Про старинные усадьбы Арбата расскажут «бабушкины сады»
Время жестоко к старинным постройкам: без должного ухода они разрушаются и постепенно исчезают, уступая место современным зданиям. Эта участь не обходит стороной и богатые усадьбы. Так, в подмосковном реестре памятников культурного наследия сегодня числятся 340 исторических комплексов, а ведь когда-то их было в десять раз больше. О судьбе городских усадеб в эфире сетевого вещания «ВМ» рассуждали эксперты из Союза московских архитекторов.
В Средние века Москва состояла исключительно из частных дворов и городских усадеб, но до наших дней дошли лишь отголоски былого великолепия.
Эксперты говорят: уже в XIX веке многие владения «съела» доходная застройка.
— Типичный пример крупной городской усадьбы, которая сохранилась в центре города, — усадьба «Высокие горы» Усачевых-Найденовых, — приводит пример доктор искусствоведения, заместитель председателя Общества изучения русской усадьбы Мария Нащокина. — Она стоит на берегу реки Яузы, рядом с Курским вокзалом, и когда-то у нее был собственный парк.
Милые скверики, ухоженные аллейки были неотъемлемым атрибутом старинных имений. Неспешные прогулки на свежем воздухе улучшали аппетит, вдохновляли на литературные подвиги и помогали решить важные вопросы.
О дворянских усадьбах Арбата современным жителям столицы напоминают так называемые бабушкины сады — плодовые деревья и кустарники, которыми гордились представители древних родов. В наследство от князя Трубецкого нам достались дворец и парк усадьбы «Нескучное» второй половины XIX века. Причем в окрестностях Нескучного сада, который появился при императоре Николае I, также стояли частные имения. Правда, от них остались лишь редкие тропинки и дорожки, ведущие через парк.
— Памятники усадебной архитектуры — одна из наиболее уязвимых и ранимых частей нашего культурного наследия, — говорит заведующий кафедрой «Реконструкция в архитектуре» Московского архитектурного института Евгений Полянцев. — В начале XX века самый маленький усадебный комплекс, в который входило около 40 самых разных сооружений, занимал порядка 15 гектаров. Нельзя выделить только ансамбль парадного двора и говорить, что перед нами целая усадьба. Но, к сожалению, потери неизбежны, особенно в мегаполисе.
К счастью, за сохранностью памятников культурного наследия следят городские и государственные структуры, волонтеры и общественные организации. К реставрации старинных зданий подключаются частные инвесторы.
Для стимулирования интереса предпринимателей в Москве действует программа льготной аренды — «Рубль за квадратный метр». Инвестор восстанавливает памятник архитектуры за свои средства, после чего получает его в аренду на 49 лет по рекордно низкой ставке.
— Но, несмотря на заманчивость предложения, эта программа привлекла не так много инвесторов, как хотелось бы, — замечает Нащокина. — Причина в том, что срок окупаемости вложенных средств составляет минимум 12 лет.
О коммерческих рисках говорит и Полянцев. В восстановленных усадьбах, по его словам, могут быть не только музеи, но и учебные центры, резиденции посольств и различных компаний и даже бутик-отели. В случае с последним вариантом «коммерческая история не прижилась».
— Обычный главный дом усадьбы — это 600–900 квадратных метров. По нынешним меркам достаточно скромно, — поясняет эксперт. — В таком доме можно сделать до десяти номеров Представляете, какие будут цены? Есть и другой сценарий: сделать усадьбу ядром современной культурной застройки.
Подписывайтесь на канал "Вечерней Москвы" в Telegram!
