему по душе. Передача с Владимиром Трошиным собрала огромную аудиторию его ровесников, для которых в 60—70-х он был кумиром. Но его энергетика покоряет и сегодняшних молодых. . . А проследить судьбу кумира подростков конца 80-х Юры Шатунова — это был просто пожелание зрителей, хотя он не мой герой. [b]— Поначалу казалось, что получается очередная «женская» программа. . . [/b]— Мы всячески пытались от этого уйти. На то есть и сугубо личная причина: я уже делала, кстати, одна из первых, «женскую» программу на другом канале, этакий тележурнал, рассчитанный исключительно на женский интерес. А «Кумиры» — это для женщин в той же мере, что и для мужчин. Пример тому — передача о легендарном фигуристе Игоре Бобрине, о его нелегкой жизни в спорте. Потом вышла передача о Викторе Кузькине, трехкратном олимпийском чемпионе по хоккею. Не скрою, были сомнения: не потеряем ли мы женскую часть телезрителей? Всетаки хоккей — не фигурное катание. Но то, что рассказал Виктор, было интересно, познавательно, колоритно, причем не только о спорте, но вообще о времени, которое я, человек от спорта далекий, помню и понимаю. [b]— Как складываются рабочие и человеческие отношения с «кумирами»? Показываете им отснятый материал?[/b]— Нет, и я считаю это этически оправданным. Во-первых, слава богу, они не просят. Во-вторых, у нас репутация людей, которые не подводят и не «подставляют». Это же не прямой эфир, каждой программе предшествует серьезная подготовительная работа. Конечно, бывали и отказы от съемок, но по другим причинам. В основном от актрис, которые сегодня живут с установкой: пусть меня помнят такой, какой я была лет 20, а то и 30 назад. Жанр нашей программы предполагает вторжение в личную жизнь человека, а я за пятнадцать лет работы на телевидении приучена старой «останкинской» школой, что нужно пройти как по лезвию ножа, но, боже упаси, никого не обидеть. В общем, нам доверяют, и мы оправдываем доверие. [b]— Кто выбирает «кумиров» для программы?[/b]— Мне оказано доверие делать авторскую программу, поэтому последнее слово за мной. И это при том, что я абсолютно убеждаемый человек, со мной можно спорить, обсуждать, доказывать свое. Но в коллективе знают, отвечаю за программу все же я — и своим лицом, потому что в кадре, и своей фамилией. А вообще-то коллектив у нас «притертый», мы — единомышленники. [b]— Руководство канала вмешивается?[/b]— Есть мягкая консультативная помощь, за что большое спасибо. [b]— В 90-м году вы были редактором «Поля чудес» у Листьева. Каким вам запомнился Влад?[/b]— С Владом мы были однокурсниками на факультете журналистики МГУ, но тогда не дружили и даже не приятельствовали. Окончили журфак в 82-м, а встретились через пять лет в телецентре, когда он «со товарищи» начинал «Взгляд». Я же пришла в Московскую редакцию. Влад предложил перейти к нему в «Молодежку» редактором. Я долго сомневалась, но в итоге стала работать над воплощением в жизнь его проекта «Поле чудес». Сейчас трудно поверить, но тогда мы с ним целыми днями колесили по Москве на моей «шестерке» в поисках спонсоров. Или обзванивали техникумы и школы с просьбой прислать учеников в качестве зрителей. Никто ничего не понимал: какая-то рулетка. . . Сейчас все это кажется смешным. Когда проект раскрутился, я решила уйти, потому что хотела заниматься именно журналистикой, а не администрированием. Влад не отпускал, упрекал, мягко говоря, в недальновидности, но я ушла со скандалом в другую редакцию, где и реализовала себя. Человек он был сложный, у него были разные периоды в биографии, и метания, и пристрастия. . . Мне тяжело об этом рассказывать. [b]— Кто из «кумиров» еще в вашем списке?[/b]— Список-то большой, но это наш профессиональный секрет. Пусть каждая встреча, передача будет сюрпризом для зрителей. [b]— Спасибо за беседу. Позвольте и вам пожелать стать героиней «Кумиров», но лет через. . . много![/b]

СЕРГЕЙ СТЕПАНЧЕНКО ПО ИМЕНИ САНЧО

[i]«Менты» на нашем ТВ, надо признаться, порядком надоели. Бандиты тоже. Крутое мочилово смотреть уж нет сил. Лучом света в темном царстве мерцают «Дальнобойщики», «Сыщики», «NEXT». В последнем — блестящие актерские работы: Александр Абдулов, Нина Усатова, Саша Лойе и. . . заслуженный артист РФ Сергей Степанченко, неподражаемый Санчо. Так что спасибо сериалам, а то когда еще в «Ленком», где служит актер, соберешься…[/i] [b]— Сергей, сейчас многие артисты ведут передачи на ТВ. Вам не предлагали стать лицом и фигурой чего-нибудь вроде «С легким паром»?[/b]— Были такие предложения. Но я бы с удовольствием попробовал вести игровую, постановочную передачу, связанную с театром. А для «шоуменства» у меня нет не то что способностей — особого желания. [b]— Ваше отношение к телесериалам?[/b]— Как к жанру — нормальное. Вообще, если у драматурга и режиссера подход не эдакий уничижительный, то и результат, как правило, получается хороший. И наоборот. [b]— А вам довелось сниматься там, где «наоборот»?[/b]— Ничего конкретного не скажу, иначе кого-то да обижу. Напишите так: были у меня такие опыты, были. [b]— Правда ли, что Александр Абдулов ваш «крестный отец» в кино?[/b]— Некоторые так считают, зная, что мы дружны. То, что помощь со стороны Александра Гавриловича была, хотя и рекомендательного плана, — это верно. Но мы всегда и все помогаем друг другу! Не только Абдулов для меня, но и я для многих моих коллег, и многие мои коллеги — для меня. Когда решался вопрос, буду ли я сниматься у Аллы Ильиничны Суриковой в фильме «Чокнутые», то некоторая степень доброго нахальства, которое проявили Абдулов и Олег Иванович Янковский, повлияла на положительное решение в пользу моей кандидатуры. [b]— Сергей, а кто привел вас в «Гавань», куда заходят корабли?[/b]— В «Гавани» я оказался благодаря артисту нашего театра Максиму Кривошееву. Я сам писал когда-то стихи и песни. Мне близок этот жанр, этакий ностальгический стеб: песенки, которые пелись в пионерских лагерях, во дворах. . . Я с удовольствием окунулся в атмосферу этой передачи, опять прикоснулся душой к ранней молодости. [b]— А где она прошла, «ранняя молодость»?[/b]— Мой отец был военным, а это постоянные перемещения по службе, переезды, гарнизоны. Мне выпало родиться в Сибири, а где-то с двух лет жить во Владивостоке. Я серьезно занимался спортом, толкал ядро. И тут для какого-то фильма понадобились крепкие парни. За несколько дней съемок в массовке я понял, что для меня главное в жизни. И поступил во Владивостокский институт искусств на актерское отделение. Потом по распределению три года прослужил в театре волжского городка С. В 85-м приехал в Москву, к Захарову, показываться. И все сошлось. С тех пор мой дом, мой театр — «Ленком». [b]— Ваше отношение к городу и его жителям с памятного 85-го изменилось?[/b]— У меня оно всегда было хорошим. То, что в Москве тогда было полно колбасы, а в Рязани ее не было, так это данность, это все знали. Но чтобы я тогда свое «злобное рыло периферийного человека» оборачивал против простых москвичей, этого не было. Более того, они мне помогали, какие-то фиктивные браки устраивали, «левые» прописки. [b]— Вернемся, однако, в «Нашу гавань». Многим показалось, что в одной из передач Эдуард Успенский просто согнал вас со сцены. [/b]— Это была постановочная шутка! Мы с Кривошеевым придумали, что Успенский нас выгоняет, но потом мы приходим в костюмах зайчиков, Деда Мороза и Снегурочки, еще кого-то и в конце концов допеваем свою песню «Жили-были два громилы». К сожалению, многие зрители не видели вторую часть передачи, да там и монтаж не совсем удачный: наши возвращения оказались очень далеки друг от друга, поэтому проследить всю шутку было сложно. Мне звонили и спрашивали: как так, Успенский, что, из ума выжил? Я объяснял. . . Вот пусть все в «Вечерке» прочтут, как было дело. А Эдуард Николаевич очень трепетный и трогательный человек! Кстати, в следующей передаче уже мы выгоняли его. Тоже придуманная нами шутка. [b]— Сергей, обаяние шутливого увальня вам в жизни помогает?[/b]— Конечно, помогает. Но я не пользуюсь им как оружием. Я ведь так и живу, не притворяюсь. Играю себя в предлагаемых обстоятельствах. Взять, к примеру, «Сыщиков» или «NEXT». Я не образок какой-то играю, а, наверное, себя. Такой я и есть. Но иногда на меня нападает занудство воспитательного характера. Я раздаю всем советы, начинаю учить детей и учить жену, как правильно учить детей. . . Хотя жена моя — учитель, а дочь уже взрослая, живет с бабушкой в Подмосковье. Но мои воспитательные щупальца дотягиваются и туда! А вот младшенький, моя отрада, ему только что пять исполнилось, — это беззащитный объект для моих педагогических порывов. Вот кто от них не страдает, так это наша живность, которой у нас на два дома достаточно: две кошки и две собаки. [b]— Говорят, вы большой поклонник преферанса и «славного духа раблезианства»?[/b]— Насчет преферанса – это дудки. Могу поддержать компанию, но я плохо считаю карты. Эта байка ходит с тех пор, как меня, совсем «зеленого», обыграла в «гусарика» Татьяна Ивановна Пельтцер, царствие ей небесное. Вот уж она была любителем, нет, профессионалом этого дела! А вот посибаритствовать люблю. Хорошее застолье с хорошей выпивкой, с хорошей закуской. И чтобы не спеша. . . Да с песнями под гитару. . . Да с разговорами. . . Но тут важна компания, а не кампания![b]— Я слышал, в марте в Чехии начинаются съемки «NEXT-3». [/b]— Ну, говорят, что будут снимать. Но мне пока (говорит нарочито суровым голосом) официальных предложений не поступало![b]Как стало известно «Вечерке», в минувшую субботу Сергей Степанченко попал в автомобильную аварию и был госпитализирован. Сейчас актер чувствует себя нормально и готовится к выписке. От имени всех наших читателей желаем ему быстрейшего выздоровления. [/b]

ЕГОР ПИРОГОВ С ОДНОКЛАССНИКАМИ ДЕЛАЕТ «ОДНОКАШНИКОВ»

[i]Может, кому-то число 13 действительно приносит несчастье и неудачу. Кстати, сегодня как раз 13-е. . . Но вот тринадцатый выпуск программы «Однокашники» был снят и прошел на ТВС вполне «штатно», без всяких черно-магических штучек. Хотя как сказать: ведь речь шла о старом детском фильме «Приключения Буратино» и в студии собрались повзрослевшие Мальвина, Буратино, Арлекин: те самые мальчики и девочки, которые снимались когда-то в этой прелестной сказке… Впрочем, магия присуща каждому выпуску этой передачи. Магия неподдельной радости от встречи с людьми, которых мы не видели десять, двадцать, а то и тридцать лет. . . Организатор, вдохновитель и распорядитель этих встреч Егор Пирогов – наш сегодняшний гость. [/i]— Идея программы посетила меня около года назад, когда, заболев, я вдруг оказался в шкуре телезрителя, прикованного к постели, для которого единственное окно в мир — это телевизор. Вот когда я понял, сколько у нас однообразного, жесткого и очень «черного» телевидения. Думаю, не я один устал от насквозь фальшивых, написанных редакторами якобы житейских историй, которыми нас потчуют ежедневные ток-шоу. Как устал и от мата-перемата, забиваемого нарочитым «бип-бип». Иногда кажется, что эти «бип-бип» уже заранее закладываются в сценарии. И мне захотелось сделать добрую, теплую, прозрачную, даже наивную передачу. А главное — очень простую, которая каждую неделю объединяла бы конкретных людей в конкретном месте. [b]— Ходит много легенд, слухов и мифов о том, как пробиваются на ТВ. . . [/b]— Масса девушек и юношей, дяденек и тетенек уверены, что без протеже, без знакомств, без постели и без взяток ничего не получится. Но я, человек абсолютно не телевизионный, так сильно поверил в свой проект, что просто взял справочник, позвонил на ТВС, записался на прием к Евгению Алексеевичу Киселеву и попросил-настоял на встрече!Мы просидели четыре часа и обговорили все нюансы телеформата, которые я не понимал в силу своей нетелевизионности. А уже на следующий день вышел приказ о запуске нашего проекта. [b]— Егор, у вас не московский говор. . . [/b]— Как и большая часть нашей телекоманды, я питерский человек. Там окончил Театральную академию у Льва Додина. За 9 лет объездил с его театром полмира. В Москве только год. Пока шла подготовка к съемкам «Однокашников», вел спортивноразвлекательную передачу «Телебукмекер» на ТВЦ, чтобы заработать себе на жизнь в Москве. [b]— Ваши редакторы — опытные телевизионщики?[/b]— Что интересно, основная часть редакторской группы — мои питерские однокашники! Мы дружим больше пятнадцати лет, и кому, как не нам, понимать, что такое школьное братство, программу о котором мы снимаем. За каждым редактором закреплен отдельный класс, курс или тема; он проделывает колоссальный объем поисковой работы. Иногда приходится раскручивать цепочки, состоящие из ста и более звеньев. Люди меняют адреса, фамилии по нескольку раз, уезжают в другие страны. Телефонные книжки теряются. Иного «однокашника» можно найти только через его тетю в Париже или Вене, у которой на обоях записан телефон племянника. А если был ремонт, надо уговорить ее надорвать кусок новых обоев! И это в жестком лимите времени: одна-две недели![b]— В каждой передаче у вас есть «дежурный» по классу, как правило, это «звезда», известный всей стране человек. И воспоминания крутятся, в основном, вокруг этой фигуры. Не ставите ли вы его в заведомо неловкое положение по отношению к другим?[/b]— Есть такое. И нам приходится постоянно балансировать на тонкой грани, сохраняя тепло и внимание к каждому «однокашнику», который пришел к нам в студию, и такими понятиями, как рейтинг, зрительский интерес, целевая аудитория, да много еще составляющих. . . Мы не рассказываем о сегодняшней жизни «звезды» и стараемся уделять ей столько же внимания, как и всем остальным. Просто инерция зрительского восприятия такова, что оно скорее откликнется на узнаваемое лицо. [b]— Что остается за кадром?[/b]— Многое. Если бы можно было снимать, как «звезды» ведут себя в гримерке перед съемкой, это было бы мегарейтинговое шоу! Они носятся от стенки к стенке, у них перехватывает дыхание! Мы стараемся не затягивать начало съемки: боимся за их сердца! Поэтому и отказы были. Люди говорят: да, я очень хочу встретиться, но боюсь, что сердце и сосуды не выдержат. Даже Геннадий Викторович Хазанов был неузнаваем — белый как мел. Он не мог усидеть на месте. И потом признался, что впервые на ТВ его заставили испытать настоящие, живые эмоции. А для нас каждая живая эмоция на вес золота! А что творилось с Федором Бондарчуком и Кристиной Орбакайте! Тигры! А Татьяна Догилева расплакалась навзрыд, когда ей показали готовящихся войти в студию ее одноклассников. . . Ведь что такое школа? Это первый портвейн, первое свидание, первая сигарета, первый поцелуй, словом, все первое, неизведанное. . . И поэтому – лучшее![b]— Егор, коснулось ли вас давнее культурное противостояние двух столиц, Москвы и Питера?[/b]— Будучи «махровым» питерцем, я тем не менее влюблен в Москву! Хотя, живя в Питере, я относился к тому лагерю «северопальмирцев», который Москву не замечает. А есть еще те, которые откровенно ее не любят. Но, переехав сюда, я. . . разглядел Москву. Она вся состоит из разных настроений, и, передвигаясь по ней, ты как раз и попадаешь в разные настроения. В Питере этого нет. Я очень боялся «московского снобизма» со стороны коллег – авторов и ведущих программ. А они все мне очень помогли и продолжают помогать, спокойно и профессионально. Большое спасибо![b]— Вернемся в «классы» напоследок. . [/b]. — На этой неделе покажем очень необычный класс, в котором учились музыкант А. Ф. Скляр и Ширвиндт-младший, записали передачу с Николаем Караченцовым; с моделями, которые работали на Кузнецком мосту в 60—70—80-х; с питерским классом Шнура — Сергея Шнурова, лидера группы «Ленинград». Планируем и очень надеемся записать одесский класс Михаила Жванецкого. А главный заход — класс Владимира Путина, он в телемосте, отвечая на вопрос о школе, посетовал, что, дескать, жалко, нет возможности увидеться с одноклассниками. Вот мы и поможем!

НА ФОНЕ ДВОРИКА СНИМАЕТСЯ СЕМЕИСТВО

[i]Хлопнула дверь подъезда. — Паша, подожди!— Алексей, вы подлец! Мы будем стреляться!Молодой человек пересек старинный московский дворик, ступил на ледяную стежку, поскользнулся и упал. . . — Стоп! — командует Борис Васильевич. — А похлеще нельзя?! Что ты заторможенный такой?!В тихом дворике недалеко от Пречистенки снимается кино. Для тех, кто подзабыл, Борис Токарев — это Саня Григорьев из «Двух капитанов», лейтенант Кузнецов из «Горячего снега», кандидат на президентское кресло и сердце Елены Сафоновой в мелодраме «Президент и его женщина». Обстановка во дворике напряженно-рабочая. В одном углу горит и чадит декорация деревянного флигеля; в другом — бьет копытом замерзшую лужу красавец конь, — запряженный в пролетку; в третьем столпились все вспомогательные службы, дабы не попасть в кадр. — Еще раз! Мотор!Хлопает дверь. — Паша, подожди!— Будем стреляться!— Стоп! Полчаса перерыв!Борис Токарев отрывается от камеры, расправляет плечи и соглашается ответить на наши вопросы: [/i][b]— О чем ваш сериал «Тихий московский дворик»?[/b]— Замысел фильма не укладывается в рамки обычного телесериала. Это история московского двора и нескольких семей, живущих в доходном доме в этом дворе в течение целого века. Начало — встреча нового XX века. Первый блок из 8 серий охватывает годы вплоть до 1918-го. Все сложности, все трудности века, все переломные его моменты будут отражаться в судьбах и через судьбы наших героев. Заканчивается действие в 2000 году. Делает сериал компания «Телефильм», продюсер Юрий Мацюк, по заказу правительства Москвы. [b]— Этакая московская сага? Почти по Аксенову?[/b]— Абсолютно не по Василию Павловичу. У нас оригинальный сценарий. Мы часто делаем фильмы об интеллигенции, а вот об аристократии: забываем. . . Но аристократия и интеллигенция это не одно и то же. Так вот наш фильм как раз об аристократии: истории князя Александра Репнина; Жоржа Надеина, его друга, который служит в Особом отделе Охранного отделения; Павла Куратова, также близкого друга Репнина. Есть, разумеется, и женские персонажи: белошвейка Настя становится женой князя. . . Нет, не хочу рассказывать, забегать вперед, пусть будут сюрпризы, тайна. Скажу лишь, что героев в картине много, но основных, главных — шесть человек. Конь снова ударил копытом по луже и окатил весенней жижей толпу монтировщиков декораций. Слышу возгласы: — Вы напишите, напишите, в каких нечеловеческих условиях приходится работать! Под дамокловым мечом! Под страхом смерти! В том числе голодной. Скорее бы обед. . . Шутят. Значит, настроение хорошее. С таким настроением дело ладится. Это вам любой кинематографист скажет. — Актеры у нас молодые. Студенты театральных вузов. Главную женскую роль играет Анна Козютиц. [b]— Новые лица. . . С примелькавшимися надежнее. [/b]— Уверен, все у нас получится, потому что работают ребята очень хорошо. Вместе с соавтором сценария Людмилой Гладунко, она же, кстати, сорежиссер картины, мы принципиально отказались от «звезд». Конечно, актерская задача сложная, ведь наши герои стареют. . . Мы прослеживаем целые этапы их жизни. Но я верю: ребята справятся, тем более что роли их выписаны очень интересно. Тут постарался Вячеслав Романов, соавтор сценария, историк и романист. [b]— А музыка будет?[/b]— Обязательно. У нас уже есть несколько романсов от очень интересных авторов, в частности, от известного писателя Тимура Зульфикарова. [b]— А как вы лично относитесь к авторской песне?[/b]— Хорошо отношусь, но сам, увы, не пишу ни музыку, ни стихи. Сценарии — да, фильмы — да. Достаточно. . . [b]— Борис Васильевич, есть ли связь между самым известным вашим киногероем Саней Григорьевым, тоже отчасти историком, исследователем, и вами сегодняшним — режиссером исторического киноромана, исследующим судьбы поколений?[/b]— Я нормальный российский человек. Думающий. Умеющий видеть. Так вот я вижу, что сегодня наступило то время, когда можно и нужно непредвзято оценить наше прошлое и настоящее. В этом — суть истинного патриотизма. В истории не бывает однозначных оценок. Да, были красные и белые. Но и те, и другие были гражданами России — со своей правдой! В сценарии нашего фильма, как мне кажется, это тонко и убедительно показано, правильно и точно выстроено. Каждый защищал свою правду и. . . терзался сомнениями, которые посещали и большевиков, и эсеров, всех. [b]— Есть ли в фильме реальные исторические персонажи?[/b]— Конечно. Ленин, Троцкий, Дзержинский, Василий Розанов, последний, по нашей версии, — друг князя Репнина. Такая «вольность» позволяет нам говорить и о том, как развивалась в XX веке философская мысль. Старинный дворик на Пречистенке вздохнул с облегчением, когда ближе к десяти вечера вся кинокомпания погрузилась в служебный транспорт и уехала. Вздохнул и будто заснул — до следующего съемочного дня. Он бы многое мог рассказать, этот всякое повидавший московский двор. Он знает, как все было на самом деле. Ну, может быть, еще это знают люди, художники, творцы, которым дана возможность «читать» эту каменную летопись и слышать голоса. . .

ПОЛИНА ДАШКОВА: МЕНЯ ИСПОЛЬЗОВАЛИ КАК ГОВОРЯЩУЮ КУКЛУ

[b]— Полина, все молодые люди мечтают «круто попасть на ТиВи», а вы, замечательно поведав о четырех «любовных историях», исчезли с голубого экрана. Почему?[/b]— Последние два года сразу несколько телеканалов обращались ко мне с предложением стать ведущей. . . ну, например, «Слабого звена» на Первом. Им казалось, что я — этакая железная леди. На самом же деле я тихий, кабинетный, абсолютно не телевизионный человек. Мне казалось все это по меньшей мере странным. А им казалось, что это возможно, что это очень даже интересно. Я отказывалась. Были предложения от НТВ, но я должна была надолго уехать в Германию по приглашению немецких издателей. . . Что касается ТВС, то они обрабатывали меня долго: прислали официальный факс в издательство, которое выпускает мои книги, звонили туда, отвлекали людей. . . В конце концов в издательстве мне намекнули, что надо как-то разрешить создавшуюся ситуацию. Я позвонила на канал, хотя и знала, что телеведущей не буду. Но тут начали работать какие-то совершенно русские вещи: а вдруг. . . авось. . . Есть у людей продюсерской породы свойство: они как прицепятся!Пробы? Хорошо, пусть будут пробы!Их все устроило, меня — нет. Тут-то мне и надо было или отказываться окончательно, или соглашаться. [b]— И все-таки вы согласились. [/b]— Да, согласилась. Первая передача была про Кио. Сценарий был чудовищный! Тексты, которые я должна была произносить, я не могла проговорить физически. Это была такая умильная пошлятина, что у меня был вкус мыла во рту. Я переделала, переписала свои текстовые куски. А еще я посмотрела, как работают люди. А работают они в ужасных условиях! Вся студия подключена к единственной розетке, которая находится в женском сортире. Из сортира воняет. Единственное уютное помещение — у господ продюсеров. Всем «остальным» ребятам, настоящим работягам, которые мне очень понравились и изза которых я и осталась еще на три программы, — ни поесть, ни отдохнуть. А снимается это черт знает где, и в студии нет даже лишнего стула. В том кабинетике, где стояла фанерная декорация, нельзя было даже прислониться к стенке — упадет! Стол оставлял занозы. . . [b]— Полина Викторовна! Ужель все так действительно страшно?[/b]— А то! Что со мной делать в кадре, они не знали. То возьмите ручку в руки, покрутите; то — медленно, медленно развернитесь и. . . отползайте. Абсолютное дилетантство![b]— А мне так нравится ТВС. . . [/b]— Мне тоже нравится, но я же не обо всем канале, а только об этой передаче! Я пытала сценариста: зачем вы рассказываете эту историю? Должно же быть понятно — зачем? Ну ладно, Кио, надо рассказать про бурную личную жизнь, которую он вел, про девочек и так далее. . . Но потом были Васильевы, Георгий и Катя. И «Норд-Ост»! Это совсем другого уровня люди. Если бы это была моя авторская передача, когда сам выбираешь героя, сам к нему едешь, спрашиваешь о том, что тебе интересно. . . Но на ТВС меня использовали просто как говорящую куклу. Как бренд. Мне наивно намекали на рост популярности, но меня не стали чаще узнавать на улицах и продажи моих книжек не изменились — они и без того стабильны и высоки. [b]— Тогда и вновь — зачем?[/b]— Этот недоуменный вопрос я слышала постоянно: «Зачем вам это нужно?» Отвечаю: не знаю. Тем более даже денег пока не заплатили, и не знаю, заплатят ли. [b]— Полина, но это же бесценный для писателя жизненный опыт! Вы, подобно Горькому, можно сказать, босиком вдоль Волги. . . [/b]— Если я и пытаюсь оправдать эти потерянные полтора месяца съемок по двенадцать часов в день, то только тем, что узнала «кухню» и повстречала очень достойных людей: Георгий Васильев, путешественник Федор Конюхов, их замечательные жены. . . Еще, конечно, появился опыт стилистической редакторской правки. Потому что вместо «Она почувствовала трепет новой жизни у себя под сердцем!» проще сказать: «Она забеременела». Я надеюсь, что о нормальных живых людях, об истории их взаимоотношений, я рассказала нормальным человеческим русским языком без несусветной пошлятины. [b]— А вы думаете, что Юлиана Шахова, сменившая вас в качестве ведущей, переписывает для себя тексты?[/b]— Не знаю. В любом случае Юлиане я сочувствую. Беда этой передачи в том, что почти на всех каналах существуют подобные клоны. Первой была то ли Пиманова, то ли Пушкина. Но найдите десять отличий в жанре «лавстори»! Все мои доводы о ненужности и пошлости клонирования подобных программ не сработали. . . В конце концов мне нестерпимо захотелось поскорее убежать к своему письменному столу. Но я еще и огребла по полной программе «тупой славы»! Меня как писателя ни за что не пригласили бы в передачу «Без протокола», а вот как новое лицо канала ТВС — пригласили. Более чудовищного интервью у меня не было никогда. Подобной степени хамства и недоброжелательности я не припоминаю. В первую же минуту я поняла, что книг моих оба ведущих не читали. Когда кто-то из них сказал, что роман «Эфирное время» — это роман о телевидении, все сразу стало ясно. Но они упорно продолжали настаивать на этом и на том, что они прочитали и поняли всю меня «наскрозь»! И не пропустили в эфир ни одного благожелательного звонка. Мне потом говорили люди, что звонили, но в эфир никого не выпустили. За что эти «следователи» меня так?[b]— Работа такая. . . [/b]— Дело не в работе. Ну не понравилась я им. А они — мне. . . Еще один хороший урок. Ведь чувствовала, что не надо к ним идти. Впредь буду доверять своей интуиции. [b]— Полина, ну его, это телевидение, в. . . ящик! Читатель «Вечерки» — самый читающий читатель в мире и очень ждет ваших новых книг!Кстати, какие отношения у вас с коллегами?[/b]— Мы дружим с Дарьей Донцовой, она добрый, теплый, живой, благожелательный человек. Я общалась с Татьяной Устиновой, это новая милая восходящая дама. Заочно знакома с Викой Платовой, очень талантливый человек. Вполне приличные отношения с Володей Сорокиным. Не могу сказать, что я в восторге от его творчества, а он от моего. Но он нормальный человек и не делает козью морду, когда мы где-то пересекаемся. [b]— А что, кто-то делает? Из зависти?[/b]— Даже не знаю. Скорее, это смесь невоспитанности и тяжелых личных комплексов. Трудно принять чужой успех. Я же, напротив, радуюсь удачам других. Я все-таки не только писатель, но и читатель.

«ТЕЛЕПУЗИКИ» НАСТУПАЮТ. «АБВГД-ЕЙКА» НЕ СДАЕТСЯ!

[i]Наш телевизор не первый год забит импортными мультяшками. У наших детей «блестящий» выбор: можно целыми днями пялиться на человеков-пауков, человеков-летучих мышей и черепашек-ниндзя. А что же делать нам, мамам и папам, если какую кнопку ни нажмешь, везде монстры? О том, что настоящее и что разрушительное для детского телевосприятия мира мы беседуем с [b]Татьяной Кирилловной ЧЕРНЯЕВОЙ[/b], художественным руководителем, автором идеи и актрисой учебно-развлекательной программы «АБВГДейка». Едва ли не единственной, выжившей в битве с «покемонами», российской детской телепередачи. [/i][b]— Татьяна Кирилловна, почти 30 лет «АБВГДейка» учит ребятишек грамоте, арифметике, Правилам дорожного движения и многим другим не менее важным вещам. Сейчас передача прочно обосновалась на ТВЦ. А ведь были периоды «хождения» с канала на канал. . . [/b]— Было и закрытие. В середине 70-х мы вышли на первом канале, записи этих передач почти не сохранились. В начале 80-х перешли на четвертый, учебный канал, это был рассвет программы. В начале «роковых» 90-х нас прекратили финансировать. Только в 94-м благодаря правительству Москвы мы появились на ТВЦ, за что большое спасибо Олегу Попцову. Это — хронология. Для меня она еще разделяется на времена актеров, участвовавших в «АБВГДейке», и авторов, писавших для нее. С Эдуардом Успенским и Гарри Бардиным мы придумывали наших клоунов-учеников. Владимир Шаинский написал нашу песню-заставку. Семен Фарада был клоуном Сеней, Александр Филиппенко — клоуном Саней! Но уже нет клоуна Ириски: она погибла в 1986м. Нет Александра Хайта. Трудно говорить о потерях. . . [b]— Я помню Ириску. Помню клоуна Левушкина. Помню первого Клепу, который рвал на себе морскую тельняшку, утверждая, что это его персональная «зебра», и он будет переходить улицу по ней там, где захочет! Что думали в то время о таком вызывающем поведении телезрители и начальство? И сохранилась ли обратная связь с телезрителем сегодня?[/b]— Почти за тридцать лет у нас не было ни одного ругательного письма. Ни разу нам не написали: уберите эту программу из эфира! Но без критики не обходилось. Наш герой, клоун Левушкин, в одной передаче подарил мне живой цветок-колокольчик. Вскоре пришло письмо, где нас пожурили: конечно, похвально желание ученика сделать приятное учительнице, но колокольчики занесены в Красную книгу! А по поводу «зебры» откликнулся старый чекистморяк: не смейте унижать военно-морскую символику! Такие послания мы называли «письмами народных мстителей». Шли они в основном от ветеранов труда, которые, выйдя на заслуженный отдых, считали своим гражданским долгом отсматривать все передачи и реагировать на них в письменном виде. Но такого рода послания, слава богу, были каплей в море писем от детей. [b]— О чем писали дети в «АБВГДейку» тогда и что пишут сейчас?[/b]— Дети всегда выполняли наши письменные и художественные «домашние задания». Письма от них приходили мешками! Сейчас тоже пишут, правда, гораздо меньше. Вместе с тем я считаю одной из главных заслуг «АБВГДейки», что мы вернули систему «письменного телевидения». Вот, взгляните, что нам пишут дети и родители. . . [i]Я не успеваю. Нас прерывает звонок в дверь. Это заглянула актриса Мария Попова – «телеучительница» Маруся Александровна, сменившая Татьяну Кирилловну в этой роли. Сама Татьяна Кирилловна пошла на «повышение», теперь она выступает в роли директора школы «АБВГДейки» и отвечает за почту. [/i]— Ты посмотри, Марусечка, что детки пишут. «Больше всех мне нравится учительница Маруся Александровна. У нее очень красивые наряды и чудесные длинные волосы». На такие письма отвечают лично, так что забирай и отпиши поклоннику!Знаете ([b]это уже мне. — С. М. [/b]), раньше у нас была открытка с автографами всех персонажей. Сейчас я сама отвечаю и практически на все письма. [b]— А что родители?[/b]— Сообщают, что их дети выполняют все домашние задания. Что, когда приходит время учиться чтению, нередко это превращается в подлинное несчастье. Неинтересно! И тут появляемся мы. Яркие, веселые, смешные. Ребенок с радостью смотрит телеурок, и авторитет тетеньки из телевизора, которая дает домашнее задание, для него непререкаем. Мальчик или девочка быстро начинают писать и читать. А тут еще рисунок другого ребенка на экране показали! А моего почему нет? В общем, родители нам благодарны за учебу — во всех смыслах. [b]— Но и в детских садах учат, и в «Телепузиках», и в «Улице Сезам». . . [/b]— Все эти заморские «баклажанные» маппетшоу ничему особенно не учат. Это массовый гипноз, когда каждый день на экране что-то шевелится, но ничего толком не происходит. Последствия гипноза срабатывают в магазине, где дети видят игрушки, маечки с «инопланетянами» и начинают канючить: «Купи! Хочу!» По сути, эти программы — индустриальные проекты для выкачивания денег, рассчитанные на страны третьего мира и способствующие лишь минимальному развитию для активного потребления. Но, к счастью, мы-то народ другой, читающий, думающий! Вот почему та же «Улица Сезам» у нас не очень-то прижилась. Люди, делающие детские передачи для венесуэльцев и пуэрториканцев и считающие, что несут «бремя белого человека», поначалу и к нам относились так же. Когда двери в Россию открылись, они приезжали нас учить. . . [b]— Но «Улица Сезам» — адаптированный проект, и делала его команда российских авторов. [/b]— Да, но вы спросите у них, насколько свободны они были в своих творческих проявлениях. Это была удавка! Давалось задание: ты придумываешь и пишешь. Потом эпизод, песенка или текст отправлялись «наверх», к продюсерам. Если его там утверждали, он возвращался обратно — выхолощенный от всего нормального и понятного нашим детям, заточенный со всех сторон тем, что они называют политкорректностью. Наконец, все эти герои. . . не наши. Зелибоба какая-то! Нет, нам нужны местные, свои. За это их и любят. Кстати, во «взрослом» мире сейчас то же самое: наелись импортных сериалов — смотрим отечественные. И еще раз: взрослые должны отвечать за то, что смотрит ребенок! Воспитывают не только телевизор, но и папа с мамой! Наоборот — даже вернее. [b]— Татьяна Кирилловна, в вашей «фирменной» песенке есть слова, что «АБВГДейка» пусть и уходит с экрана, но «вернется поздно или рано». Долгих творческих лет вашей передаче на радость родителям и детям![/b]— Спасибо! Через «Вечернюю Москву» хочу обратиться к руководству ТВЦ с просьбой передвинуть «АБВГДейку» в эфире на часик попозже! Опять же для удобства детишек и родителей. Исключительно. [b]«АБВГДейка», ТВЦ, воскресенье, 8. 45. [/b]

В «КВАРТИРНОМ ВОПРОСЕ» ОЖИДАЕТСЯ ПРИБАВЛЕНИЕ СЕМЕЙСТВА

[i]Теплым московским вечером один из бесчисленных сретенских переулков огласился детским криком: «Спасибо! Спасибо!» Крики исходили из окон детского сада. Совершенно случайно, как водится, мимо шел ваш корреспондент. Во дворике детского сада стояла машина с надписью «НТВ.Квартирный вопрос». Рядом с машиной стояла молодая женщина, красивая той особой красотой, когда женщина вынашивает ребенка. Конечно, я ее узнал сразу — Наталья Мальцева, бессменная ведущая передачи.[/i][b]— Здравствуйте, Наташа! Что здесь происходит? Отчего детки в таком восторге?[/b]— Мы отремонтировали и сделали новый дизайн для музыкального зала в этом детском садике. Поменяли сцену и свет. Дети сегодня впервые увидели нашу работу. Ну, и оценили... По этому поводу и веселье, финал которого мы сейчас снимаем. Должна сказать, что «детская» тема для меня сейчас очень актуальна: вот доснимем летний цикл, и уйду… в декрет.[b]— А как же передача?[/b]— Не волнуйтесь, все учтено. Без «Квартирного вопроса» народ не останется.[b]— Наталья, а у вас-то самой как с жилплощадью? Некоторые зрители наверняка думают, что кто-кто, а ведущая такой программы себя не забудет.[/b]— «Квартирный вопрос» меня абсолютно не испортил — ни как проблема, ни как работа. С 90го года и по сей день я живу на съемных квартирах. И только сейчас, когда жду рождения ребенка, появилась возможность купить свое жилье.Дело в том, что сама я из Ярославля, училась на журфаке МГУ. Мне повезло, с первого курса я начала работать на телевидении и сразу у Влада Листьева в программах «Час пик» и «Тема». Потом, после печальных событий, перешла на НТВ в «Герой дня», продюсировала «Растительную жизнь». В процессе окультуривания с Павлом Лобковым дачных участков родилась идея программы обустраивания жилищ. За полтора года я написала не одну заявку, пока генпродюсер идею не одобрил, и в мае 2001-го «Вопрос» появился в эфире НТВ.[b]— После первых выпусков программа обросла слухами, мол, идея принадлежит Маше Шаховой, жене Евгения Киселева, а ремонт вы делаете только своим знакомым.[/b]— Ой, сколько можно! Через вашу газету в последний раз ставлю точки. Маша Шахова, которую я очень уважаю, пробовалась в качестве ведущей, но потом отказалась и занялась «Дачниками». А единственный «знакомый» человек, ставший, кстати, первым нашим героем, — это женщина, с которой я случайно познакомилась в очереди к врачу в поликлинике и которая поразила меня своими идеями ремонта, перепланировки и дизайна собственной квартиры![b]— Понятно. Отсюда самый главный вопрос: как стать участником, строительным объектом вашей передачи? Какие критерии выбора?[/b]— Действительно, вопрос животрепещущий.Условия абсолютно четкие и предельно жесткие.Чтобы попасть к нам, нужно написать письмо — рассказ о себе, прислать фотографии или видеокассету, кому что удобно. Далее письма читает и отбирает редактор, созванивается и, если разговор оставляет обнадеживающее впечатление, выезжает на место, снимает на домашнее видео квартиру и семью. Только после этого идет отбор участников. Семья должна быть телегенична, люди открыты, не скованы перед телекамерой. И — обязательно, непременно — кандидаты должны уже что-то обустроить в своей квартире своими руками. Или пытаться это сделать, имея обоснованную идею оригинального дизайна. Мы же не волшебники в голубом вертолете и не благотворительный ремонтный фонд. На примере отдельных квартир мы хотим показать различные направления современного дизайна — от ретро до «фэнтези». Кстати, этот детский сад тоже прошел весь отборочный путь — от письма до принятия нашего дизайнерского решения.[b]— Значит, шансы у жителей «хрущоб» невелики?[/b]— Шанс как был, так и остается. О «хрущобах» у нас было три или четыре передачи. Однако, по нашей статистике, серьезно рассматривается только одно письмо из пятидесяти. Ведь дело не в «хрущобе», «сталинке» или коттедже. И не в бесплатном ремонте нуждающимся. Все дело в идее дизайна, которую можно воплотить в отдельной части данной квартиры. Например, музыкальная гостиная или детская комната в японском стиле и тому подобное.Иногда люди присылают такие замечательные решения своего квартирного вопроса, что мы только облизываемся, но... показать не можем. Один человек, живущий на первом этаже, выкопал и оборудовал подземную комнату! Другой делает из квартиры средневековый замок, прорубает арки в стенах, ставит в них цементных рыцарей! Но все это делается без согласия БТИ и поэтому является незаконным, а мы — законопослушная передача.[b]— Куда на время съемок «исчезают» хозяева и их вещи?[/b]— И хозяев, и вещи мы просто выбрасываем на улицу. Шучу! Конечно, все обговаривается заранее.Люди находят, где им пожить 3-4 дня, а вещи либо вывозятся, либо выставляются в другую комнату или «предбанник». Все предметы мебели и дизайна, привнесенные нами, остаются в пользовании хозяев бесплатно и навсегда.[b]— У всех ваших «клиентов» первая реакция — восторженные ахи и охи. А вы не отслеживаете любопытства ради, долго ли потом люди живут в новом интерьере? Вы же не оговариваете с хозяевами, что будут творить дизайнеры, а вдруг кто-то на дух не переносит какой-то стиль?[/b]— Обязательно отслеживаем. Нам нужен «экшн», действие, развитие сюжета, чтобы люди сами что-то переделали или доделали под себя, а мы бы это сняли. Через полгодика мы приезжаем и смотрим, что изменилось. Но, как правило, ничего не меняется. Многие к этому как к музею относятся, не сдвигают с места даже мелкие предметы. Одна семья нас обрадовала: приезжайте, мы стены перекрасили! Приезжаем, а они изменили цвет на один тон — и все! А вообще мы, как правило, всегда делаем лучше, чем было. У нас профессиональные дизайнеры, так что контраст разительный.[b]— И не было случая, чтобы кому-то активно не понравилось, что вы сотворили с домом?[/b]— Ни разу![b]— Отказы не прошедшим отбор присылаете?[/b]— Нет, это физически невозможно, ведь для этого надо вводить в штат целую команду «отписчиков». Если нет звонка, значит, письмо не заинтересовало.[b]— Наверно, вам и самой пришлось поучиться дизайну?[/b]— Конечно. Какаяникакая база у меня была — я окончила художественную школу. А сейчас учусь по ходу: общаюсь с дизайнерами, штудирую литературу. Чувствую себя уверенно.[b]— А курьезы на съемках бывали?[/b]— Несмотря на то, что у нас очень веселая и притертая телекоманда, во время съемок все заняты своим делом. Вспоминается только случай, когда хозяева забыли взять свою кошку, она где-то спряталась и тихо, жалобно мяукала, а мы полдня ее искали. Нашли! У нее был стресс. У нас — тоже.[b]— Сегодня стоит появиться на одном канале чему-нибудь оригинальному и интересному, как на других каналах возникают клоны. Ваше отношение к «Большому ремонту» с Антоном Комоловым на ТВС?[/b]— Я видела эту передачу. Думаю, появление конкурентов — это нормальный процесс. И еще программы могут возникнуть, потому что тема емкая. В Англии, например, множество интерьерных программ, все они существуют много лет и удовлетворяют потребности людей самых разных вкусов.За то, что мы в России первыми сделали такую программу, нас выдвигали на ТЭФИ, но... долго искали номинацию. В конце концов почему-то записали в «культурные»... Хотя, знаете, если честно, мне сейчас не до ТЭФИ![b]— Понимаем. И желаем вам… как бы это сказать… [/b]— Я поняла. Спасибо!

ЕСЛИ ВАМ НРАВИТСЯ СОВЕТСКИЙ ЮМОР, СМОТРИТЕ «АНШЛАГ»

[i]Кабаре-дуэт «Академия» и рекламные ролики про «очень смешные цены», главная роль в фильме про «Ландыш серебристый», ведение «алчного» и других игровых шоу и, наконец, первый российский мюзикл «Норд-Ост». . . Сегодня Александр Евгеньевич — продюсер развлекательных программ канала СТС и готовит мюзикл «Двенадцать стульев». [/i][b]— Александр Евгеньевич, у многих зрителей складывается впечатление, что СТС откровенно направлен на развлечение? Это так?[/b]— У канала СТС существует совершенно определенная политика: мы пытаемся отдалиться от реальности. И чем больше мы отдаляемся, тем нас больше любят зрители! Мы работаем для людей, которые хотят, чтобы уважали их частную жизнь, и не желают принимать информационные и политические инъекции в мозг. Они честно работают или учатся и хотят отдыхать! Наш зритель моложе, сильнее, наглее, свободнее. Он интересуется всем: от современной фотографии до аутентичной и ланж-музыки. Свободные люди свободной страны, которые и станут скоро средним классом! Мы предоставляем им выбор развлекательных программ и не собираемся соревноваться с другими каналами — ни в освещении политики, ни в направленности юмора. У нас не злобное, а позитивное ТВ, не несущее никаких отрицательных эмоций![b]— А для души, для ума?[/b]— А как же! А наши игровые программы — «Кресло» и «Самый умный»? Это замечательные добрые форматы. Кстати, «Самый умный» — это единственная программа подобного рода, в которой призом является не денежная сумма, а звание «самого умного», которое присуждается победившему ребенку. [b]— Ага, значит, все-таки дети?. . [/b]— А у нас в новом сезоне будут играть только дети. Юным зрителям мы показываем образовательную программу «Улица Сезам», качественные мультипликационные фильмы, среди которых «Пинки и Брейн» знаменитого Стивена Спилберга, а также сериал «Дорогая, я уменьшил детей». А что касается молодежных сериалов, то обратите внимание на такой замечательный продукт, как «Семейка Аддамс» или «Друзья». В них присутствует очень хороший качественный юмор![b]— Но — американский![/b]— А мне и еще многим людям, как я, нравится американский юмор! А кому-то нравится юмор советский — в программе «Аншлаг». Ну и удачи им! Далее — наша линейка «Кино в 21. 00». Каждый день мы показываем зрителям лучшие зарубежные фильмы![b]— Хорошо, это все иностранная продукция. А наша, отечественная? Это что — «Окна», которые сначала шли на СТС, или молодежное подражание им — «Девичьи слезы» — идущее сейчас? А ведь еще был «Большой Куш» с откровенной нецензурщиной. . . [/b]— «Окна» и «Девичьи слезы» — это очень успешно спродюсированные проекты, имеющие полное право на существование, хотя это и зарубежный формат. Но это — другое телевидение! Не СТС! А вот «Большой Куш» мог бы быть нашим. Мы хотели сделать программу с мистификациями. Чтобы в ней были не бытовые склочные истории, как в вышеназванных, а какие-то невероятные события, трагедии и перипетии. Например, что Децл — сын Снежного человека или Шуфутинский — американский шпион… Отчасти она делалась под ведущего, эдакого молодого человека, который за словом в карман не полезет. Но что-то не «срослось», и она закрылась. Это еще раз говорит, что зритель СТС не тупой, он не хочет «жареного», он хочет стабильности! Зрителя СТС раздражала даже ненормативная лексика, и он так и не нашел в себе сил полюбить Отара Кушанашвили. А к вопросу о нашей продукции — уже запущено в производство 260 часов русских сериалов![b]— К мюзиклу «Норд-Ост» вы сейчас имеете отношение?[/b]— Мюзикл «Норд-Ост» закрыт, зачем о нем говорить?[b]— Некоторые СМИ после печальных событий пытались обвинить вас в разглашении в прямом эфире подходов к зданию ДК, захваченному террористами. . . [/b]— Газетный бог, если он есть, им судья! Не эти СМИ, которые тогда соревновались в «кровавых подробностях», сделали меня популярным, и не им меня судить! Кстати, первое, что я спросил: «А можно ли об этом говорить?»! Ничего сверхсекретного для террористов я не сообщил. Они ходили на спектакли в течение трех месяцев и досконально все изучили сами: через что можно зайти, через что уйти. Во время захвата они цитировали фразы из арий, проходя мимо наших актеров. Вот так глумились. Так что ничего «военно-тайного» я и не мог сообщить. [b]— А вы не хотели бы показать «Норд-Ост», если он бы он был снят, на СТС?[/b]— Он был бы более логичен на «России», государственном канале. [b]— Больше за этот жанр вы не возьметесь?[/b]— Открою секрет. Уже полтора года готовится мюзикл «Двенадцать стульев», если все будет нормально, в ноябре — премьера. И, кстати, производство этого мюзикла для меня тесно связано с политикой СТС, мы делаем его таким же позитивным, отдаленным от реальности, в жанре фантасмагории. [b]— Что ж, уйдем от реалий. Я слышал, вы увлекались авторской песней. Дуэт «Академия» начинался с исполнения бардовских песен?[/b]— «Академия» началась с исполнения двух замечательных образцов поэзии: «Господин Искариотов» Беранже и «Голубые судомойки» Мандельштама. И до конца дуэта в нашем репертуаре была представлена великолепная поэзия — и русская, и зарубежная. Просто мы всегда очень точно разделяли, что — для души, что — для коммерции. Люди хотят веселиться, им нужны шлягерные припевы. Мне самому пришлось писать текст к удивительному произведению «Ты отказала мне два раза. . .» Поэты не справились! А для меня это была проверка «на вшивость» — смогу ли я такую дрянь написать?! Ну и написал![b]— Что в планах канала на следующий телесезон?[/b]— В планах — продолжать политику «фабрики грез», отдаляясь от реальности. Будут продолжены показы сериалов, идущих сейчас и имеющих высокий рейтинг, — «Друзья», «Дорогая, я уменьшил детей». Откроется новый сезон показом двух новых сериалов, снятых по ироническим детективам Дарьи Донцовой «Любительница частного сыска Дарья Васильева» и «Евлампия Романова. Следствие ведет дилетант». Снимается сериал по книге Георгия Вайнера «Умножающий печаль» (производство компании «Протел») и сериал «Бедная Настя» (производство компании «A-Media» совместно с «Columbia Tristar»). Появятся еще одна новая юмористическая программа и шоу выходного дня. И, конечно же, самое лучшее кино — в 21. 00: «Универсальный солдат» и «Возвращение универсального солдата», «48 часов», «Другие 48 часов», «Миссия невыполнима», «Сбежавшая невеста», «Затерянный мир», «Мерцающий» и даже «Гарри Поттер». . .

ЮРИЙ КУЗЬМЕНКО: В «ИСТОРИЮ ЖЕНЩИНЫ» ВСЕ МУЖЧИНЫ НЕ ПОМЕСТИЛИСЬ

[i]Рабочее название — «История женщины». Роман Юрия Перова «Прекрасная толстушка», по которому снимается фильм, давно стал бестселлером, выдержал несколько изданий. Наш корреспондент встретился с режиссером на съемочной площадке в одном из павильонов Студии имени Горького. [/i][b]— Юрий Александрович, так что это будет — сериал или фильм? Знаете ли, это не одно и то же. Качество, однако. . . [/b]— Мы пытаемся снять сериал. . . как фильм, в полном соответствии со сложившимися у нас традициями. Правда, если режиссер относится к своей работе серьезно, то сериал от фильма отличается только количеством нервных клеток, которые надо истратить, и уровнем материальных затрат. И в жестких «сериальных» рамках многие из нас пытаются сделать что-то, похожее на кино. [b]— Что за женщина, что за история?[/b]— Если коротко, не раскрывая всех секретов, и для тех, кто не знаком с романом, — это одна женщина и много ее мужчин. Начинается действие в наши дни. Героине (взрослую ее играет Ольга Остроумова) исполняется 60 лет. В день рождения она получает очень дорогое кольцо и загадочную записку, что этот подарок от «ее ласкового ежика». После этого наша героиня Мария со своей подругой юности Татьяной начинают гадать, кто этот «ласковый ежик», и наконец решают вспомнить всех мужчин в ее жизни. [b]— Весь «послужной список»?[/b]— Да. А так случилось, что в жизни Марии было много мужчин, среди них был даже нарком. Нарком, если кто не знает, это народный комиссар, сиречь министр, до 1946 года у нас были не министерства, а народные комиссариаты. [b]— И кто же имеется-подразумевается? Не Лаврентий ли Павлович часом?[/b]— Угадали, он самый. В романе имеется в виду Берия, и мы некоторое сходство пытались сохранить. Снимали, кстати, в подлинном особняке Берии, а играет наркома прекрасный актер Виктор Сухоруков. Вообще-то в романе Юрия Перова мужчин у Марии было больше двадцати, но мы уменьшили количество — все они просто не влезли в сериал! Потом роман – это роман, а кино – это другое. [b]— Кто еще из актеров занят в фильме?[/b]— Конечно, зритель узнает Александра Николаевича Лазарева и сына его, Александра Александровича. Они играют одного художника — в юности и в зрелости. Колоритная роль у достаточно уже популярного Андрея Егорова, он у меня в «Дальнобойщиках» снимался. А Виктор Проскурин, мой хороший друг, сыграл этакого негодяя, энкавэдэшника, злого гения, довлеющего над всею жизнью героини. Еще снимаются Влад Ецко, Ира Феофанова… Да много артистов, хороших и разных![b]— А Владислав Галкин? Вы его в «Истории мага» не забыли![/b]— Нет, Влад у нас не задействован. Я его давно не видел, но мне кажется, он слишком много стал сниматься, все-таки нужно ограничиваться. Я ему об этом говорил, надеюсь, он не обидится и прислушается к доброму совету. А то в последнее время у него на театр совсем нет времени, а ведь он прекрасный театральный актер! Я слышал, многие режиссеры его сейчас уже побаиваются приглашать, потому что слишком его много на экране. Вот если бы у нас в стране актер, сыграв одну роль, мог потом год выбирать следующую! Увы, это не так. [b]— Самое трудное для вас в подготовительном процессе к съемкам?[/b]— Не столько трудное, а важное – это подбор актеров. Ошибиться – раз плюнуть! Режиссера, оператора и всех других зритель видит, так сказать, опосредованно, а актер – лицо картины. Если вдруг в актера «не попал», то и образ не сложится. Вот в «Дальнобойщиках», Господь сподобил, я попал, и чудная пара слепилась – Володя Гостюхин и Влад Галкин. Не будь их – совсем другая была бы картина. И в этом фильме, я считаю, мне повезло. Мы рискнули и взяли совсем молоденькую девушку, первокурсницу Российской академии театрального искусства Олю Вичкелеву. Очень работоспособная, трудолюбивая и красивая. Пусть даст ей Бог удачи![b]— В ваших фильмах замечательная музыка. А уж песенная заставка в «Дальнобойщиках» – просто в точку! В «Истории женщины» такой визитной карточки не будет?[/b]— Музыки будет очень много. Ее пишет прекрасный питерский композитор Анатолий Дергачев, мой друг. Мы с ним работали в «Приключениях мага». Думаю, музыка и на этот раз будет хорошая. И особенная! Действие фильма растянуто во времени от 1953 года до наших дней, поэтому будет много стилизаций, передающих атмосферу разных десятилетий. Да, я очень надеюсь на Толю и его музыку. Прекрасно помню, как в 80-е снимал картину «Лето на память» по «Голубой чашке» Гайдара и поставил перед Толей задачу: написать оригинальную музыку. . . 30-х годов. И это ему прекрасно удалось![b]— Меня не поймут читатели, если я не спрошу: продолжение «Дальнобойщиков» снимать не собираетесь?[/b]— Съемки «Дальнобойщиков-2» должны были начаться сразу же после завершения работы над первыми сериями. Но произошли кадровые перемещения на канале НТВ, началась вся эта кутерьма и. . . Короче, время ушло. Потом мне предложили снимать «в зиму». А зимой снимать эту картину невозможно технологически! Все происходит в движении, стекла кабины должны быть открыты, чтобы было видно актеров. И вдруг — пар изо рта, стекла запотевшие, артистам холодно. . . Возникла пауза, а когда по прошествии времени последовало новое предложение, я уже был в другом проекте. [b]— В общем, для продолжения «Дальнобойщиков» должны сойтись планеты?[/b]— Да, должны лечь карты и сойтись звезды. Но я все-таки думаю, что любое продолжение, всякие там «-2» и «-3», почти всегда слабее и хуже, чем «-1», потому что в одну реку два раза не войдешь. Эксплуатировать одну и ту же удачную находку невозможно, она скоро надоест, потеряет свою актуальность. [b]— Что вы посоветуете зрителям, не читавшим роман «Прекрасная толстушка», дождаться выхода вашего фильма или сначала всетаки прочитать книгу?[/b]— Лучше дождаться выхода фильма, потому что это разные произведения. Если человек читал роман, то от фильма он ждет полного соответствия. Невольно, подсознательно. Так пусть уж лучше он «недоберет» в кино и захочет узнать произведение полнее — и это хорошо. Потом, должен предупредить, роман очень эротичен, а на мой взгляд, что позволено книге, когда человек с ней один на один, то не позволено кино, когда изображение выносится на большую аудиторию. [b]— Ну уж! Эротикой в кино сейчас кого удивишь?[/b]— Я не против эротики, но когда идет семейный просмотр, от некоторых кадров бывает неловко не потому, что ты их видишь, а потому, что ты их видишь в окружении домашних. Так вот, наш фильм более целомудрен, нежели роман. Жанр другой. Интонации другие. Мы сознательно пошли на это, может быть, как раз потому, что «эротикой» в кино, как вы говорите, сейчас уже никого не удивишь. Скорее уж отсутствием оной… [b]— Какие российские сериалы вы сами смотрите?[/b]— Мне очень нравятся работы Олега Фомина. Очень способный человек! А его «Нексты», кстати, опровергают мою мысль о том, что продолжение всегда хуже начала. [b]— Когда же мы увидим «Историю женщины» на экране?[/b]— Премьера в декабре!

РУСЛАНА ПИСАНКА: Я ГАРНА ДА ПЫШНА!

[i]После этого – только в академики, распределяющие ТЭФИ. Но есть еще и высший пилотаж: парное ведение передачи. Примеров не много. Можно вспомнить двух Елен, Хангу с Ищеевой, да Константина Цивелева с Алексеем Эйбоженко. . . Тем отраднее, что известнейший Лев Новоженов, приступая к ведению программы НТВ «Страна советов», не остался в гордом одиночестве, а выбрал себе напарницу — молодую киевлянку, стать и красота которой приковывают взгляд, актрису Руслану Писанку. [/i][b]-- Руслана, как вам удается так прекрасно выглядеть?[/b]— За это надо благодарить моих предков. Гены, смешение кровей… Потом, конечно, стилисты-визажисты, надевшие на меня аж пять корсетов. Ну а остальное зависит только от меня, от моего внутреннего настроя. [b]— А как у вас происходит ежедневная внутренняя настройка? Ведь прямой эфир высвечивает отрицательное настроение. [/b]— Иногда помогает утренняя молитва, а бывает, если просыпаешься не самой счастливой, надо выпустить яд. Было бы на кого! Если рядом мой Иван (друг Русланы. – С. М. ), а он приезжает из Киева редко, я такой возможности не упускаю. [b]— Вы уже адаптировались в Москве?[/b]— Меня не испугал мегаполис, я сама из столичного города. Но в Москве другой климат. Первый месяц я очень плохо себя чувствовала. Да и жила практически в поезде: три дня здесь, три дня в Киеве. Здесь – репетиции, запись анонсных роликов и «пилотных» передач; там — масса незавершенных дел. А я не путешественник по натуре, я люблю стабильность и определенность. [b]— А чем вы занимались в Киеве?[/b]— Я окончила Киевский театральный институт имени Карпенко-Карова по специальности режиссер телевидения. Вообще я всем советую получить пару-тройку профессий, знаете, хорошие монтажеры всегда нужны. . . Меня пригласила киевская «Продакшн студия» оформить на канале «Интер» программу «Погода». Я ее срежиссировала и задумала взять ведущим мужчину – им, мужчинам, доверия больше. Но актер, на которого делали ставку, не смог принять участие в программе, и тогда мой рассердившийся шеф поставил в кадр меня. Семь лет я, как раб на галере, ежедневно в прямом эфире вела прогнозы погоды. [b]— Поклонники появились?[/b]— Не то слово! Меня журналисты возвели в статус «звезды», секс-символа. При этом я снималась в кино. Последняя работа – роль ведьмы Горпыны в фильме Ежи Гофмана «Огнем и мечом». Это достаточно большая роль второго плана. Моя ведьма влюбляется в героя Александра Домогарова и, погибая, спасает его любимую девушку от смерти. [b]— То есть встретились два секс-символа, женский и мужской, киевский и московский?[/b]— Выходит так. Секс-символом меня назвали после первого украинского эротического фильма — «Несколько любовных историй» по «Декамерону». [b]— Скажите, «писанка» в переводе с украинского – это красавица?[/b]— «Писанки» – это пасхальные яйца, расписанные вручную. Не «крашенки», которые просто разноцветные, а когда на скорлупе рисуются орнаменты со смыслом. [b]— Они потом чем-то покрываются, лаком каким?[/b]— Нет, эти яйца потом разбиваются, их едят. В то же время есть музеи «писанок». [b]— Руслана, вы появились на российском телевидении где-то год назад… [/b]— Первый раз российские телезрители увидели меня в энтэвэшной программе «Принцип домино». Тема была «Наглость – второе счастье». Я никак не могла понять, как эта тема связана со мной, но, видно, по Москве гуляли какие-то слухи, и меня пригласили. Я приехала просто как артистка. Для меня это был всего лишь эпизод без каких бы то ни было планов на будущее. Так же странно и случайно меня пригласили в «Страну советов». Этим я обязана шеф-редактору Светлане Воробьевской, мучившейся в поисках соведущей для Льва Юрьевича Новоженова. Сначала, конечно, она вспомнила, что есть в Украине «гарна да пышна» девушка Руслана Писанка, так почему не найти, не поговорить? Ведь за спрос не бьют в нос! Мне позвонили, и я приехала. Со Львом Юрьевичем меня познакомили за несколько минут до выхода в кадр, мы даже не успели как следует поздороваться. [b]— И ваша первая реакция на Льва Юрьевича?[/b]— Это была полуигра-полуинтервью. У нас не было гостей в студии, а была заданная тема, на которую мы импровизировали. Лев Юрьевич вначале был очень сдержан, мы же оба Скорпионы, а мне терять было нечего. И постепенно, постепенно Лев Юрьевич стал оттаивать. Я увидела какой-то особый прищур, почувствовала, как пошла та энергия, о которой многие говорят, как заблестели его глаза. Когда он меня обнял, я поняла, что контакт есть! Потом я уехала в Киев, вскоре мне опять позвонили и сообщили, что я — та самая пара, и с Львом Юрьевичем буду вести «Страну советов». А у меня куча планов: веселый музыкальный спектакль с элементами фарса, сериал про «скорою помощь». . . Но Новоженов все пересилил![b]— Лев Юрьевич сложный партнер?[/b]— Мы с ним проживаем жизнь! И как у партнеров у нас сейчас цветочно-конфетный период: люди встречаются, потом женятся и так далее… И все это на глазах у изумленной публики! Если бы это был сериал, где четко прописаны роли, мы бы знали: в двадцать восьмой серии я получаю по голове, в двадцать девятой он должен выбросить меня с третьего этажа, в тридцатой. . . Мы ничего этого не знаем, потому что еще притираемся друг к другу, и я не представляю и не планирую, что будет дальше. [b]— Он ведь вас «подкалывает»! А соответствующий ответ с вашей стороны в принципе возможен?[/b]— Да, «подколоть», пошутить он может, но никакого зла в этом нет и в помине. В жизни вообще так: мужчина хорохорится, женщина поддается, но потом наступает момент, когда женщина говорит: «Ап!» — и мужчина под каблуком. Мне интересно, что будет дальше, но главное — со Львом Юрьевичем мне интересно работать. [b]— В Киеве «Страну советов» смотрят? А вообще российское TV?[/b]— У кого есть «тарелка». [b]— И как?[/b]— О телевидении? Удручает количество проливаемой на экране крови. Конечно, она искусственная, но все-таки. . . Та же «Бригада» сделана очень профессионально, и рассказ о дружбе и предательстве в бандитской среде, безусловно, любопытен, но чем это отзовется, кто знает? Боюсь, некоторые родители предпочтут для своих детей судьбу Саши Белого. Но не я![b]— Что пишет киевская пресса о вас и «Стране советов»?[/b]— Рейтинги хорошие. «Страна советов» выходит на моем родном канале «Интер». А пишут разное — и хорошее, и гадости с привкусом национализма. Последние строчат люди, которые хотят заработать деньги или имя на Писанке. Дураки, короче. Я не считаю, что каким-то образом принижаю или предаю Украину. Я уверена, что если мы будем работать вместе, обмениваться кадрами, идеями, от этого никому не будет плохо. Как раз наоборот. Да так вся Европа живет! А у нас после выхода на экран «Огнем и мечом» перед кинотеатрами на Западной Украине стояли пикеты с плакатами: «Не смотрите это кино! Богдан Ступка и Писанка запродались!» Да, Генрик Сенкевич написал роман, Ежи Гофман снял по нему нелицеприятный для украинцев фильм, так пусть это будет взгляд на себя со стороны и пища для размышлений. [b]— Руслана, с киевскими «москвичами» общаетесь?[/b]— Пока нет. Я не люблю тусовки. Если меня Саша Цекало, Александр Роднянский или Лолита пригласят куда-нибудь — я с удовольствием. Два раза Лев Юрьевич брал меня с собой в очень интересные компании, где я общалась с газетчиками и киношниками. При этом Новоженов показал себя галантнейшим кавалером![b]— Разрешите пожелать вашей замечательной паре провести с блеском следующую церемонию награждения «ТЭФИ», и при этом быть номинированными самим![/b]— Ой, скажете! Я так далеко не заглядываю, но почему бы и нет?!

ГАЛИНА - ДЕВУШКА С ГИТАРОЙ

[i]Поскольку ваш корреспондент и сам себя мнил в бардах лет двадцать назад, то представить читателям Галину Хомчик, лучезарную, улыбающуюся, для меня сплошное удовольствие. Тем более что после президентского концерта, посвященного Дню Победы, который доверили вести Гале, у многих несведущих или подзабывших бардовскую песню возник вопрос: кто такая? Кажется, видели ее по «ящику». . . Да, видели, ведь Галина Хомчик – телевизионный человек с двадцатилетним стажем и официальным названием должности «продюсер высшей категории Международной дирекции ТТЦ». О как![/i][b]— Галя, знаю, вы были на «Славянском базаре». [/b]— Там со товарищи я представляла проект «Песни нашего века». Уже второй раз. В этом году мы приехали как участники гала-концерта, спели две песни. В эфир, конечно, пошла одна. [b]— А как фестиваль. . . вообще?[/b]— «Славянский базар» как фестиваль народного творчества сегодня стал «тусовкой» для «своих». Я могу его сравнить с Грушинским фестивалем бардовской песни в последние лет десять. И там, и там есть «шоколадный набор» исполнителей, который постоянно в наличии. Но больше меня расстроило то, что я потом увидела на экране. В телевизионную версию гала-концерта попало далеко не лучшее из того, что прозвучало, а наоборот. Мне кажется, это результат вкусовщины, знать бы, чьей![b]— Может, это телередактура, прости господи, за бранное слово?[/b]— Может быть. Как бы то ни было, но, к примеру, Надежда Бабкина со своим ансамблем исполнила три или четыре песни, а в телеверсию попала одна, причем совершенно «попсовоотмороженная», исполненная на пару с каким-то молодежным коллективом. Бабкина — очень достойная певица, у нее прекрасный ансамбль, они профессионалы высочайшего класса, а тут. . . [b]— Дак политика нынче такая. Чем проще, чем хуже – тем лучше![/b]— Не скажите! Лариса Долина и Александр Буйнов – апологеты нормальной популярной музыки, но и у них в эфир попадает лишь то, подо что можно танцевать. Молодежь якобы требует! Да где она, молодежь? Ладно, в зале есть, а на сцене? Впрочем, на гала-концерте в Витебске была симпатичная группа «Премьер-министр», ребята раскрученные, прилично поют, но сказать, что это было «ах!», я не могу. Это не яркое явление, на которое стоило бы ориентироваться, хотя и не худший вариант нашей соул-поп-музыки. А еще в Витебске выступала Ирина Шведова, у которой замечательный голос, актерское дарование, так она даже не попала в эфир![b]— Нам, людям старой закваски, все это кажется странным. [/b]— Консерваторам, да? А что в этом плохого? Между прочим, мы выросли на классике! Симфоническая музыка, бардовская песня… А Дунаевский, Колмоновский, подлинные звезды советской эстрады? Вчерашнее не обязательно выкидывать и забывать, у него подчас и поучиться не грех. Мало кто знает, что музыка песни «Под небом голубым», исполняющаяся Борисом Гребенщиковым, принадлежит композитору XVI века Франческо да Милано. Знаете, в несметном количестве звучащего мой редакторский слух сразу отличает новизну от повтора, откровенный плагиат и перепевы. И то, и другое, и третье получает путевку в жизнь из-за отсутствия элементарного культурного образования у нынешней публики, да и у большинства исполнителей тоже. [b]— Зато у министра культуры с ним все в порядке. Театровед, однако. [/b]— Меня радует наш нынешний министр. Я считаю, что его должно быть больше везде и на его вкусы стоит ориентироваться. [b]— Может, ему стоит поменять профессию? Из высокопоставленных чиновников уйти в ведущие разных культурных программ — разных, а не только в «Революцию»? Может, придет кто-нибудь из музейной или библиотечной сферы, и там тоже станет все хорошо, как сейчас с театрами. [/b]— Не надо! Пусть остается. По крайней мере, Швыдкой в силу своей интеллигентности не будет кричать: «Я — образец вкуса!» — и тем диктовать всем свой личный «формат». Что до музеев и библиотек, так выше отпущенных на них средств он все равно не прыгнет. А за театр — спасибо! За спектакли на телеэкране — спасибо отдельное. [b]— Хорошо, что напомнили. . . Галина, как вы пришли на ТВ?[/b]— Я окончила филфак МГУ и сразу начала работать на телевидении в Главном управлении внешних сношений, так оно тогда называлось. Мы делали небольшие сюжеты для зарубежных агентств. В конце 80-х наш отдел «был брошен» на проведение знаменитых телемостов. Их делала небольшая группа людей, но каких! Леонид Золоторевский, Павел Корчагин и, конечно же, Владимир Познер, «главное лицо» нашей страны, в которой тогда «секса не было». Я работала редактором, потом — продюсером, для меня это была колоссальная телевизионная школа. Мало-помалу освоила все: режиссерский пульт, телекамеру, звук, свет, декорации. . . [b]— А что было после «мостов»?[/b]— Гостелерадио распалось на части, и мы стали Международной дирекцией Телевизионного технического центра. Работы поубавилось в несколько раз, и я стала по договорам делать на разных каналах передачи о бардовской, авторской песне, которую любила с самого детства. Сама придумывала, режессировала, монтировала, сама вела, в общем, все сама. На первом канале шла моя программа «Я вам спою». На 31-м канале была программа «Наполним музыкой…», ее потом купил ТНТ, и уже по их заказу я сделала десять часовых программ, где каждая песня была смонтирована как отдельный номер. [b]— Детишкам «песенный теледолг», помнится, вы тоже отдали. [/b]— Да, какое-то время на СТС делала «Детское время», а на ТНТ «Сказку на ночь». Я приглашала гостей, каждый из которых рассказывал что-то из своего детства и пел какую-нибудь колыбельную песню. У меня были Елена Камбурова, Виктор Берковский, Иващенко с Васильевым, в общем, все свои. [b]— Почему же каналы отказались от такой замечательной идеи?[/b]— Детские, как и бардовские программы, не приносят дохода. В детской нельзя по законодательству размещать рекламу, она бюджетная: есть на нее деньги – выходит, нет – сами понимаете. А бардовские программы наше телевидение вообще не очень любит. [b]— Почему?[/b]— Потому что телевидение — это прежде всего шоу. И коммерция. Тогда как бардовская песня – ни то ни другое. И денег не приносит, потому что целевая аудитория – небогатая интеллигенция. [b]— Но какая аудитория! Программу Михаила Кочеткова «Гнездо глухаря» смотрело полстраны, несмотря на то, что выходила она аж в шесть утра. [/b]— Это была спонсорская программа. Как только кончились деньги, она закрылась. Да и потом в «Гнезде глухаря» были не одни только барды, туда приходили и писатели, и сатирики, и телеведущие. Это был хороший, интеллигентский вариант «Нашей гавани». Не хочу никого обидеть, в «Гавани» бывает много неплохих исполнителей, но те из них, кто объявляет себя бардами, никуда не годятся. Извините, жанр другой![b]— Так и передача не про бардов… [/b]— Да, это шансон. В лучшем случае. Или городской, дворовый романс, замешанный на ностальгии. С соответствующими послаблениями. А основа бардовской песни – это хорошие стихи. Я не могу представить в этой программе песни Вероники Долиной в ее исполнении. [b]— А Окуджава?[/b]— Его «Надя-Наденька» вполне подходит, но она давно стала народной, кто ее написал, знают только любители жанра. [b]— Но актер Максим Кривошеев с блеском исполняет в этой программе Галича и Петра Старчика![/b]— Может, он и делает это с блеском, как вы говорите, не буду спорить, я не слышала. Меня пугает другое: люди, не знающие, что такое настоящая бардовская песня, воспринимают «Гавань» как программу именно о ней! Да, какие-то песни бардов туда попадают, но это те, что поют хором и давно стали шлягерами. А это уже скорее специфика другого проекта — «Песни нашего века». [b]— Галя, а вы сами пишете песни?[/b]— Никогда этим не грешила. Мне Господь даровал путь исполнителя. Записано у меня пять альбомов: «Нескучный сад», «По-женски о вечном», «Не покидай меня, весна», «Знакомая романтика» и «Неожиданный альянс». В прошлом году меня включили в энциклопедию «Самые знаменитые барды России», это исполнителя-то! Ктото подсчитал и удивился: оказалось, я — рекордсменка по количеству сольных концертов! Сейчас в студии «Московские окна» я записываю альбом песен Булата Окуджавы. В следующем году у него юбилей, и потому работа эта для меня очень важна. Тревожно, конечно: как спою, как передам свое отношение и понимание приоткрывшихся мне тайн его поэзии? Ведь, перефразируя барда-философа Александра Мирзаяна, гениев в нашей песне много, а волшебник – один, Булат Шалвович![b]— Спасибо вам, Галя. И побольше нам ваших Галя-концертов![/b]

ВЛАДИМИР КРАСНОПОЛЬСКИЙ: ЕЛЬЦИН НЕ ДАЛ НАМ ДЕНЕГ НА ЕРМАКА, ПРИШЛОСЬ ИДТИ К НЕМЦАМ

[i]Можно смело утверждать, что осень этого года и начало нового телевизионного сезона проходят под знаком тандема двух режиссеров — Владимира Краснопольского и Валерия Ускова. В конце августа состоялась премьера их сериала «Сыщик без лицензии», а в сентябре — повторные показы телесаги «Две судьбы» на Первом и исторической драмы «Ермак» на М1. Предполагаются еще повторы «Нины» и «Провинциалов». В разгаре этой ретроспективы мы беседуем с одним из участников кинодуэта — Владимиром Краснопольским. [/i][b]– Владимир Аркадьевич, поздравляем вас и Валерия Ивановича с августовской премьерой «Сыщика без лицензии» на Первом канале! Какую прессу, какие отзывы собрал фильм?[/b]– Пока не знаю. Но, судя по звонкам и разговорам с соседями – а я живу в кинематографическом доме, – наша самая большая режиссерская удача в том, что мы нашли главного героя – актера Анатолия Лобоцкого. [b]– А как вы его нашли?[/b]– Это очень смешная история. Я еще на «Сыщиков» пытался пригласить Лобоцкого, но он был тогда еще весь «горячий», еще не отошел от образа романтического героя в «Зависти богов» Меньшова. А мне в «Сыщиках» нужен был хоть и романтический, но все-таки достаточно жесткий персонаж. Поэтому его нам не утвердили. Но у меня осталось чувство глубокой симпатии к Анатолию. Я знал, что рано или поздно буду его снимать. Когда Валерий Усков начал актерские пробы для «Сыщика без лицензии», я в это время заканчивал своих «Провинциалов». И, помня о Лобоцком, просто навязал Ускову попробовать его на главную роль. Валерий не хотел. В итоге Усков пришел в восторг от игры Анатолия, а мне его пробы совершенно не понравились. Вот как все повернулось, какая метаморфоза произошла! Сейчас я счастлив, что согласился с моим соавтором и Анатолий сыграл нашего сыщика! У него там очень хорошие глаза, легкая улыбка, которой весьма трудно было у него добиться, работа мысли. . . [b]– Наверное, выбор актеров – самый важный момент для фильма? Как вы нашли замечательную пару «сыщиков» – Бориса Щербакова и Сергея Степанченко?[/b]– Сергея Степанченко посоветовал автор сценария «Сыщиков» Владимир Брагин. Актер со своим юмором, за ним стоит «Ленком», а как известно, Марк Захаров умеет чувствовать актера. И на пробах после команды «мотор!» мы сразу же поняли, что это наш Егор Немигайло. А с Борисом нас связывает многолетняя человеческая дружба, и когда я предложил ему роль, он сказал: «Для тебя – что угодно!» И эту пару – эстет-интеллектуал, любитель французского шансона и шутливый медведь-увалень – наши продюсеры сразу же утвердили. [b]– Кстати, о продюсерах. Самый же сложный момент – найти источник финансирования фильма… [/b]– И не только найти, но и правильно распорядиться, как правило, не такими уж большими деньгами. Вот, например, картина «Две судьбы» была включена в план правительства Москвы по производству телесериалов, за что огромное спасибо!Сценарий и наше режиссерское мастерство позволили уложиться в эти деньги. Мы смогли найти какието телевизионные решения, хотя считаем себя чистыми кинематографистами и числимся на «Мосфильме». Наши продюсеры Юрий Васильевич Мацук и Евгений Александрович Зобов сумели вовремя и правильно распорядиться выделенными средствами. Картина произвела фурор, я не боюсь этого слова! Мне звонили каждый день с одним вопросом: а чем кончится? Видимо, люди соскучились по такой семейной истории, которая еще и историческая. Как здорово написал один журналист: «от 60-х годов до 600-х мерседесов»![b]– После таких удач можно и почить на лаврах![/b]– Некогда. Сейчас я работаю над семейной драмой «Подари мне жизнь», а Валерию Ивановичу надо немного отдохнуть. Все-таки он снимал большую часть «Сыщика без лицензии». Но и то он приходит на озвучивание. Мы с Усковым сняли где-то 115 серий для 16 картин, а я считаю, что каждая серия – это отдельная работа, законченное произведение. А на днях мы встречаемся с директором Свердловской киностудии и окончательно решаем вопрос о запуске новой картины «Александр Колчак и Анна Деберева. История любви». Это будет 12 телесерий и 2часовой кинофильм. Историческая мелодрама на фоне катаклизмов Гражданской войны. [b]– Получается, что вы замыкаете круг, вновь обращаетесь к теме, начатой в «Тени исчезают в полдень», но с другой стороны? Чья идея?[/b]– В «Тенях» тоже отображена «другая» сторона. А насчет идеи. . . У нас с Валерием честнейшие отношения, мы никогда не говорим, кто что придумал. Но есть один исторический факт. Это я нашел книгу «Тени исчезают в полдень», а не он. Дело было за городом, мы с приятелем катались на лыжах и наткнулись на девушку, подвернувшую ногу. Мы ее доставили к ней домой, и вот там, в деревенской избе, я и наткнулся на роман Анатолия Иванова. Привез его Ускову, и тот поддержал идею!А снимать «Вечный зов» очень хотел покойный Евгений Матвеев. Уж как он этого добивался, как обхаживал Анатолия Степановича Иванова, но тот обещал сценарий нам и слово сдержал. . . [b]– Вы с Валерием Усковым двоюродные братья, оба родом из Свердловска. Правда ли, что играли в одной волейбольной команде с Ельциным?[/b]– Не в одной! Против! Я играл за университет, а он – за Уральский политех. И мы всегда УПИ проигрывали, потому что у нас учились в основном девушки, мало было спортивных ребят. А в УПИ – полно, далее шли «горняки», а мы – третьими по силе. Спустя много лет меня спросили иностранные журналисты, как вел себя Борис Николаевич на площадке. Я сказал, что, когда его команда уступала хоть одно очко «горнякам» или физтеху, самым принципиальным противникам, он становился таким, что, если бы во времена его «царствования» он на месяц стал таким, Россия выкарабкалась бы из распада. Там он был настоящим капитаном![b]– Помогал ли вам земляк?[/b]– У нас остались к нему претензии. Когда нам не хватило денег на озвучивание и запись музыки к картине «Ермак», мы обратились к нему. Он отнесся не так, как следовало бы обращаться с земляками и с русской картиной. Пришлось сотрудничать с немцами, которые стали совладельцами продажи картины на международном рынке. [b]– Соединение художников в пары, это что, на ваш взгляд, потребность во «втором», как у Высоцкого: «Пошли мне, Господь, второго, чтоб было с кем спеть на двоих. . .» ?[/b]– Это очень хорошие слова. Может, это потребность. Может, непредсказуемость судьбы. У нас с Усковым особая пара. Мы не просто соединились. Мы лежали, родившись в одной коляске, дрались вместе в школе и на улице, в футбол играли вместе, в университет пошли вместе. . . Мы чувствуем друг друга. У нас одна нота в восприятии творчества, мы настроены на одну волну. Одним словом, мы братья! [b]ДОСЬЕ ВМ [/b][i]Владимир Аркадьевич Краснопольский, режиссер, народный артист республики. Родился 14 июня 1933 года. В 1963 году окончил ВГИК. Вместе с Валерием Усковым поставил фильмы «Самый медленный поезд», «Неподсуден», «Тени исчезают в полдень», «Вечный зов», «Ермак», сериалы «Сыщики», «Две судьбы», «Сыщик без лицензии» и другие. Живет и работает в Москве. [/i]

Юрий Куклачев: Я сам свободен, как кот, не терплю, когда мной командуют!

Был такой замечательный американский фильм “Благословите детей и зверей”. О группе подростков, которые прониклись жалостью к истребляемым бизонам в некоем американском заповеднике да и поехали спасать этих бизонов. Можно еще вспомнить “Внимание, черепаха!” Ролана Быкова, а еще “Тропой бескорыстной любви”, о рыси, попавшей в людской социум, “Кому он нужен, этот Васька!” Сергея Образцова, “Белый Бим Черное Ухо” Троепольского и Ростоцкого… Да много еще чего было, что воспитывало душу подростка, помогало маленькому человеку научиться добру.[b]Уже 14 лет Московский Театр кошек Юрия Куклачева – такая же неотъемлемая часть нормального воспитания в детях доброты и любви к ближнему. Сам Юрий Дмитриевич на арене – сплошь воплощение радости, а в жизни – классический грустный клоун и лирик.[/b][b]– Юрий Дмитриевич, не переносите ли вы принципы дрессуры животных на своих домашних?[/b]– Невольно, профессия накладывает, переношу, точнее – уже перенес. Но только я это не назову дрессировкой, это – воспитание. Стремление вверх и к свету. Я сам свободен, как кот, не могу терпеть, чтобы мной командовали, человека любого ранга и любой “высоты” всегда поставлю на место.[b]– Вы себя ощущаете в жизни котом, а жена у вас кошка или какой другой зверь?[/b]– Мне в жизни очень повезло, мы с женой уже тридцать лет вместе и нам всегда сладко. Мы не привыкли друг к другу. У нас трое детей, но интерес друг к другу постоянный, а это самое главное! Мое сердце не огрубело. Мне не нужно искать каких-то новых, еще новыхеще новых встреч, чем люди в основном занимаются.Это – болезнь, нарушение главного правила Вселенной. Как бы ты ни пыжился, сколько бы ты ни затаскивал в свою… жизнь разных и посторонних, отдать любовь некому и некуда.[b]– Вы учите детей на сцене и в книжках, что главное правило Вселенной – любовь?[/b] – Да! Это основа всего сущего. В Библии сказано: Бог есть любовь. И ее нельзя потрогать руками, увидеть глазом, это – чувство души, ощущение сердца. Я верующий человек, поэтому для меня это самое главное в общении с каждым, созданным по образу и подобию, и не только. У меня были очень трудное детство и юность, полная лишений. Семья жила в доме с земляным полом. Тяжелая работа печатником в типографии. Но я не отчаялся и не озлобился. Учился слушать тишину и понимал, что только в тишине, в ладе со своей душой можно разглядеть то главное сокровище, которое находится глубоко внутри каждого. Потом я стал записывать “тишайшие” мысли, воспоминания о детстве и бесхитростные истории, случившиеся со мной и моими кошками. И хочу сказать сердечное спасибо издательству “Мнемозина”, где я нашел единомышленников и которое их напечатало и продолжает издавать в серии “Школа доброты Юрия Куклачева”. Мои книги даже рекомендованы Министерством образования в качестве пособия для чтения в начальной школе. Отрадно и то, что иллюстрирует серию моя дочь Катя. И я уверен, что в наше злобное время нужно пройти “школу доброты” каждому, и маленькому и взрослому человеку.[b]– Но каждый “каждый” может и наплевать в душу?[/b]– Нет. Если вдруг такое случается, то я понимаю, этот каждый “каждый” недополучил любви с молоком матери, с безразличием отца, с нежеланием близких понять его. И он сам понимает, что в его жизни происходит что-то не то, не по главному правилу Вселенной! Оттого и озлабливаются молодые люди, да почему только молодые, сколько у нас в стране пенсионеров – неврастеников! Даже животные, в частности кошачьи, с коими я имею дело! Когда ребенок берет в дом простую полосатенькую кошку, это очень правильно, она станет ему замечательным другом, членом семьи. А когда ему заводят декоративную, предположим, “перса” – это по незнанию, в дом приходит больная игрушка, которая и гадить может начать там, где ей хочется, и предрасположена к мочекаменной болезни... Я их называю несчастными, очень несчастными людьми: и одеты красиво, и умный вид имеют, а на самом деле там с мозгами не все в норме. Они только для выставок, чтобы порода не исчезла. Очень редко среди “персов” чистокровных, по моему опыту, бывают нормальные животные, из четырех – один. Нормальные кошки – артисты, в основном “сибиряки”. “Сибиряки” все умные – подряд. И такие же пушистые, как “персы”, морда, правда, не курносая.[b]– Самый животрепещущий вопрос наших читателей: как определить пол маленького котенка?[/b]– Это почти невозможно. Есть маленькое различие для опытного глаза – в носике, у котов он чуть более широкий. И все. А так метод один, “бабушкин”… [b]– А кошки-близнецы бывают?[/b]– Конечно. Недавно у нас кошка окотилась четверыми, все – близнецы. Только у кого-то усик меньше, у кого-то хвостик толще. Но вообще проводить параллели, смешивать и сравнивать мир кошек с человеческим социумом ни к чему, это ошибка. У каждого – свое. Это совершенно разные миры. Человек все-таки высшее творение мироздания. Я на спектаклях говорю ребятам: у вас у всех всегда есть с собой компьютер. Они удивляются: где компьютер, какой компьютер? А я говорю: возьмите голову руками, закройте глаза и представьте, что вы в руках держите Вселенную, это ваш головной мозг. Другое дело, кто как им распоряжается. У кошек такого компьютера нет.[b]– А душа?[/b]– Хотелось бы верить, что есть. Но, повторюсь, только человек – высшее создание Природы, он создан по образу и подобию. Да нам более семидесяти лет внушали, что и у человека души нет. При этом наука о душе – психология – была, а души не было! Даже психиатрия была, лечили несуществующее! Ведь что такое сегодня не привести ребенка в Театр кошек?! Дальше он вырастет, детство уйдет. А ведь это первое впечатление, первое общение с живым театром, где и драма, и сюжет. Их захватывает, они переживают, соучаствуют. Ведь у нас не чудеса дрессуры, у нас все построено только на любви. Если заболел “артист” и не хочет или не может работать, значит, заболел. Вялый такой, ложится, смотрит виновато на тебя, я все сразу понимаю и не заставляю, а начинаю лечить. Невозможно заставить кошку. Пускаем “дублера” и когда у некоторых “артистов” наступают “мартовские иды”, как я называю ежегодные кошачьи “гуляния”.[b]– Как же удается уберегать?..[/b]– Ну, все-таки у нас в театре 2000 квадратных метров. Разводим: мальчики – направо, девочки – налево. Все равно Васька один раз проник на “женскую” половину, как дал шороху! В итоге – тридцать котят. Разврат был полный. Решил я его после этого наказать – кастрировать. Приехал в “ветеринарку”, сижу, жду.Вдруг дверь открывается: Куклачев, на кастрацию! У-у-у! Бедный Вася! И ушел. И больше не пытаюсь, ничего не поделаешь – природа! [b]– Юрий Дмитриевич, вы живете в полном ладу со своей душой, вас окружают любимые звери и люди. О чем еще можно мечтать, чего желать?[/b]– Желаю, чтобы все наши дети пришли в наш театр, если еще не бывали. А взрослые нашли на это время и средства. Все-таки мы сделали очень доступными цены на билеты – от 20 рублей. Самые малоимущие могут себе позволить. Конечно, есть и дорогие, для иностранцев, но театру надо выживать! Я посчитал, чтобы театр просто окупал себя, мы должны давать в месяц по 30 спектаклей – аншлагов! Такое невозможно! Поэтому в прошлом году театр чуть не погиб, выручили только месячные гастроли в Японии.[b]– И какие перспективы?[/b]– Знаете, обнадеживающие. По распоряжению Юрия Михайловича Лужкова комитет культуры финансировал проведение двадцати Уроков Доброты в нашем театре. Для всех библиотек Москвы заказаны в издательстве “Мнемозина” книги “Школа Доброты Юрия Куклачева”. А недавно я встречался с Л. И. Швецовой и из разговора с ней понял, что Театр кошек в скором времени будет взят под охрану государством.

Эксклюзивы

Погода в Москве в последние выходные марта

Чем опасна плесень на хлебе, можно ли ее срезать и продолжить есть: объясняет врач

«Опасно»: могут ли изменить закон об авторском и исключительном праве в России

Новые правила определения расходов на ремонт по ОСАГО: что известно

Может ли начальник запретить пить чай на рабочем месте

Метеоролог Позднякова рассказала о погоде в Москве в последние выходные марта

Гастроэнтеролог Терехова объяснила, чем опасна плесень на хлебе

«Опасно»: могут ли изменить закон об авторском и исключительном праве в России

Новые правила определения расходов на ремонт по ОСАГО: что изменится для автолюбителей

Юрист Рудакова объяснила, может ли начальник запретить пить чай на рабочем месте

Вечерка ТВ

Синемания. Актриса, которая слушает тишину

Перекличка столиц. «Кумиры молодежи»

Истории. 120 лет Клавдии Шульженко

Преображенский клуб. «Экономика и Россия будущего: на пути к нашей Победе»

Приметы и советы

Народные приметы на 30 марта 2026 года

Народные приметы на 29 марта 2026 года

Народные приметы на 28 марта 2026 года

Народные приметы на 27 марта 2026 года

Народные приметы на 26 марта 2026 года

Народный календарь. Что нужно пить 30 марта, чтобы обрести силу и здоровье

Народный календарь. Как в Саввин день, 29 марта, узнать будущее по скрипу колес

Народный календарь. Почему 28 марта нельзя перебирать вещи в шкафу

Народный календарь. Как избежать конфликтов на Федора Скотника, 27 марта

Народный календарь. Что сделать 26 марта, чтобы сохранить красоту на долгие годы

Проще, чем кажется

Как предотвратить развитие диабета

Клещевой энцефалит: профилактика, лечение, как проявляется

Как поменять батареи дома и не получить штраф

Как избавиться от снега на дачном участке весной

Как сделать бюджетный косметический ремонт квартиры своими руками