Главное

Автор

Николай Кривомазов
[b]НИКОЛАЙ КРИВОМАЗОВ[/b] [b]ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР ЖУРНАЛА «РУССКАЯ ВОДКА»[/b] В принципе лучшую водку, как и лучшего спортсмена, определяют свои олимпийские игры. Но сегодня все не так. Любая дворовая команда объявляет свою олимпиаду, и дворовые пацаны мигом становятся «олимпийцами». Все до единого алкогольные состязания стали исключительно коммерческими. Например, очень смешной «международный» конкурс в Брюсселе, где двое прытких устроителей, родом из наших, снимают на вечерок прихожую дорогой гостиницы, выставляют там две-три бутылки наших лохов, купившихся на Брюссель, и вручают им награды. Правда, раз в год на Красной Пресне Москвы случается мощная выставка Продэкспо. После выставки мы в журнале собираем водку, которая уже получила золотые медали, и втемную определяем лучшую водку года. Дегустацию ведут золотые перья центральных газет страны, в числе которых даже Всеволод Овчинников, известный международник и по совместительству политический обозреватель «Русской водки» по крепким напиткам. Итак, 2002 год. Победила водка «Петрович» из Марий Эл. Но сегодня у них, по-моему, есть проблемы. Чем слаще конфетка, тем больше желающих ее надкусить. 2003 год. Победила Калуга. «Русский бриллиант». Сегодня Калуга, как и многие другие приличные провинциальные заводы страны, остановлена, убита. 2004 год. Водка «Каспийские зори» мудрого и осторожного Виктора Френкеля — Астрахань. Вы спросите, в чем заключается мудрость и осторожность Френкеля? После победы он спросил, сколько стоит реклама в «Русской водке»? Я ответил. Френкель предложил: заплачу втрое больше, и ты про меня не пишешь. Ничего. Мы честно не писали про него. Правда, и Френкель так ничего и не заплатил… 2005 год — водка «ВВП» из подмосковного Коломенского. Сразу скажу, что в Подмосковье не умеют делать приличную водку — заводы-новоделы, а в особенности их скороспелые хозяева, не способны на подвиг, на самоотверженность — это обычные барыги. Но «ВВП» — это было здоровски! Сегодня завод не прошел лицензирование, не работает. 2006 год. Мордовская водка «Млечный путь» и литовская «Ледо». И в Мордовии, и в Литве так и не научились воровать.2007-й — тюменская «Губернская» и «Борис Смирнов» из Галича Костромской области. Это там, где Иван Сусанин учил мародеров географии.  Сегодня завод не работает — не прошел лицензирование. 2009-й — мариинская водка «Макс» — Кузбасс. 2010 год — пермский «Градус». Заметьте закономерность: чем дальше от Москвы, тем вкуснее. А чем вкуснее, тем больше у завода проблем. В Москву все эти чудные водки так и не пробились… Вспомните анекдот: может ли сын полковника мечтать стать маршалом? Нет, не может. Потому что у маршала есть свои дети.
[b]НИКОЛАЙ КРИВОМАЗОВ[/b][b]ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР ЖУРНАЛА «РУССКАЯ ВОДКА» [/b] Самое главное с выпивкой на сегодня. Очередная антиалкогольная кампания с треском провалилась. Пресса с удовольствием проглотила немалые деньги, выделенные для воровства этих денег, и заткнулась. Итог — это не борьба и не результат. И второе. Как человек, который знает про выпивку все и даже больше того, искренне рекомендую своим новым читателям… продолжить антиалкогольную кампанию и временно завязать с выпивкой. Или повременить. Или стать разборчивее — не пить что попало, а в казенных магазинах осторожничать тем более! Потому что главным поставщиком не лучшей выпивки становятся заводы, которые пролезли сквозь игольное ушко очередной алкогольной реформы. А это не самые лучшие, а самые лояльные и согласные на все. Как проститутки. Убиты маленькие региональные заводы, которые имели свое лицо. А многие бренды хваленых заводов нельзя пить хотя бы из уважения к собственному вкусу… Но еще меньше осталось спиртовых заводов. А из спирта — кто не знает — и делают водку. Из хорошего спирта — хорошую. Из дерьма — дерьмовую. В том году в России работало больше 100 спиртзаводов. В начале этого года — 67. А в начале осени их осталось всего-то 28. Теперь спирта попросту не хватает. И хорошего, и плохого. Чем это событие опасно для потребителя, станет ясно, если я назову самую дорогущую нашу водку — на «Б» начинается. Даже успешные хозяева этой самой «Б» с трудом находят более-менее приличный спирт, а потом смешивают его (бодяжат) с сомнительным осетинским спиртом, а что делать?! О цене. Летом литр легального спирта обходился ликероводочным заводам примерно в 450 рублей, а в начале октября его предлагают уже по 760–780 рублей. Значит, снова подорожает. В общем, как сказал мне вчера создатель бессмертной «Радионяни» Александр Левенбук, «сколько евреев из России ни уезжает, а дешевле и лучше не становится». Саша по совместительству работает политическим обозревателем по крепким напиткам в моем журнале, теперь пьет только то, что получает из рук главного редактора. А что делать остальным, я уже сказал. [b]СПРАВКА[/b] [i]Он начинал в редакции якутской газеты «Лена маяктара» — «Ленские маяки». Потом были «Правда», «Комсомолка», журналы. Его знают все и не знает никто. Потому что Кривомазов — человек-загадка. Балагур и философ, человек с печальным взглядом и уникальным чувством юмора, автор классных очерков. А знает ли он себя сам?[/i]
[b]После прошлогодней победы фильма Звягинцева «Возвращение» мы еще, пожалуй, никогда не следили за ходом Венецианского фестиваля так пристально. И вот в воскресенье объявили лауреатов.[/b]Фильм «Гарпастум» Алексея Германамл. покинет Венецию без награды, но Россия тоже не обижена. Лента Алексея Федорченко «Первые на Луне», представленная в параллельной программе «Горизонты», получила приз как лучший документальный фильм.Парадокс награждения Федорченко таким призом заключается в том, что «Первые на Луне» – картина псевдодокументальная. Реальные кадры кинохроники перемежаются со стилизованной фальшивкой, «доказывающей», что первыми на Луне высадились вовсе не американцы, а русский космонавт Иван Харламов.Остроумная и обаятельная история полета Харламова на Луну (с последующим заключением его в психиатрическую клинику) разделила приз «Горизонтов» с польской картиной «На востоке рая». Алексей Федорченко поблагодарил жюри за вручение ему «самой кинематографичной награды фестиваля» и покинул сцену со словами «Вива, Италия!» Вообще попытки лауреатов объясняться по-итальянски стали отличительной особенностью церемонии, которая традиционно транслируется в фестивальном дворце без перевода на другие языки.Почти скандальным стало решение жюри отдать главный приз – «Золотого Льва» – картине-аутсайдеру фестивальной гонки «Горбатая гора» тайваньского режиссера Анга Ли, истории всепоглощающей любви ковбоев-шестидесятников. В обескураживающе слабой гомосексуальной драме актеры Хит Леджер и Джек Гилленхол сыграли влюбленных пастухов, сумевших пронести свое чувство сквозь годы вполне удачных и плодоносных браков.Если Анг Ли и достоин приза, то только за то, что попытался расширить территорию однополой любви – к сожалению, не продемонстрировав при этом никакого кинематографического таланта.С первого дня лидерство в умах публики и прессы захватил фильм Джорджа Клуни «Спокойной ночи и удачи», получивший приз за сценарий. Кубок Вольпи за лучшую мужскую роль достался Дэвиду Стратайну – в фильме Клуни он сыграл бескомпромиссного телеведущего, низвергающего сенатора Маккарти.Обладательницей женского Кубка Вольпи стала итальянская актриса Джованна Медзоджорно за фильм Кристины Коминчини «Зверь в сердце», где она появилась в роли молодой женщины, страдающей от детских воспоминаний о домогательствах отца. По-видимому, этот приз должен был усмирить местную общественность, ежегодно протестующую против отсутствия итальянских картин в списке лауреатов.Дабы соблюсти справедливость, Специального Льва вручили французской актрисе Изабель Юппер за роль по-настоящему сильную – в «Габриэли» Патриса Шеро.Американскому режиссеру Абелю Ферраре за драму «Мария» жюри присудило Гран-при, первую значительную награду в его карьере. Лучшим режиссером и обладателем «Серебряного Льва» стал француз Филипп Гаррель с картиной «Обычные влюбленные» – трехчасовой черно-белой эпопее о парижских событиях 1968 года. «Обычные влюбленные» удостоились также приза за лучшую операторскую работу – его получил Уильям Любчански.Почетных «Золотых львов» за вклад отдали японскому аниматору Хаяо Миядзаки, ретроспектива которого состоялась в рамках фестиваля, и итальянской актрисе Стефании Сандрелли.Идея компромисса и баланса нашла отражение даже в организации церемонии закрытия. Вопреки обыкновению, отпраздновать награждение публика смогла просмотром целых двух фильмов. Ими стали гонконгский мюзикл «Возможно, это любовь», местами напоминающий «Мулен Руж» База Лурманна, и английский фильм ужасов «Спуск» о шестерых молодых леди, съеденных кровожадными мутантами во время альпинистских упражнений. Как говорится, каждому свое.[b]ВенецияНа илл.: [i]Актриса Джованна Медзоджорно получила приз за лучшую женскую роль.[/b][/i]
[b]Венецианский кинофестиваль подходит к концу. В ближайшие выходные жюри во главе с художником-постановщиком Данте Феретти огласит список лауреатов.[/b]Предсказать, кто именно окажется в числе счастливчиков, сложно: редко когда конкурсная программа бывает настолько ровной по качеству работ.На общем достойном фоне наиболее теплый прием публики получили фильмы заслуженных мастеров – «Мария» американца Абеля Феррары и «Габриэль» французского режиссера Патриса Шеро. В числе картин, встреченных аплодисментами, оказался и единственный российский фильм, претендующий на главную награду, – «Гарпастум» Алексея Германа-младшего.Показ картины Германа-младшего в конкурсе Венецианского МКФ – событие, заинтересовавшее публику не меньше, чем премьеры фильмов его более известных коллег, признанных классиками. Фестивальную «молодежь» в последние годы составляют в основном люди зрелые, от сорока и выше (что, впрочем, нисколько не умаляет их достоинств). В этом отношении приглашение в конкурс режиссера, которому нет еще и тридцати и который сделал всего лишь вторую свою работу, – явление почти уникальное.В мир большого кино Германмладший вступает с картиной о начале взрослой жизни, зарифмованном со сменой исторических эпох. Действие «Гарпастума» разворачивается в 1914 году, накануне Первой мировой войны. Четверка друзей увлеченно обучается футболу, с трудом отвлекаясь на семью, работу и даже первые влюбленности.Дни проходят в мечтах о строительстве стадиона и разработке комбинаций, которые помогут обыграть более умелые команды. Но главным соперником начинающих футболистов становится не дворовая шпана, а Время, которого они не замечают и приметы которого тщательно воссоздает режиссер.Изображение больше всего напоминает столетний дагерротип и окрашивается то в коричнево-желтые, то в белесые тона, пока, наконец, не застывает, оставив повзрослевших героев на поле, выжженном войной и революцией.Совсем иным предстает начало века в «Габриэли» известного французского режиссера театра и кино Патриса Шеро.Высшее общество и светские рауты наполняют жизнь супружеской пары (ролисупругов играют Паскаль Грегори и Изабель Юппер). По крайней мере, до тех пор, пока Жан не находит прощальное письмо от Габриэли. Ни его готовность забыть об измене, ни ее скоропостижное возвращение домой не в состоянии склеить брак, десять лет считавшийся образцовым. «Габриэль» – семейный фильм ужасов, страшная и неуютная картина о невозможности и бессмысленности продолжать жизнь без любви.Самой провокационной картиной конкурса стала «Мария» Абеля Феррары. Американский режиссер, много лет страдающий от наркотической зависимости, когда-то прославился малобюджетными фильмами, исследующими природу насилия.«Мария» же посвящена вопросам религии. Тед, ведущий религиозного телешоу (Форест Уитаккер), решает сделать программу к премьере нового фильма о последних часах жизни Иисуса Христа. Он приглашает в эфир режиссера, а также актрису Марию Пелези (Жюльетт Бинош), сыгравшую Марию Магдалину.Найти ее непросто: Мария бросила карьеру и уехала в Святую землю сразу после окончания работы над фильмом. Получив приглашение в прямой эфир, Мария задает Теду роковой вопрос: верит ли он сам в Бога? От того, какой ответ даст Тед, зависит не только судьба одного выпуска, но и будущее его жены и новорожденного ребенка.Проблемы семьи и брака, которые стали одной из главных тем конкурса, к удовольствию публики решаются режиссерами и более легкомысленно. Лучшее доказательство – нарочито кустарный мюзикл из жизни рабочего класса «Романс и сигареты» американского актера, а заодно и режиссера Джона Туртурро с Джеймсом Гандольфини, Сьюзен Сарандон и Кейт Уинслет. Трудно сказать, помогут ли Туртурро музыка и танцы победить в фестивальной гонке.Наиболее высокие оценки критика и публика поставили его коллеге Джорджу Клуни и его второй картине «Спокойной ночи и удачи».[b]Венеция[/b]
[b]Красавец-доктор [/b]В отсутствии конкурсной интриги участники и гости «Мостры» (венецианского форума) могут наслаждаться блеском голливудских и европейских звезд, все прибывающих и прибывающих на остров Лидо. Но на этот раз звезды не просто украшают собой красные ковровые дорожки, а привозят в Венецию достойные работы.Когда три года назад красавец-доктор из телесериала «Скорая помощь» и один из ведущих голливудских актеров Джордж Клуни представил в Берлине свой режиссерский дебют «Признания опасного человека», мало кто догадывался о том, что он умеет не только покорять женские сердца, но и снимать хорошее кино.Новая работа Клуни, возможно, и не добавит ему популярности, но уж точно научит всерьез относиться к его режиссерским амбициям.Фильм «Спокойной ночи и удачи» посвящен телевидению и борьбе с коммунизмом в эпоху маккартизма в США 50-х годов.Блестяще сыгранная, стильная черно-белая картина представляет собой производственную драму о честных телевизионщиках, которые предпочитают объективную оценку событий корпоративным интересам. И пусть сюжет излишне прямолинеен и скучноват, а сам Клуни, исполняющий роль режиссера телепрограммы, изо всех сил старается не переиграть своих менее известных коллег, «Спокойной ночи и удачи» остается одной из самых заметных конкурсных картин.[b]Такеши&Китано [/b]Другой любимец публики, неоднократно обласканный в Венеции, японский актер и режиссер Такеши Китано, озадачил зрителей опусом «Takeshis’». В то время как поклонники Китано ждали продолжения легкомысленного «Затойчи» (кстати, два года назад этот фильм получил в Венеции приз за режиссуру), их кумир реализовывал свой давний замысел – снимал картину о человеке, попавшем в пространство собственных снов.По традиции Китано сам исполняет в фильме главную роль. Точнее, две роли. Герои «Takeshis’», Такеши и Китано, отличаются только цветом волос. Черноволосый Такеши – известный актер и шоумен, уставший от своей популярности. Блондинистый Китано – никому не известный продавец, мечтающий повторить карьеру своего более успешного двойника. Беспорядочный набор эпизодов, напоминающий антологию сцен из фильмов Такеши Китано, – мучительная рефлексия на тему собственной состоятельности и рассказ о борьбе с внутренними демонами.И хотя неизвестно, насколько состоятельным и достойным награды «Takeshis’» покажется жюри, Китано уже не остался без подарка: организаторы фестиваля вручили ему увесистую скульптуру из муранского стекла.[b]Золотая сдержанность по-бьоркски [/b]Вне основного конкурса была показана первая совместная работа одной из самых эксцентричных пар современного художественного мира, американского художника-авангардиста Мэттью Барни и исландской певицы и композитора Бьорк, – «Рисунок сдержанности 9». Барни входит в десятку авторитетнейших современных художников и, несмотря на относительную молодость (ему нет еще и сорока), уже удостоился большой персональной выставки в нью-йоркском Музее современного искусства Гугенхайма.Бьорк не только написала к «Рисунку сдержанности 9» оригинальную музыку, но и исполнила в нем одну из двух ролей.Это не первый в карьере певицы случай обращения к кинематографу. Участие в фильме Ларса фон Триера «Танцующая в темноте» принесло Бьорк награду как лучшей актрисе на фестивале в Каннах.«Рисунок сдержанности 9» не слишком похож на кино: скорее, на коллективную акцию, заснятую на пленку. Предельно ритуализованное действо (дело происходит в Японии) напоминает свадебный обряд, в ходе которого герои в прямом смысле слова отсекают от себя все человеческое и превращаются в китов.Несмотря на то, что «Рисунок сдержанности 9» будет интересен только киноманам и наверняка не выйдет в прокат ни в одной стране мира, именно такие работы составляют золотой фонд любого кинофестиваля.[b]Докатит и до нас[/b]Но, отдавая дань авторскому искусству, Венеция не забывает и о популярном зрительском кино. «Братья Гримм» с Моникой Беллуччи, Мэттом Дэймоном и Хитом Леджером, «Элизабеттаун» с Орландо Блумом и Кирстен Данст, «Нокдаун» с Расселом Кроу, «Доказательство» с Энтони Хопкинсом и Гвинет Пэлтроу – далеко не полный перечень картин, которые покажут в Венеции, а затем и в российском прокате. Однако главные ожидания отечественного кино по-прежнему связаны с Алексеем Германом младшим и «Гарпастумом», премьера которого ожидается на фестивале в эту среду.[b]Венеция [/b]
[i]…Он называет себя Алексеем Алексеевичем, а не Германом-младшим, настойчиво подчеркивая свою независимость от звездной славы отца – Алексея Германа-старшего. Но от геновто никуда не деться, ежели папа – всемирно известный режиссер, а мама Светлана Кармалита – талантливая сценаристка. А вгиковский педагог к тому же – Сергей Соловьев. Поэтому неудивительно, что в 2003 году «маленький Герман» мощно дебютировал полнометражным фильмом «Последний поезд». Его впервые увидели в Венеции в программе «Новые территории». Там он удостоился упоминания жюри, что очень даже почетно. А на анапском «Киношоке» Герман был награжден призом за лучшую режиссуру. Говорят, что эта черно-белая картина очень напоминает «Проверку на дорогах» и «20 дней без войны». Но вот в отношении новой ленты «Гарпастум», которую наряду с фильмами Алексея Федорченко «Первые на Луне» и Рустама Хамдамова «Вокальные параллели» показывают в Венеции, этого уже не скажешь. Во-первых, фильм цветной. Во-вторых, посвящен… спорту. «Гарпастум» – название спортивной игры, распространенной в Древнем Риме и напоминающей ручной мяч. В фильме с участием Евгения Пронина, Чулпан Хаматовой, Данилы Козловского и Гоши Куценко рассказывается о молодых людях, стремящихся построить стадион и попасть в футбольную лигу.[/i][b]– Надеетесь ли получить приз в Венеции?[/b]– На мой взгляд, мы в Венеции ничего не получим. Во-первых, недавно уже одарили «Возвращение» Звягинцева. Во-вторых, фестиваль все-таки вещь политическая. К тому же в программе полно китайских фильмов. Ну не может «Гарпастум» получить приз![b]– А зачем тогда в конкурсе участвовать?[/b]– Конкурс международного фестиваля дает картине продажи, прокат. Уважение все-таки какое-то. Наверное, связи с иностранными продюсерами. Я просто считаю, что нельзя ехать на фестиваль и думать о том, выиграешь ты что-нибудь или нет. Хотя это тщеславие, которое нельзя в себе перебороть, но ехать с этим чувством неправильно. Я себя не сравниваю и не хочу сравнивать, например, с Тарковским, до которого мне далеко, как до Аляски. Но известна же история, как он волновался, что ему дадут на Каннском фестивале, просто с ума сходил! Все эти призы такая глупость, и так это неважно… Ведь в любом случае Тарковский – выдающийся режиссер. Режиссеры вообще очень странный сплав. С одной стороны – прорабы на стройке, а с другой – девушки-институтки, которые все время волнуются и ревниво относятся к чужим успехам. И, мне кажется, чем второй ипостаси будет меньше до начала съемок и после их окончания, тем лучше. Так что я предпочитаю думать, что мы ничего не получим и стараюсь в это верить. И вообще я никогда не получал призы, когда чего-то ждал. Ни разу.[b]– Существует мнение, что вторая картина – это проверка для режиссера.[/b]– Недавно я включил телевизор, а там выступал Евгений Гришковец. Он сказал правильную вещь: один шаг – это один шаг, второй шаг – это второй шаг, а походка вырабатывается потом. Довольно тонкое замечание. Весь вопрос не в порядковом номере картины, а в походке. Чтобы дальше идти, надо научиться ходить. Я думаю, что вся серьезная режиссура начинается на 4-м или 5-м фильме. Можно хорошо начать, а потом снимать по инерции. И все будут говорить: ага, десять лет назад он снимал хорошие фильмы, а сейчас у него просто творческий кризис. Так вот я этого не хочу.[b]– И все-таки о чем ваш второй фильм «Гарпастум»?[/b]– Я старался делать кино в духе итальянских 60–70-х годов. Пытался на достаточно простой костяк – четверо друзей пробуют создать футбольную команду – нанизать много вещей, которые происходят вокруг. Окружить героев водоворотом событий, которые существуют как с ними, так и помимо них в стране и в мире. Дело происходит в 1914 году. Живет семья, двое из героев – братья. Все понимают, что вот-вот война. А им по 18–20 лет, они абсолютно не обращают на это внимание и существуют в своем желании играть в футбол. В каком-то смысле картина о счастье молодости. В ней есть и любовь – странная, болезненная, но чистая любовь взрослой женщины к молодому парню. Есть история сына Гаврилы Принципа, странная судьба мальчика, отец которого изменил век. Это выдуманная история, я не знаю, был у Гаврилы Принципа сын или нет. В фильме вообще есть некоторое количество известных персонажей, которых мы не пытались сделать похожими на себя. Потому что «Гарпастум» – это не реализм, не гиперреализм, а такая полусказка, которую я тем не менее пытался снимать достоверно… В общем, история о том, как закончилась эпоха. Но и о четырех молодых парнях, которые хотят играть в футбол. И поскольку костяк очень простой, то и кино, на мой взгляд, получилось зрительским. Но сложным. Я старался, чтобы картина вышла глубокой, но не фальшивой. Это такая большая картина про камерные отношения.[b]– Ваш дебют, картина «Последний поезд», была довольно скромной. Не страшно ли было осваивать большой бюджет уже на втором фильме?[/b]– Что касается «Поезда», я вообще не понял, как это произошло. Я недооценил сложности и просто начал снимать. Я не понимал, насколько всего будет много и как это будет сложно. А потом понял. И понял, что вообще чудом все это сняли.[b]– А вас не раздражало, что «Последний поезд», который заслужил высокие оценки, сравнивали с фильмами отца?[/b]– Конечно, раздражало. Но пусть говорят. Что же я могу с этим сделать?.. «Гарпастум» другой совсем. Это цветная картина, что очень важно. Ведь цветное кино – другой вид искусства. Другой ритм, другие крупности, иной монтаж. Надо понимать, что цветное кино находится в других отношения с экранной действительностью, нежели черно-белое.[b]– Так вы старались обезопасить себя от сравнений?[/b]– Я считаю, что задачи могут быть только внутренние, творческие. А остальные задачи – вред. Я старался сделать картину так, чтобы мне было не стыдно. Вот и все.[b]– Значит ли это, что семья никак не участвует в вашей творческой жизни?[/b]– Папа не видел ни первый, ни второй мой фильм. Это его принципиальная позиция. Он не хочет смотреть, не хочет волноваться, это нормально.[b]– Ощущаете ли вы себя представителем какого-то поколения? Существует ли, по-вашему, молодое российское кино?[/b]– Я недавно сказал на фестивале в Выборге, что появилось новое поколение российского кино. Со мной сразу начали спорить, что нет никакого поколения, что это ерунда, есть одно большое кино. Но я себя чувствую частью этого поколения, и, конечно, оно есть. Самое замечательное, что мы все начинаем общаться. Это то, чего не было раньше. По крайней мере, в моей жизни на протяжении последних 5–7 лет. Образовалось какое-то количество режиссеров, которые уважительно и с интересом относятся друг к другу и в состоянии друг с другом разговаривать. Я очень уважаю Илью Хржановского, Петю Буслова, Велединского, Попогребского и Хлебникова. Так что поколение появилось, но это еще не означает, что оно состоится. Вокруг накручено столько околокинематографических проблем, что эти маленькие проблемы могут это большое поколение съесть.[b]– Не эти ли проблемы мешают картинам упомянутых режиссеров, за исключением разве что «Бумера» Петра Буслова, попасть в широкий прокат[/b]?– Я не думаю, что молодые делают незрительское кино. Просто качественные и эстетические с точки зрения кино фильмы делают режиссеры, которые неинтересны коммерции. Если говорить о прилично снятом коммерческом фильме последнего времени, то, на мой взгляд, это «Турецкий гамбит». А странный дисбаланс возникает, когда основные успехи лежат в области фестивалей и артхауса. Это системная проблема. Тот же самый Буслов сделал не суперменское кино. Это очень личный его фильм.Не нужно ни в чем обвинять людей, которые делают фестивальное кино, которое, кстати, продается. Очень ведь важно, что «Коктебель» Хлебникова и Попогребского успешно прошел в Англии. И на молодых режиссеров все набрасываются. Нечего на зеркало пенять. Артхаус окупается в Европе и приносит деньги. Просто надо разделять артхаус и мейнстрим.[b]– В России подъем отечественного кино связывают именно с мейнстримом – добротным кино на среднестатистического зрителя.[/b]– Весь подъем нашего кино очень многому противоречит, той же самой экономике. Через несколько лет не может не быть кризиса. Это вещи системные. И потом, как в стране может быть подъем кино, когда нет Музея кино?! Это невозможно. Как страна может претендовать на какое-то место в киномире, если она уничтожает лучшие проявления кинокультуры! Я много чего думаю, и рассказывать об этом долго, так что пока скажу только, что кризиса не избежать. И я надеюсь, что кто останется, тот и останется. Даже если смотреть сериалы, становится понятно, что мы никак не выйдем на более качественный уровень. Количество не переходит в качество. Пока. За исключением небольшого количества сериалов, которые можно смотреть, остальные становятся все хуже и хуже.[b]– И какие же сериалы вам кажутся достойными?[/b]– «Убойная сила», например, приличный сериал. Вообще это опять же не вопрос сравнения, а вопрос того, что мы приучаем зрителя к плохому. Ведь неглупые люди говорили, что каждый кадр нужно снимать как последний. Для того чтобы сделать коммерческое кино, нужны колоссальные усилия. Нужен интерес не только к деньгам. И пока мы производим огромное количество кинопродукта – не люблю эту гастрономическую лексику в отношении кино, но по-другому не скажешь, – где видно, что люди даже на 50 процентов не выкладываются, мы рискуем. Я считаю, что сериал «Моя прекрасная няня» – лучшее, что есть сегодня на телевидении. Там поучаствовали американцы. И что? Неужели мы не можем снять сериал лучше, чем «Нэш Бриджес»?! И ведь все люди, которые снимают эти средние сериалы, они ведь куда-то потом пойдут.[b]– Как вы видите свой путь в данных обстоятельствах? Вы бы хотели быть коммерческим режиссером?[/b]– Я не знаю, что такое коммерческое кино. Если коммерческая картина – это фильм, снятый быстро, за бюджет, который может окупиться, с медийными актерами, со слабым сюжетом, фильм, который делается для определенной аудитории, то нет. А вот если у коммерческого кино другие показатели... «Однажды в Америке» хороший фильм? «Крестный отец»? «Бегущий по лезвию бритвы»? Вот такое коммерческое кино я только приветствую. Понятно, что если разговор идет о «Четырех таксистах и собаке», то я, естественно, себя в этом не найду. Я считаю, что если уж ты делаешь кино, делай его только в ту секунду, когда оно тебе интересно на 100 процентов. А если тебе интересно только процентов на двадцать, и ты думаешь: «Сейчас получу деньги и займусь чем-то еще», – то его делать категорически нельзя. Это оскорбление и себя, и зрителей, и актеров.[b]– Должно ли помочь судьбе «Гарпастума» участие популярных актеров – Чулпан Хаматовой и Гоши Куценко?[/b]– Я вообще не хотел снимать медийных актеров. Мне это было не очень интересно. Но Чулпан Хаматова появилась очень органично. К ней попал сценарий, мне позвонили и сказали, что она очень хочет приехать на пробы. Чулпан приехала и замечательно попробовалась. На тот момент все немедийные актрисы попробовались чуть хуже. Куценко, играющий роль Блока, как ни странно, подошел по внутреннему спокойствию. Всегда видны по глазам неуверенность и ужас от предстоящей роли, а у Гоши этого не было. Но согласитесь, что система звезд в российском прокате не функционирует.[b]– А что же тогда приводит зрителей на российский фильм?[/b]– На мой взгляд, работают два фактора. Как ни странно, национальная самоидентификация, какие-то глубинные вещи в сознании людей. Именно на этом «Бумер» и пошел. А «Турецкий гамбит» показал, как работает сказочная, оторванная от реальности система.[b]– Вы сами в какой реальности больше существуете? В московской или питерской?[/b]– Жить надо в Москве, работать в Петербурге. Формула такая.[b]– То есть переезд в Москву у вас свершился органично?[/b]– Переехал сложно, с внутренними проблемами. Я никогда до этого не существовал в условиях, когда моя фамилия играла какую-то роль при повседневном общении. Мне не близок «Мосфильм», я себя там чувствую неуютно. Для меня это слишком большая студия, в ней слишком много людей. Я не верю, что на «Мосфильме» найду много единомышленников. Мне кажется, что на «Ленфильме» сохранилось уважение к кино как к кино. А на «Мосфильме» есть уважение только к бюджетам. Я знаю, что все за деньги работают, так что это скорее вопрос настроения, человеческих глаз. На «Ленфильме» мне глаза нравятся больше.
[b]В отличие от Каннского фестиваля-2005, не пригласившего в основные программы ни одной российской ленты, Венеция не обходит вниманием наших кинематографистов. В конкурсе (54 полнометражных фильма) покажут «Гарпастум» Алексея Германа-младшего, а вне конкурса – «Первые на луне» Алексея Федорченко.[/b]Алексея Германа-младшего, единственного российского режиссера в конкурсе нынешнего МКФ, в Венеции заметили еще два года назад.Тогда, во время триумфа Андрея Звягинцева и его «Возвращения», первый фильм Германа «Последний поезд» участвовал в параллельной программе и удостоился специального диплома жюри дебютных картин.В этом году молодой режиссер вступит в борьбу уже за главный приз – «Золотого льва». Garpastum – название античной игры, предшественницы футбола. Действие картины происходит в Санкт-Петербурге в канун Первой мировой войны. Два брата упиваются своей страстью к футболу и своей молодостью, не замечая ни Серебряного века, ни грозных признаков грядущей эпохи…Вместе с Германом в числе конкурсантов оказались Патрис Шеро и его картина «Габриэль» с Изабель Юппер и Паскалем Грегори, второй фильм Джорджа Клуни «Спокойной ночи и удачи», в котором актер исполняет и одну из главных ролей, «Братья Гримм» Терри Гиллиама с Моникой Белуччи, Мэттом Деймоном и Хитом Леджером.Жюри во главе с прославленным художником-постановщиком Данте Ферретти предстоит увидеть также новые работы 96-летнего португальца Маноэля де Оливейры, старейшего режиссера в мире, прошлогоднего обладателя каннского Гран-при за «Old boy» корейца Пак Чхан Ука, китайца Анга Ли – автора «Крадущегося тигра, невидимого дракона» и польского классика Кшиштофа Занусси, в фильме которого «Персона нон грата» снялись Никита Михалков и Даниэль Ольбрыхский.Есть в программе и еще одна российская копродукция: казахская картина Рустама Хамдамова «Вокальные параллели», соавтором сценария и исполнительницей главной роли в которой стала Рената Литвинова. Этот фильм примет участие во второй по важности фестивальной программе «Горизонты», где покажут и «Первые на Луне» Алексея Федорченко.Туда же включена новая работа художника-экспериментатора Мэтью Барни, снявшего в главной роли свою подругу, исландскую певицу Бьорк, и новая картина заслуженного немецкого режиссера Вернера Херцога.Почетного «Золотого льва» за карьеру получит японский аниматор Хаяо Миядзаки, автор «Унесенных призраками» и «Принцессы Мононоке». Тему мультипликации продолжит американец Тим Бартон, сделавший второй после «Кошмара на Рождество» анимационный фильм в своей режиссерской карьере.В новом опусе «Невеста трупа», который будет показан во внеконкурсной программе, героев озвучили Джонни Депп и Хелена Бонэм Картер.По сложившейся традиции, внеконкурсная программа становится хорошим поводом зазвать на фестиваль голливудских и европейских звезд первой величины. В числе прочих в Венеции покажутся Рассел Кроу и Гвинет Пэлтроу, Орландо Блум и Марк Уолберг, а также неизменная супружеская пара – Тим Роббинс и Сьюзан Сарандон.
[i]«Я благодарю жюри за великолепное решение, а Каннский кинофестиваль – за то, что он отказался включить мою картину в программу», – так закончил свою речь британский кинорежиссер Майк Ли, принимая из рук Софи Лорен и нового директора фестиваля Марко Мюллера «Золотого льва», присужденного его фильму «Вера Дрейк».[/i] Реальная история пожилой домработницы, практиковавшей подпольные аборты в Лондоне 50-х годов прошлого века, удостоилась высшей награды Венецианской Мостры 2004 года.Общее впечатление от слабой конкурсной программы слегка выправилось во второй половине фестиваля, когда на суд критиков и зрителей были представлены драмы англичанина Майка Ли «Вера Дрейк» и испанца Алехандро Аменабара «Море внутри», а также фильм-сюрприз, которым оказалась новая картина корейского режиссера Ким Ки-дука «3-iron». Именно эти фильмы оказались главными фигурантами церемонии закрытия Венецианского кинофестиваля, проходившей в здании старейшего городского театра «Ля Финиче».Пока неизвестно, приживется ли на Лидо новая фестивальная администрация, но организованная ею церемония закрытия произвела, мягко говоря, смешанное впечатление. О причинах бестолкового и откровенно неумелого конферанса можно лишь догадываться – иногда ведущая элементарно не знала, кто будет вручать очередной приз и что это за приз. Спасло церемонию лишь финальное распределение наград, показавшееся заслуженным и справедливым.Председатель жюри Джон Бурман, предваряя объявление результатов, пожаловался на то, что хороших картин в конкурсе оказалось слишком много, и слукавил. Распределение основных наград между двумя из более чем двух десятков картин в последнюю очередь свидетельствует о высоком уровне конкурса. Разумеется, это ничуть не умаляет достоинств победителей. Помимо «Золотого льва» картина Майка Ли «Вера Дрейк» удостоилась Кубка Вольпи – приза за лучшую женскую роль – для актрисы Имельды Стаунтон, сыгравшей Веру Дрейк, которая искренне и не ведая последствий избавляет молодых женщин от нежелательных беременностей. Реальные события легли в основу фильма «Море внутри» Алехандро Аменабара, получившего Гран-при «Серебряного льва». Проблемная и драматичнаяистория героя, в течение тридцати лет прикованного к постели и пытающегося добиться официального разрешения на проведение процедуры эвтаназии, стала бенефисом Хавьера Бардема, удостоенного заслуженного Кубка Вольпи за лучшую мужскую роль. «3-iron» Ким Ки-дука был безоговорочным лидером конкурсной программы по опросам зрителей, но удостоился третьего по значимости приза за лучшую режиссуру, да и тот удалось получить с трудом: ведущая церемонии попросту забыла о том, что Ким Ки-дуку полагается награда.После краткого и конфузного разбирательства режиссер все же поднялся на сцену под громогласные аплодисменты зала. Еще одного любимца публики, японского аниматора Хаяо Миядзаки, и его новую работу «Движущийся замок Хоула» поощрили призом за выдающиеся технические достижения.Церемония в «Ля Финиче» оказалась лишь частью праздничных мероприятий, посвященных окончанию кинофестиваля. Днем раньше на главной площади Венеции Сан-Марко прошла мировая премьера американского компьютерного мультфильма «Подводная братва». По словам Марко Мюллера, показ задумывался как акт доброй воли дирекции кинофестиваля по отношению к жителям города. Будем надеяться, что Венеция воздаст Марко Мюллеру по заслугам.
[i]Официальная программа так и не обзавелась картиной-фаворитом. Наиболее теплый прием пока что получили мультфильм Хаяо Миядзаки «Движущийся замок Хоула» и посвященная проблеме эвтаназии драма Алехандро Аменабара «Море внутри», а также новая экранизация «Ярмарки тщеславия» Миры Наир с «блондинкой в законе» Риз Узерспун в роли Бекки Шарп. Похоже, что основные силы новая дирекция отдала не столько формированию концептуальной конкурсной программы, сколько почетным внеконкурсным показам.[/i]Голливудское кино давно играет на фестивалях роль свадебного генерала. Все чаще очередной американский блокбастер становится фильмом открытия или закрытия, а если ему и повезет попасть в конкурс, то уж на награду претендовать не приходится. Организаторы фестивалей одинаково рады и масштабным постановкам, и незначительным поделкам: лишь бы звезд было побольше. Претенциозность и размах Венеции-2004 нашли свое отражение не только в новом дизайне фасада фестивального дворца, но и в невероятном количестве звезд, которых удалось затащить на Лидо новому директору Марко Мюллеру. Почетная внеконкурсная программа пестрит не столько именами известных американских режиссеров, сколько актерами наипервейшей голливудской величины. Почти одновременно с началом киносмотра на Лидо появились Том Хэнкс, Джон Траволта, Дэнзел Вашингтон, Том Круз, Джонни Депп и Аль Пачино. Именно их роли на сегодняшний день составили интригу, необходимую любому кинофестивалю.Пародоксальным образом блок голливудских картин, имеющий на всех фестивалях статус несерьезных и развлекательных, оказался интереснее и свежее пока что пресных конкурсных показов. В немалой степени причиной стали яркие и значительные актерские работы.Наибольшим успехом у публики пользовался Аль Пачино, сыгравший роль еврея Шейлока в экранизации шекспировского «Венецианского купца» британцем Майклом Редфордом. История о том, как благородные христиане обвели вокруг пальца хитроумного еврейского ростовщика, по современным меркам политкорректностью не блещет. Тем символичнее жест режиссера, пригласившего на неоднозначную рользаслуженного голливудского ветерана, которому со времен «Крестного отца» не привыкать играть злодея «с человеческим лицом». Аль Пачино в образе седого и вредного старика, который с наслаждением точит тесак, чтобы вырезать из груди героя Джереми Айронса солидный кусок плоти, стал главной фестивальной находкой. Ни одна звезда не удостоилась таких продолжительных аплодисментов и таких беспрецедентных по венецианским меркам мер безопасности.Еще одним седовласым злодеем появился на Лидо Том Круз, сыгравший роль киллера в боевике «Соучастник». Его герой быстро бегает, убивает любого, кто ему не понравится, и настаивает на полезности отстрела тех, за кого щедро заплатили. Вереницу персонажей с посеребренными висками замыкает Джон Траволта в образе алкоголического профессора английской литературы в «Серенаде для Бобби Лонга». Вполне традиционно, но от этого не менее эффектно, выступили Джонни Депп в роли автора «Питера Пена» Джеймса Барри (картина «Возвращение в Неверленд») и Дензел Вашингтон в роли телохранителя («Гнев» Тони Скотта).Достигнув звездного положения, голливудские актеры могут позволить себе играть что угодно, немало не заботясь ни о гонорарах, ни об успехе картины. Да и возраст берет свое: изображать седовласых красавцев-любовников удается только Ричарду Гиру. Вот и приходится искать альтернативные пути реализации актерских амбиций. В этом американцы, увы, оказались успешнее своих европейских собратьев. Пока что конкуренцию им может составить только испанец Хавьер Бардем в роли паралитика, одержимого идеей смерти во «Внутреннем море» – и эта мужская роль пока что остается единственной, претендующей всерьез на престижный приз, «Кубок Вольпи»; ведь проблемная драма Алехандро Аменабара, в отличие от голливудских фильмов, представлена в фестивальном конкурсе.
[i]На ближайшие две недели курортный остров Лидо, неподалеку от Венеции, стал центром притяжения для нескольких тысяч журналистов и работников киноиндустрии. В стремлении возродить Венецианский фестиваль во всем былом великолепии организаторы пожертвовали не только экс-директором Морицем де Хадельном, но и хорошим вкусом.[/i]За четыре месяца, прошедшие со времени назначения Марко Мюллера руководителем главного итальянского киносмотра, новой фестивальной дирекции удалось добиться впечатляющих результатов.Например, обновить фасад фестивального дворца.Вследствие реконструкции дворец окончательно потерял вид храма искусства и теперь напоминает скорее языческое святилище. Его вход украшают несколько десятков прямоугольных колонн, на вершине которых расположились скульптуры золотых львов.Ввечеру колонны начинают светиться пурпурным светом, что в сочетании с голубой подсветкой собственно фасада, производит впечатление по меньшей мере странное. В довершение всего аляповатые сооружения имеют символический смысл. Каждая колонна украшена именем лауреата Венецианского фестиваля, в том числе Андрея Тарковского, Александра Птушко, Никиты Михалкова и Андрея Звягинцева. Новым дизайном дворец обязан знаменитому итальянскому художнику-постановщику Данте Ферретти, ранее такого безобразия не допускавшему. Хочется предположить, что на этот раз соратнику Мартина Скорцезе, Федерико Феллини и Пьера Паоло Пазолини не хватило не столько свежих идей, сколько времени.Нынешний Венецианский кинофестиваль вознамерился сиять не только позолотой сомнительных скульптур, но и голливудскими кинозвездами.Подтверждая мнение, что у хорошего мероприятия должны быть ударный финал и ударное начало, в первые дни фестиваля Лидо принимает американских актеров Джона Траволту, Аль Пачино, Риз Уизерспун, Дэнзела Вашингтона и полтора десятка звезд помельче. К началу киносмотра подтянулись также Том Хэнкс и Стивен Спилберг, чья новая картина «Терминал» открыла Венецианский фестиваль. Остается лишь надеяться на то, что под толстым слоем позолоты не будет похороненавесьма достойная конкурсная программа.Фильмом-открытием конкурса стал «5х2» Франсуа Озона, пять историй из жизни супругов, решивших подать на развод, с Валерией Бруни-Тедески и Стефаном Фрейзом в главных ролях. Одновременно с конкурсом открылась и параллельная программа «Венецианские горизонты», начало которой положила картина «Любовная песня для Бобби Лонга», история отца и дочери, не подозревающих о своем родстве, в исполнении Джона Траволты и Скарлетт Йоханссон.Последняя приехала в Венецию и в качестве члена большого жюри под руководством Джона Бурмана, куда вошли также английская актриса Хелен Миррен, американский режиссер Спайк Ли, итальянский постановщик Миммо Калллопрести и др.Пока жюри будет выбирать лучший фильм фестиваля, организаторы продолжат решать судьбу фестивального дворца.Дирекция объявила очередной конкурс на создание проекта нового здания.
[i]Прошлогодний Венецианский фестиваль завершился триумфом «Возвращения» Андрея Звягинцева, получившего двух «Золотых львов» за лучший фильм и лучший дебют, а также стал последним фестивалем под руководством швейцарца Морица де Хадельна, не проработавшего на ответственном посту и двух лет. Новому директору Марко Мюллеру уже удалось доказать, что смещение де Хадельна на качестве фестиваля не отразится.[/i]Марко Мюллер, итальянец швейцарского происхождения, создатель кинофестиваля в Турине и многолетний глава кинофорума в Локарно, начал свою работу в качестве директора Венеции со структурных изменений. В этом году Венеция отказалась от второй конкурсной программы «Против течения». Ее заменят программа-панорама современного кино «Венецианские горизонты», программа цифровых фильмов (впрочем, в обеих предусмотрены свои призы) и «Ночные показы», представляющие популярное коммерческое кино.Можно было бы рассуждать о том, насколько роковым для де Хадельна оказалось распределение прошлогодних призов, когда Андрей Звягинцев обошел главного итальянского классика-фаворита Марко Белоккьо и его картину «Здравствуй, ночь», получившую «утешительный» приз за сценарий. Невзирая на все заслуги Морица де Хадельна, приходится признать, что для фестиваля эта замена фатальной не стала. Впрочем, так же как и для российского кино, которому, как казалось, обида хозяев киносмотра надолго закроет путь в Италию. Вопреки печальным прогнозам, в Венецию приглашены три российские картины – «Удаленный доступ» Светланы Проскуриной (былого лауреата Локарно и соавтора диалогов к «Русскому ковчегу» Александра Сокурова), «Настройщик» Киры Муратовой (см. «Вечерку» за 27 августа с. г.) и дебютный фильм Ильи Хржановского по сценарию Владимира Сорокина «Четыре». Конкурсная борьба предстоит только «Удаленному доступу»: фильм Киры Муратовой включен в почетную внеконкурсную программу, а «Четыре» претендуют только на приз Луиджи де Лаурентиса за лучший дебют.В единственном числе конкурсная программа Венеции выглядит достаточно внушительно. Помимо Светланы Проскуриной за «Золотого льва» будут боротьсяАлехандро Аменабар, Клэр Дени, Амос Гитай, Майк Ли, Франсуа Озон, Тодд Солондз, Вим Вендерс, Мира Наир и др. Вслед за Берлином и Каннами Венеция включила в конкурс полнометражный мультфильм – новое творение известного японского аниматора Хаяо Миядзаки.Выбрать лучшую картину фестиваля доверено английскому кинорежиссеру Джону Бурману («Эскалибур», «Страна моего черепа»), приглашенному возглавить большое жюри.В почетной внеконкурсной программе наряду с «Настройщиком» Киры Муратовой покажут свои новые картины Клод Шаброль, Спайк Ли, Мануэль де Оливейра, Майкл Редфорд.Закроется программа альманахом «Эрос» – тремя новеллами о любви, режиссеры которых – Микеланджело Антониони, Стивен Содерберг и Вонг Кар-вай.Специальным событием фестиваля станет показ еще одного мультфильма – «Подводной братвы», в котором рыбы говорят голосами Уилла Смита, Роберта де Ниро, Анджелины Джоли, Рене Зелвеггер и Мартина Скорцезе.Фильмом-открытием Венеции-2004 станет «Терминал» Стивена Спилберга, история выходца из мифической балканской страны, застрявшего в аэропорту Нью-Йорка, с Томом Хэнксом и Кэтрин Зета-Джонс в главных ролях/[i](Москва–Венеция) [/i]
[b]Впервые с 1956 года главный приз, «Золотая пальмовая ветвь», отошел документальному фильму. Под аплодисменты и свист зала свежая лауреатка «Оскара» Шарлиз Терон вручила награду Майклу Муру и его «911 по Фаренгейту».[/b]От большого Каннского жюри во главе с Квентином Тарантино ждали сюрпризов. С самого начала Тарантино подчеркивал, что приехал в Канны не в качестве судьи, но как человек, влюбленный в кинематограф.Попытки предугадать новые тенденции сменились размышлениями о том, какой из представленных в программе фильмов мог бы понравиться председателю жюри. Было очевидно, что приглашение в Канны «911 по Фаренгейту» и фурор, который произвела картина, поставили Тарантино в трудное положение: студия «Мирамакс», производившая фильм Майкла Мура, – его давний друг и продюсер. При всех неоспоримых достоинствах картины решение наградить «911 по Фаренгейту» легко можно счесть политическим. Понимает это и Майкл Мур, процитировавший журналистам слова Тарантино, сказанные после вручения «Золотой пальмовой ветви»: «Хочу, чтобы ты знал – политика тут ни при чем, у всех членов жюри свои политические воззрения. Мы наградили тебя потому, что ты сделал отличный фильм».Неожиданную поддержку обрел Майкл Мур в молодом лауреате приза жюри короткометражных фильмов (эта награда вручается на фестивале одной из первых). Юноша обвел зал блуждающим взглядом, произнес стандартные слова благодарности, после чего призвал всех американцев, которые смотрят трансляцию церемонии, не голосовать за Джорджа Буша. В общественное выступление превратилось и награждение «Золотой камерой» за лучший дебют режиссера из Палестины, со слезами на глазах умолявшей присутствующих помочь ее страдающим соотечественникам. Презрев четкий каннский регламент, слово взял и Никита Михалков, председатель жюри короткометражных фильмов, а также дипломных и преддипломных работ «Синефондасьон». Поблагодарив за честь впервые представлять Россию в числе фестивальных судей, мэтр произнес прочувствованную речь о важности доверенных ему программ – будущего современного кино.Достаточно предсказуемым стало награждение корейской картины Парка Чан-Вука «Старый мальчик», получившей Гран-при фестиваля. Поставленный по серии комиксов для взрослых, фильм снят в стилистике, напоминающей работы Тарантино, и с самого начала числился в потенциальных фаворитах.Лидировавшая в рейтинге зрительских симпатий французская лента Аньес Жауи «Как картинка» удостоилась приза за лучший сценарий, написанный совместно с Жан-Пьером Бакри.Аньес Жауи, выступившая не только сценаристом и режиссером фильма, но и сыгравшая в нем одну из главных ролей, с трудом скрывала разочарование. Лучшим режиссером стал алжирский француз Тони Гатлиф с «Изгнанниками», фильмом о путешествии молодых алжирцев на родину предков. В отличие от Аньес Жауи режиссер был доволен и многословен. Бенефис французских картин продолжился награждением гонконгской звезды Мэгги Чун за лучшую женскую роль в «Чистой» Оливье Ассаяса. Нетривиальным стало решение присудить приз за лучшую мужскую роль японскому четырнадцатилетнему школьнику Ягира Юйя за экзистенциальную драму «Никто не знает». В отсутствие лауреата, уехавшего в Токио сдавать экзамены, приз получал режиссер картины Коре-еда Хирокадзу. Приз жюри вручили сразу двум конкурсантам: «Тропической болезни» Апихатпонга Веерсетакула, первому в истории фестиваля тайскому фильму, включенному в конкурсную программу, и пожилой афроамериканке Ирме Холл за роль в картине братьев Коэнов «Игры джентльменов».Фестиваль завершился фейерверком и показом мюзикла о жизни джазового композитора Коула Портера «De-lovely» с Кевином Кляйном и Эшли Джадд, удостоившимися чести еще и вручить Гран-при фестиваля. И каким бы компромиссным и ангажированным ни показалось решение жюри, приходится признать, что Квентину Тарантино удалось произвести «бархатную революцию», которая, по признанию самого Майкла Мура, поможет выпустить картину в США. В отличие от Америки у России есть реальный шанс увидеть «911 по Фаренгейту»: картина уже приобретена для отечественного проката.[i]из Канн[/i]
[b]Одним из самых ажиотажных фильмов Каннского кинофестиваля стала документальная лента Майкла Мура «911° по Фаренгейту». Премьера картины прошла при переполненном зале, в течение десяти минут аплодировавшем новому опусу режиссера.[/b]Уже второй раз картина Майкла Мура участвует в конкурсе Каннского кинофестиваля. Его предыдущая работа «Боулинг для Коломбины» была награждена специальным призом юбилейного, 55-го фестиваля в Каннах. Рассказ о том, что заставило двух школьников расстрелять своих одноклассников, сменился исследованием причин, которые привели к трагедии 11 сентября в Нью-Йорке.Слава Майкла Мура как одного из самых горячих противников президента Джорджа Буша вот уже несколько лет сопровождает режиссера. Мур не только снимает кино, но и занимается публицистикой. Одних названий последних книг «Глупые белые люди» и «Чувак, где моя страна?» достаточно для того, чтобы американская политическая элита во главе с президентской администрацией не спешила радоваться международному признанию документалиста.Шлейф скандальности сопровождал «911° по Фаренгейту» задолго до начала съемок картины. По слухам, после того как Мэлу Гибсону предложили финансировать проект, актеру позвонили и посоветовали забыть о приглашениях в Белый дом. В итоге картиной занялась либертинская студия «Мирамакс», ставшая одним из самых влиятельных голливудских производителей после прорыва, совершенного в 1994 году фильмом нынешнего президента большого Каннского жюри Квентина Тарантино «Криминальное чтиво».Результат усилий Майкла Мура оказался настолько впечатляющим, что компания «Дисней», официальный дистрибьютор «Мирамакса», отложила релиз «911° по Фаренгейту» до окончания президентских выборов 2004 года.Похоже, Америке не суждено узнать, насколько судьбоносным для политической карьеры Джорджа Буша мог стать выход картины, рассказывающей о связях семьи действующего президента с террористом номер один – Усамой Бен Ладеном. Документальные свидетельства, тщательно подобранные архивные кадры вкупе с комментариями самого режиссера, рисуют убедительный и не слишком привлекательный портрет Джорджа Буша. В стране растет безработица – президент отправляется рыбачить на ранчо в Техасе. Башниблизнецы атакуют самолеты – президент читает книжку с учениками младших классов. Рикки Мартин не может вылететь на гастроли – администрация организует специальные рейсы для депортации членов семьи Бен Ладена в Саудовскую Аравию, аккурат после 11 сентября. Виртуозный и остроумный монтаж – не единственное оружие Майкла Мура. Камера следует за Муром повсюду. Вот он убеждает членов Конгресса отправить своих детей в Ирак, вот показывает верную избирательницу президента Бритни Спирс, жующую резинку, или проводит дни в компании женщины, потерявшей на войне сына. Вопрос о средствах воздействия на публику режиссер оставляет в стороне: ведь речь идет о судьбе страны, патриотом которой Майкл Мур считает себя вопреки всем обвинениям.[i]из Канн[/i]
[b]Нынешний Каннский фестиваль традиционно проходит на фоне забастовок работников транспортной индустрии. Забастовщикам удалось собрать несколько сотен человек, которые в течение двух часов под надзором местной полиции блокировали улицу, ведущую к фестивальному дворцу.[/b]Досталось и Квентину Тарантино, председателю большого жюри. В условиях повышенных мер безопасности, принятых в Каннах с прошлого года, все без исключения посетители фестивального дворца обязаны пройти проверку металлоискателем и предъявить охране содержимое сумок. Ежедневные досмотры настолько раздражили Тарантино, что он позволил себе не только ряд резких высказываний, но и учинил скромную физическую расправу над одним из охранников, в чем лично повинился перед журналистами.Как известно, российские картины не участвуют в главной фестивальной интриге. Однако это обстоятельство не помешало организаторам устроить так называемый русский день в самый разгар фестиваля. На официальной пресс-конференции собравшимся сообщили о подъеме, наметившемся в отечественном кинопроизводстве, и советовали более внимательно изучить возможности ко-продукции с российскими продюсерами. Завершился русский день ужином на одном из каннских пляжей. Главное российское событие посетила французская актриса Мишель Мерсье, председатель жюри короткометражных фильмов Никита Михалков в морской фуражке, руководитель киностудии «Мосфильм» Карен Шахназаров, а также группа чиновников во главе с руководителем бывшего «Госкино» Александром Голутвой.Самой громкой Каннской премьерой пока остается внеконкурсный показ картины Вольфганга Петерсена «Троя». Несмотря на сомнительный фестивальный статус амбициозного голливудского проекта, поддержать картину в Канны приехала почти вся съемочная группа. И хотя журналисты встретили «Трою» прохладно, зрители несомненно оценят масштабные батальные сцены, отличные спецэффекты и достойные актерские работы экс-Халка Эрика Бана (Гектор), заслуженного ветерана Питера О,Тулла (Приам) и повзрослевшего секс-символа Брэда Питта (Ахилл). Последний появился на Каннской красной дорожке в смокинге, коротко подстриженным, под руку с женой – звездой сериала «Друзья» Дженифер Энистон. Покрасовавшись перед многочисленными поклонниками, Брэд Питт проследовал в зал – который, впрочем, покинул, не дожидаясь окончания сеанса.Нынешние Канны продолжают радовать публику популярными проектами, показы которых стали отличительной чертой фестиваля. После «Трои» публика увидела сиквел компьютерного анимационного фильма «Шрек-2».Если три года назад включение первой части мультфильма в конкурсную программу казалось удивительным, то сегодня «Шрек-2» – несомненный фаворит зрительских симпатий.Печальная участь постигла на этот раз фестивального любимца балканского режиссера Эмира Кустурицу. Изысканность и виртуозность его нового фильма «Жизнь чудесна» показалась чересчур избыточной на фоне простых мультипликационных радостей. Кустурица поведал трогательную историю железнодорожника, вынужденного обменять плененную мусульманскую возлюбленную на родного сына, также попавшего в плен. Увы, несмотря на очевидное совершенство постановки, Кустурица впал в самоповторы, вызывающие ностальгию по предыдущим картинам.Разнообразие каннской программы ставит под сомнение любые попытки предугадать решение большого жюри. Тем более что несколько заметных и ожидаемых работ, включая документальную ленту Майкла Мура «Фаренгейт 911» и новый фильм Вонга Кар-Вая «2046», отнесены на конец фестиваля. Пока же Канны готовятся в очередной раз чествовать Квентина Тарантино и Уму Турман.[i]из Канн[/i]
[b]Участников и гостей фестиваля Канны встретили низкими облаками и моросящим дождем, испортившим настроение нескольким сотням зевак, с самого утра занимавшим места у красной лестницы. Впрочем, плохая погода не внесла корректив в главное событие нынешнего кинематографического года – открытие 57-го Каннского фестиваля.[/b]Ведущей 57-й церемонии стала итальянская актриса Лаура Моранте, сыгравшая главную женскую роль в фильме – триумфаторе Каннского фестиваля 2001 года «Комнате сына» Нанни Моретти. На сцену, на заднике которой красовалась Золотая пальмовая ветвь, поднялся председатель жюри Квентин Тарантино. В отличие от большинства предшественников, известный киноман не скрывает своих пристрастий даже после согласия возглавить большое фестивальное судейство. В числе своих любимых режиссеров Тарантино открыто назвал испанца Педро Альмодовара, новый фильм которого «Дурное воспитание» показали на открытии фестиваля. Картина включена в почетную внеконкурсную программу, ни на одну из наград не претендует, так что дружеские объятия, в которые Тарантино заключил своего заслуженного испанского коллегу, публика сочла извинительными.После громкого успеха двух предыдущих работ Альмодовара «Все о моей матери» и «Поговори с ней», удостоенных нескольких десятков призов, в том числе двух «Оскаров», «Дурное воспитание» ожидали с интересом. Вопреки прогнозам, «Дурное воспитание» не наследует стилистику этих картин. Для своей последней работы Альмодовар выбрал сложную и запутанную форму «фильма о фильме». Герои «Дурного воспитания» – молодой перспективный режиссер Энрике и начинающий актер Игнасио – бывшие воспитанники католической школы.Они встречаются много лет спустя и начинают работу над картиной, рассказывающей мифическую историю их детства и юности. В роли молодого актера – звезда мексиканского кино Гаэль Гарсиа Берналь, талантливого постановщика играет испанец Феле Мартинес. В эпизодических ролях появляются Хавьер Камара, исполнитель роли медбрата в «Поговори с ней», и его партнерша по картине Леонор Уотлинг.На откуп первому режиссер отдал весь немногочисленный юмор «Дурного воспитания», второй суждено стать одной из двух женщин, удостоенных приглашения в эту картину. В «Дурном воспитании» Альмодовар выстраивает почти детективный сюжет, события которого развиваются параллельно в воспоминаниях героев и в картине, над которой они работают. За изысканным сплетением реальности и вымысла скрывается ложь – один из персонажей до последнего не раскроет своего истинного лица. Череда разоблачений и неожиданных открытий выходит далеко за рамки сюжета, превращаясь в рассказ о генезисе режиссера Альмодовара.Фильм, постановкой которого озабочены Игнасио и Энрике, представляет собой набор характеров и ситуаций, ставших визитной карточкой режиссера, – маргинальный мир трансвеститов и наркоманов, феерический и одновременно трагичный, полный парадоксального юмора. Детские воспоминания, составляющие меньшую, но от этого не менее важную часть «Дурного воспитания», по признанию Альмодовара, навеяны его собственным эмоциональным опытом.Жизнь героев за пределами съемочной площадки служит зеркалом, кривым отражением вымышленной истории. Общество возмущенно отвергнет мужчину, надевшего женское платье, но не заметит, если он, оставаясь в штанах и рубашке, выдаст себя за погибшего родственника. Священника, выслеживающего по ночам любимого ученика, считают борцом за нравственность.Чуть ли не впервые за свою карьеру Альмодовар открыто заговорил о природе гомосексуальности, выстроив любовный треугольник, состоящий из одних мужчин. От былой романтизации «нестандартных» отношений не осталось и следа, взаимная эксплуатация и шантаж способны разрушить самые крепкие связи. За границами экрана любовь и страсть болезненны и невыносимы: в том числе и страсть снимать кино, подтолкнувшая Альмодовара к созданию одной из самых глубоких и личных картин.[i]специально для «ВМ» из Канн[/i]
[b]Откроется фестиваль 12 мая картиной Педро Альмодовара «Плохое воспитание».[/b]Прошлогодние Канны, невзирая на «Догвилль» Ларса фон Триера и «Чемоданы Тульса Люпера» Питера Гринуэя, были признаны одними из самых слабых за последние годы. Блестящая программа Венецианского кинофестиваля2003, включившая несколько отвергнутых Каннами картин, нанесла тяжелый удар по престижу самого авторитетного мирового киносмотра. Тем отраднее, что теперь Канны подготовили программу, полностью опровергающую слухи о кризисе фестивального движения. Вне конкурса в Каннах, кроме фильма испанского оскароносца Педро Альмодовара «Плохое воспитание», покажут ленты легендарного француза «новой волны» Жана-Люка Годара «Наша музыка» и самого титулованного китайского режиссера Чжана Имоу «Дом летающих кинжалов».Не менее громкие имена включены и в официальную конкурсную программу: Джоэл и Итан Коэны привезут на Лазурный берег комедию «Игры джентльменов», Вонг Кар-Вай – футурологическую картину «2046», Эмир Кустурица – трагикомедию «Когда жизнь как чудо». Несколько лет назад Канны совершили революционный жест, поставив в программу компьютерный анимационный фильм о приключениях зеленого людоеда «Шрек».И хотя мультфильм не удостоился ни одной фестивальной награды, на этот раз в конкурсе участвуют уже две анимационные ленты: сиквел «Шрек-2» и японское анимэ Мамору Осии «Невинность». Конкуренцию мультфильмам составит документальное исследование Майкла Мура «Фаренгейт911», посвященное событиям 11 сентября в Нью-Йорке.Несмотря на прошлогодний международный успех картины Андрея Звягинцева «Возвращение», ни в одной из основных каннских программ Россия представлена не будет. Впрочем, одна лента, созданная на бывшем советском пространстве, включена во вторую по важности программу «Особый взгляд». И хотя герои фильма «Шиза», дебюта Гульшад Омаровой (соавтора сценария к «Сестрам» Сергея Бодрова-младшего), говорят по-русски, картина представляет на фестивале Казахстан. Вне конкурсабудет показана документальная лента Григория Параджанова «Я умер в детстве», которую он посвятил творчеству своего великого дяди – Сергея Параджанова.Впрочем, российское присутствие в Каннах этим не ограничится. Президентом жюри короткометражных фильмов избран Никита Михалков. Помимо присуждения «Золотой пальмовой ветви» в названной категории ему предстоит определять лучший дипломный или преддипломный фильм в программе учебных работ «Синефондасьон». «Большое» фестивальное жюри возглавит супермодный Квентин Тарантино. И как не вспомнить, что в 1994 году сегодняшние председатели большого и малого жюри столкнулись в Каннах в качестве участников конкурсной программы. Тогда картина Тарантино «Криминальное чтиво» была признана лучшим фильмом фестиваля, обойдя «Утомленные солнцем» Никиты Михалкова, удостоенного Гран-при. На этот раз прежним соперникам предстоит судить других, но, в отличие от отечественного мэтра, Тарантино еще и покажет свою новую работу «Убить Билла. Том второй».Отдельного упоминания заслуживает «Троя» Вольфганга Петерсена, включенная во внеконкурсную программу фестиваля. Брэда Питта в роли Ахилла Москва увидит одновременно с Каннами – на этой неделе картина стартует в отечественном прокате.
[b]После двух «Антикиллеров» Егор Кончаловский закрепил за собой звание одного из самых коммерчески успешных российских кинорежиссеров. К 2005 году Кончаловский пополнит список отечественных зрелищных картин своим новым проектом «Побег». Спасаться бегством будет преуспевающий кардиохирург, огульно обвиненный в убийстве любимой жены. В колонии строгого режима доктору отсиживаться не хочется, да и справедливость должна восторжествовать, пусть и вопреки правоохранительным органам. Вот и приходится сбежавшему врачу пробираться сквозь тайгу и вести расследование самому, да еще и в обстоятельствах всеобщей травли.[/b]В роли медика-правдолюба Ветрова снимается Евгений Миронов, которому, наконец-то, удастся сыграть роль не просто благородного, но и крутого парня. В наследство от предыдущих картин Кончаловского «Побегу» достались актрисы Виктория Толстоганова и Любовь Толкалина, а также Алексей Серебряков, сменивший образ отчаявшегося террориста в «Антикиллере» на доброго следователя, уверенного в невиновности Ветрова. Непроходимые таежные леса группа отправится снимать на Валдай, а в конце августа съемки пройдут в Москве и ближайшем Подмосковье.[b]Бондарчуку доверили украинскую армию[/b][b]В Крыму начались съемки новой картины актера, режиссера и телеведущего Федора Бондарчука «9 рота» по сценарию Юрия Короткова («Страна глухих», «Кармен»).[/b]Действие фильма происходит в конце 80-х годов накануне вывода советских войск из Афганистана. Главные герои картины в исполнении молодых актеров Алексея Чадова, Артура Смольянинова, Константина Крюкова, Ивана Кокорина, Артема Михалкова, Михаила Евланова и Ивана Николаева отправляются на службу в «горячую точку».Пройдя подготовку в учебке на границе Афганистана, герои попадают в «девятую роту» – наиболее боеспособное, но проблемное с точки зрения дисциплины подразделение. Обучение и последующая служба не обойдутся без участия «ангелов-хранителей»: в роли наставников появятся как и сам режиссер – Федор Бондарчук (Хохол), так и Михаил Пореченков (Дыгало).«9 рота», ставшая совместным производством России, Финляндии и Украины, снимается в жанре героической драмы, где масштабные батальные сцены соседствуют с камерными зарисовками частной жизни и характеров персонажей. Техническую заботу о зрелищной стороне фильма взяла на себя Украина, подтянувшая на съемочную площадку максимум военных подразделений, базирующихся на территории Крыма. И пока Федор Бондарчук управляет сухопутными войсками и отправляет в полет эскадрильи, на обширной территории бывшей общесоветской здравницы рождается, по замыслу создателей, «по-настоящему» сентиментальная и патриотическая русская картина.[b]Николай Фоменко прокатится с ветерком[/b][b]Николай Фоменко увлекся автогонками всерьез и надолго. Пару лет назад на неожиданную страсть главного заводилы теле-и радиоэфира к крутым виражам пожимали плечами. Сейчас привыкли и продолжили любить таким, какой он есть, тем более что из кино и театра Фоменко никуда и не уходил.[/b]Новую картину с его участием, «Красную воду» Дмитрия Черкасова («В двух шагах от неба») по сценарию Олега Антонова («Сирота казанская», «Шик») можно считать символом наступившей гармонии между спортивными и актерским достижениями Фоменко. Актер исполняет в «Красной воде» главную роль – Порша, разумеется, автогонщика. На этом, кажется, сходства актера и персонажа заканчиваются. Благо что в отличие от своего героя, Фоменко не растерял на ухабах ни семьи, ни друзей.Как и любой спортсмен, Порш мечтает быть первым, однако на деле жажда победы отступает перед импульсивным желанием спасти жизнь человеку. В результате сход с дистанции и снова долгая дорога к мечте, но на этот раз под защитой высших сил: великодушный поступок гонщику зачли, причем в самых наибожественных инстанциях.На пути к славе Поршу предстоит преодолеть легендарный и труднопроходимый поворот, так называемую «красную воду», на котором совсем не в кино ломались самые опытные пилоты.Снимается картина в условиях, приближенных к реальным – на гоночных трассах Италии и Бельгии, где в эпизодах Фоменко подыграют известные автогонщики во главе со Стефаном Ортелли.
[b]Для своего полнометражного дебюта Алексей Сидоров, создатель культового серила «Бригада», придумал сюжет из жизни молодого боксера Артема Колчина, вынужденного покинуть ринг и спасать любимую женщину от бандитов.[/b]К работе над «боксерской Касабланкой» режиссер привлек творческую команду «Бригады», а также отдал одну из ролей Андрею Панину. Помимо Панина в «Бое c тенью» заняты молодые актеры МХАТа им.Чехова Денис Никифоров и Елена Панова, Иван Макаревич, Дмитрий Шевченко, а также американский актер Джон Эймос («Крепкий орешек-2», «Тюряга»), специально прилетавший в Москву на съемки поединка за звание чемпиона мира.«Бой с тенью», бюджет которого составляет 3,5 миллиона долларов, снимают уже 4 месяца. За это время Сидоров побывал в подмосковном Подольске, Санкт-Петербурге, Выборге, Мурманске и Лас-Вегасе. Новый остросюжетный боевик выйдет в широкий прокат весной 2005 года.
Подкасты