Алексей Кива — все материалы автора

Приметы и советы

Народные приметы на 1 мая 2026 года

Народные приметы на 30 апреля 2026 года

Народные приметы на 29 апреля 2026 года

Народные приметы на 28 апреля 2026 года

Народные приметы на 27 апреля 2026 года

Народный календарь. Как защитить урожай от сглаза на Кузьму Огородника, 1 мая

Народный календарь. Что нужно делать с медом 30 апреля

Народный календарь. Почему нужно заниматься рассадой на Арину, 29 апреля

Народный календарь. Для чего нужно грызть рябину 28 апреля

Народный календарь. Как избежать безденежья на Мартына Лисогона, 27 апреля

Алексей Кива

Оценим шансы

[i][b]Время течет быстро. Не успеем оглянуться, как во весь рост станет вопрос: кому быть президентом России? Не так уж и много реальных претендентов на этот пост.Юрий Лужков? Александр Лебедь? Невелики, с позиций сегодняшнего дня, шансы у Виктора Черномырдина, еще меньше — у Григория Явлинского. Конечно, и Геннадия Зюганова не следует сбрасывать со счета, уже хотя бы потому, что его консолидированный и достаточно мощный электорат гарантирует ему выход во второй тур.А это сильно влияет на всю стратегию предвыборной борьбы, заставляет лагерь правых заранее просчитывать, кто может выиграть у Зюганова, а кто ему наверняка проиграет, словом, побуждает партию власти задумываться о единой кандидатуре. Называются еще имена спикера Строева и генерала Николаева.[/b][/i][b]Попытка прогноза [/b]Борис Николаевич выбывает из игры.Он и сам об этом заявляет, ссылаясь то на возраст, то на Конституцию — в зависимости от настроения. Впрочем, мотив заявлений неважен. Принципиально то, что Ельцину пора уходить. Проблемы страны не решаются, и уже не кажется фантастической угроза объявления России мировым банкротом, а экономия на жизненном уровне людей, многие из которых и так с трудом сводят концы с концами и не понимают, ради чего они должны страдать, может обернуться социальным взрывом. И уже не только сидящие перед Белым домом шахтеры требуют отставки президента — с предложением к президенту уйти добровольно обращаются на уровне целых регионов. Во что все это выльется, мы еще не знаем.Юрий Лужков неустанно повторяет, что вполне удовлетворен своим нынешним положением и свою кандидатуру на президентских выборах в 2000 году выдвигать не будет. Что ж, он имеет право на такую позицию, а мы, со своей стороны, имеем право высказать мнение о потенциальных и наиболее перспективных кандидатах в президенты. Причем не только о тех, кто может быть избран, но и о тех, кто может руководить страной.И еще. Судя по всему, у нынешней власти, олицетворяемой Ельциным, вообще мизерны шансы на то, чтобы ее представитель победил на президентских выборах. Сейчас ситуация в экономике далека от стабильной: а в будущем, как считают многие аналитики, она может даже ухудшиться.Известный аналитик, эксперт Ассоциации российских банков Лев Макаревич прогнозирует ухудшение конъюнктуры на мировом рынке на сырье вплоть до 2005 года. И поскольку у нас практически нет иных источников получения валюты, то власть и дальше вынуждена будет «прибегать к неплатежам, заимствованиям на внутреннем и внешнем рынках…». В результате погашение долговых обязательств в 2000 году может составить 70 процентов расходной части бюджета. Причем ухудшение экономической и общей ситуации будет происходить на фоне вопиющих социальных контрастов, когда разрыв в доходах десяти процентов самых богатых и самых бедных граждан уже стал 26-кратным.Не все плохие прогнозы, к счастью, сбываются. Однако в случае развития событий по худшему сценарию вполне возможны всякие неожиданности, в том числе и появление «темной лошадки» — ловкого и опасного демагога, который решительно заявит, что знает, как вытащить страну из трясины, куда ее завели нынешние руководители, — можно только догадываться, как он их будет называть. С учетом этого тем более важно стране и народу знать, что в России есть лидеры, доказавшие на деле, что умеют и толково хозяйствовать, и защищать национальные интересы. Не потеряв чувства национального достоинства, они живут своим умом, критически относясь к советам и рекомендациям разного рода «друзей», экспертов и пр., не копируя слепо чужие пути развития, но и не противопоставляя Россию миру. Да и не ломая то, что уже было создано и что имеет перспективу.[b]Почему о нем говорят [/b]Мэр города, даже столичного, — это не президент и не премьер. Те в силу своих должностных обязанностей находятся все время на виду у публики, в центре внимания прессы.И если вдруг имя лидера регионального масштаба оказывается у всех на слуху, значит, он чем-то привлек к себе всеобщий интерес. Такое у нас случается нечасто. Последний раз такой чести удостоился Борис Ельцин, когда он стал первым секретарем МГК КПСС, то есть, по существу, московским градоначальником. Но популярность Ельцина имела специфический, если не сказать скандальный, характер. Она выросла в обстановке борьбы против номенклатурных привилегий, за интересы простых людей, и венцом ее стал вызов тогда еще всесильному Политбюро.В столице Борис Николаевич прославился прежде всего своими кадровыми перестановками.Юрий Лужков — политик совершенно иного типа. Взвешенный, выдержанный, отличающийся сильным характером. Лужковское «Ха-ха-ха!», потрясшее стены хасбулатовского Верховного Совета в ответ на нападки депутатов, продемонстрировало стране и миру, что этот человек не запаникует, не дрогнет в любой ситуации, он будет действовать сообразно своим представлениям. Мэр чужд эпатажу, эксцентрике. Да, он на виду у всех охотно играет в футбол, бросается в ледяную воду, но наверняка не стал бы дирижировать после застолья оркестром в чужой стране. И что немаловажно, прежде чем стать признанным политиком общероссийского масштаба, Лужков проявил себя как умелый и рачительный хозяйственник.С чего Лужков начал свою хозяйственную деятельность в новых условиях? Он дал свободу торговле как первому этапу на пути развития рыночных отношений.Но сколько было шума по этому поводу! Москва-де превращается в сплошной базар, в грязную свалку и т. д. Кстати, примерно так же реагировали и приезжавшие в Москву иностранцы. Теперь-то многие понимают, что Москва шаг за шагом строила рыночное хозяйство: торговые ряды, развалы уступали место палаткам, палатки — лавкам, лавки — вполне современным большим и малым магазинам. Торговля дала импульс развитию малого и среднего бизнеса, приносящего сейчас львиную долю поступлений в городской бюджет. (А отнюдь не банки, как утверждают политические противники мэра). Одновременно началось широкое жилищное строительство, которое в мировой практике рассматривается как один из локомотивов перевода страны из стагнации на рельсы развития.Не дождавшись от центральных властей начала осуществления новой промышленной политики, Лужков принялся поднимать пришедшую совсем в упадок автомобильную промышленность.Когда приходится встречаться с иностранцами, все они в один голос говорят: Москва необыкновенно похорошела, стала городом мирового класса. Между тем в прессе и кулуарах различных собраний сказано и говорится в адрес Лужкова немало нелестного. Анатолию Собчаку, в бытность его мэром второй столицы, напротив, по большей части пели дифирамбы. Но юрист Собчак, когда его впоследствии только заподозрили в злоупотреблении властью, по сути, сбежал из страны, а Лужков в ответ на чьи-то очередные обвинения подавал в суд и выигрывал процесс.Сегодня одни говорят: да, Лужков силен и как хозяйственник, и как администратор, да и как политик. Но на посту мэра, а не в качестве первого лица в стране. Он, мол, привык за всем следить сам, везде бывать, все видеть своими глазами, а президенту это ни к чему и даже мешает мыслить «глобально». Странно подобное слышать. Наполеон выигрывал сражения, если перед боем, как утверждают военные историки, самым тщательнейшим образом изучал каждую складку местности, где предстояли баталии, едва ли не ползая при этом по-пластунски.Другие, и среди них не только противники, но и сторонники Лужкова, признавая все его достоинства, подчеркивают следующее. Лужков — мэр Москвы, а Москве завидуют другие регионы. Поэтому он не получит широкую поддержку в регионах. В свою очередь, столичные «друзья мэра», особенно из числа тех, кто непосредственно причастен к навязыванию стране нынешнего курса реформ или кто при этом хорошо погрел руки, распространяют тезис о том, что Москва-де процветает за счет провинции.Но утверждение, что «Москва живет за счет регионов», очень напоминает бытовавшее в советские времена мнение, будто Россия живет за счет других республик. Сейчас мы видим, кто за чей счет жил. Нынешняя Москва, являющаяся крупнейшим донором и дающая в общероссийский бюджет до трети всех поступлений, напротив, помогает регионам. Причем не только средствами, распределяемыми централизованно.Она устанавливает со многими из них прямые деловые связи, способствующие оживлению экономической деятельности, поднятию производства, облегчению участи тех, по кому больше всего бьет затянувшийся кризис.Многое из того, что делает сегодня Москва, она делает в интересах России. Что такое храм Христа Спасителя? Это не просто восстановленный, точнее, заново построенный храм. Это символ подъема России, ее духовного возрождения. Или взять Поклонную гору. Это уважение собственной истории, память о героях, защитивших страну от нового страшного рабства. Москва дает надежду всей России на скорое выздоровление.[b]История сама выбирает лидеров [/b]Отвлечемся на минуту от российской действительности и зададимся вопросом: кем был Билл Клинтон до избрания президентом США? Региональным лидером, губернатором.А какого штата — боюсь, даже сами американцы этого уже не помнят. А кем был Жак Ширак? Мэром столицы, Парижа. Почему же у нас глупость должна торжествовать над здравым смыслом? То мы готовы проголосовать за того, кто, извините, каждой бабе пообещает дать мужика, а каждому мужику — бабу, то отдадим голоса человеку, который хорошо смотрится на танке.Не думаю, что мы настолько непутевые, чтобы и дальше поступать таким образом. России нужен лидер, способный трезво анализировать происходящие процессы и активно на них реагировать, умеющий подобрать работоспособную и слаженную команду, готовый прислушиваться к другим точкам зрения, находить баланс интересов с силами разной политической ориентации, наделенный чувством новизны и перспективы, пониманием национальных интересов. Все это у Лужкова есть.Сейчас, за два года до выборов, реально есть два наиболее вероятных и равновеликих по потенциалу и влиянию кандидата в президенты.Один доказал, что он зрелый и умелый руководитель национального масштаба, другой — что он настоящий генерал, способный наводить порядок. Понятно, речь идет о Лужкове и Лебеде. По данным опросов общественного мнения, сегодня рейтинг Лебедя чуть выше рейтинга Лужкова, однако во втором туре, по тем же опросам, Лужков может победить любого соперника. Дело только в том, что во второй тур может выйти лишь кто-то один из этой пары. Вторым будет на финише Зюганов. Но рейтинги сейчас и реальные возможности претендентов в канун выборов — вещи разные. В каком состоянии будет находиться страна в 2000 году, мы пока не знаем и знать не можем. Если ей понадобится сильный руководитель — президентом станет, скорее всего, Лужков. На него же, вероятнее всего, сделают ставку и олигархи. Если и не все, то многие. Он, конечно же, ничего не будет ломать-крушить, да и портить отношения с внешним миром, хотя, возможно, кому-то и укажет на место.[b]О ложке дегтя [/b]Почему некоторые аналитики поспешили сделать вывод о том, что провинция не поддержит москвича Лужкова? Видимо, прежде всего потому, что к советам Юрия Михайловича не прислушались сразу в двух регионах страны, где недавно избирали губернаторов. Но здесь дело не в настроениях провинции, а в очевидных просчетах Лужкова.Любой совет политика, специально приехавшего из Москвы, чтобы повлиять на ход выборов в провинции, воспринимается там как нажим и отторгается, а то и вызывает обратную реакцию.Будь у Юрия Михайловича более опытная аналитическая группа, он не допустил бы такой ошибки. Что касается Лебедя, то поддержка его скорее бы работала на цели, поставленные Лужковым. Жизнь такая хитрая штука, что она может перед ними обоими поставить задачу не конфликтовать, а объединяться.Обвиняют мэра и во многом таком, в чем обвинять надо федеральную власть, ибо в отдельно взятом городе нельзя построить рай. Москва, как магнит, притягивает к себе самых разных людей, часто далеко не лучших, из самых разных регионов, включая страны СНГ. Кстати говоря, как только мэр пытается действовать согласно обстоятельствам, то есть согласно здравому смыслу, как, например, по вопросам прописки, наведения порядка на тех же рынках, на него тут же набрасываются все, кому не лень. Именно потому, что в Москве лучше живется, чем во многих других местах, столица ощущает на себе дыхание практически каждой «горячей точки» России и стран СНГ, откуда на нее то и дело накатываются волны нищеты. Такова реальность. И провинция этого не может не понимать.Как и того, что Москва живет лучше не потому, что это ей «на роду написано», а прежде всего потому, что у ее руля стоит Лужков. И здесь просится параллель с перспективами всей России.

В капкане беспомощности

Смута по имени «Эпоха Ельцина»

Смута по имени «Эпоха Ельцина»

Сумерки властей

[i]У россиян поистине может голова пойти кругом. Не успели прийти в себя после начала трудно мыслимой еще вчера открытой агрессии головорезов Басаева и Хаттаба против народов Дагестана, следовательно, против России, как загремели взрывы жилых домов в Буйнакске, Москве и Волгодонске. В это же самое время вспыхнул и все разгорается международный скандал вокруг отмывания в огромных масштабах «грязных денег» из России в западных банках, в частности в «Бэнк оф Нью-Йорк». Предполагается причастность к этому и государственных чиновников. Более того, практически вся западная пресса публикует материалы, в которых утверждается о коррупции некоторых членов семьи президента Ельцина.Но что удивительно, Кремль при этом молчит. Дело дошло до того, что уже президент США Клинтон в телефонном разговоре спрашивает президента Ельцина: правда это или нет.Но то, как этот разговор был подан в прессе высокопоставленным чиновником Белого дома, не изменило мнения американцев насчет коррупции в высших эшелонах российской власти. Более того, в США появились утверждения, что руководители правоохранительных органов России, подчиненные тем, кого подозревают в коррупции, не намерены сотрудничать с соответствующими западными службами, а лишь хотят узнать, какие улики собраны на Западе на высокопоставленных коррупционеров. И, как говорится, чем дальше, тем больше.Вместо очередного транша Международный валютный фонд показал России фигу.Россияне вообще не избалованы покоем и миром. То и дело происходят того или иного рода катаклизмы, не говоря уже о частых сменах правительства, постоянных кадровых перетрясках. Осень 98-го после августовского финансового краха, не появись в Белом доме Евгений Примаков, могла стать горячей. Прежде всего для президента и его окружения. Но такого напластования драматических и откровенно трагических событий, неожиданных разоблачений (возможно, псевдоразоблачений), противоречивых действий, сообщений и заключений, какое имеет место в последние недели и дни, новая Россия, пожалуй, еще не знала. Сегодня не только взрываются дома, но и гремят пушки. Что произойдет дальше, мало кто решается предсказывать. Но в обществе нарастает боязнь того, как бы страна, втягиваясь в войну на Северном Кавказе, не втянулась и в чрезвычайное положение если не де-юре, то де-факто.[/i][b]Что выгодно Кремлю, то не выгодно России? [/b]Кому и чему верить? Не только далеким от политики гражданам, но и профессиональным политологам, аналитикам нередко бывает трудно отделить правду от вымысла, домысла, слуха. И в этом виновен прежде всего сам Кремль. На место открытой, прозрачной государственной политики, постоянного диалога с народом он поставил келейно-семейные междусобойчики и подковерные игры. Ну что ж, как говорится, что посеешь, то и пожнешь. Общим местом уже стало то, что власти доверять нельзя, ибо для нее собственные интересы выше интересов народа и государства, и ради их сохранения и самосохранения она, дескать, готова пойти на все. И уже просто парадоксально то, что Кремль ведет себя так, словно сознательно стремится это подтвердить.Взять создание нового избирательного блока «Единство». Сколько было сказано лицемерных слов на этот счет! Говорилось, в частности, о том, что его создатели, озабоченные идеей чистых и честных выборов, действуют в интересах более полного представительства регионов в центральных органах власти и по собственной инициативе. А что оказалось на деле? По всеобщему мнению, идею создания нового блока, направленного прежде всего против движения «Отечество — Вся Россия» и ненавистных Кремлю его руководителей, в первую очередь Юрия Лужкова, подал Борис Березовский. Ее реализацию одобрил президент Ельцин, фактически поручивший Сергею Шойгу возглавить новый блок. «Обработкой» же губернаторов занимались первый вице-премьер Николай Аксененко и глава президентской администрации Александр Волошин.Или взять тезис Кремля о недопустимости грязных технологий в ходе предвыборной кампании. А то, чем занимается «человек Березовского» Сергей Доренко на телеканале, считающемся общественным, — разве это не грязные технологии?! И разве не два подхода демонстрирует министр Михаил Лесин примерно к однопорядковым событиям? За показ сюжета, который был сочтен оскорбительным для правых сил, Петербургский телеканал в результате прямых действий Лесина чуть было не лишился лицензии, а грубые оскорбления мэра Лужкова на канале ОРТ были сочтены министром не «своими», а относящимися к компетенции суда.К сожалению, сам Кремль толкает людей на поиски собственных ответов, пусть часто и спорных, сомнительных, на злободневные вопросы нашей жизни. В частности, сейчас многие аналитики заняты поиском ответа на вопрос, против кого направлены «направляемые взрывы» в Москве.При этом перефразируем известную фразу насчет совпадения интересов Америки с интересами компании «Дженерел Моторз». Увы, что выгодно Кремлю, «семье», то чаще всего не выгодно России.Если не знаете, кто это сделал, задайтесь вопросом, кому это выгодно.Это изречение не только древнее, но и мудрое. В самом деле, с одной стороны, вроде бы уже доказанным фактом является «чеченский след» во всех террористических актах, совершенных в последнее время. А с другой — выгодно ли это исламским радикалам как движению? Что, в частности, могла дать Басаеву и Хаттабу дестабилизация обстановки в Москве и какие при этом могли быть приняты решения в их пользу? Позитивного ответа не просматривается. Все как раз наоборот. Они уже проиграли, обнажив свою террористическую сущность перед всем миром и потеряв большую часть своих союзников в Москве, которые им когда-то активно помогали и даже называли Басаева «Робин Гудом с гранатометом». Невинные жертвы, связанные с агрессией исламских экстремистов в Дагестане, а также гибель ни в чем не повинных людей, включая детей, женщин и стариков, в результате взрывов жилых домов, сделали еще более отталкивающим отвратительное лицо чеченского экстремизма. Это не говоря уже о тяжелых физических потерях. Ведь федеральная авиация планомерно уничтожает базы террористов и их инфраструктуру.Никак не выиграли бы чеченские экстремисты и в случае введения чрезвычайного положения в одной только Москве, а не то что в стране.Не может быть в природе выгодного решения в их пользу, ибо Россия ни при каких условиях не капитулирует перед требованиями исламских экстремистов уйти с Кавказа. И это при всем том, что лидеров чеченского экстремизма никак нельзя обвинить в неумении просчитывать свои шаги и ставить на первый план свои интересы.Тут получаются сплошные нестыковки. Если хотите, загадки.И в то же время бесспорный факт налицо: Басаев и Хаттаб решились на прямую агрессию против Дагестана, следовательно, России. Что их заставило пойти на такой рискованный шаг, наверняка зная, что при этом они не найдут поддержки ни на Западе, ни среди российской интеллигенции, как это было во время военных действий федералов в Чечне в 1994—1996 годах, и понесут серьезные потери? Получив правильный ответ на этот вопрос, можно найти правильные ответы и на многие другие беспокоящие общество вопросы. В том числе те, которые связаны с взрывами в Москве.Главное ведь состоит не в том, кто их исполнял, а в том кто конкретно заказывал.А ответов нет. И российские власти делают вид, что и вопросов-то нет.[b]А если не заниматься гаданиями? [/b]Если не заниматься гаданиями, а трезво посмотреть на вещи, то вырисовывается следующая картина. В последние месяцы сильнейшее воздействие на общественную жизнь оказывают такие события. Это ставшие достоянием гласности сведения о коррупции и казнокрадстве в высших эшелонах власти, с которыми так или иначе связаны многочисленные кадровые перетряски и угрозы политической стабильности. И это агрессивные действия исламских экстремистов.Давайте, однако, отвлечемся от того, кто тут виноват и какую цель преследовали и преследуют те или иные силы и конкретные лица. Главное в конечном итоге не в этом, а в том, как все это сказалось на нашем обществе. Начнем с последнего.Первое. Перед лицом действий террористов российское общество сплотилось. Сплотилась и наша политическая элита. Тенденция к консолидации и общества, и политической элиты, пожалуй, наблюдается впервые за многие последние годы. Только сплотились они, увы, не вокруг президентской власти, а перед лицом опасности. В критические минуты народ расстается с теми, кого считает вольными или невольными предателями его интересов, и сплачивается вокруг лидеров, которым верит и которые уже доказали, что умеют служить родине. Например, англичане в период гитлеровской агрессии сплотились вокруг Черчилля, а не Чемберлена и Галифакса, которые поставили страну на грань национальной катастрофы и которых с позором отправили в отставку.К слову сказать, Владимир Путин, отвечая на вопрос по поводу слухов о возможной отставке президента Ельцина, сказал, что в нынешний момент его уход был бы равносилен уходу со своего поста Сталина после нападения Германии на СССР. Владимир Владимирович, Бога побойтесь, да и не обижайте тех немногих оставшихся в живых, кто дошел до Берлина с именем Сталина на устах. В 41-м страна столкнулась с агрессией со стороны самого сильного тогда в военном отношении государства мира, бросившего на нас вооруженную до зубов многомиллионную, не знавшую до этого поражений армию, а сейчас мы с трудом справляемся с несколькими тысячами чеченских экстремистов. И это во многом «заслуга» как раз нашего Главнокомандующего, вокруг которого вы призываете сплачиваться. Таких чудес в природе не бывает. Не вздумайте еще сравнивать нашего дорогого Бориса Николаевича с Александром Невским или Кутузовым.Второе. Произошло отрезвление нашей творческой интеллигенции.Она с ужасом увидела, что во многих случаях она в 1994—1996 годах поддерживала, прославляла на весь мир отпетых бандитов, которым нужна не национальная независимость, а независимость от каких бы то ни было норм цивилизованного поведения.Ничем другим они не хотят заниматься, кроме как убивать за деньги, грабить, воровать, захватывать ради последующего выкупа заложников, превращая их в рабов, мошенничать, заниматься рэкетом и т. д. Ведь и до начала военных действий федералов в Чечне дудаевский режим уже напоминал пиратское государство, а, например, Басаев уже отличился жестокостью в Абхазии.Я никогда не считал, что военное решение чеченской проблемы было единственно возможным и тем более — по тому на редкость бездарному сценарию, который без элементарного знания реалий Чечни, Кавказа вообще был по-головотяпски разработан бездарным ельцинским окружением. Но коль война началась, то дискредитировать собственную армию, желать ей поражения, откровенно издеваться над ней, поощрять дезертирство, призывать солдат сдаваться в плен и пр. и пр., что делали многие наши рыцари пера и устного слова, значило не только затягивать и усугублять конфликт, многократно увеличивая число жертв с обеих сторон. Это также значило создавать сложнейшие и трудно решаемые проблемы как в армии, так и в отношениях с Чечней, на многие годы вперед.Третье. Наконец, мы услышали от премьера Путина то, о чем многие из нас думали последние годы. Террористов надо не ублажать, что делалось все последние годы, и не пытаться откупиться от них — их надо уничтожать. Вопрос только в том, почему это не делалось раньше. Мы действительно превратились во второсортных граждан в своей собственной стране. Жаль только, что Путин не называет главного виновника этой трагедии. Но все его знают: это президент Борис Ельцин. Ведь, как вспоминают сейчас генералы Куликов и Пуликовский, непосредственные участники чеченской компании в 1994— 1996 годах, каждый раз, когда федеральные войска ставили чеченских боевиков перед неминуемым полным разгромом, из Москвы поступал приказ о приостановлении боевых операций. Какие-то могучие силы могут и Путину дать по рукам.Четвертое. В этой драматической ситуации в высшей степени деловито и эффективно действовали московские власти и лично мэр Лужков. Его противникам не удалось, как говорится, бросить тень на плетень — в произошедших терактах, по сути продолжении бездарной политики Кремля, обвинить московские власти. И просто жалко было смотреть на тех в СМИ, кто, работая на Березовского и Кремль, выдавливал из себя обвинения в адрес мэра. Кроме, конечно, Сергея Доренко. С него, как говорится, что с гуся вода.[b]И вселенский скандал о коррупции имеет свои позитивные стороны [/b]Конечно, международный скандал, связанный с коррупцией в высших эшелонах власти, включая «святое семейство», а также с перекачкой на Запад многомиллиардных средств, в том числе «грязных денег», не делает России чести. Но и этот скандал, далеко еще не законченный, проходит не без пользы для общества, будущего страны. Во-первых, Запад недвусмысленно дал понять президенту Ельцину, что он уже не связывает с ним свои интересы и ждет прихода к власти в России новых людей, не замаранных коррупцией. В то же время он предупредил президента и «семью» против антиконституционных действий. Поддержки с его стороны уже не будет.Во-вторых, США как лидер западного мира скорее всего и раскрутили этот скандал. Дискредитируя перед всем миром правящую верхушку, они фактически сделали для нее невозможными без полного поражения любые антиконституционные действия с целью удержания власти. В-третьих, деньги, огромные деньги, измеряемые сотнями миллиардов долларов, которые были незаконно вывезены из России на Запад, возможно, хотя бы частично вернутся в Россию.Установится в стране нормальная власть, и Генеральная прокуратура во взаимодействии с правоохранительными органами западных стран и Интерполом, который, к слову сказать, фактически обвинил нынешнюю власть в противодействии органам правосудия, будет выявлять незаконно вывезенные деньги, накладывать на них аресты, а заодно вылавливать ныне неприкасаемое жулье и ворье. Справедливость рано или поздно восторжествует.

Куда идешь, Россия?

[b]1. Не верю в заговор [/b]Пожалуй, никогда еще за годы существования постсоциалистической России не было так тревожно на душе, как ныне. Даже в годы двоевластия, завершившегося известными трагическими событиями в октябре 1993го. И такое состояние испытываю не я один. Приятель политолог, привыкший писать много и по самым острым проблемам, говорит: «Уже давно ничего не пишу. Настроение такое, что не хочется браться за перо». Притом что никогда ранее ни он, ни я не разделяли истерические вопли насчет социального взрыва если не осенью, то весной, которым год от года пугали общество определенного сорта журналисты и политологи. Более того, считали, что ельцинский режим, несмотря на все его социальные уродства и противоречия, имеет достаточный запас прочности, чтобы устоять в случае каких-то неожиданностей. И в первую очередь потому, что довольно большая часть россиян так или иначе выиграла от реформ.Сегодня ситуация иная. Она хуже, чем была за все годы с начала горбачевской перестройки. И не только в финансово-экономической области, но и в социально-политической и духовно-нравственной. Правление страной радикал-либералов прозападной ориентации имеет настолько беспрецедентно тяжелые последствия для страны, что, объективно говоря, надо бы начинать все сначала. Можно согласиться с теми, кто считает, что для страны и народа несравнимо лучше было бы, если бы были вычеркнуты из жизни и горбачевская перестройка, и гайдаро-чубайсовские реформы, и мы начали движение к рыночной экономике и развитой представительной демократии с тем потенциалом, который унаследовали от реального социализма, и не путем проб и ошибок, а вполне осознанно — через госкапитализм. Ну, допустим, не совсем так, как Китай, но примерно так, как страна развивалась несколько лет после перехода к нэпу, пока сторонники Бухарина не потерпели поражение.Тогда мы, вместо того, чтобы создавать спекулятивный финансовый капитал, криминальный капитал, их обслугу в виде так называемого среднего класса, промотавшего огромные средства ради «сладкой жизни»; вместо того, чтобы субсидировать развитие промышленности и сельского хозяйства других стран (ввозя в страну не менее половины продуктов сельского хозяйства и более половины промышленных товаров); вместо того, чтобы влезать в финансовую кабалу, фактически уже теряя свой суверенитет, в то же время позволив вывезти из страны как минимум 200 миллиардов долларов, лет за 10 сумели бы модернизировать свою экономику и иметь устойчивую базу для роста благосостояния, развития научно-технической, социальной и прочих инфраструктур. Мы же шли вперед с завязанными глазами, едва не свалившись в пропасть.И вот страна разграблена. Производство еле дышит. В долгу, как в шелку. Демократия и рыночная экономика стали для большинства людей обманом. Президент давно уже ничем не управляет, не понимает, что происходит вокруг, потерял доверие людей.Скороспелые наши богачи думают только, как бы сохранить то, что «нахапали». Недовольство народа уже перерастает в ненависть к тем, кто довел страну до ручки. Одним словом, сидим, как на бочке с порохом, осталось только поджечь фитиль.Все серьезные аналитики, не связанные с обслуживанием финансовых магнатов и иных корыстных интересов, в один голос говорят о тяжелейшем финансово-экономическом и социальном положении страны и безрадостных перспективах по крайней мере на ближайшее будущее. Даже эмигрировавшие в Израиль знакомые в своих письмах и телефонных звонках выражают ужас по поводу чудовищно разрушительных последствий гайдаро-чубайсовских реформ.Писатель и журналист Джульетто Кьеза из итальянской либеральной газеты «Стампа», проживший в России немало лет, характеризует итог ельцинских реформ как катастрофу. Отвечая тем на Западе, кто говорит, что сами же русские проголосовали за Ельцина, так пусть, дескать, и пожинают плоды своего выбора, он уточняет: да, на волне антикоммунизма русские поддержали президента Ельцина и его окружение, но потом эта власть, опирающаяся на СМИ олигархов, стала всеми правдами и неправдами навязывать себя обществу вопреки его желанию, но поняли русские, что сами себя загнали в западню, «к сожалению, поздно: они уже утратили ту толику демократии, которую им дали гласность и перестройка».Что значит «поздно»? А очевидно то, что нынешний режим, который Кьеза, безусловно, считает регрессивным, по его мнению, будет стремиться к самосохранению, хотя он и надеется на то, что правительству Примакова постепенно удастся выправить положение.Но он же и предупреждает: «…Если за четыре или пять месяцев расчеты Примакова не оправдаются, начнется смутная фаза непредсказуемого сегодня развития». Кьеза считает, что в нынешних бедах России, конечно же, виноват не народ, виноваты наши радикал-либералы, виноват Запад. Поэтому «не следует слушать… тех, кто кричит (и в России и вне ее) о конце реформ: такие крикуны в последние годы не замечали катастрофы, назревавшей прямо на глазах. Так что доверять им нельзя. Доверять им — все равно что привязать к ногам жернов и броситься в море».К слову, о доверии. Я полагаю, что когда-нибудь мы все-таки узнаем многие «почему». Почему Геннадий Бурбулис порекомендовал Ельцину именно Гайдара в качестве главного реформатора. Почему тот согласился с сомнительным выбором своего «госсекретаря». Ведь Ельцин не мог не знать, что у Гайдара, подающего надежды молодого экономиста, еще недавно работавшего в «Правде» и «Коммунисте», но неожиданно трансформировавшегося в ярого сторонника неолиберализма, нет ни жизненного опыта, ни знания реальной экономики. Только потому, что тот стал привержен одной из американских экономических школ и готов был реализовать рожденную в США модель шоковой терапии? Притом что против нее решительно возражали не только российские, но и крупнейшие американские экономисты, включая нобелевских лауреатов — таких, как Василий Леонтьев, Лоуренс Клейн, Дуглас Норт, Кеннет Эрроу, Джеймс Тобин.Почему американец Джефри Сакс, отнюдь не первой величины экономист, ставший влиятельнейшим советником Гайдара, как выясняется, был наделен правом вместе со своими помощниками готовить для российского президента указы. Не тогда ли и зародилась практика диктовать России, как ей проводить реформы? Почему американцы с таким упорством навязывали, поддерживали и поддерживают начатую Гайдаром разрушительную модель. Даже после ее полного краха, усугубившего и без того ужасающе плохие условия жизни миллионов россиян, жизни на грани голода и даже за этой гранью. Европа уже начинает понимать непригодность либеральной модели реформ на переходном этапе, но США по-прежнему упорствуют. Дело порой доходит до конфуза.«Младореформаторы» из тех, кто довел до обвала нашу финансовую систему, фактически поставив страну перед лицом дефолта, приглашаются в США как подлинные носители идеи реформ, якобы способные нарисовать правдивую картину нынешней ситуации в России, а заодно и дать американцам совет по поводу дальнейшей к ней политики США, в том числе по вопросу оказания ей помощи. Но из того, о чем вскользь после встречи в Америке говорил Немцов, совершенно очевидно, какие советы они давали.Недавно на одном из научных диспутов выступавшие затронули проблему двух параллельных процессов, свидетелями которых мы являлись. Во-первых, реформы в СССР и России привели к последствиям, которые всегда были стратегической (но долго казавшейся невыполнимой) задачей Запада и США в особенности, а именно: распаду СССР, исчезновению с политической карты мира второй сверхдержавы, ликвидации мировой системы социализма, резкому ослаблению России, частично потерявшей свой суверенитет. Во-вторых, к переходу собственности в России и средств массовой информации, в первую очередь электронных, к узкой прослойке прозападных сил, и все, что ни делает эта прослойка, фактически Западом поддерживается. Случайно ли это или же эти процессы каким-то образом координировались? Я высказал мысль, что не очень верю в теорию «заговора» и что к указанным выше последствиям привела логика борьбы с коммунистическим режимом и тоталитарным (авторитарным) государством, когда и диссиденты, и многие горбачевские радикально настроенные реформаторы, и тем более ельцинские радикал-либералы искали поддержки у Запада. Как, впрочем, Горбачев и Ельцин. Что же касается спецслужб, то просто глупо было бы отрицать, что они действительно очень умело использовали в своих целях крайне выгодные условия для решения поставленных перед ними задач. В той обстановке мало кого интересовало, что политик, общественный деятель или ученый на деле мог быть работником спецслужб или что деньги на те или иные мероприятия в рамках борьбы с коммунистическим режимом, за демократию поступали из того же источника. Но это, естественно, вытекало из самой логики противоборства двух мировых систем по принципу «кто кого». Наши спецслужбы действовали аналогичным образом. Однако едва ли не большинство моих коллег высказало мнение, что указанные процессы вряд ли протекали стихийно.[b]Продолжение следует в номерах за 11, 12, 13 и 15 января[/b]

Куда идешь, Россия?

[b]2. Напрашиваются аналогии [/b]Обстановка в России и в самом деле какими-то своими чертами напоминает предреволюционную. Чем именно? Прежде всего тем, что народ оказался бессильным воздействовать на общую ситуацию, которая в последние годы становилась все хуже и хуже, пока не завершилась финансовым крахом 17 августа. Не работают каналы обратной связи с властью. Наглухо перекрыты котлы социального недовольства. Даже нагретые докрасна, они не дают выхода пару. Средства массовой информации, и прежде всего электронные, монополизированы олигархами или радикал-либералами, за которыми стоят интересы ничтожного меньшинства россиян да определенных кругов Запада. Больной президент, обладающий по Конституции необъятными полномочиями, не только давно уже не контролирует ситуацию — он не осознает серьезности положения, и кто оказывает на него влияние, а возможно, и действует от его имени, остается только гадать. Во всяком случае его действия в последние годы абсолютно не корреспондировали с настроениями огромного большинства россиян, что и отразилось на почти тотальном к нему недоверии. Это — вопервых.Второе. Правящий класс оказался неспособным адекватно реагировать на возникающие вызовы. Недостает элементарной политической культуры, предполагающей готовность идти на уступки ради своевременного сглаживания острых углов в политической и социальной жизни. Такой несправедливости, какая у нас сегодня царит во многих сферах бытия, даже во сне не могло присниться тем, кто в 80-е и начале 90-х боролся за демократические перемены.Многие разумные требования оппозиции, которая фактически является партией большинства в парламенте, с завидным постоянством игнорировались и игнорируются президентской стороной.Например, сколько раз оппозиция ставит вопрос о перераспределении властных полномочий между тремя ветвями власти, а воз, как говорится, и ныне там. Но ведь от нерешенности этого вопроса как раз больше всего может пострадать нынешняя партия власти, которой не выиграть ни парламентские, ни президентские выборы. А они ведь могут быть досрочными, и уже не будет времени на конституционные изменения. Президенту давно надо было готовить себе преемника, добиваясь введения поста вице-президента, и под благовидным предлогом тут же уйти в отставку, как только стало резко падать к нему доверие в обществе. Надо было давно менять экономический курс.Такое в странах Запада невозможно не только сейчас, оно было невозможным и многие десятилетия назад. Потерявший доверие лидер тут же оставляет пост или его заставляют уйти. Провалившийся политический или экономический курс немедленно корректируется. При том, что все это предается огласке, народ, как говорится, знает своих «героев».Западные страны избежали революции не в последнюю очередь потому, что там уже были механизмы снятия напряженности в отношениях между властью и народом. Активно действовали профсоюзы. Пресса, даже если служила не столько обществу, сколько совокупным интересам правящего класса, тем не менее не служила интересам отдельных магнатов. У нас же год от года, месяц от месяца накапливается недовольство существующим порядком вещей, переходящее в злобу и отчаяние, а власть, олицетворяемая президентом, как бы не замечает происходящего. Рано или поздно перегретый котел без предохранительных клапанов должен взорваться.Революция в старой России произошла по мотивам борьбы за справедливость и прежде всего за социальную справедливость. Народной революцией, несомненно, была Февральская революция. Октябрьский переворот (как назвали события 7 ноября 1917 года сами большевики) произошел только потому, что Февральская революция не решила важнейшие проблемы, которые волновали народ. Пойди вожди революции на решение земельной проблемы, решись они выйти из мировой войны, которую страна уже была не в силах вести, в то время как ее исход был предрешен мощным наращиванием американского участия, большевики не то что тут же потеряли бы социальную опору в лице многомиллионной армии переодетых в военную форму крестьян, — о них мир вообще бы мало что знал.Третье. Как ни странно, ситуация в предреволюционный период и ныне сходна еще и явными признаками разложения правящей верхушки.Этот феномен применительно к нынешней ситуации в то же время очень трудно понять — ведь как мало лет прошло со времени прихода к власти новых сил. Тем более что в стране вроде бы существуют свободные выборы, свободная пресса, прокуратура, суды и пр. Вот именно «вроде». Если бы нормально функционировали те и другие, а точнее, третьи, четвертые и десятые, то в стране вообще, может быть, не было ни нынешнего криминала, ни нынешней коррупции, ни нынешнего злоупотребления властью, а скорее всего, и «дикого капитализма» с олигархией и ее многочисленной прислугой. Если, например, в США прокурор Кеннет Стар мог поставить президента страны в положение простого гражданина и заставить его отвечать за свои поступки в строгом соответствии с буквой закона, то наш Генеральный прокурор должен сначала переговорить с президентом по поводу того, как ему быть, если в каких-то темных делишках замешаны высокопоставленные или очень влиятельные лица. И уже случалось, что, успев заявить об успехах следствия по какому-то крупному делу, наш Генпрокурор после такого разговора вдруг замолкал.Центром скандалов все больше становится ДВОР. В широком смысле этого слова. Александр Коржаков, который, как считают, хорошо знает семью президента, дает все новые и новые на нее компрометирующие материалы. Она обвиняется в корысти, жадности, предосудительных связях. В стране заговорили о появлении нового Распутина. Впрочем, в странах Запада тоже. Для сторонников президента, не только нынешних, но и бывших, это воспринимается как плевок в лицо. Семья, однако, молчит. Остающиеся немногочисленные сторонники президента, не потерявшие совести, оказываются в замешательстве: правда это или ложь? Как поступает в подобных случаях мэр Москвы Юрий Лужков? Он подает в суд и выигрывает практически каждое дело. Отсюда люди делают вывод: если Ельцин или члены его семьи не подают на Коржакова в суд за клевету, значит, чего-то боятся.Однако в скандалах оказалась замешанной и немалая часть окружения президента. Началось с коробки из-под ксерокса, набитой долларами, продолжилось «делом писателей», а кончилось — да кончилось ли? — антироссийскими, если не сказать русофобскими, заявлениями бывшего вице-премьера Альфреда Коха, друга Анатолия Чубайса, человека его команды, которому давали высокую оценку и президент, и экс-премьер Черномырдин. Некоторые аналитики, однако, утверждают, что ставшие достоянием общественности скандалы и темные делишки — это лишь верхушка айсберга. Дескать, один 1996 год, год президентских выборов, если его поставить в центр общественного внимания, мог бы стать своего рода «ящиком Пандоры» для президента и его окружения.Четвертое. Понимание нынешней ситуации в России невозможно без учета фактора Запада. Кто-то из историков сравнивал отношение Запада к России тогда, в предреволюционный период, и сейчас. Почему-то он, Запад, всегда требует от России невозможного и часто действует вопреки своим долговременным интересам. Тогда, в 1917-м, он давил на нее, требуя продолжения войны, и совершенно был глух к предостережениям западных же аналитиков, говоривших, что Россия выдохлась и каждый новый день ее участия в войне приближает кровавую революцию на манер якобинской диктатуры.Сейчас он, Запад, тоже не хочет видеть тяжелейших последствий для страны и народа деяний опекаемых им радикал-реформаторов. Ну какая разница с точки зрения мировой истории, годом раньше или годом позже Россия завершит переходный этап? Так нет же, закрывая глаза на разорение страны, на бедствия миллионов людей, Запад то и дело прибегает к политике диктата по отношению к России, откровенно ориентируется на наших радикалов, не считаясь с менталитетом и психологией русского народа, своими руками взрыхляя почву для роста левого и великодержавного радикализма. Но ведь и фашизм в Германии в конечном итоге был порожден политикой западных стран-победительниц. Он пошел в гору только потому, что затянувшиеся экономические бедствия наложились на ущемленное национальное достоинство немцев.Пятое. Сама собой напрашивается аналогия между Февральской революцией 1917-го, с одной стороны, и антикоммунистической, демократической революцией, выросшей в недрах горбачевской перестройки, но достигшей своего пика в августе 1991-го, — с другой. Тогда Февральская революция, как уже говорилось, не приступив к решению тех проблем, которые волновали народ, расчистила путь новой, Октябрьской революции. Но и революция наших дней обманула ожидания людей. Ее плодами воспользовались прежде всего криминалитет и спекулятивный финансовый капитал, а также их обслуга во многих сферах жизни.Интересы же сил, которые подготовили успех борьбы против коммунизма, за демократические перемены, которые активно в ней участвовали, по большей части были отброшены в сторону «нуворишами» и быстро перекрасившейся номенклатурой.Мало кто из них имел прямое отношение к демократическому процессу. Одни занимались околокриминальным и криминальным бизнесом, другие сидели в уютных кабинетах, пользуясь привилегиями советской номенклатуры. А уж что касается массовой опоры новой власти, тех избирателей, которые трижды оказывали доверие Ельцину, то, извините, на них просто наплевали. Из лексикона радикал-либералов, обслуги верхушки нуворишей вообще выпало слово «народ». Порой даже как-то становится не по себе, когда выразители интересов верхушки «нового класса», толкуя, например, о предпосылках успехов того или иного потенциального кандидата в президенты, говорят о решающей роли денег, СМИ, поддержки Запада, новых избирательных технологий — да чего угодно, только не настроений большинства россиян. И невольно возникает вопрос: а заинтересованы ли они в свободных выборах? Может быть, в верхах вообще рассчитывают впредь игнорировать волеизъявление народа? Борис Ельцин состоялся как политик общенационального масштаба только потому, что провозгласил лозунги, отвечавшие чаяниям людей.Это борьба с номенклатурными привилегиями, за социальную справедливость. Он обещал россиянам демократические свободы, сказочные льготы российским производителям, быстрое повышение народного благосостояния вскоре после начала реформ и т. д. Я полагаю, Борис Николаевич вряд ли сможет вспомнить, что он обещал ради завоевания доверия людей. А на самом деле произошло то, что произошло: такого бедствия и такого унижения собственного достоинства миллионы и миллионы людей давно не знали.Сделав шаг вперед в области политической демократии, страна попятилась далеко назад на многих других направлениях, и прежде всего в социальной сфере.Те, кто попал в те несколько процентов, которые выиграли от гайдаро-чубайсовских реформ, порой с видом невинного младенца удивляются: «О какой несправедливости и о каком унижении достоинства россиян вы говорите? Мы только сейчас почувствовали себя свободными людьми, можем работать и жить, где хотим, зарабатывать, сколько можем, покупать то, о чем раньше и не мечтали, путешествовать, отдыхать, где душе угодно». Придется кое о чем им все-таки напомнить.[b]Продолжение в номерах за 12, 13, 15 января[/b]

Куда идешь, Россия?

[i]Львиная доля национальных богатств при власти Ельцина очень скоро оказалась в руках небольшой группы людей, часто связанных с реформаторами. В их же руках оказались и СМИ. Они же начали оказывать сильное влияние на власть, в частности на власть президентскую.Как-то неожиданно для бывших сторонников Ельцина в числе его советников, советников главы его администрации, друзей семьи оказались самые богатые люди страны, так сказать, в собственном качестве либо их люди. По стране поползли слухи о том, что именно эти советники, эти близкие семье люди на деле и правят Россией, влияя на принятие важнейших решений президента, определяя кадровую политику государств и т. д. Неожиданностью стала и олигархия.Венцом, конечно же, явилась потрясающая несправедливость, которой, увы, не было в годы советской власти. Тогда верхние 10 процентов самых преуспевающих граждан все же составляли, как правило, не проныры, ловкачи, спекулянты, жулики, бандиты и их обслуга, как сейчас. Помимо номенклатуры, туда входили крупные ученые, талантливые изобретатели, организаторы производства, военачальники, яркие представители творческой интеллигенции, да и наиболее отличившиеся люди из числа рабочих и крестьян. Думая обо всем этом, я вдруг поймал себя на мысли, что при нынешнем режиме я, выходец из крестьянской семьи, вряд ли стал бы доктором наук, политологом.То, что именно так у нас дело пошло, не было случайностью. Радикал-либералы, возглавив реформы, начали форсированно создавать класс богатых — «новый класс». По-другому, кроме как за счет перераспределения в пользу немногих национального продукта, сделать этого было нельзя. И в дореволюционной России, и в странах Запада богатство, как правило, вырастало их предпринимательской деятельности нескольких поколений. Государство вместо «ночного сторожа», как разглагольствовал наш главный «шокотерапевт», превратилось в служанку «нового класса» во главе с финансовыми магнатами. Но и радикал-либералы не остались в внакладе. Собрав ничтожно малое число голосов и не пройдя по спискам в парламент, они, тем не менее, заняли и по сей день занимают сильные позиции в структурах власти, в СМИ. Да и в материальном плане не бедствуют. Кто возглавляет банк, кто — фонд, кто — получает баснословные гонорары за худосочные статейки и ненаписанные книги, кто — западные гранты и т. д. и т. п.Народ все это видит и, стиснув зубы, молчит. Молчит, как говорится, по большому счету. Но, не дай бог, он заговорит, и тоже по большому счету, до того, как Примакову и его команде удастся развязать самые опасные узлы общественных противоречий, сгладить, если не устранить, самую вопиющую несправедливость, которая тут и там нагло заявляет о себе в нашей жизни.И последнее. Народ везде и всюду реагирует похожим образом на то, что кажется ему хорошим, с одной стороны, и плохим — с другой. Но с точки зрения истории, то, что кажется злом и действительно в какой-то момент таковым является, в перспективе способно перерасти в добро. И наоборот, под личиной добра нередко кроется страшное зло. Историк же, политолог, аналитик обязан мыслить историческими категориями. Уж каким уродливым большинству русской интеллигенции казался дореволюционный капитализм. Казалось, любой новый строй будет лучше капитализма. На деле же он имел огромный потенциал для своего развития. В то время как построенный по марксистско-ленинской схеме на костях миллионов людей социализм, так поначалу завороживший многих в стране и в мире своими достижениями, оказался тупиковым строем.Поэтому когда мы недавно в нашем институте обсуждали проблему олигархии в России и развивающихся странах, я нарочито заострил вопрос. Дескать, возможно, мы просто обречены пройти через «дикий капитализм», через олигархию, криминалитет, коррупцию, через вопиющую социальную несправедливость, когда богатство одних, немногих, достигнуто за счет других, огромного большинства народа, через правление фальшивых демократов с вороватыми наклонностями, которые приватизировали государство и правят нами, не имея массовой поддержки, обречены пройти к более или менее цивилизованным формам жизни. У каждой страны свой путь к нормальному обществу.В конечном итоге, заключил я, как говорил мудрый Дэн Сяопин, не важно, какого цвета кошка, лишь бы мышей ловила.Но на этой фразе меня, как говорится, и поймали коллеги. Наша кошка, на метафору метафорой ответили коллеги, не мышей ловит, а сжирает все лучшее, что хозяева приготовили для себя. А потом попросили меня привести пример процветающей страны, которая бы так начинала, как начали мы. Увы, его нельзя было найти ни в Азии, ни в Европе. Везде и всюду во главу угла ставилась задача предельной мобилизации всех ресурсов страны на развитие и модернизацию производства, научно-технической и иной инфраструктуры, предельно экономное использование всего наличного потенциала. В нашем же случае произошло разграбление созданных предыдущими поколениями ресурсов, проедание немалых средств, которые должны были бы пойти на развитие, по принципу «после нас хоть потоп», конвертация огромных средств в твердую валюту и вывоз ее из страны. Вместо собственников-производителей создан класс богатых людей с выраженными паразитическими наклонностями, вместо накопления капитала — накопление богатства.[/i][b]3. Стенка на стенку [/b]Я вспоминаю, как многие из нас были расстроены, когда вместо ожидавшегося полного триумфа «Выбора России» на парламентских выборах 1993 года победили левые в лице ЛДПР и КПРФ, хотя и не с большим преимуществом.Многим демократически мыслящим людям тогда думалось, что на пути реформ стояли прежний Верховный Совет, коммунисты, другие левые. Без их противодействия реформы, дескать, пошли бы куда быстрее и продуктивнее.Пройдут годы, и станет ясно, насколько мы заблуждались, принимая следствия за причины. Если бы в стране не было мощной левой оппозиции, то наши радикалдемократы окончательно бы разрушили страну. Примерно было бы то же самое, если бы у власти все эти годы находились левые, не имея сильного противовеса со стороны правых.Это я к вопросу об оппозиции, которая является своего рода гарантом существования демократии. Без правых, разумеется, правых созидательных, а не разрушительных, как наши радикаллибералы, у нас не только не состоится рыночная экономика и представительная демократия.Не будет и левых, как не было их в СССР и других странах социализма. Было нечто, что называлось «блоком коммунистов и беспартийных». Зрелая демократия состоит в том числе и в том, что у граждан есть выбор политических сил у власти. Они могут сменить условных левых (левоцентристов, центристов, радикалов, демократов и пр.) на условных правых (консерваторов, либералов, республиканцев и т. д.) и наоборот.Но что мы видим сегодня? Правые сами рубят сук, на котором сидят. О нашем президенте многие говорят, что он неадекватен и недееспособен. А о наших правых а-ля Гайдар — Чубайс я бы сказал: гиперактивные, наглые, но не вполне адекватные. Как известно, слова «нахальный» и «наглый» — любимые эпитеты Чубайса применительно к самим себе. Во-первых, правые, используя антисемитские высказывания генерала Макашова, безусловно гнусные и недопустимые, а затем и трагическую гибель Галины Старовойтовой, решили заработать на этом политический капитал. Но перестарались. Если раньше в нашем обществе мало задумывались, кто какой национальности, то теперь, как говорит депутат Владимир Лысенко, к этой проблеме, судя по его встречам с избирателями, возник обостренный интерес. Что же касается разгула криминала, то за это надо «гайдаровцам» в первую очередь предъявить счет самим себе, ибо это прямое следствие их политики.Потребовав запрета компартии, радикал-либералы решили пойти на обострение ситуации, расколоть общество на красных и белых, не понимая, что сегодня не та ситуация, которая была в 1996 году, когда знаменитое «Голосуй — или проиграешь!» сыграло важнейшую роль в расширении базы антикоммунистического электората. Сегодня оголтелый антикоммунизм вождей радикал-либералов, которые на каждом шагу извращают суть вещей, а нередко и просто лгут, в то время как лидеры КПРФ по большей части говорят правду о нынешней ситуации в стране и причинах ее возникновения, будет работать против них же самих, если не против всего лагеря правых.Объективно ведя дело к дестабилизации обстановки, радикально настроенные вожди правых явно переоценивают свои силы в случае возникновения ситуации «стенка на стенку». Они потерпят сокрушительное поражение, ибо у них нет опоры в обществе. Их не любят, а то и ненавидят, считая виновниками свалившихся на Россию бед.Во-вторых, весьма сомнительной представляется идея создания единого правоцентристского блока с ведущей ролью в нем Гайдара, Чубайса, Немцова. Борис Немцов, меньше других виновный в наших нынешних бедах, своим поведением последнего времени, однако, тоже успел себя порядком дискредитировать.Россияне вдруг увидели, что он того же поля ягода, что Гайдар и Чубайс. И кто бы ни возглавил этот блок — Чубайс или Немцов, его успехи на выборах сомнительны. Как и сомнительно то, чтобы к этому блоку, да еще создаваемому под крылышком президентской администрации, могли присоединиться силы, имеющие влияние в обществе. И «Яблоко», и «Наш дом — Россия» поспешили от него отмежеваться.Как и отдельные политики, которые поначалу дали согласие в нем участвовать. А уж то, что политические силы с участием «младореформаторов» и представителей президентской администрации могли бы выдвинуть проходного кандидата в президенты — это вообще утопия.Непонимание логики развития общественного процесса, пренебрежение реакцией россиян на те или иные стороны нашей действительности, неумение или нежелание защищать национальные интересы России, наконец, неадекватная самооценка и неадекватное восприятие своего места в обществе — поистине стали родовой отметиной радикал-либералов, для которых скорее решающее значение имеет не мнение о них соотечественников, а западное общественное мнение.В-третьих, удивляет своей крайней безответственностью стремление некоторых деятелей президентской администрации противопоставить президентскую сторону, устойчиво проявляющую свою полнейшую несостоятельность, правительству Примакова, единственно на кого общество еще возлагает какие-то надежды. Это равносильно созданию обстановки двоевластия, которое у нас уже было и известно, чем кончилось.Скорее всего это сигнал Западу, в первую очередь правым силам в США. Дескать, президент вынужден был пойти на создание «розового» правительства с участием коммунистов, однако он всей душой на стороне либералов-западников, прежнего курса либеральных реформ и еще, как говорится, не вечер. Как глубокомысленно выразился Олег Сысуев, будучи в Страсбурге, «курс — правительства, строй — президента».Только, говоря о двоевластии, подчеркиваю опять же, не следует забывать принципиальную разницу между соотношением сил в стране в 1993 году и сейчас. Вообще трудно поддается пониманию то, что заместитель главы президентской администрации Немцов (пусть даже на общественных началах, что вообще малопонятно) постоянно критикует правительство (которое, возможно, является последним гражданским правительством, пытающимся удержать страну от полной дестабилизации и наступления хаоса, из которого выход может быть только в жесточайшей диктатуре).В-четвертых, и все же было бы наивно полагать, что «младореформаторы» в лице Гайдара и Чубайса и президентская администрация в лице Сысуева и Немцова и есть главные режиссеры того спектакля, который сейчас разыгрывается на российской политической сцене. Скорее они сами не более чем актеры, призванные играть, хорошо ли, плохо ли, по написанному для них сценарию, который, увы, тоже далек от совершенства. Что, в общем-то, вписывается в стиль поведения сил, обреченных на поражение, но не готовых к этому, скорее готовых дать решительный бой своим политическим противникам. Опасность для многих правых, в чьем, образно говоря, послужном списке есть немало темных пятен, и в самом деле велика в случае прихода к власти левых, левоцентристов и даже центристов — носителей идей российской державности и патриотизма.[b](Продолжение следует в номерах от 13 и 15 января) [/b]

Куда идешь, Россия?

[i]Такое впечатление, что действия правых координируются и в конечном итоге направлены не столько против коммунистов (хотя и против них тоже), поскольку они вряд ли придут к власти, и даже не столько против Примакова, сколько против Лужкова.Впрочем, им оба мешают. Оба — государственно мыслящие люди.Они сильные администраторы и политики. Успех одного усиливает позиции другого. И им нечего делить. Хотя СМИ олигархов пытаются внушить обратное. А именно: доказать, что единственный человек, способный одолеть на президентских выборах Лужкова, — это Примаков. Чтобы тем самым посеять между ними семена подозрительности и отчуждения. Хотя для олигархов что Лужков, что Примаков — это те фигуры, про которых на Украине говорят: чума на ваши обе хаты. А бьют по коммунистам только потому, что те, поставленные перед лицом выбора между двумя наиболее проходными кандидатами в президенты — красноярским губернатором и московским мэром, — скорее всего, поддержат Лужкова. А у коммунистов, как известно, огромные возможности в деле организации и мобилизации электората.К слову сказать, по последним опросам ВЦИОМ, выйди Лужков во второй тур — и он вне конкуренции. И хотя лидер КПРФ терпит поражение от всех потенциальных претендентов в президенты, разрыв между ним и Явлинским, а также Лебедем не такой уж и большой.При этом нас не должно вводить в заблуждение, что в рядах правых то и дело идет внутренняя борьба, как, например, между некоторыми «младореформаторами» и олигархами, а также имеют место межклановые и иные противоречия. В минуты общей опасности они уже доказали способность сплачиваться, что так ярко проявилось в ходе президентских выборов в 1996 году. Тогда, как мы помним, один видный олигарх потребовал от президента передать бразды правления предвыборной кампанией, казалось бы, своему заклятому врагу Чубайсу, другой видный олигарх «бросил в информационный прорыв» лучшие свои силы, а потом олигархи, все вместе взятые, предъявили победителю свой счет.Но все же решающую роль в сплочении правого лагеря и победе Ельцина на выборах сыграл наш «главный олигарх» Борис Абрамович Березовский. Да он и сам об этом неоднократно говорил. Тут только и остается сказать: большому кораблю — большое плавание. Некоторые мои коллеги утверждают, что и сейчас главным режиссером правых он же и является. При том, что он свой и для других олигархов, и для администрации, и для СЕМЬИ, да и для Запада. Хотя вполне возможна и причастность к этому Владимира Гусинского. Если не самого непосредственно, то его людей. Он тоже близок тем и другим да к тому же олигарх с большой буквы.[/i][b]4. Чего не надо делать правым [/b]Когда возникает острый общественный кризис, в основе которого лежат накапливавшиеся годами сложнейшие разноплановые проблемы, быстрых решений не бывает. Однако бывают решения, действия, заявления, которые помогают снять предельную общественную напряженность, не допустить развития ситуации по худшему сценарию. Мне кажется, что Евгений Примаков это хорошо понимает, хотя он стеснен не только в действиях, но и заявлениях. ДВОР пристально следит за ним и его правительством, и чуть что, тут же от имени президента, будь он хоть на капельнице, появляются заявления вроде того, что он все видит, все знает, остается гарантом строя (системы «дикого капитализма» и олигархии?), ему непосредственно подчиняются силовые министры и т. д.Что, на мой взгляд, надо делать правым, при власти которых возникла нынешняя чрезвычайно тяжелая и взрывоопасная ситуация? Во-первых, не закрывать глаза на то, что они натворили в стране за годы реформ, как и на ту очевидную истину, что радикал-демократов не просто не поддерживает, а ненавидит огромное большинство россиян и никогда за них не проголосует. Если они это осознают, тогда поймут, что смешно строить иллюзии насчет их электоральных возможностей, даже если все они, «взявшись за руки», объединятся и станут, как призывает Чубайс, то наглыми, то нахальными, какими там еще. А если осознав это, еще и сделают правильный вывод: Юрий Лужков в качестве президента был бы лучшим гарантом для «нового класса», возможно, за вычетом одного-двух олигархов да полудюжины или чуть больше именитых жуликов в личине реформаторов.Никто не знает, включая и его самого, на что способен генерал Лебедь. То, что его предпочитают Лужкову два влиятельнейших олигарха, может сыграть злую шутку с ними самими. Лужков, как бы к нему ни относиться, уж точно не станет крушить-ломать созданные в последние годы формы жизни и не грозит нам диктатурой. И лишь политическая близорукость, оторванность от интересов народа, узкогрупповой эгоизм да личные амбиции мешают это понять ориентированной на Запад верхушке «нового класса». Делать же ставку на Явлинского, к чему призывает россиян, но в первую очередь Запад, Игорь Малашенко, значит, не знать ни нынешней ситуации в России, ни самой России, ни возможностей самого Григория Алексеевича.Во-вторых, правым не надо заниматься провокациями. Например, требовать запрета компартии или бездоказательно обвинять коммунистов, националистов и пр.в организации убийства Галины Старовойтовой, да еще говорить о необходимости «чистки» ФСБ. Такие провокации подобны бумерангу. Они, с одной стороны, множат число противников правых. А с другой стороны, усиливают конфронтацию в обществе, еще больше раскачивают государственную лодку. Но любой крупный катаклизм наверняка станет сокрушительным поражением для правых.Верхушка правых в конце концов должна понять, что своим богатством, тем, что ее представители занимают такие сильные позиции во власти, в СМИ, во многих сферах жизнедеятельности, она обязана не каким-то своим особым заслугам, таланту или профессионализму, а почти исключительно нынешнему президенту, вручившему дело реформирования страны тем, кто и создал особые условия для людей из своего круга.В-третьих, правым не следует пытаться усилить свои позиции в системе власти, в сфере госсобственности и т. д. Подталкивая президента или его окружение на то, чтобы получить добро на те или иные кадровые перемещения в обход премьера, они могут спровоцировать Думу на ответные действия, которые породят такой конфликт, из которого президенту уже не выбраться. Не говоря уже о том, что это может плохо кончиться для страны. Будем откровенны, ныне «явление народу» президента у одних вызывает сочувствие, другим вселяет тревогу за будущее страны, если не за собственное будущее, очень многих раздражает, но вряд ли кого-то успокаивает, обнадеживает.В-четвертых, из разговоров с видными правыми становится ясно, что Борис Ельцин — это их последняя надежда. Они хотели бы, чтобы он оставался на посту президента даже при полной потере ориентации, имея в виду опереться на его администрацию, а в случае каких-то чрезвычайных обстоятельств — то и воспользоваться данными этому институту Конституцией правами. При нынешнем президенте, в каком бы ни был он состоянии, они чувствовали бы себя куда увереннее и в ходе парламентских и президентских выборов.Между тем среди правых существуют разные оценки своего будущего. Одни внутренне уже смирились, что им не выиграть ни парламентские, ни президентские выборы. Другие питают надежду, что победа левых, а точнее, левоцентристов, окажется пирровой победой, ибо стоящие перед страной проблемы настолько сложны, что левые быстро сломают себе шею и их вскоре сменят правые, как это и происходит в европейских странах постсоциализма. Третьи вообще настроены против выборов, но в то же время хотели бы каким-то образом удержать власть. Четвертые видят для себя шансы уже в ближайшей перспективе. Они полагают, что скорый провал правительства Примакова расчистит путь для возврата к власти радикал-либералов.Если оставить в стороне вариант провала правительства Примакова — ибо этот вариант, по моему убеждению, уже из сценария катастрофического развития событий, — то на деле тут больше желаемого, чем возможного. Левые действительно могут надорваться под грузом тех проблем, которые им нагромоздили правые. Но если это и произойдет, то их сменят совсем другие правые. Вовсе не либералы-западники. Скорее, «крутые» патриоты-державники. Образ радикал-либералов как аморальных, вороватых «разрушителей страны», пресмыкающихся перед Западом, надолго останется в памяти народа.[b]5. Что правым надо делать [/b]Во-первых, постараться понять, что русский народ опять поднимется на революцию, если будет сохраняться нынешний порядок вещей, который он считает абсолютно несправедливым. Никогда он не смирится с тем, что кучка случайных, ничем особо не отличившихся людей (если только цинизмом вперемешку с аморализмом — как Кох), оказавшихся по воле случая у власти, распорядилась общенародным достоянием так, как она распорядилась. Не думаю, что при новом президенте будет массовый пересмотр приватизации, но кое-что будет поставлено на свое место. Уход с поста нынешнего президента наверняка не переживут олигархия, все системообразующие основы «дикого капитализма» и сами правила игры Дикого Запада. Как только будет поставлен конец срастанию власти с капиталом, в первую очередь с финансовым спекулятивным капиталом, выросшим в результате перераспределения национального продукта благодаря именно связям с властью, а потом захватившим СМИ и начавшим скупать по дешевке перспективные производства; как только будут возвращены государству или выкуплены по рыночной цене совсем уж за гроши приобретенные гигантские производства; как только будет ликвидирована питательная среда для воспроизводства организованной преступности и теневой экономики, — олигархия и «дикий капитализм», эти уродливые явления пещерного капитализма, вымрут, как мамонты с наступлением ледникового периода.Во-вторых, правым радикалам, назвавшим себя либеральными демократами, чтобы действительно стать носителями, а затем и рассадниками либерально-демократических ценностей — что необходимо для здорового развития страны, — предстоит проделать огромную работу. И дело не только в том, что репутация у них уж больно подмочена, хотя и в этом, конечно, тоже. Они не то что слишком далеки от народа, как о декабристах говорил Ленин. Еще дальше от народа их интересы. Да они и не знают и не понимают народа.Впрочем, и знать не хотят. Они открыто противопоставили свое примитизированное западничество народности, государственности, патриотизму, русским обычаям и традициям, как бы специально провоцируя появление антизападных и националистических настроений.В-третьих, крупных политических и социальных потрясений можно было бы избежать, если бы начать уже сейчас, до президентских и даже парламентских выборов, поэтапную трансформацию режима «дикого капитализма». Но для этого надо не только отделить бизнес от политики, оздоровить президентское окружение, но и нанести сокрушительный удар по организованной преступности, с которой, скажем откровенно, государство при радикал-либералах не справлялось и которая крепнет год от года, завоевывая все новые позиции. Но для этого, в свою очередь, надо понять одну непреложную истину. Такого мощнейшего криминального сообщества, какое появилось за годы гайдаро-чубайсовских реформ, мир не знал. Поэтому Запад не понимает ни масштабов проблемы, ни того, как ее можно успешно решать. Здесь нужны экстраординарные меры, которые далекий от понимания нашей действительности Совет Европы наверняка не одобрит и которым наши ориентирующиеся на Запад либерал-демократы будут решительно противодействовать.По-моему, тут вариантов немного. Или власть проявляет решимость и политическую волю, разъясняя Европе суть проблемы, преодолевая сопротивление, говоря словами политолога Александра Ципко, «внутренней эмиграции», разоблачая купленных криминалом журналистов, или мы эту проблему будем решать в условиях жесточайшей диктатуры, а то и жить под властью уголовного мира.[b]Окончание следует в номере от 15 января.[/b]

Куда идешь, Россия?

[b]6. Правый переворот? Нет [/b]Если разобраться, то ни левым, ни правым не нужна новая революция или, говоря по-другому, какой-то крупный социальный катаклизм. Революция в устоявшемся понимании, то есть на манер Октября и последовавшей за этим гражданской войны, ныне маловероятна, даже невозможна. Ибо кто с кем будет воевать? Ничтожный по численности правящий класс со всей Россией? Однако массовые выступления, способные вывести из строя всю систему жизнеобеспечения, парализовать страну, привести к полной смене власти, а возможно, и к перераспределению собственности, не только возможны, но и вероятны, если правящий класс, самые богатые слои общества будут продолжать вести себя так, как они ведут.Но вполне возможно и нечто похуже, когда полуголодная и десятки раз униженная армия выйдет из казарм и тем более когда, не дай бог, начнутся бунты в тех или иных гарнизонах, способные сыграть роль детонатора. Уж на что сверхлояльный президенту и сверхвыдержанный министр обороны Игорь Сергеев, и тот поведал общественности о тяжелейшем положении в российской армии. Государство задолжало вооруженным силам около 70 миллиардов рублей, что самым негативным образом сказалось на самочувствии военнослужащих, дисциплине, не говоря уже о боевой подготовке. Растет недовольство среди офицеров и прапорщиков, высок среди них уровень самоубийств, военнослужащие самовольно оставляют части и пр. Это признаки развала армии. Диким кажется сам факт, что с июля прошлого года надолго были прекращены поставки продовольствия в армию и на флот по причине задолженности.Вот они, плоды хозяйствования либерал-демократов.Дело, разумеется, не в том, чтобы перечислять все возможные причины катастрофического развития событий. Да всех их и не предвидеть. Дело в том, чтобы власть имущие и имущие, а также их обслуга в СМИ наконец поняли: сложившийся в условиях «дикого капитализма» порядок вещей долго продолжаться не может, ситуация чревата взрывом. Чтобы этого не произошло, они должны пойти на уступки, так сказать, отдав часть, чтобы сохранить целое. Или, как выражается известный наш экономист Александр Лившиц, «надо делиться». К тому же самому из Америки призывает и писатель Эдуард Тополь. Дореволюционный правящий класс, отличавшийся скорее жадностью, чем дальновидностью, не захотел «делиться» и потерял все. Куда более гибко действующий правящий класс в странах Запада, наоборот, в критических ситуациях, как правило, шел на то, чтобы уступить часть ради сохранения целого.Примаков, как я уже говорил, чувствует остроту ситуации и, похоже, знает, что надо делать, чтобы вывести страну из опасной зоны. Но его правительству досталась пустая казна и огромные долги. К тому же ему чинят препятствия как раз те, кто объективно больше всего заинтересован в том, чтобы не довести дело до революционного взрыва.Неадекватное поведение власти — это верный знак того, что худшее может быть у нас еще впереди. Не знаю уж в силу какой закономерности, но обреченные историей силы ведут себя нелогично, часто действуют против своих же собственных интересов.Что, по опыту других стран, способствует разрядке обстановки в критических ситуациях, когда огромная масса людей испытывает лишения и когда власть, то ли бездарным, то ли своекорыстным правлением доведя страну до ручки, теряет поддержку народа? Оговорюсь, что в нашем случае в бедственном положении оказалось около половины населения, включая людей с ружьем, что вообще не поддается разумному объяснению с учетом того, что в стране довольно много людей купается в роскоши.Кто-то берет на себя вину за случившееся. Так вот, уходит в отставку ведущий лидер. Происходит смена кабинета. Основательно корректируется, если не меняется, политический (экономический) курс. Объявляются досрочные выборы. Осуществляются срочные меры по улучшению положения наиболее бедствующих слоев населения, в том числе за счет перераспределения национального продукта.Предпринимаются некоторые другие шаги. Иначе говоря, делается все возможное, чтобы, так сказать, выпустить пар из перегретого котла, с одной стороны, и изменить ситуацию к лучшему — с другой.А у нас кто-нибудь взял на себя вину за то, что великая страна, наследница второй в мире сверхдержавы, стала банкротом, унижена перед всем миром, фактически превращена в попрошайку, доведена до той черты, когда уже вот-вот может начаться катастрофическое развитие? Может быть, это сделал президент? Нет. Подбираемые им на ключевые посты младореформаторы? Тоже нет. Все три премьера до Примакова, но особенно Виктор Черномырдин, при котором сформировалась пирамида ГКО и дошла до своего логического краха разрушительная модель реформ? Нет. Никто из них не признал, что брать взаймы под 40, 60, 120 и выше процентов, в то время как можно было взять под 10 процентов, безответственно и вообще трудно объяснить экономическим расчетом.Тогда из чего исходили? Объяснил ли кто обществу, зачем Россия берет на себя гигантские долги (90 млрд.) всего СССР в обмен на зарубежную собственность. Или, может быть, доходы от этой собственности существенно пополняют госбюджет? И опять же вопрос: какими интересами руководствовались те, кто принимал такое решение? Зато известно, что в 1999 году страна должна будет уплатить по процентам гигантскую в ее нынешнем положении сумму в 17 миллиардов долларов. Реструктурирование этой неподъемной для страны суммы, а это вполне вероятно, будет лишь означать, что за чьи-то преступные решения нищетой суждено расплачиваться целым поколениям россиян.Или, может быть, обанкротившиеся руководители один за другим подали в отставку? Ничуть не бывало! Просто пересаживаются из кресла в кресло.Правда, еще вопрос, насколько политически целесообразной была бы, скажем, отставка Ельцина ныне, в самый пик кризиса. Но это уже другим решать, принимать или не принимать отставку президента, приведшего страну к катастрофическому состоянию.В других странах правящий класс, избавляясь от слабых, исчерпавших себя или дискредитировавших руководителей либо отказываясь от когда-то доставшихся не совсем справедливым путем привилегий, благ в пользу большинства, думает не только о дне текущем, но и о будущем.Своем, своих семей, людей своего круга, класса, партии, да, несомненно, и страны тоже. Ведь в ней жить его детям и внукам. Наш правящий класс, похоже, живет одним днем, не заглядывая в будущее. Нынешние власти России должны были бы призадуматься о том, что уж слишком много накапливается несправедливости, злоупотреблений, такого, с чем никогда не согласится народ, и что может аукнуться и непременно аукнется в будущем. Ведь, говоря фигурально, чем сильнее сжимается пружина, тем с большей силой она распрямляется.На Руси почему-то всегда забывали, что каждое действие рождает противодействие. Злоупотребления властью, политика фаворитизма, наплевательское отношение к общественному мнению одного царя или правителя оборачивались тем, что после его ухода порядки тут же менялись, а все его приближенные чаще всего изгонялись и даже преследовались.В последнее время многие политики и аналитики вдруг заговорили о возможности правого переворота в России. Мне даже знакомые стали звонить насчет реальности такого поворота событий. Хотя об этом писал, причем довольно уже давно, главный редактор «Независимой газеты» Виталий Третьяков. Но он рассматривал правый переворот в ряду других, а главное, тогда это не очень казалось правдоподобным.Поначалу идея правого переворота показалась мне просто абсурдной.Какие силы у правых? Поддержка народа? Нет. Поддержка армии? Тоже нет. Быть может, у них появились готовые вызвать ответную реакцию россиян новые идеи, яркие, популярные в народе лидеры? Тем более нет.Тогда откуда же могла возникнуть такая идея? Но какое-то время спустя ситуация для меня стала более или менее ясна.Во-первых, в России не очень-то доверяют власти, а нередко и боятся.Власть же у нас олицетворяется президентом, известным своей непредсказуемостью. Да, сейчас он болен, зачастую не вполне владеет ситуацией. Однако по нынешней Конституции у него широчайшие полномочия.Да и только ли в нем дело? Кто в каждый данный момент может повлиять на него — Татьяна Дьяченко, генерал Бордюжа, Борис Березовский, Владимир Гусинский, кто там еще? — одному богу известно.Во-вторых, те в России, кому доставалась власть, традиционно стремились ее во что бы то ни стало удержать, пока их не вынесут ногами вперед. По-видимому, эта практика глубоко вошла в сознание и подсознание наших сограждан. Да, ныне в стране существуют демократические институты, проводятся свободные выборы, да, по правде говоря, не очень уж и свободные, ибо оппонирующие кандидаты находятся в неравных условиях. Но ведь есть правые силы, которым, не то что пролетариям эпохи Маркса, есть что терять. Да и цепи у многих из них золотые. У тех, кто по протекции отхватил задарма слишком уж большой кусок общественного пирога или кто преступал закон под защитой сильных мира сего, может появиться искушение либо вообще не проводить выборы, либо проводить их таким образом, чтобы власть осталась по-прежнему у «нового класса».Что можно предпринять в этом направлении, я не буду рассматривать, ибо тут вариантов много. Ну, например, можно попытаться в очередной раз поменять правительство, обвинив команду Примакова в неспособности решать насущные проблемы россиян. Понятно, что это вызвало бы негативную реакцию в Думе и в обществе в целом, могло бы дестабилизировать и без того неустойчивую ситуацию. В ответ можно было бы попытаться ввести чрезвычайное положение. Его также можно было бы попытаться ввести ради подавления придуманного «левого путча». И так далее, и тому подобное.Чтобы не растекаться мыслью по древу, беру на себя смелость утверждать: правого переворота не будет, а если бы он не дай Бог произошел, то дело закончилось бы разгромом правых и левой диктатурой. Но любые трезвые анализы ситуации построены на возможных или вероятных шагах все же не авантюристов, а здравомыслящих людей.[b]От редакции «ВМ»: [/b][i]Точка зрения известного политолога А. В. Кивы многим может показаться спорной. Но редакция посчитала необходимым ознакомить с ней читателей «Вечерки».[/i]

«Чужой» кабинет

А завтра — кто?

Кремль вступил в год псевдорешений?

Конец эпохи Ельцина. Что впереди?

[b]После того как страсти в связи с досрочной отставкой президента Бориса Ельцина несколько улеглись, можно спокойно поразмышлять о сложившейся ситуации. Тем более что как сторонники, так и противники Ельцина сгоряча чего только не наговорили! То, что досрочный уход Бориса Ельцина с поста президента на деле не был неожиданностью, ибо он органично вписывается в сценарий, разработанный «семьей» еще к лету 1999 года, едва ли уже не стало общим местом рассуждений независимых политологов.Те же, кто утверждал, что Ельцин до последнего будет держаться за власть и даже умрет в кресле президента (А. Ципко), многого не учитывали.[/b][i]Ни состояния здоровья «царя Бориса», которое временами делало его совершенно беспомощным и сильно беспокоило «семью», боявшуюся, что новая ситуация может застать ее врасплох. Ни «генеральной линии» «семьи» в обстановке, возникшей после принявшего международный характер скандала в связи со швейцарскими счетами, когда главным для нее стало не продлить настоящее, в любом случае кратковременное, а обеспечить себе безопасное будущее. Не учитывали и реальной силы и влияния «семьи» на президента, которая в конечном итоге и продиктовала ему решение об отставке, внешне выглядевшее для него достойным.Не учитывали и того, что Запад, грубо говоря, уже списал Ельцина как руководителя России, с которым можно вести серьезные дела.В последнее время западные лидеры его откровенно сторонились, а СМИ открыто называли воровским созданный Ельциным режим.[/i]Однако по-своему правы были и те, кто считал, что Борис Ельцин до последнего будет держаться за власть. Например, Гавриил Попов, неплохо лично знавший Бориса Ельцина, даже не исключал, что ради этого тот может даже выйти за пределы конституционного поля.Тогда что же заставило Ельцина ускорить принятие, несомненно, тяжелого для него решения о досрочной отставке и при этом чувствовать себя, как мы видим, в наилучшем настроении? Только ли достигнутая заранее с назначенным им преемником договоренность о гарантиях личной безопасности ему и его близким, а также успокоившее «семью» обещание не пересматривать итоги приватизации? Не думаю. Хотя это, безусловно, успокоило окружение Ельцина.Ответ на заданный вопрос, на мой взгляд, дает то, что он принял решение об отставке еще во время пребывания в Китае. Это, кстати, подтверждают и члены семьи Ельциных. Можно предположить, что он там не раз слышал о родоначальнике китайских реформ Дэн Сяопине, который продолжал оказывать решающее влияние на ход реформ и развитие страны в целом, уже не занимая никакого государственного, партийного и иного поста и будучи уже больным и слабым. Ельцин, очевидно, представил себя в роли Сяопина. И об этом говорит целый ряд фактов.Во-первых, находясь в Вифлееме, Ельцин высказался в том духе, что он продолжает контролировать ситуацию в стране посредством человека, которого он сам выбрал своим преемником. Вовторых, уйдя в отставку, Ельцин официально будет именоваться не бывшим, а первым президентом РФ. В-третьих, он будет иметь свой кабинет в Кремле со своим штатом. В-четвертых, для Ельцина создается специальный фонд наподобие «Горбачев-Фонда», штат которого, скорее всего, в миниатюре воспроизведет почти все президентские структуры. Там наверняка будет место, кроме, понятно, личной охраны, и помощникам, и советникам, и спичрайтерам, и пресс-секретарю, и даже управделами. И не в московские мэры надо было рваться Пал Палычу (Бородину), а настраиваться на переход на должность управдома в новый фонд.И можно не сомневаться, что в отличие от фонда Горбачева фонд Ельцина никто не будет ущемлять.Первому президенту России, не то что первому президенту СССР, не придется ездить по миру с лекциями ради сбора денег и поддержания своего статуса. Строго говоря, для дела подобные фонды — нуль, но для наших бывших первых лидеров — это действительно максимально щадящий уход из большой политики.Сейчас много говорится и пишется о том, как ловко стратеги Кремля и «семьи» перехитрили своих политических противников во имя сохранения пресловутой преемственности. Но хитрость в политике хороша, пока она не ведет к обману народа или пока не пытаются обмануть саму историю. Жаль, что мы только что свернули с того пути, по которому уже целый ряд лет идут бывшие страны социализма,где уже функционирует двухпартийная система. Большевикам в 17-м тоже казалось, что они перехитрили всех, но за эту хитрость пришлось расплачиваться нескольким поколениям россиян. Да мы за нее до сих пор платим.Уход в отставку правившего страной около 10 лет «президента-царя», который силой своих необъятных конституционных полномочий оставлял на ключевых постах государства давно дискредитировавших себя радикал-либералов и тем самым искусственно сдерживал естественный процесс политической эволюции, объективно требует смены правящей элиты. Так происходит практически во всех странах бывшего реального социализма, в которых правых у руля государства сменяют левые и наоборот.Ротация правящих партий не только позволяет откорректировать проводившийся до этого курс, но и, как правило, дает мощный импульс общественному развитию.У нас же происходит нечто уникальное. Протест народа против проводившейся все последние годы политики, против нищенских условий жизни и коррумпированной власти по каким-то пока до конца не проясненным причинам в ходе недавних парламентских выборов не нашел своей реализации в той степени, как это ожидалось и как это обычно происходит в других странах.Когда в Европе на смену правым партиям приходят социал-демократы (особенно это наглядно проявлялось в период до формирования социального государства и социально-рыночных отношений и нынешней фазы борьбы за права человека), то это сопровождается углублением демократизации общественных отношений, проведением более выраженной социально ориентированной политики. Мы тоже этот этап так или иначе должны пройти. А вовремя не пройдем — не избежать нам новых социальных потрясений.Допустим, в интересах консолидации общества в условиях, когда страна переживает очень тяжелый период в своей истории, некоммунистическая, в частности, левоцентристская оппозиция в лице «Отечества» и близких ему сил, которая, по логике общественного развития, должна была бы после последних парламентских выборов стать партией власти, вступит в коалицию с прокремлевскими силами. С одной стороны, это, несомненно, снизит накал межпартийной борьбы, содействуя политической стабильности, позволит парламенту быстрее принимать нужные стране законы и т. д. Но, с другой стороны, не задержит ли это формирование двухпартийной политической системы как важнейшей основы нормального функционирования современной демократии? Ныне в широких политических кругах распространено мнение, что поскольку Путин победит любого претендента в президенты, то поэтому такому уважаемому политику, как Примаков, нет резона вступать в заранее проигрышную борьбу за президентское кресло. Боюсь, что это ошибочная позиция. Даже если согласиться с тем, что у Путина сегодня действительно наибольшие шансы на успех, как и с тем, что волею обстоятельств Примаков оказался в чрезвычайно сложной ситуации. Но так видится с позиций сегодняшнего дня, а что будет завтра, то есть в самый канун выборов, мы знать не можем. Всякое происходит в жизни как страны, так и человека. Поэтому кто-то из авторитетных политиков демократической ориентации должен непременно выступать альтернативным кандидатом. Иначе может случиться, что у Зюганова, который наверняка выйдет во второй тур, не окажется серьезного конкурента.Пока Конституция остается такой, какой ее «сделали под Ельцина», и это объективно дает возможность новому президенту действовать авторитарно, равно как и процветанию авторитаризма в отдельных российских регионах.Опасность сползания России к авторитаризму заложена, однако, не только в Конституции. Народ разуверился в демократии, под флагом которой проводились грабительские реформы, вся ельцинская политика, поставившая Россию на грань национальной катастрофы.[b]P. S.[/b] [i]После отставки Бориса Ельцина Россия наконец могла бы выйти из той тягостной ситуации, когда во время президентских выборов народу приходилось делать выбор между плохим и очень плохим. Многие, отдавшие голоса за Бориса Ельцина в 1996 году, сделали это скрепя сердце, поскольку не хотели, чтобы победил лидер коммунистов Геннадий Зюганов. Казалось, наконец сейчас мы будем иметь достойную пару соперников-некоммунистов в борьбе за президентское кресло. Именно в результате такой борьбы и появляются сильные президенты. Но, увы, похоже, этого не произойдет.А жаль. Как бы за этим пока что неосознанным стремлением большинства нашей политической элиты еще до выборов определиться с президентом не проглядывала вполне осознанная народная тяга к «вождю». Что так характерно для политической культуры России и что грозит нам по меньшей мере установлением на целый исторический этап «направляемой демократии» на восточный манер.[/i]

Истории

1 мая в СССР

Большому Московскому цирку — 55 лет!

Владимир Жириновский: голос эпохи, который до сих пор цитируют

Гений, опередивший время: 135 лет со дня рождения Сергея Прокофьева

Как выглядит идеальный выходной у москвичей? // На связи Москва

Маски, духи и ритуалы: что скрывает африканское искусство // Смотри, Москва!

Искусство, которое лечит: выставка в столичном онкоцентре // Смотри Москва

«Проснулись в другой стране»: апрельская инфляция в СССР

Перелетные птицы возвращаются в Москву

Сребреники Иуды и червонец Булгакова

Эксклюзивы

Какие новообразования могут возникнуть в щитовидной железе

Диетолог Русакова рассказала, как распознать у себя высокий уровень кортизола

Можно ли заразиться хантавирусом в России

Чем полезен апельсиновый сок, кому его пить противопоказано и как приготовить его дома

Когда и на сколько подешевеет свинина в России

У Екатерины Волковой нашли образование в щитовидной железе: что это может быть

Диетолог Русакова рассказала, как распознать у себя высокий уровень кортизола

Терапевт Чернышова рассказала, почему дачники рискуют заразиться хантавирусом

Выжать максимум витаминов: как приготовить дома полезный апельсиновый сок

Экономист Остапкович рассказал, когда и на сколько подешевеет свинина в России

Вечерка ТВ

Надо обсудить. Аутизм у взрослых. Интервью с врачом-психотерапевтом Ильей Бушталлером

Астропрогноз на май 2026 г. от астролога Лилии Любимовой

Синемания. Елисейские поля на Красной площади

Московский словарь — «Поэзия»

Приметы и советы

Народные приметы на 1 мая 2026 года

Народные приметы на 30 апреля 2026 года

Народные приметы на 29 апреля 2026 года

Народные приметы на 28 апреля 2026 года

Народные приметы на 27 апреля 2026 года

Народный календарь. Как защитить урожай от сглаза на Кузьму Огородника, 1 мая

Народный календарь. Что нужно делать с медом 30 апреля

Народный календарь. Почему нужно заниматься рассадой на Арину, 29 апреля

Народный календарь. Для чего нужно грызть рябину 28 апреля

Народный календарь. Как избежать безденежья на Мартына Лисогона, 27 апреля

Проще, чем кажется

Как узнать, снесут ли дом по реновации в Москве: где искать информацию и сроки

Что нужно сделать на дачном участке весной

Как предотвратить развитие диабета

Клещевой энцефалит: профилактика, лечение, как проявляется

Как поменять батареи дома и не получить штраф

Как узнать, снесут ли дом по реновации в Москве: где искать информацию и сроки

Что нужно сделать на дачном участке весной

Как предотвратить развитие диабета

Клещевой энцефалит: профилактика, лечение, как проявляется

Как поменять батареи дома и не получить штраф

Автор

Установите vm.ru

Установите vm.ru