[b]Впервые с 1956 года главный приз, «Золотая пальмовая ветвь», отошел документальному фильму. Под аплодисменты и свист зала свежая лауреатка «Оскара» Шарлиз Терон вручила награду Майклу Муру и его «911 по Фаренгейту».[/b]От большого Каннского жюри во главе с Квентином Тарантино ждали сюрпризов. С самого начала Тарантино подчеркивал, что приехал в Канны не в качестве судьи, но как человек, влюбленный в кинематограф.Попытки предугадать новые тенденции сменились размышлениями о том, какой из представленных в программе фильмов мог бы понравиться председателю жюри. Было очевидно, что приглашение в Канны «911 по Фаренгейту» и фурор, который произвела картина, поставили Тарантино в трудное положение: студия «Мирамакс», производившая фильм Майкла Мура, – его давний друг и продюсер. При всех неоспоримых достоинствах картины решение наградить «911 по Фаренгейту» легко можно счесть политическим. Понимает это и Майкл Мур, процитировавший журналистам слова Тарантино, сказанные после вручения «Золотой пальмовой ветви»: «Хочу, чтобы ты знал – политика тут ни при чем, у всех членов жюри свои политические воззрения. Мы наградили тебя потому, что ты сделал отличный фильм».Неожиданную поддержку обрел Майкл Мур в молодом лауреате приза жюри короткометражных фильмов (эта награда вручается на фестивале одной из первых). Юноша обвел зал блуждающим взглядом, произнес стандартные слова благодарности, после чего призвал всех американцев, которые смотрят трансляцию церемонии, не голосовать за Джорджа Буша. В общественное выступление превратилось и награждение «Золотой камерой» за лучший дебют режиссера из Палестины, со слезами на глазах умолявшей присутствующих помочь ее страдающим соотечественникам. Презрев четкий каннский регламент, слово взял и Никита Михалков, председатель жюри короткометражных фильмов, а также дипломных и преддипломных работ «Синефондасьон». Поблагодарив за честь впервые представлять Россию в числе фестивальных судей, мэтр произнес прочувствованную речь о важности доверенных ему программ – будущего современного кино.Достаточно предсказуемым стало награждение корейской картины Парка Чан-Вука «Старый мальчик», получившей Гран-при фестиваля. Поставленный по серии комиксов для взрослых, фильм снят в стилистике, напоминающей работы Тарантино, и с самого начала числился в потенциальных фаворитах.Лидировавшая в рейтинге зрительских симпатий французская лента Аньес Жауи «Как картинка» удостоилась приза за лучший сценарий, написанный совместно с Жан-Пьером Бакри.Аньес Жауи, выступившая не только сценаристом и режиссером фильма, но и сыгравшая в нем одну из главных ролей, с трудом скрывала разочарование. Лучшим режиссером стал алжирский француз Тони Гатлиф с «Изгнанниками», фильмом о путешествии молодых алжирцев на родину предков. В отличие от Аньес Жауи режиссер был доволен и многословен. Бенефис французских картин продолжился награждением гонконгской звезды Мэгги Чун за лучшую женскую роль в «Чистой» Оливье Ассаяса. Нетривиальным стало решение присудить приз за лучшую мужскую роль японскому четырнадцатилетнему школьнику Ягира Юйя за экзистенциальную драму «Никто не знает». В отсутствие лауреата, уехавшего в Токио сдавать экзамены, приз получал режиссер картины Коре-еда Хирокадзу. Приз жюри вручили сразу двум конкурсантам: «Тропической болезни» Апихатпонга Веерсетакула, первому в истории фестиваля тайскому фильму, включенному в конкурсную программу, и пожилой афроамериканке Ирме Холл за роль в картине братьев Коэнов «Игры джентльменов».Фестиваль завершился фейерверком и показом мюзикла о жизни джазового композитора Коула Портера «De-lovely» с Кевином Кляйном и Эшли Джадд, удостоившимися чести еще и вручить Гран-при фестиваля. И каким бы компромиссным и ангажированным ни показалось решение жюри, приходится признать, что Квентину Тарантино удалось произвести «бархатную революцию», которая, по признанию самого Майкла Мура, поможет выпустить картину в США. В отличие от Америки у России есть реальный шанс увидеть «911 по Фаренгейту»: картина уже приобретена для отечественного проката.[i]из Канн[/i]